инцидент на четвертой авеню района йокогамы

В мико, как явлении, есть нечто невероятно очаровательное… Они тоже «служат» божествам, выступая в качестве невинных очаровательных жриц. Сейчас мало кто из мико связан с истинными мистическими учениями, мало кому это требуется — таков цифровой век, когда божества засыпают, а интернет дает каким-то божкам и духам жить лишь благодаря спекуляциям, легендам, и, конечно же, спорам; но есть и практикующие. Те, кто знает про таинства не понаслышке, и кому известен лик божества, в чьем храме они прислуживают. Найти такую мико сейчас — дело нехитрое, но если постараться, то и в горе грязи можно отрыть изумруд. Главное постараться… Ха-ха, нет, конечно же. Боже. Какие старания? Просто поезжай в Киото и все. В Киото таких мико — пруд пруди. Но и среди них есть свои нюансы… Кто-то вдет себя с жертвенным превосходством, мол, все это против моей воли, я тут совсем не хочу быть, с такими сложнее всего. Из нескольких известных ему мико есть парочка подобных, они воспринимают свое дело как бремя, и, вместе с этим, ведут себя настолько высокомерно и напыщенно, что разговаривать с ними не хочется вообще. Ну какая жертва, если ты ведешь себя словно царица в чужих хоромах. Есть те, кто просто выполняет работу. С такими просто договориться, они — самые профессиональные дамочки, не коллеги — мечта. А есть еще один тип… Точнее туда входит исключительно одна конкретная особа, с которой как-то выдается познакомиться, и… Можно ли затравить духа, живущего в храме? Она — может. Накаяма Мики… Не мико, загадка. Их первая встреча произошла спонтанно. Риэну ну очень сильно нужно было купить амулетов, а он был проездом. Храмы в Киото — рассадник оккультных искусств, поэтому тут затовариться подобными можно без проблем. Тогда-то они и знакомятся. Накаяма Мики вылетает, словно пушечный выстрел, из дверей храма, орет что-то (очевидно, находящемуся внутри), потом грозно топает прочь. Руки широко расставлены, взгляд бешеной фурии, не жрица — скорее страж. Небольшого ростка, волосы собраны в две косицы, возрастом, наверное, чуть младше его самого. Их взгляды с Риэном ненадолго пересекаются, вот на самую малость, и она мгновенно все чует. В общем, думает, что он из этих. Той самой кучки оммедзи, которые живут в Киото в центре и всем заведуют, наседая на уши остальным. Риэн честно-честно пытается отмазаться, мол, что он — фрилансер, но Накаяма Мики сначала ему не верит. Пытается угрожать, что с ее ростом (низенькая, крайне низенькая) выглядит потешно, потом чует, что он ее всерьез не воспринимает… Потом Риэн выясняет просто невероятное: она знает айкидо и парочку других боевых искусств, отчего с невероятной ловкостью прикладывает его затылком об асфальт. А потом уже выясняет, мол, ну да. Фрилансер. Шишка потом знатная… Покупать у Накаямы Мики что-то — невероятно выгодно. У нее словно дар клепать амулеты. Бумажные, из веревок, какие угодно. Легкая рука, иным словом. Проблема только в общении с клиентами, это да, тут целая трагедия. Накаяма Мики, в общем-то, предпочитает язык боли и насилия. Танцы одержимости у нее такие же, абсолютно безумные пляски, от которых голова кругом. Вот тебе и жрица. Скорее сам Бисямон, переродившийся в человеческом облике… Но один раз она вызывает его сама. Говорит — для дела. Встречает на лестнице храма, руки скрещены, насупленная. Риэну почти хочется развернуться, да и время — что-то около пяти утра — соответствует для таких побегов… Когда он почти отступает на шажок назад, почти мгновенно оказывается рядом и хватает за ухо, ай-ай-ай, и вообще-то можно было бы без насилия, ну спасибо. Блин, как мастерски у нее получается выкручивать уши… Талант, не иначе. — Давненько тебя не было видно, сентай-герой! — Можно и без издевательств над моим маленьким хобби. Я же не осуждаю тебя за тягу к сопливым мелодрамам! Пальчики сжимают ухо крепче. — Повежливей про мои сопливые мелодрамы, козлина, — это на языке Накаямы Мики обозначает «дружище, мы тут не хобби обсуждать пришли». — Дело невероятно серьезное. — У тебя тут целый выводок киотских оммедзи, и ты говоришь, что для «невероятно серьезного дела» ты вызвала меня из Йокогамы? Мне, вообще-то, не особо близко ехать, знаешь ли. С чего вдруг… Накаяма Мики роется в своих невероятно широких рукавах и достает толстую пачку иен. Медленно водит ими из стороны в сторону. — Я исполню любую твою прихоть, юная госпожа. — Так-то лучше, — довольно улыбается. Разворачивается на пятке. — Идем, идем. Столько дел, столько дел!.. — Сама знаешь, где я их вертел. Нет, ну почему на каждую реплику надо отвечать насилием, что за женщина! Риэн несколько минут смотрит на место преступления. Не мигая. Лицо с каждой секундой принимает все больше и больше крайне скептических ноток, но в той допустимой грани, чтобы не разозлить Накаяму Мики. Ее в принципе лучше не раззадоривать, а то когда увлекается, то вспоминает, что у нее черный пояс по дай боги вспомнить карате или что похуже… (с такими умениями бы в полицию идти, а не в мико, но ладно уж) Милая тесная столовая, квадратная. Все в дереве, в центре — стол на четыре человека со стульями (редкость в храмах), с двух сторон — кухонные тумбы, там и плита, и какие только чудеса техники не стоят. Все довольно цивильно. Шикарно, если сравнивать с кухонным уголком у них с Моку дома — там это скорее плачевное зрелище из-за размеров — но, в общем-то, без особых изысков. Кроме звезды сцены, разумеется, к которой его и притаскивает Моку, еще ручкой так делает, дескать, зацени. Выпотрошенный холодильник кокетливо смотрит в ответ. Ему указывают рукой, мол, смотри какой ужас. Риэн кивает несколько раз, сочувственно, потом решает переспросить. Ну так, чисто на всякий случай, верно ли он все понимает. Маленькие нюансы в разговоре с Накаямой Мики — крайне важная вещь. Никогда не недооценивай силу случайно не произнесенной детали, особенно если из-за нее все дело может перевернуться. Тонкости работы детектива, мотайте на ус! — То есть, кто-то все вычистил… И ты хочешь, чтобы я его нашел? — Именно так. — Разве вы не обвешивали все в жилых помещениях амулетами? — категорично припоминает Риэн, скребя подбородок ноготком. Потом с крайне умным видом замечает: — Ну, первыми я бы стал подозревать тануки. Я слышал, тут обосновался их клан, а молодняк сама знаешь, как любит похулиганить, особенно если это кухня миленьких мико, у которых столько вкусного в морозилке. — Ты тупица, — резюмирует Накаяма Мики и угрожающе потирает кулаки. — Дело не в офуда. Их никто не рвал. — О, значит, преступление в закрытой комнате… — Дебил же, говорю. Амулеты не сорваны не потому, что кто-то их обошел, а потому что против преступника они не сработали. Потому что сожрал кто-то из наших. Понял наконец? Риэн выдерживает солидную паузу. Потом скептически смотрит на Накаяму Мики. — Просто ради заначки в холодильнике? — Продовольственный запас, прошу заметить. Такое пустяковое дело? — Тогда зачем тебе именно я? — Потому что ты детектив-фрилансер, дурила. Не только же нечистью занимаешься, сто процентов вынюхивал чью-то интрижку на стороне, да, да? — смотрит выразительно, и Риэн делает глазки в сторону, мол, ну о чем вы вообще, какие слежки за гуляющими мужьями, никогда такого не было. — С чего ты решил, что если бы у меня было дело, связанное с какой-нибудь екайной гадостью, я бы его сама не раскрыла? Ну отлично. То есть, она зовет его сюда не потому, что он давний клиент, и она уверена в его силах, засранка хочет сэкономить. Честно говоря, очень хочется развернуться и уйти, даже не обернувшись, но у Накаямы Мики можно задешево купить амулетов, а терять такого поставщика нельзя. Плюс он тратит деньги на поезд, а если Моку узнает, что он просто так скатался в Киото и обратно, то, ну, на ужин у них будет его голова. Очень мило, но деньги опять все решают!.. Но как же так, Накаяма Мики, как же так. Что за грязные трюки? В него обвинительно тычут пальчиком. — Даже не думай. Мы оба любим выгоду. Мне выгодней довериться тебе, потому что ты хотя бы постараешься сделать работу. — Ага, подмазываешься. — Только искренность, — жмет плечами. — Итак, какие предположения? Итак, список подозреваемых. Чидори, мико рангом пониже. Любит свой телефон, носит очки, крайне щепетильно следит за лишними граммами на весах. Все пытается косить под майко, когда никто не видит, потому что ее мечта — работать в Гионе, что, конечно же, не осуществимо, потому что возрастом Чидори старовата. Вообще мимо, но есть основания для раздумий: Риэн гадает, может, она намеренно все выкидывает, чтобы соблюдать свою диету. Встреченная им на пути, Чидори выглядит невероятно довольной, прямо вся цветет. Ну, это до первого ночного похода полакомиться, хмыкает про себя Риэн, но благоразумно оставляет мысли поближе к себе. Танигучи, работник по хозяйству. Старше всех мико тут раза в два, простой работяга, которому просто не везет на знакомство с екаем. Риэн бы его выкинул, честно говоря, на этого парня меньше всего подозрений — он вообще во внутренних помещениях бывает лишь когда надо лампочку поменять или вбить гвоздик, но Накаяма Мики требует обязательно включить его, ведь кто знает, на что способен голодный техник, когда никто не видит. В целом, имеет смысл, хотя чуйка Риэна утверждает, что мимо. Тяко, еще одна мико. Как бы это сказать… в теле. На самом деле очень миленькая, и не распускает руки, как ее кохай, в общем само очарование. Со смешной прической, двумя пучками по бокам. Разграбление холодильника осуждает, еще бы, там была ее заначка торта на вечерок. Интересный подозреваемый, но Тяко жаждет расправы над преступником еще больше, чем Накаяма Мики. Мастер, чего имени Риэн не знает. Уважаемый человек, настоятель храма, которому нанести урон по холодильнику и остаться вне подозрений — раз плюнуть. Крайне вежливый, но подозрительный. Риэн-то таких за версту чует, прямо как Моку-сан. Вот уж кто обожает съедать чужие заначки и делать вид, что нет, Риэн, это ты ее уже давным-давно съел, и нет никакого следа шоколада на губах, о чем ты вообще? И, наконец… — Ты не можешь подозревать меня. Накаяма Мики смотрит на него исподлобья, трещит косточками в руке, мол, доиграешься. Приходится вскинуть руки, мол, торро, торро, я сюда не на корриду приехал. — Никогда нельзя исключать даже самой безумной вероятности. — Я бы тебя сюда тогда не вызывала. — А вдруг это твой хитрый ход? — парирует Риэн. — Как ты докажешь, что это была не ты? Накаяма Мики искренне озадачивается, мол, и правда. Ее крайне легко прочесть в такие моменты: искренность так и прет. Ничего удивительного, что у нее получаются самые лучшие амулеты, говорят, честное желание сделать что-либо тоже влияет на оммедо так таковое. Ну, так когда-то давно говорят Риэну… Она жмет плечами. — Ладно, детектив, продолжай свое расследование. Может, что-то и отыщешь. Но если нет!.. Билет компенсировать не буду. Первым делом он обследует сам холодильник. Тот, конечно же, выключен: ну еще бы, кто бы его не разворовал, тратить просто так электричество он явно не хотел. Сразу миллион очков за то, что это был кто-то местный, и еще пара — Танигучи, уж кто, а он наверняка беспокоится о хозяйстве. От холодильника немного неприятно сладковато пахнет, не тронутыми в дверце остаются разве что всякие соусы и кетчунезы, и Риэн несколько секунд созерцает крайне знакомый запах просрочки. Иногда они с Моку такое едят... Ладно! Было всего один раз. Но порефлексировать можно, так сказать ради эмоции момента. Потом надо порыться в мусоре, с позволения Накаямы Мики. К счастью без внезапных сюрпризов: только упаковки энергетических батончиков Чидори, куча скомканного скотча, пакетики чая. Мокрая тряпка?.. Ага, чай!.. Значит, может, кто-то не только разграбил холодильник, но еще и выпил чаю вместе с заначкой Тяко! Просто и гениально. Риэн несколько раз проводит пальцем по носу, вверх-вниз, мол, какая гениальная мысль, пока позади него на эти кривляния с лицом лица смотрит Накаяма Мики. Дело пустяковое, это верно, и, если подумать, скорее всего она и сама могла бы его раскрыть. Но Риэн недавно — во время прошлой закупки — жалуется на очередные проблемы с финансами, может, она его жалеет? Коситься назад будет опасно, вдруг раскроет, поэтому он лишь лукаво улыбается. Ну и ну!.. Черт, если заплатит хорошо, то он не будет жаловаться на поездку туда-сюда. Время обследовать кружки. Их, соответственно, пять. Самая большая с подписью «Big Boss» — Риэн закатывает глазенки — конечно же, мастера. С какой-то кошечкой, принадлежащая Чидори. У Тяко — в виде головы панды. Кружка Накаямы Мики уныла до безобразия, это какая-то из подарочного набора кофе, со сбитым углом. И вторая ее же, уже из чайного. Танигучи тут не живет, у него своя коморка, так что кружек нет. Самая мокрая — Накаямы Мики, и… Риэн поднимает взгляд на то, как она заваривает новую порцию чая. — Ты мешаешь расследованию, в курсе? — Не могу ни секунды без чая, — парирует она. — Как ты себе вообще это представляешь? Ну да, ну да, чаехлеб. Мисс Чайный Пакетик. Многозначительное покашливание — ощутимая угроза. Все остальные кружки довольно сухие. Значит, не выявить. А чайные пакетики накидала эта мамзель. Повод вернуться к мусорному ведру… Копаться в мусоре — отстой. Риэн это вроде как с детства усваивает, и, хотя копошение в одном из бачков приносит ему в свое время знакомство с Моку-сан, он, тем не менее, достаточно брезглив для этого. Но работа детектива подразумевает под собой контакт со всякой мерзостью, порой под ней понимаются «человеческие тела не в кондиции», так что мусор чистоплотных девочек из храма — словно манна небесная. Но чайных пакетиков слишком много, и под конец это начинает утомлять… Пока он не натыкается на что-то. Это что-то насквозь пропитывается еще вчерашним чаем, мокрое, гадкое, но Риэн все равно достает его из помойки и разворачивает… Вместе с Накаямой Мики они смотрят на эту пакость… Оба вскидывают бровь. — Ты что-нибудь об этом знала? — Не-а. А там — уведомление об отключении электричества. — Почему никто не заметил? Вопрос прямо в лоб. Накаяма Мики и Риэн стоят во дворе под покрытой мхом статуей какой-то волкособаки (лисы?), оба смотрят уже на план отключения света по всему районы, с телефона. Бумажки — очень мило, разумеется, но не когда они насквозь пропитаны липкой чайной субстанцией… Накаяма Мики скрещивает руки. — Свет мигнул. Это я помню. Но при чем тут холодильник? — Он разморозился раньше, чем его выпотрошили. Ну конечно, — вспоминает, — там же воняло тухлятиной. Как давно у вас моргал свет? — Э… Позавчера? — Надеюсь, молоко никто не пил. Судя по горькому лицу Накаямы Мики, еще как, и, видимо, некоторые следствия начинают складываться сами собой. Размороженный холодильник. Выпотрошенный кем-то, так, что остаются только соусы, которым перепады температуры нипочем. Мокрая бумажка. Но почему этот некто — кто все очистил — не сознался? Вот, что беспокоит. Получается, виновный не такой уж и злодей, но все равно устраивает зачем-то это шоу… И это точно не Накаяма Мики, уж она-то если бы и устроила выплеск гнева, то на коммунальщиков, убивших их старенький крохотный холодильничек. Хорошо. Начинаем опрос подозреваемых по второму кругу. Что скажет госпожа Накаяма Мики? — Я тебе лицо отгрызу, р-р-р-р! Невиновна. Следующий? — Хочешь сказать, что мой торт не съели?! — воет Тяко, которой еще обидней. — Я так и знала. Так и знала. Поэтому ем только то, что не лежит в холодильнике, — ворчит Чидори, та самая жертва молока, после него же и сменившая мнение. — Странно, мне никто не говорил о неполадках, — сухо замечает Танигучи. Хм-м-м… Последним оказывается мастер. Он, лысина сверкает под солнышком, сидит на веранде и пьет чай, только не разведенную гадость из пакетиков, как у Накаямы Мики, а что-то солидное, разведенное. Обо всех расследованиях он прекрасно в курсе, наверное, лениво отмечает в голове Риэн, потому что ведет список оммедзи, закупающихся у него в храме для какой-то там невероятно важной отчетности. Когда к нему подходят неудавшиеся детективы, все еще идущие по следу — Накаяма Мики чуть позади, выжидающая — он некоторое время молчит… Пар поднимается над его кружкой чая. Потом простецки кивает. — Да. Все выкинул я. Где-то в глубине храма разносится вой Тяко. — Но зачем?.. — Еда протухла, и я принял решение от нее избавиться, — пожимает плечами, и аргумент реально убойный. — Даже от той, что еще была на грани. Но, видишь ли… Есть такое правило: мы должны искать гармонию в себе несмотря на мизерные потери… Мне хотелось бы, чтобы девочки сами это осознали, но раз уж Мики-кун наняла тебя, полагаю, они решили пойти более экстремальным путем. Немного отпивает. — Жаль. Я надеялся, что это научит их мириться с утратой… Качает головой, будто да, только поэтому. По-моему, ты промолчал, чтобы тебя не растерзала на кучу маленьких монахов Накаяма Мики, отстраненно подумалось Риэну. Там, позади, бестия уже в гневе. Готовится к бравому марш-броску на мастера. Что ж… кажется, пора сматывать удочки.