ЧДКИ – это о любви.

За окном начинает светать и первые лучи проскальзывают сквозь затянутые шторы. Антон пытается не шуметь, накидывая махровый халат и шаркая тапочками по пути на балкон. В кармане находит закинутую туда вечером пачку сигарет и зажигалку. Вытягивает последнюю и с досадой понимает, что перед отъездом придется забежать в табачку. Закуривает и настраивается на волну умиротворенной природы, живущей по ту сторону стекла, однако получается плохо. Да и куда там получаться, если бессонница забирает последние силы. Ужасно хочется спать. Но почему-то организм решает помучить его и лишает такой возможности. «Может всё-таки не нужно было бросать ходить к психоаналитику?» – снова проносится в голове, когда бычок отправляется в пепельницу. Эта мысль частенько там мелькает, но Шастун пытается откинуть ее куда подальше и справляться со своими проблемами самостоятельно. Забегая вперед, заметим, что и этот план с треском проваливается, а надоедливые монстры тоски и апатии одолевают с новой силой. Однако сам же решил бросить, понадеялся на себя, поэтому теперь приходится пожинать плоды чрезмерной самоуверенности. За спиной слышится скрип кровати – Арсений проснулся. Он подходит совсем бесшумно и обнимает сзади, плотно обвивая своими мягкими руками талию, а голову уложив на плечо. В этот момент становится так тепло и так хочется жить. Мужчина словно забывает обо всех своих проблемах, пока за спиной есть тот, кто не даст упасть в такую манящую пропасть отчаяния. – Опять не спал? – спрашивает Попов, хотя и так знает ответ. Пододвигается еще ближе, проводит носом по шее, вдыхая запах ненавистных сигарет, но уже почти привык, любит всё-таки этого дурака со всеми его минусами. А тот рефлекторно вздрагивает, пока мурашки неприятно бегают по спине, но не отстраняется. Так они стоят несколько минут. Тишину нарушает лишь иногда прорезающийся сквозь нее звонкий щебет птиц. Оба наслаждаются моментом безопасности, спокойствия и любви. Кажется, что время останавливается, а целый мир существует только для них двоих. Однако все хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и этот момент прерывает надоедливый звук кричащего будильника. Антон снова вздрагивает, разворачивается, быстро чмокает своего молодого человека в губы и, как смущенная школьница, убегает отключать источник шума. *** – Арс, – вздыхает Шастун, когда мужчина садится рядом на кровать. – Ты бы знал, как мне не хочется никуда ехать. Брюнет молчит. Знает, что и слова поддержки нужно сказать, да он и скажет, умеет же, только позже. А сейчас снова хочет спрятать своего любимого от его же второй, вечно страдающей, личности, поэтому аккуратно переплетает их пальцы. Такие хрупкие и такие свободные от побрякушек. Гладит костяшки и вырисовывает различные узоры на ладонях, пока Антон морщится от едва ощутимой щекотки и прячет глаза под отросшей челкой. – Знаю. Но еще знаю, что тебе нужен отдых. И я обязательно тебе его устрою. Пообещай, что в автобусе поспишь, пусть и неудобно будет, однако это лучше, чем ничего. И вообще! – сменив тон с успокаивающего на задорный, Попов вскакивает и начинает расхаживать перед коллегой по комнате. – Я хочу… Нет! Я требую, чтобы ты поехал в хорошем настроении. У нас же еще даже не было медового месяца. – Медового месяца? – переспрашивает мужчина после того, как перестает кашлять, поперхнувшись воздухом, и глаза выпучивает с монеты пятирублевые. – Ну да, – театрально закатывает глаза брюнет, актер все-таки. Ухмыляется, снова садясь рядом. Пристально вглядывается в лицо напротив, а потом выдает: – Месяц такой, когда мед есть надо. – Дурак, – смеется Шастун, ударяя его в плечо, а после валит на кровать и нависает сверху. Красивые и до жути любимые голубые глаза впиваются в него, источая такую нежность, от которой у Антона все плывет, руки и ноги подкашиваются, так и норовя лишить его опоры, а разум затуманивается, заставляя снова забыть о времени. – Вот такого тебя я люблю еще больше, но нам надо собираться, – констатирует факт Арсений. Теперь он быстро чмокает своего молодого человека и рыбкой выныривает из-под него, оставляя в состоянии крайней разочарованности. – Ну ты и зануда, – тянет младший и плюхается морской звездой на смятую постель. Через пару минут в него прилетает куча вещей и рюкзак. – Не спать! Давай собирайся. У нас будет незабываемый медовый месяц. – Арс, – почему-то снова смущается импровизатор. Осознает и принимает же то, что в новом статусе они теперь находятся, но, чтобы настолько, чтобы как настоящие молодожены исполнять все традиции… Вот это дня него непривычно и даже отчасти некомфортно. Договорились же все проблемы и щекотливые ситуации обговаривать, но и дается это тяжело. Не привык Антон к такому, а Попов научить пытается, не бросает, помочь хочет. Ну или же это просто и есть та самая любовь. – Ладно-ладно, не буду тебя в краску вгонять, – смеется брюнет и кидает новую стопку одежды рядом с предыдущей. – Так, мы по итогу чё делаем? Куда идем?