Steel, Flame and Blizzard
8 января 2026 г., 13:59
— Этот дворец — просто сборище сил зла, чуваки! Я едва из панциря не выпрыгнул, когда статуя отодвинулась! А Китана вообще ненормальная. Как можно быть такой красивой, но при этом такой безбашенной?
Микеланджело стоял одной ногой на бамбуковой палке и удерживал куриное яйцо палочками для еды. Бо’Рай Чо важно расхаживал рядом и шлёпал посохом по коленке.
— Сосредоточься на равновесии, Микеланджело. Стань единым целым со своим телом, отыщи точку опоры. А если разобьёшь яйцо, я отправлю тебя чистить помёт крыланов на крыше.
— Всегда знал, что у королей проблемы с головой. Но зря ты убежал, Майки. Китана может отправить сюда ниндзя или ещё кого похуже, например, Ди’Вору.
Донателло стоял на руках, широко раздвинув ноги. На обеих ступнях стояли по горке монеток, так и грозясь рассыпаться. Мастер Бо шлёпнул по лодыжке, заметив лёгкое движение. Донни едва не раскидал деньги.
— Освободи свой разум, Донателло. Не думай о монетах на ногах, и тебе не придётся волноваться.
— Вот бы и попробовал остаться, Дон! — оскорблённо фыркнул Майки. — Кроме Джонни там не было никого вменяемого, а когда появился этот Горо, мне стало не по себе. Вы бы его видели: огромный, как скала, взгляд убийцы, мышцы вдвое больше Рафовых! Кстати, у него пальцы прямо как у нас.
— Расскажи ещё про это подземелье. Ты уверен, что там ничего не было? Тебя никто не заметил?
Рафаэль сидел в позе лотоса, упёршись четырьмя пальцами в пол, удерживая себя на весу. На носу сидел маленький металлический шарик, и большая черепашка старалась не двигать им. Посох Бо чуть коснулся подбородка Рафаэля.
— Дыши глубже, Рафаэль. Дыхание — основа основ. Без него даже самые сильные удары будут подобны удару немощной старухи по стене.
— Я никого не разглядел, пришлось свалить, чтобы не поймали. Но там явно кто-то был! Какое-то чудовище меня схватило за ногу, но я убежал, — без гордости напомнил Микеланджело, поднимая яйцо выше. — Ещё бы чуть-чуть…
— Майки, Ты точно уверен, что никто тебя не видел? Скажи уж честно, чтобы мы знали, к чему готовиться, — посетовал Лео, медленно передвигая руками. Чашки горячего чая на плечах, локтях и правом колене делали движения плавными и гладкими.
Бо подошёл к Леонардо, прикрыл глаз, получше рассмотрел старшего из братьев, взял одну из чашек, отпил и поставил на место.
— Вы слишком отвлечены от тренировки, ребята. Ваши тела здесь, но сердца где-то там, — важно заявил толстяк и уселся на пол. — Признаться, и мне тоже не по себе. Сплинтер слишком суров с вами: ну какая тренировка, когда ваш брат попал в дворцовые страсти? Всё, хватит на сегодня!
Четверо братьев выдохнули, порадовавшись пониманию мастера Бо. Ниндзя должен очистить разум, но иногда просто не получается. Черепашки сложили вещи на место, Майки вернул яйцо в корзинку и повернулся к Лео:
— Говорю тебе, я был осторожен, даже успел статую закрыть! Лео, ты думаешь, что я совсем идиот? — оскорбился Майки. Все трое братьев молча взглянули на него, и младший отмахнулся. — Да ладно вам, ребята! Я всё сделал чисто. Честно!
— Хорошо-хорошо, Майки. Мы верим, — кивнул Лео и положил трёхпалую руку на плечо брата. — Просто мы очень переживаем за тебя. И хоть мне нравится так говорить, но, может, Донни прав? Вдруг не стоило уходить?
— Да ни за что на свете, Лео! Это жуткое место, там туалетов нигде нет! А ещё меня никто не удерживал! — запротестовал Майки и скрестил руки. — Правда, девчонки там очень даже ничего. Красотки!
— Да ничего обычного, как по мне. Злобные они какие-то, — забурчал Рафаэль, надевая мясницкий передник. — Фигурка и глазки ещё не всё, что должно быть в девушке.
Глаза Донни едва не вылезли из орбит, Майки почесал шею, а Лео приподнял бровь. Старший из братьев оглядел Рафаэля с любопытством и опаской.
— Это с каких пор ты стал понимать что-то в женщинах, Раф?
— Да что там понимать? — махнул рукой здоровяк. — Просто не ведёшь себя, как придурок, угощаешь её, говоришь о том, о сём. Имя спрашиваешь, с отцом знакомишь, и…
Рафаэль прикусил язык и зажмурился, но было уже поздно. Братья и мастер Бо с довольными улыбками разглядывали Рафа, улыбаясь широко и ехидно.
— Что? Да нету у меня девушки!
— А мы не спрашивали. Ты сам сказал, — кашлянул в кулак Леонардо.
— Да ты когда успел?! Ты же всё время с нами дрался то с бандитами, то с ниндзя. Раф, ты чего нам не рассказываешь? — раздосадованно воскликнул Донателло.
— Ну ты даёшь, братан! Дай пять! — подскочил Майки, подняв ладонь. — А она красотка? Какие у неё глаза? Ты про меня рассказывал? Она черепашка? У неё есть сёстры?
— А бёдра у неё большие? — спросил Бо, отпивая. — Ищи себе женщину с крутыми бёдрами, Рафаэль! Она принесёт тебе много здоровых детей. Если вы одного вида, а если и нет, то не пожалеешь.
Зарычав, Раф шлёпнул Майки по ладони, скрестил руки и отвернулся. Румянец заплясал на тёмно-зелёной чешуе, глаза смотрели под ноги.
— Вот! Вот поэтому я вам ничего и не говорил, вы же начинаете вести себя как дети. Имеет право черепашка на личную жизнь в свои-то годы, а? Вот Сплинтер сразу всё понял, дал советы и не влезал не в своё дело. Поучились бы!
— Значит, красотка, — хихикнул Майки, прикрывая рот. — Не бойся, я не уведу, только если сама не захочет. Перед весельчаком ни одна не устоит, спроси у Китаны!
— Я тебе сейчас морду с лица уведу! — зарычал Раф, попытавшись схватить Майки. Но младший брат проворно отпрыгнул к остальным. — Проявите уважение к даме!
— Полегче, Раф. Не ругай братьев, они за тебя рады. Просто хотят быть рядом в самые яркие моменты, — по-дружески пожурил Бо.
— Кстати про моменты: а где вы были, когда к нам пришла Китана? — нахмурился Майки.
— Я спал.
— Даже завидно, — пробормотал Донателло, опустив взгляд. Самый высокий из братьев ссутулился и нахмурился. — Наверное, стоит почаще выходить из дома.
— Перестань, Раф, мы не издеваемся, — успокоил Лео. — Но, может, просто расскажешь, кто твоя подруга? Обещаем, что мы будем вести себя вежливо при встрече. Даже Майки.
— Чего? — воскликнул Майки.
Раф поворчал, хмыкнул и недовольно закивал.
— Ладно. Её зовут Алопекс, она лисица. И… Ну, она хорошая. Странная немного, но в целом довольно милая девушка, общительная, честная. Это всё, что я могу рассказать, — смущённым тоном рассказывал Раф, улыбаясь уголком рта. — Приходит и уходит, когда захочет, говорит, что думает. Классная.
— Уверен, что так, — Лео похлопал брата по плечу. — Познакомь нас обязательно, ладно? Обещаю, что мы будем вести себя прилично. Слово ниндзя.
Слабая улыбка облегчения заиграла на Рафаэле; большие плечи расправились. Черепашка тихонько ударил брата в панцирь.
— Хорошо. Но за тебя и уж за Донни я не переживаю. Это Майки глупости у нас делает.
— Неправда! И ваще, я понравился императрице! — гордо заявил младший брат. — Если так подумать, то ты второй из нас, кто с девчонкой познакомился.
— Не, я её встретил ещё до Кейджа, — злорадно ухмыльнулся Раф, показав один палец брату. — Так что учись, любимчик дворцовый.
Приход Сплинтера не дал дружеской перепалке начаться. Четвёрка поклонилась и поприветствовала учителя, а затем покинула додзё. Тренировка закончена, началась работа.
— Благодарю за помощь, мастер Бо. Уверен, что ваши тренировки укрепят дух моих сыновей. Спасибо, что помогаете мне в такие трудные моменты. Надеюсь, что вы останетесь подольше.
— Как бы не хотелось расставаться, но мне нужно отправляться. Долг зовёт. Хотя, мне кажется, что здесь я был бы куда полезнее и нужнее.
— Не смею задерживать тебя, мастер Бо. Спасибо тебе за поддержку, — вежливо поблагодарил Сплинтер, сложив руки вместе.
— Э, какая там поддержка? Я буквально ничего не сделал, просто шёл мимо и решил поздороваться, — отмахнулся Бо. — И видят боги, я должен остаться тут подольше. И клянусь, я вернусь, как только закончу с делами у себя дома!
— Ты всегда желанный гость в светлые и тёмные дни, мастер Бо. Я позову сыновей, чтобы попрощаться с тобой…
— Не надо. Мальчики так усердно работают, а тут пузатый пьяница требует поклон. Ба, глупость, Йоси! Более того, я бы предложил тебе пойти со мной. Взять мальчиков и убраться из города, пока по-хорошему! — толстяк шлёпнул себя по пузу. — Моя печёнка говорит, что грядёт что-то страшное. Она уж знает, когда остановиться.
— Возможно, твоей печёнке просто нужно больше вина, дорогой мастер, — посмеялся старый крыс и протянул руку. — Кое-что я дам тебе с собой в качестве благодарности. Надеюсь, что ты и вправду скоро вернёшься.
— Ах ты, паразит! — рассмеялся Бо, крепко обнял ученика и прошептал. — Серьёзно, Йоси. Уходите сейчас, пока не поздно.
— Не могу, мастер. Мой дом отстроен, мои дети со мной, а люди ждут, чтобы я их накормил, — вздохнул Сплинтер. — Таков мой долг перед этим городом и его жителями. Но я ценю твою заботу.
— Хоть бы это оказались мои стариковские бредни, — кисло заявил Бо и вышел на улицу, перебросив пожитки через плечо.
Ноги пузатого мастера вели к воротам города, фляжка то и дело касалась губ, а взгляд падал на прохожих. Тут и там Бо замечал тени. Клан Фут следил за ним, провожал. Возможно, готовился к нападению. В толпе Бо увидел женское лицо. Скулы, взгляд, уверенность. Караи была страшно похожа на своего родителя. Их глаза встретились, но недолго. Бо хмыкнул и покинул город.
— Это не к добру.
На душе Сплинтера тоже было неспокойно. Едва жизнь вернулась к норме, как что-то подсказывало патриарху Хамато об опасности. Но внутри он не видел ни ниндзя Фут, ни стражи. Крыс пообещал себе, что они будут осторожны, но понимал, что всё равно обрекает сыновей на нечто опасное.
Сплинтер надеялся, что этого хватит. А вот чего не хватало, так это продуктов. Из-за происшествий, поставки сбились, и торговцы поменяли расписание. Сплинтер понимал, что придётся отправить сыновей, если они хотят работать. Мудро было бы закрыться на сегодня, но старый мастер решил, что нельзя пасовать перед опасностями.
Известив гостей, что объявляется перерыв, крыс подозвал к себе черепашек.
— Донателло, отправляйся на юг, купи муки. Рафаэль, ты отправляйся к мяснику, возьми наш обычный заказ, но не переусердствуй. Леонардо, Микеланджело, идите в овощную лавку, попросите двойной заказ. У нас ничего не осталось, кроме лука.
Затем Сплинтер задумался, потёр подбородок, вильнул хвостом и добавил:
— И купите мне кто-нибудь сладости. Мне нужно многое обдумать, а сахар полезен для мозга. И не тратьте сдачу на шалости!
— То есть нам сладкое нельзя, да? — уточнил Майки на всякий случай. — А как же нам тогда думать?
— Ты и без этого справляешься, Майки. Пойдём, — Лео потрепал брата по плечу и направился к выходу.
— Я бы тоже от сладкого не отказался, — заметил Дон, отряхивая руки. — Особенно после тележки.
— Зачем вам столько глюкозы? Вот мясо — другое дело, — заметил Раф, замыкая строй. — Наконец-то выберу самого сочного из рогатых монстров! Вы от такой нежнятинки в обморок упадёте! Спасибо, сенсей, я вас…
— И ещё кое-что!
Голос Сплинтер заставил четвёрку остановиться и резко обернуться. Взгляд мастера был серьёзен, голос подобен стали. Лохматый палец указывал в потолок.
— Будьте осторожны и не ввязывайтесь в драки. Избегайте насилия любой ценой. Помните, даже с новым домом, мы привлекли к себе много внимания.
— Будет сделано, сенсей. Мы будем подобны ветру в ясный день.
— Не беспокойтесь, учитель Сплинтер. У меня будут заняты руки.
— Да, мы самые дружелюбные черепашки в Эдении!
— Говори за себя. Надеюсь, что ни у кого не хватит дурости нападать на черепашку с тушей за плечом!
Сказанное сыновьями немного успокоило мятежное сердце, но ненадолго. Проводив братьев, Сплинтер заварил себе чаю, отправился медитировать, но спокойствия так и не нашёл. Время тянулось очень долго, и Йоси считал минуты, пока не услышал тяжелую поступь.
— Рафаэль, ты вернулся? — спросил крыс, поднимаясь. — А где твои…
Но не зелёная черепашка ждала старого крыса, а Барака. Встревоженный таркатанец почти виновато смотрел на хозяина закусочной. У Сплинтера шерсть встала дыбом.
— Китана послала Сайзота следить за сыновьями. Таня убедила её установить слежку.
Не говоря ни слова, Сплинтер покинул дом с несвойственной для старика ловкостью и скоростью.
***
Таскать вещи Донателло умел, но старая тележка была скрипучая, ненадёжная и с трудом могла увезти что-то по-настоящему тяжелое. Спасибо Леонардо и Майки: старший и младший отрабатывали броски, а тележка стала татами. Дон уже давно собирался починить и модернизировать, даже сделать её полуавтоматической. Только нужно деталей набрать, которых в Эдении нет. Технический гений сильно скучал внутри Донни. А вот ниндзя был готов и бдителен. Это позволило Донни почувствовать слежку. Чей-то взгляд впивался в панцирь, как жало под кожу. Дон, как порядочный ниндзя, сделал вид, что не замечает и шёл по делам. На юг, за мукой, к большим-большим мешкам. Гений думал даже прикупить немного приправ для еды, вопреки заданию Сплинтера не тратиться. В конце концов, черепашка знал, что лучше для живота клиента. Но с таким преследователем Донни не был уверен, как ему поступить. Донателло ходил кругами, петлял и путал. Со старой тележкой это было невыносимо тяжело, но несколько раз он чувствовал, что сбил со следа преследователя. А потом, через некоторое время, опять ощущал на себе взгляд. Терпеливый, холодный, неподвижный. Прямо как у… — О! Ты же черепашка! Радостный голос сбоку заставил Донни отвлечься. Сбоку от него стоял лис. Двуногий, с алой шерстью, короткими чёрными волосами и большими голубыми глазами. Если судить по меркам человека (или черепашки-переростка), то лисёныш был ровесником Донни. Ну, может, год-два разница. — Э. Ну, да. Тут не поспоришь, — улыбнулся Донни. Неужели вот и он? Преследователь? — А ты… — А я тебя давно ищу! Хожу за тобой, но ты убегаешь! А я думал, что черепахи медленные! — посмеялся лис, спрятав руки в карманы куртки. — Выходит, кролика вы можете обогнать! — Друг мой, эта басня показывает превосходство ума над физическими качествами, а заодно учит не судить по внешнему виду, — мудро рассудил Дон. — Стереотипы о земноводных зачастую основаны на слухах, неправильном соответствии и личной неприязни. Лис приподнял брови и склонил голову на бок. — Чего? — Сказал, что черепашка может навалять, — усмехнулся Дон и отпустил ручки тележки. — Лучше скажи мне, зачем ты следил за мной. Что-то вы зачастили ходить к моему брату. — О! Так ты не Рафаэль? — удивился лисёнок. — Точно! Алопекс говорила, что вас там несколько! Да и тощий ты какой-то сильно! — Я жилистый, а не тощий. Не очень-то вежливо, и твоего имени я так и не услышал, — хмыкнул Донателло. — Как тебя зовут и зачем ты ходишь за мной? — А? О, прости, забыл! Я Нага из деревни лис! Алопекс моя сестра, и она многое рассказывала о вас. Я очень хотел увидеть и передать кое-что в качестве извинений! — Извинений? — Донателло огляделся вокруг, заприметил несколько домов и махнул рукой в сторону. — Давай там поговорим, чтобы шума не было. Обсудим всё. Шестое чувство вопило, но Дон не видел угрозы в Наге. Он показался ему простым пареньком, молодым и наивным. Заведя Нагу в подворотню, Донни постарался выпрямиться во весь свой рост. Теперь красношёрстный парнишка едва доставал ему до груди. — Итак, Нага, зачем ты меня искал и что тебе нужно? Чувство опасности выло волком, но Донателло по-прежнему не ощущал это в Наге. Сенсей Сплинтер учил не судить по внешности, но черепашка знал разницу между истиной и тайной. И в Наге не было никаких загадок; стоило просто в глаза взглянуть. — Я хотел бы извиниться за свою приёмную сестру! Я подслушал её разговор с большой сестрой Умеко, рассказал бабушке, и она велела мне принести вам компенсацию! Вот! Лисёнок достал небольшой кошель и поднёс Донателло. Серые глаза Донни округлились, когда звон монет раздался в переулке. Три пальца накрыли мохнатую ладонь, прервав звук. Донателло был готов поклясться, что слышал звук за стеной рядом с собой. — Тише, Нага! Не стоит так хвастаться деньгами, даже в Новой Эдении. И… честно говоря, я не уверен, что ты должен давать мне деньги. — О, нет-нет! Возьми! — едва ли не подпрыгнул Нага, размахивая мешочком. — Бабушка мне усы поотрывает, если узнает, что я вернулся с деньгами! Это опасно — нарушить перед ней слово. — А по Пустошам бегать не опасно? — хмыкнул Донни, разворачиваясь к стене. Длинные руки опустились, шесть пальцев хрустнули. — Разве тебя не учили, что нужно быть осторожным не только вне стен дома, но и… К удивлению Наги, Донателло совершил рывок к углу стены, будто собирался бежать. Пальцы черепашки схватили что-то невидимое, плотно уцепившись за воздух. Донни закрутился на месте, швыряя в переулок нечто довольно тяжёлое и большое. Мышцы на длинных руках напряглись, натянулись на плечах. Но Донателло использовал противовес, буквально направив вес врага против него самого. —… внутри! — закончил фразу Дон, вставая в боевую стойку. Нага резко поднял уши, громко и взволнованно заурчал. Невидимка ударился о землю и сбросил маскировку. Человек в капюшоне и зелёных одеждах ловко поднялся, упёрся ногами в пыльную землю и выпрямился. Нижнюю часть лица закрывала маска болотного цвета. Глаза, яркие, светящиеся, похожие на изумруды, опасно сверкнули. — Кто это? — тихо спросил Нага, не в силах пошевелиться. Не только от ужаса, но и от увиденного. Такое зрелище никогда не найдёшь в родной деревне. — Мой преследователь. Я чувствовал, что ты идёшь за мной от самого дома, — сдержанно произнёс Донателло. — Я едва услышал твои шаги. — Тебе следовало просто заниматься своими делами, Донателло Хамато, — произнёс преследователь грозным, немного шипящим голосом. — Я бы не причинил тебе вреда. — Что-то мне с трудом в это верится. Полагаю, на мои вопросы кто ты такой, ты отвечать не будешь? — цокнул Донни, опуская ладонь перед собой. — Не зря тебя зовут умником в семье. Не волнуйся, когда я побью тебя, то постараюсь не повредить твою голову. Ты раскрыл моё присутствие, а такое я не могу оставить безнаказанным. Едва незнакомец закончил свою речь, Донателло услышал хлюпающий, скользкий звук. Зелёная жижа испачкала ступни врага. Преследователь поскользил прямо к Донателло, едва не сбивая черепашку с ног. Природная ловкость помогла тому уйти, и он уже готовил ответный удар, как что-то крепкое ударило по панцирю. Донни отлетел прочь, врезавшись в кучу мусора. — Что это было? — гавкнул Нага. — Донателло, вставай! Он атакует! Ломая все мифы о неловкости черепах, Донни резко откатился в сторону, когда нога в сапоге обрушилась там, где должна быть зелёная голова. Крутанувшись на панцире, черепашка бросил преследователя на землю, наступил на грудь и посмотрел в глаза. — Сдавайся, или я сломаю тебе… Что-то тяжелое обхватило ногу Донателло. Едва заметные очертания хвоста, тяжёлого, похожего на крокодилий, попались взору самому умному из братьев. А затем он лишился точки опоры и упал, и получил такой мощный удар под бок, что отлетел к Наге. — Ты живой? — спросил лис, помогая черепашке подняться. — Я видел… видел хвост! Большой, как у дракона! — Это ещё полбеды, — выдохнул Донни, тяжело выпрямляссь. — Он пнул меня с такой лёгкостью, словно я подушка. Я наступил ему на грудь, а будто камень шлёпнул. Он не человек. — Как и ты! — зашипел зелёный убийца, вставая на четвереньки, напоминая лягушку. Преследователь прыгнул, преодолевая огромное расстояние за считанные секунду, ударил Донателло двумя ногами в грудь. Черепашка успел выставить блок, заскользил, оставляя толстый след на земле. Руки заболели от пережитого удара. — Долго держишься. Хорошо! Я ожидал такого от собрата! — рыкнул зелёный убийца, снова вставая в стойку. — Это будет… Удар сломанной доской по лицу сбил маску с довольно смазливого лица. Маленький Нага яростно бил врага по спине, несмотря на растущую боль в кулаках. Зашипев, убийца ударил костяшками по доске, разнося её вдребезги. — Чудовище! Монстр! — завыл Нага, доставая кинжал. Человеческая ладонь обратилась в гигантскую чешуйчатую лапу с длинными когтями. Кисть Наги попросту затерялась в чудовищной хватке монстра-перевёртыша. — Рептилия, — поправил убийца, поднимая Нагу за руку. — Не мешайся под ногами, мальчишка, или я откушу тебе голову! Лисьи ноги принялись дубасить Рептилию по лицу; Нага рычал и скулил, невзирая на растущую боль в сжатой руке. Рептилия раздражённо отбросил лисёнка в сторону и повернулся к Донателло, но черепашки уже не было. Ниндзя прыгнул сверху, пережав тощую шею Рептилии ногами. Вскрикнув, убийца полностью превратился в чудовищную, прямоходящую рептилию, рычал, раздувал зоб, но от хватки Донателло так и не избавился. Кончик хвоста бил по панцирю, руки пытались достать черепашку, но Донни не только сжимал шею крепче, а ещё и дёргался, и вращался. Наконец, Рептилия опустился на четвереньки и рванул по переулку, забрался по стене и спрыгнул спиной вниз. Черепашка пришлось отпустить шею и позволить монстру рухнуть на землю. — Для огромного земноводного у тебя отлично работает смекалка, — выдохнул умник, оглядываясь вокруг. Должно быть решение, как победить огромного монстра. Рептилия бросился, выплюнув ядовитую жижу перед собой. Донателло прыгнул в сторону, а затем почувствовал крепкий захват на кисти. Длиннющий язык из пасти Сайзота крепко зацепил его, швырнул прочь, пробив балку. Панцирь снова спас от удара, но появившаяся лапа Рептлии не сулила ничего хорошего. Донни перекатился в сторону, позволил лапе разломать опорную балку. Часть ветхой крыши обрушилась на голову Сайзота, пока черепашка бежал к тележке и вытащил посох, спрятанный как часть конструкции телеги. У Рептилии когти, кислота, зубы, хвост и невидимость. У Донателло только смекала и собственные мозги. Расшвыряв упавшую крышу, Рептилия отыскал взглядом Донателло, но тот нашёл его первым. Тупой конец посоха угодил прямо в левый глаз. Разозлившись, чудовищный перевёртыш перешёл в атаку, но не преуспел. Любые нападения парировались ударами по ладоням, морде и хвосту. Тяжёлые конечности отбивались гибкой палкой. Облик монстра сменился на облик человека. — Посох? Серьёзно? — разозлился Рептилия, встав в стойку. — Какая-то жалкая палка против моих клыков? Растворившись в воздухе, убийца исчез. Донни прислушался, вонзил посох в землю и окатил силуэт пылью. Едва очертания стали видны, как черепашка от души врезал по лицу. — Не палка, а мозги. Последующая серия ударов пришлась на голову, плечи, живот, колени и локти. Рептилия едва стоял на ногах, но размашистый удар по челюсти подбросил убийцу вверх, заставил перевернуться и грохнуться с треском. Ярость заклокотала в сердце поверженного воина, желание мести не затмило разум, а родило новые мысли. Резко поднявшись, Рептилия отбросил маску и оскалился, явив довольно миловидное лицо. «Слишком симпатичный для монстра», — отметил про себя Донателло, крепче держась двумя руками за посох. Длинный язык оплёл древко, потянув оружие на себя. Черепашка едва устоял на ногах и стиснул зубы. Рептилия не пытался притянуть к себе Донни, наоборот. Используя язык, он переместился к черепашке и уже занёс руку, предварительно вернув ей чудовищный вид. Донателло мысленно приготовился к сотрясению мозга. Что-то белое и громкое просвистело между ними. Огромная лапа взлетела вверх, разбрызгивая зелёную кровь, часть языка свисала с посоха. Рептилия резко отступил, хватаясь за отрезанную конечность. Зелёные глаза метались в поисках врага. Донателло сначала обрадовался такой внезапной помощи, но как только увидел лезвие-диск, сглотнул. — Сегодня какой-то день случайных встреч. И чем я это заслужил? — иронично полюбопытствовал черепашка, высматривая следующего противника. Темнокожий убийца перезарядил снаряд, пока гордо и грозно шагал в сторону Донателло. Глаза Сайракса горели решимостью, мускулы затвердели. Рептилия спрятал отрезанный язык в рот, крепче сжимая рану. Обратившись в чудовищную форму, монстр грозно ударил хвостом и бросился в бой. Убийца из Лин Куэй резко вытащил колбу и метнул прямо в пасть Рептлии. Раздался небольшой взрыв, алый туман накрыл тяжёлую морду, и Рептилия упал, слабо подёргивая конечностями. — Пшёл вон, перевёртыш! Это мой бой! — воскликнул Сайракс, переступая через тело. — Ты должен мне, черепашка! Честь Лин Куэй взывает к реваншу! — Ты называешь это честным? — возмутился Донателло, указывая на Рептилию. — Я едва не погиб от огромного монстра, а теперь должен драться с тобой? Тут явно что-то не сходится! Слова черепашки не остались незамеченными. Сайракс повернулся к раненному Рептилии, заметил в углу лиса Нагу, а потом посмотрел на Донателло. Черепашка действительно устал и выглядел немного измождённым. Убийца цокнул и посмотрел на усилители. — Твоя правда. Предлагаю вот что: я буду драться используя только руки и ноги. Ни лезвий, ни алхимии, ни технологии, — убийца развёл руки в стороны. — Это достаточно честно? — Может, тогда опустим драку и просто поговорим? — пытался воззвать Донни к разуму Сайракса. — Ты ведь не хочешь меня убивать, верно? Ты мог бы отсечь мне голову в бою или метнуть эти свои восхитительные гранаты! Сомнения ещё сильнее прослеживались на лице Сайракса. Утратив боевую стойку, он на время замолчал, посмотрел под ноги. А потом бросился в бой. — Дерись! Резкие удары, тренированное тело, навыки и мастерство боя. Сайракс не уступал Рептилии, который рассчитывал на звериную силу и ловкость. Но в этот раз Сайракса ждал сюрприз. Уставший Донателло оказался крепким и быстрым. Стоило кулаку взметнуться, как Донателло уже пригнулся. Нога метила по щеке, а черепашка легко парировал локтём. Разум взывал воспользоваться зельем, но убийца помнил своё обещание. И поплатился за него ударом в живот тупым концом посоха. Затем последовал добивающий по спине. Так Сайракс открыл для себя, что физическая сила оливкового панцирного превосходит его собственную. — Драка закончена, — заявил Донателло, отходя в сторону. — Я победил! Поверженный Сайракс сплюнул и болезненно посмотрел на Донни. Гордость и злоба мелькнули в глазах, капля крови стекла по губе. Убийца ждал, что черепашка проломит ему шею или ударит по голове, но тот не атаковал. — Чего ты ждёшь? Прикончи уже меня! Я снова опозорен! — Я опозорю себя, если лишу мир такого блестящего ума. А ещё ты не плохой человек и воин чести. И не хотел драться, — объяснил Донателло. — Мастер Йоси бы сказал, что твоя душа была в смятении, когда мы бились. Бой сменился мудрыми наставлениями, и Нага позволил себе подойти ближе, дёргая хвостом. Доброта и мудрость Донателло не осталась незамеченной никем из присутствующих. Сайракс поднялся на ноги, держась за ушибленный бок. — Смятении? — заурчал Нага. — Но он дрался так свирепо и быстро! — Нет, черепашка прав. Я не чувствовал, что поступаю правильно. Хоть ты из Сирай Рю, я не вижу в тебе врага, — признался Сайракс. — И это ранит мою честь ещё сильнее. — Чувак, я только недавно узнал про Сирай Рю и Лин Куэй! Не знаю, что у вас там за проблемы, но ни моя семья, ни я к этому не причастны! Мы просто держим закусочную! — объяснял Донателло. — Да, мы владеем стилем, но наш отец ничего не рассказывал о прошлом. — Верю. Вижу. Анализирую, — с меньшим смятением сказал Сайракс и выпрямился. — Ты пощадил меня, так что я поделюсь кое-чем. Наши кланы давно враждуют, а много лет назад Сирай Рю вероломно напали и вырезали большую часть нашего клана. Наш лидер лишился брата и теперь ищет мести. Но изначально мы не планировали драться с вами. Убийца усмехнулся и покачал головой. — Вот и смешали личное на работе. Я знал, что это плохой план. — Вы про Кейджа? Зачем он был вам нужен? Не в обиду ему, но могли бы захватить кого-то поважнее из дворца, — осторожно предложил Донни. Нахмурившись, Сайракс сжал кулаки. — А наши личные дела не касаются тебя, черепашка. Откуда мне знать, что ты не из свиты императрицы, и твоя драка с монстром не была просто ссорой из-за… Тёмный палец указал на пустое место. Рептилия исчез, оставив лишь редкие следы зелёной крови. Сплюнув, Сайракс развернулся. — Я и без того засиделся! Нужно уходить. Берегись, черепашка, в следующий раз тебе может не повезти. — А я надеюсь, что в следующий раз мы поговорим о твоих лезвиях, — улыбнулся Донателло. — Серьёзно, ты должен мне рассказать, как ты их сделал! — Мечтай, панцирный! — усмехнулся в ответ Сайракс. В словах не было ни злобы, ни злого умысла. — Мы с тобой не лучшие друзья! Выстрелив из рукава тросом, Сайракс подтянулся к крыше и исчез на другой стороне. Донателло завистливо выдохнул: вот бы и ему такие гаджеты! Как бы проще стала их жизнь. — Ты как, Донателло? — спросил Нага, подходя ближе. — Ты не ранен? — В порядке. Даже лучше, чем думал, — решил черепашка, возвращаясь к тележке. — А как ты? Рептилия тебе руку не сломал? — Нет, всё нормально! Я больше испугался, чем поранился! — Отлично. Тогда вернёшь должок, как тебе бабушка говорила: поможешь мне довезти еду домой.***
Проходя мимо знакомых улочек, Рафаэль тихо присвистывал. Работать руками он любил, считал это почти природным зовом. Когда несёшь гигантскую тушу, а потом разделываешь её, ощущаешь полную радость труда. Черепашка собирался поторопиться, чтобы успеть как можно быстрее, но любопытство ниндзя заставляло оглядываться по сторонам. Даже если клан Фут и следит за ним, то Раф не делает ничего противозаконного. В янтарные глаза попалась кузница, где должен проживать придурок в хоккейной маске. Барака и его воины уже обследовали место, а судя по выбитой двери, таркатанцы тщательно прошлись изнутри. Так бы и Раф прошёл мимо, если бы не огонёк за окном. Внутри кто-то есть, и зуд на панцире подсказывал большой черепашке кто именно. Аккуратно войдя внутрь, Рафаэль прошёл по грязному тёмному помещению, увидел открытую дверь в комнату и хмыкнул. Высокий парень вышел, держа под подмышкой мешок с вещами. Маски нет, но Рафу это и не нужно. Испуганный взгляд выдал неизвестного с головой. — Чего? Что ты забыл в моём доме, урод? — Пришёл вернуть должок, — прорычал Рафаэль с яркими нотками садиста, наконец-то дорвавшегося до своей цели. Кузнец выронил вещи, но не успел и рукой махнуть — Рафаэль влетел с ним в жилую комнату. Барака успел перевернуть всё вверх дном, устроив погром, а дерущиеся черепашка и кузнец добивали остатки. Рафаэль то толкал Кейси об стену, то Кейси метал торшер о кулак черепашки. Грубая сила кузнеца и грубая сила в сочетании с техниками ниндзя почти заставила дом шататься. — Тупой придурок! — рявкнул Кейси, хватая кузнечный молот. — Зелёный урод! — Обзываешься, как маленький! — Рафаэль увернулся от молота, выхватил из рук и ударил Кейси ногой в живот. — Дерись как мужчина! Кейси влетел в кузницу, ударился о наковальню плечом и болезненно застонал. В дверях замаячила большая фигура с панцирем, угрожающая продолжить избиение. Схватив в руку щипцы, Кейси попытался отмахнуться, но Рафаэль играючи выбил оружие и снова толкнул на наковальню. — Мудила панцирный… — Не надо было ломать мой дом. Не надо было угрожать моей семье. Не надо было лезть! Схватив за фартук, Раф тряхнул раненого парня и посмотрел в глаза. Как это ни странно, но ярость не клокотала в сердце черепашки, а желание мести казалось таким незначительным. Если оно было. Почти брезгливо черепашка столкнул здоровяка прочь. — А если я разнесу твою хату, м? Тебе понравится, а? А? — крикнул тёмно-зелёный великан. — Понравится, говорю? — Да делай, что хочешь! Сначала забираете людей во дворец, потом крушите дома. Какая уже разница? Давай, прикончи меня, и хватит болтовни. У меня глаза болят от твоей морды! Голос Кейси звучал одновременно и злобно, и равнодушно. Рафаэль сначала напрягся, но что-то заставило его не срываться на поверженном враге. Нет в этом ни чести, ни радости. — Уж больно хочется ноги вытирать о такого кретина. Я никогда не забирал чужого, и всего лишь хочу, чтобы меня с братьями не трогали. Да я тебя до того знать не знал. Усмехнувшись, Кейси прижался спиной к кузнечному столу и насмешливо посмотрел на Рафаэля. Отчаянная улыбка почти тронула сердце ниндзя. — Да мне всё равно, кто это из вас делает! Хоть черепашки, хоть таркатанцы. Однажды императрица и за твоими братьями придёт, попомни моё слово! Мои родители не единственные, кого держат во дворце! — Родители? Императрица? Да никого мы не… Большой черепах осёкся и замолк. Теперь он понял, что за отчаяние и безразличие в глазах Кейси Джонса. Откуда эта ярость, боль и мотив связаться и с Пурпурными Драконами, и с Лин Куэй. — Ты хотел обмена, да? Джонни Кейдж взамен на родителей? — спокойнее спросил Раф, присаживаясь рядом. — А Лин Куэй должны были прикончить Китану? — Угу. Кейдж её любимая игрушка, она за неё держится. Китана уже давно сошла с ума и слушается этого надменного божка, — закивал Кейси. — Раньше мои родители были на хорошем счету у императрицы, но лет шестнадцать назад она как будто взбесилась. А все делают вид, что не замечают, но… — Но твои родители не молчали и хотели узнать правду! — догадался Раф. — Их схватили! — Ага, — хмыкнул Кейси. — А для зелёного монстра-повара у тебя котелок варит. — Просто план у тебя на редкость дебильный и непродуманный. Ребёнок бы придумал что-то поумнее, — усмехнулся Рафаэль, поднялся и протянул руку. — Первая ошибка — это разнести мой дом. Смахнув сальные волосы со лба, Кейси протянул руку и поднялся на ноги. Двое крепких парней смотрели друг на друга с пониманием и без какой-либо враждебности. — Да не хотел я крушить ваш ресторан. Это все дебильные Пурпурные! Я говорил, что на Джонни надо нападать в безлюдном месте. Я так-то человек добрый, люблю создавать, а не ломать. — Надо было выбирать кого получше, — хмыкнул Раф, кисло улыбаясь. — Слушай, ты явно неплохой парень, просто попал в беду. Обещаю, я никому не скажу, что ты был здесь. Мне жаль, что твои родители… — Вот он! И черепашка тут! Лидер Пурпурных драконов стоял в дверях и указывал пальцем на пару здоровяков. Затем резко обернулся и посмотрел на кого-то большими от ужаса глазами. — Теперь вы меня отпус… Челюсть бандита отлетела к ногам Кейси и Рафаэля. Лидер Драконов упал на колени, а после рухнул щекой на пол, истекая кровью. Сектор вытащил застрявшие в костяшках зубы, брезгливо глядя на пару. — Удачный улов: отродье Сирай Рю и мелкий революционер. Двух предателей одним махом. Прекрасный день! Рафаэль оскалился и зарычал, нащупав бруски металла пальцем. Кейси бесстрашно вышел вперёд, выставив руки. — Стой! Больше нет нужды драться с ними! Я отменяю заказ! Ступня Сектора впилась в грудь Джонса и грубо оттолкнула на Рафаэля. Черепашка подхватил парня, не дав ему упасть. Кузнец болезненно скрючился, кашлянув от удара. — Понял, у него профдеформация, — выдохнул Кейси. Сектор выбросил руку, нацелив сопло на врагов, но брусок металла ударился о руку. Пламя опалило стену и подожгло крышу. Рафаэль прыгнул, ударив ногой со всей силы по Сектору, и пробил телом убийцы стену. — Уходи, Кейси! Дом сейчас сгорит! — предупредил Рафаэль, выбегая на улицу. — Я его задержу! Дом вспыхнул, но Сектору было мало. Он хотел видеть своих врагов в огне. Теперь, когда черепашка бежал прямо на убийцу, сжечь его должно быть просто. Струя вырвалась вперёд, но Рафаэль ушёл в сторону, и пламя опалило улицы. Жители бежали в ужасе, ещё один дом загорелся, кто-то упал, пожираемый пламенем. Рафаэль перехватил руку Сектора, направляя пламя вверх. — Ты так убьешь кого-нибудь! — А мне плевать! Пламя вырвалось из маленьких сопл, усилив толчок рукой. Сектор оттолкнул Рафаэля от себя, направил огнемёт на черепашку. Лезвие саи вонзилось в сопло, оружие взорвалось. Сектор недовольно посмотрел на сломанный огнемёт. — Теперь и мне тоже! — рявкнул красный, бросаясь на Сектора. Достав саи из огнемёта, убийца из Лин Куэй скрестил клинки с Рафаэлем. Оба красных кружились в танце, отбивали искры, обменивались ударами руками и ногами. Рафаэль бил по плечам и бокам крепкими кулаками. Сектор использовал ускорители, чтобы наносить сокрущающие удары по панцирю. — Держи его! — крикнул Кейси, выбегая из-за угла с молотком. — Это за мой дом, му… Ускорители на коленке зашипели, Сектор отшвырнул Рафа на спину, метнул саи в навершие молота. Бегущий Кейси оступился, выронил оружие и упал. Сектор направил огнемёт на кузнеца, но был отвлечён стрелой, попавшей в наплечник. Ниндзя Фут на крыше стреляли по врагу из луков, ещё несколько бежали по улице, возглавляемые Караи. — Рафаэль, в сторону! Он наш! — крикнула Караи, занося меч над головой. Сектор хмыкнул, шлёпнул рукой по панели управления. Череда маленьких ракет вылетела из огнемётного ранца. Острые навершия вонзались в плоть, а затем взрывались, разнося тела на куски. Караи успела увернуться, когда двое воинов по бокам лопнули, словно пузыри. Лучников постигла та же участь, как и нескольких убегающих жителей. Огонь, кровь и смерть наполнили улицы. Разозлившись, Караи схватила меч двумя руками и ударила снизу по Сектору. — У тебя нет чести, Лин Куэй! — крикнула она. Лезвие попало в бронированный наруч. Сектор отразил удар, выбил пинком меч и ударил Караи по хорошенькому лицу. Девушка упала и почувствовала тяжесть сапога на горле. — Бродячих псов убивают из жалости, а не из чести, — рыкнул Сектор, наставив огнемёт. — Смерть демонопоклонникам. Удар молота по ранцу стал сильной неожиданностью. Сектор едва не упал, с трудом устоял на ногах. Следующий удар пришёлся по груди, но пластина защитила кости. Кейси собирался врезать по голове, но Сектор использовал ускорители, чтобы отпрыгнуть назад. — Сопляк! — крикнул убийца, снова извергая языки пламени из огнемёта. Кейси прыгнул в сторону, но огонь успел задеть плечо и ногу. Штанина загорелась, от тела пошёл дым. Пытаясь заглушить пламя, Кейси не заметил, как Сектор снова приготовил оружие. Крышка от люка едва не снесла голову убийце, пролетев почти надо лбом. Рафаэль схватил Кейси за плечо. — Задержи дыхание! — Нет! Только не в дерь… Немного пригоревшее тело рухнуло в холодные воды канализации. Рафаэль прыгнул следом, громко выдохнув. Трёхпалая ладонь отыскала Кейси в сточных водах и достала наружу. — Великие боги, это же канализация! Ты мог выбрать место получше? Это что, твой дом родной? — кричал Кейси. — Не в этой жизни! — фыркнул Раф, оглядываясь. — Этот придурок всех сожжет, нужно прятаться, и где как не в воде? Так мы и людей спасём, и себя. — Логично, но… — начал было Кейси, но увидел, что Сектор спрыгнул следом и выставил руку. — Ложись! Теперь пришла очередь кузнеца утащить за собой черепашку под воду. Ракета пролетела над панцирем и взорвалась у стены. Обвал перегородил дорогу вперёд, оставив только один путь — через Сектора. Рафаэль вылез из воды и выдохнул, плюнул и заревел. — Какая гадость! — Зато мы теперь квиты, — усмехнулся Кейси. — Вы оба мертвы. Ваши обгоревшие тела будут плавать в дерьме. Почти поэтично, — усмехнулся Сектор, выставив руку. Отточенный взгляд увидел взметнувшуюся саи, внезапно брошенную Рафаэлем. И убийца отошёл в сторону, избежав попадания. — Отчаянная попытка. Почти жаль. — Не жаль. Я попал, — хмыкнул Раф. Горючая жидкость стекала из шланга в воду. Сектор оскалился, увидев, что его оружие пришло в негодность. Убийца Лин Куэй рыкнул, встав в стойку. — Отчаянный бой, но нет, черепаха. У меня в запасе остались… Сюрикены ударились о стены, выдолбив искры в опасной близости от текущего горючего. Сектор успел только открыть рот, прежде чем ярко вспыхнуть. Убийца Лин Куэй взревел, превратившись в двуногий факел, протянувший руки к небу. Караи спрыгнула сверху и отделила горящую голову от тела, пнула тело в сторону и указала мечом на лестницу. — Поднимайтесь, быстро! — приказала девушка. Рафаэль и Кейси вскарабкались наверх, Караи запрыгнула следом. А потом раздался взрыв и тряска. Сектор был напичкан взрывоопасным оружием. Пожарные команды и стражники сбежались в район бойни, пока троица отошла в переулок. Рафаэль помог Кейси сесть, а Караи смотрела на горящие дома издалека. — У Лин Куэй нет чести, — повторила она, скрестив руки. — Сегодня погибли мои люди и гражданские, но и враг не ушёл. Думаю, что можно назвать победой. — Да такое себе, — выдохнул Раф, приходя в порядок. — У меня панцирь вот-вот треснет. — А я сейчас развалюсь на части, — бормотал Кейси, глядя на суровое и красивое лицо Караи. — Или меня кинут за решётку. Даже нет сил, чтобы с девчонкой драться. — Братан, следил бы ты за языком, — пожурил его Раф. — Если бы не она, нас бы поджарили. Караи подошла к Кейси, прищурив глаза. Рафаэль приготовился спасать приятеля, хотя понимал, что шансов у него немного. Другие Фут уже наверняка в пути, если уже не здесь. — Я не буду тебя арестовывать, Кейси Джонс, ведь во дворце нет тюрьм. Преступников казнят на месте, — заявила Караи. — Но ты спас меня и помог Рафаэлю в борьбе с заклятым врагом. Будет бесчестно обойтись с тобой так подло. В этот раз я позволю тебе уйти. Кейси непонимающе посмотрел на девушку, а затем кивнул. Ни к чему испытывать судьбу. Рафаэль облегчённо выдохнул и развалился на панцире. Как же болело тело. — Что касается тебя, Хамато, знай, мы продолжим следить за тобой и братьями. Но ты показал себя воином чести. Я учту это, — холодно сказала Караи и повернулась спиной. — Я не видела вас, а вы со мной не говорили. Как только враг погиб, мы потеряли друг друга из виду. — Пойдёт, — махнул рукой Рафаэль. — Кстати, а ты… Как только черепашка поднял голову, Караи уже не было. Девушка испарилась, как утренний туман. — Да она как Лео в юбке. Им бы было о чём поболтать, — усмехнулся здоровяк. — Но вот, что странно: она говорит, что во дворце нет тюрьм, но Майки нашёл клетки в потайном проходе. — Клетки? Там были люди? Он что-нибудь видел? — оживился Кейси. — Там кто-то был? — Был, но он не увидел. Говорит, что было темно и боялся попасться, — соврал Раф насчёт братской трусости. — Знаешь, эта история становится всё более и более странной. Я думаю, тебе лучше поговорить с учителем Сплинтером, но… — Что? Что мне сделать? Заплатить? Пройти испытание? Договориться? — Помыться для начала. Мы с тобой ужасно пахнем, — пробормотал Рафаэль. — Отец меня убьет, если я приведу домой вонючку. — Да ты себя-то видел? Самым первым прыгнул в дерьмо без страха и упрёка! — посмеялся Кейси. — Надо же было спасать твою обожжённую задницу, да? И где бы ты был без меня? — Лучше сгореть, чем пахнуть, как трусы генерала Горо, — посмеялся Кейси и толкнул Рафаэля в бок. — Кстати, меня Кейси зовут. — Рафаэль.***
— Как думаешь, Лео, за мной придут? — А? — Из дворца. Я, конечно, сказал, что у меня всё под контролем, никто не видел, но… Плохим парням же не нужны причины, чтобы кого-то доставать, да? Они же плохие парни? Джонни вроде бы хороший и всё такое, но… Бормотание Майки действовало старшему брату на нервы, и простое поручение превращалось в пытку для ушей. Майки говорил то тихо и шёпотом, опасаясь прохожих, то громко прямо в ухо. Лео пытался отмахнуться простыми ответами вроде: «Всё будет хорошо» но в конце терпение лопнуло. — Так, Майки! Успокойся и слушай сюда! Большой палец Лео едва не ткнулся в подбородок младшего брата. По крайней мере, тот замолчал и втиснул голову в панцирь. — Ты уже сказал, что тебя никто не видел, и я верю! Если что-то и произойдёт, то мы будем заниматься этим здесь и сейчас. А вообще, если бы нас хотели убить, то сделали бы это ещё ночью. — А может, они хотели нас разделить, потому что так мы слабее? — уточнил Майки. — Учитель же говорил, чтобы мы не разделялись. Лео, мы идём прямо в ловушку! — Мы идём за овощами, Майки, — Лео навис над братом, разгибая пальцами. — Так что, во-первых, ты сейчас же прекратишь болтать всю эту чушь. Во-вторых, как только всё купим, и ты будешь молчать всю дорогу назад, а в-третьих… Леонардо резко замолчал, глядя перед собой с широко раскрытым ртом; серьёзный лидерский взгляд растаял, как сосулька во внезапный жаркий день. Микеланджело занервничал, заскулил, боясь обернуться. — Лео? Ты чего? Что там такое? — зашептал младший, тыкая пальцем в грудной панцирь брата. — Только не говори, что позади нас чудища из дворца, которые окружили и собираются нас убить! — А ты обернись, — сглотнул Лео, опуская руку. — Ты чего?! Лео, не пугай меня так! Лео! Лео! Что там? Так не честно! Ты же большой брат и должен меня защищать! А вдруг там такая тварина, что у меня глаза вылезут?! Лео, я не хочу ослепнуть, давай ты, тебе и глаза не нужны, ты всё слышишь как… Громкий недовольный рык вырвался сквозь зубы Леонардо, черепашка положил ладонь на голову Майки и заставил развернуться плавно и без ущерба для шеи. Майки уже собирался взреветь, но крик потонул в горле, а на лице появилась счастливая улыбка. — Это не монстр! Это… Ого! Ниньяра дружелюбно улыбалась черепашкам, держа большой свёрток под боком. Веки были наполовину прикрыты, алый пушистый хвост медленно двигался, острая мордочка чуть повёрнута в сторону. Лисица прекрасно осознавала, какое очаровательное впечатление произвела на братьев. Хотя в самих черепашках немного разочаровалась — Алопекс говорила, что Рафаэль был покрупнее и сильнее. Впрочем, внимание к её персоне очень польстило лисичке. Осталось понять: кто из них Рафаэль. — А я вас ищу, — дружелюбно сказала Ниньяра, грациозно подходя к крепким братьям. На их фоне она казалась особенно тонкой в талии и хрупкой в плечах. — Охренеть! Лео, ты тоже это видишь? — Майки толкнул брата в бок. — А Раф не упоминал, что она такая красотка! — Угу. И она нас прекрасно слышит, Майки, — цокнул Лео, стараясь не пялиться на Ниньяру. Старший брат расслабился и поднял руку. — Привет, эм… Алопекс? Рафаэль нам про тебя рассказывал! Рады познакомиться! Удивлённая таким обращением, Ниньяра хотела было поправить Леонардо, но остановила себя. Ситуация складывалась куда интереснее, чем она ожидала. Подойдя почти вплотную, девушка подняла мордочку к Леонардо. Пахли они действительно приятно, как и говорила Алопекс. — И мне тоже! А ты… Прости, Рафи про вас не так много рассказывал, — шире улыбалась лисица, кокетливо покручивая бёдрами. — Так неловко! — Гы, Рафи! — прыснул Майки, прикрыв рот. — Ничего страшного, Раф у нас такой. Я Леонардо, старший из братьев, — легонько поклонился Лео, чувствуя как горят щёки. — А это… Трёхпалые ладони накрыли пальчики Ниньяры — Майки впихнулся между братом и девушкой, счастливо смотря в глаза лисицы, не отпуская ладошку. — Микеланджело, самый красивый и ловкий из братьев! Хочешь, покажу тебе город и самые красивые места? Меня, кстати, и во дворец пуска-Ай! — Да уймись ты, Майки. Не смущай девушку, Раф же просил, — буркнул Лео, оттащив брата за панцирь. — Извини, Алопекс, Майки просто очень дружелюбный. Так что привело тебя в город? Хочешь, мы проводим тебя к Рафу, только кое-что… — Вообще-то, я сюда быстренько забежала, — прервала черепашку Ниньяра и протянула свёрток. — Я хотела вернуть это Рафаэлю, но, может, вы передадите? Пальчики Ниньяры подняли тяжёлую ткань, и солнечные лучи затанцевали на монетах. Огромной кучи монет! Майки вылупился во все глаза и едва не схватил свёрток. — Чёрт, какой же Раф везучий! Такая красивая девушка, да ещё с целой горой денег! Может, и тому придурку, Коллектору, надо тоже завести подружку, чтобы… Эй, секунду! — воскликнул Майки и убрал руки. — Ал, ты это украла у злобного гоблина? Ниньяра удивлённо вздрогнула и почувствовала мурашки, бегущие по спине. Она думала, что Микеланджело окажется дурачком, но черепашка был гораздо умнее. Леонардо покосился на брата, а затем строго взглянул на девушку, скрестив руки. Ниньяра заметила гибкие мышцы и тренированные руки Леонардо. Настоящий воин. Лисица мысленно поругала сестру за кражу денег. — Это была ошибка, ребята, простите, что так вышло. Наверное, у вас из-за меня много проблем, — опустила уши Ниньяра и громко вздохнула, качнув выдающейся грудью. Оба брата смутились, хорошо. — Это был глупый-глупый, необдуманный и дурацкий поступок. Старейшины наказали меня, отправили вернуть и извиниться. — Тебе опасно возвращаться и ходить с таким количеством денег. А если бы на тебя напали? — почти по-отечески спросил Лео, беря Ниньяру под локоть и уводя подальше от оживлённой улицы. — Не стоит быть такой безрассудной. — Точно! Красотка с большим количеством денег — это как красная тряпка для быка — согласился Майки, накрыв монеты свёртком. — Если что, это комплимент, рисковые девочки — круто, но не очень умно. Такое резкое отношение братьев сначала смутило и напрягло Ниньяру. Она уже приготовилась хватиться за клинок, когда Леонардо и Микеланджело отошли подальше от скопления эденийцев. Но почувствовав, что за спиной есть пути к отходу, а оба брата смотрят ей в глаза, лисица немного расслабилась. — Я почтена вашей добротой, но не могу оставить эти деньги, ребята. Почему вы не хотите их забрать? — У нас будут большие проблемы, Алопекс. Коллектор ещё вчера тревожил наш дом, думал, что мы причастны, — объяснял Лео, мрачно вспоминая шестирукого накнаданца и всю свиту. — У нас вообще сейчас непростое время. — Угу, головная боль просто страшная. То бандиты, то ниндзя, то Коллектор, — Майки прислонился к стене, довольно разглядывая фигурку лисицы. — Столько всего, что голова идёт кругом! Правильно говорят, что деньги всему виной! Фраза младшего из братьев почти заставила Ниньяру хмыкнуть и улыбнуться. Нет, этот черепашонок совсем не глуп, хотя пытается таким казаться. А Леонардо пытается зарекомендовать себя как заботливый и честный парень. Не зря Алопекс тянется к этой семейке. Но Ниньяра не могла позволить себе оставить проклятое золото дома и дать Коллектору выйти на него. — Тогда… верните их! — предложила лисица. — Вы же понимаете, что со мной сделают, заявись я на пороге дворца? Как ты сказал, Майки, красивая девушка и куча денег — ходячая проблема? Ниньяра захихикала, а Майки заулыбался и едва не свалился со стены. Только Леонардо оставался серьёзен, обдумывая слова лисички. И даже кивнул. — Думаю, что так можно. Только нужно придумать как. Может, отправить анонимное письмо? — Или я просто пойду во дворец и тайно заброшу деньги в комнату нашего любимого сборщика податей, — предложил Майки, пожав плечами. — Мне это как три пальца об панцирь. Так и черепашки ни при чём, и лисы целы. — Вообще-то… Не самая плохая идея, — согласился Лео. — Сможешь, Майки? — Только если Алопекс скажет: «Пожалуйста», — подмигнул Майки, продолжая хорохориться. Хихикнув в ладошку и вильнув хвостом, Ниньяра улыбнулась младшему и прижала свёрток крепче. — Пожалуйста, Микеланджело. Поможешь мне? Довольный и счастливый, Майки отпружинил от стены и подошёл к Ниньяре, протянув руки. — Считай, что уже всё сделано! А Рафу мы ничего не скажем, да, Лео? — Разве, что… — начала Ниньяра, но резко поёжилась. Облачко пара вылетело из красной мордочки. — А у вас всегда так холодно? Панцирь Леонардо зачесался, мышцы вздулись, пальцы сжались в кулаки. Оглядываясь по сторонам, старший из братьев почувствовал знакомый, смертельный холод, обжигающий кожу. Микеланджело сглотнул и убрал руки от свёртка. — Алопекс, уходи! Здесь опасно! Спрячь… Шар изо льда ударился в землю, где только что стоял Леонардо. Старший брат успел уйти в сторону и посмотрел на след из холодного воздуха. — Майки, бери Алопекс и уходите отсюда! Предупреди остальных, что… Серый, густой дым взорвался у их ног. Мощный удар по животам оттолкнул братьев к пустым, полуразрушенным домам, уводя подальше от внимания горожан. Только Ниньяра осталась на месте, прижимая краденные деньги к груди. Дым развеялся, и Смоук шёл к упавшим черепашкам, покручивая на пальце карамбит. — Попались! — хмыкнул дымный убийца, приближаясь к упавшим черепашкам. Костяшки на кулаке хрустнули. — Наш бой продолжается! Саб-Зиро вышел из разрушенного здания, грозно ступая по песку, оставляя замороженные следы ног. Ледяной клинок стремительно рос из ладони. — Поднимайтесь, Сирай Рю. Если у вас есть остатки чести, то вы умрёте как воины! — с яростью бури выпалил Саб-Зиро. Майки метал взгляд от дымного убийцы к ледяному, вставая на ноги, а затем принимая боевую стойку. — Вот нас вроде двое на двое, но почему-то мне кажется, что мы всё равно в меньшинстве, Лео! — нервно прыснул младший. — Сосредоточься, Майки. Избегай ударов как только можешь! Через пять минут меняем цели! — приказал Лео, вскакивая на ноги. Голубые глаза устремились в сторону Саб-Зиро. — Ты говоришь о воинской чести, но подло нападаешь в спину! Это лицемерие! — Это урок, мальчишка, который твой клан преподал моему. А теперь замолчи и сражайся! — крикнул ледяной убийца и рубанул клинком изо льда сверху. Леонардо ловко ушёл от удара, увидев своё отражение на ледяной поверхности меча, и от души ударил по щеке Саб-Зиро. Ледяной убийца зарычал и усилил нападение. Леонардо уклонялся от рубящих и колющих ударов, сохраняя близкую дистанцию, бил запястьями по запястьям Саб-Зиро, не позволяя атаковать. Ледяной убийца всё больше выходил из себя, терял концентрацию, что сыграло Лео на руку. Выпрямив пальцы, Леонардо рассёк клинок на две части тыловым ударом, затем обрушил руку на шею, заставив врага нагнуться. Колено врезалось в грудь, отбросив Саб-Зиро назад. Ледяной ниндзя рухнул в пыль, покрутился и упёрся коленом. Недовольное рычание сопровождалось холодным воздухом из маски. Смоук резко размахивал ладонями перед Микеланджело, но черепашке удавалось отражать удары локтями и коленями. Тогда дымный убийца использовал керамбит, пытаясь попасть по глазам, но черепашка ловко отступал. — Чувак, мы даже не знаем, что такое Сирай Рю! Мы пятнадцать лет провели на кухне, а навыки ниндзя для самообороны! Может, поговорим? — нервно улыбнулся Майки и тут же упал назад, избегая кулака Смоука. Дымный убийца пробил кусок стены. — Кажись, понял. Бросив сверток на землю, Ниньяра быстрыми скачками нагнала Смоука и Микеланджело в тот момент, когда убийца заносил керамбит над головой. Цепкие пальцы схватили за запястье, выкрутили руку; лапа пнула серого воина прочь, как можно дальше от черепашки. — Не влезай, воровка! Это не твоя битва! — яростно бросил Смоук, разворачиваясь к девушке. — Это касается только наших кланов! Я не желаю вредить тебе. — Ты первым встал на моём пути, Лин Куэй! — зарычала Ниньяра, обнажая лезвие вакидзаси. — Это тебе стоит бежать! — Ого, круто! Будем сражаться плечом к плечу! — Майки подбежал к Ниньяре, держа перед собой кулаки. — Жаль, у меня нунчаков нет, а то я бы тебе такое показал, что… — Сбоку! — крикнула Ниньяра, прыгнув с места на Смоука. Вакидзаси ударился о керамбит, когти засвистели перед лицом дымного убийцы. Как и ожидалось, воин Лин Куэй ушёл, но открылся для удара ноги. Ниньяра нацелилась на шею, но Смоук успел перехватить лапку и уже был готов уронить Ниньяру на спину, когда Микеланджело ударил его ногой в бок. Лисица опустила меч лезвием вниз и продолжила нападение. — Снова! Вместе! — крикнула Ниньяра, ударяясь клинком о клинок. Смоук перехватил Ниньяру за локоть и перебросил через плечо на землю. Микеланджело отпрыгнул от балки и ударил дымного по щеке, приземлился рядом и обрушил кулак на живот. Прошлый раз это дизориентировало убийцу, но Смоук перехватил кулак и вывихнул в сторону. — Дважды на меня это не работает! — рыкнул Смоук, занося керамбит над головой. — А я импровизирую! — сквозь зубы прорычал Майк и ударил локтём по колену. Смоук отпустил руку, и черепашка, упав на панцирь, обрушил обе ступни в грудь врага. Смоук ударился о крышу и рухнул на землю. — Лучше бы мы поболтали. — Не жди, добей его сразу, — велела Ниньяра, обходя Микеланджело. — Он бы не пощадил тебя. — Ну почему мной все командуют? — почти взвыл Майки и нагнал Ниньяру, перегородив ей дорогу. — Стой! Мы не будем его убивать! Мы так не поступаем! Ниньяра едва сдержалась, чтобы не рубануть по черепашке. Разъярённая лисья мордашка едва не впилась в гладкую мятно-зелёную. У Майки почти душа ушла в пятки. — Дурак! Он из Лин Куэй! Они убийцы и не остановятся ни перед чем! Что у тебя с головой? — Вот именно! Убьём одного, так сразу придут другие! Они ненавидят нас фиг пойми за что, а мы только дадим им повод! — горячо убеждал Майки. — Не надо, Ал! Только не будь роковой девушкой из комиксов, у меня от них душа болит! Ладонь Смоука поднялась и рухнула о деревянный пол. Облако дыма накрыло почти всю территорию. Микеланджело с трудом видел Ниньяру, громко кашляя. Заметив силуэт за спиной девушки, черепашка прыгнул вперёд и ударил в грудь. Дымный фантом развалился, и Майки понял, что остался в дураках. Резкие удары сапогом по щеке, казалось, сыпались с двух разных сторон. Черепашка упал без сознания, а Смоук наступил на панцирь. — Следовало послушать лисицу, — хмыкнул Смоук, глядя на поверженного врага. Услышав шаги и свист лезвия, дымный убийца коснулся ладонями друг друга и растворился в прозрачный силуэт. Ниньяра прошлась вакидзаси насквозь, удивлённо глядя перед собой. Смоук вернул форму плоти, схватил девушку за плечо и уронил на спину, наступив на руку, сжимающую клинок. Ниньяра громко зарычала. — Делаю это без удовольствия, — процедил Смоук и ударил девушку сапогом по мордочке, лишая сознания. Светло-синий взрыв холодного воздуха развеял серый дым. Снежинки кружились и падали на землю, пока Саб-Зиро и Леонардо смотрели друг на друга. Ледяной убийца бросился вперёд, создав два коротких клинка. Ведомый яростью с гневом, несвойственным холоду, Саб-Зиро размахивал острым льдом перед Леонардо. Крепкие руки черепашки сталкивались с тренированным мышцами воина Лин Куэй. От их ударов раздавались хлопки, развеивающие дым и падающий снег. Леонардо слышал хруст снега под ногами, свист острого льда над головой. Саб-Зиро почти не открывался для удара, действуя слишком быстро и непредсказуемо. Черепашке казалось, что он сражается не с криомантом, а духом бури. Резко развернувшись, Лео подставил панцирь и услышал, как трескается лёд. Почувствовав замешательство врага, черепашка выбросил руки, схватил за плечи и перебросил Саб-Зиро через себя. Этот удар мог бы стать победным, но Леонардо слишком поздно увидел хитрость врага. Саб-Зиро сотворил ледяной крюк, зацепившись за край панциря, приземлился и потянул Леонардо на землю. Ледяной воин ударил его сначала коленом по лицу, отшвырнув на покрытую снегом землю, а затем обрушил твердый кулак о грудь. Воздух покинул лёгкие Лео. Саб-Зиро выпустил пар из маски, навис над поверженным врагом, выкинул руку в сторону. Ледяной топор вырос из ладони убийцы. — Ты неплохо дрался для предателя и демонопоклонника. Я убью тебя быстро, мальчишка. Передай Хандзо, что я со временем отправлю весь клан в Нижний Мир! Леонардо сжал зубы, отыскав взглядом Микеланджело. Младший брат лежал на животе, с трудом стараясь подняться. Черепашка протянул руку к брату, будто мог дотянуться. Саб-Зиро коснулся щеки Леонардо льдом, поворачивая голову на себя. — Лучше думай о своей участи. — Брат… Отпустите брата. Он тут ни при чём, — тяжело выдохнул Леонардо. — Если в тебе есть честь воина, ты поступишь правильно. Веки Саб-Зиро поднялись, зрачки сузились. Воин колебался, переживая события глубокого прошлого. Пальцы крепче сжали трясущийся топор. Майки слабо пробормотал, упираясь о землю дрожащими руками. Смоук приподнял бровь, глядя в сторону старшей черепашки. — Куай… Разве это правильно? Давай пощадим их, мы уже победили. Это совсем не похоже на… — Нет, Томаш! Никаких сомнений! Никакой жалости! — сквозь зубы прорычал Саб-Зиро. — Никто не пощадил моего брата, никто не прислушался к его словам! Лин Куэй не ведает жалости к врагам! Я отомщу за брата! За весь клан! Сцены смерти появлялись яркими вспышками перед Саб-Зиро. Сгоревший труп, вопли брата, демон с кунаем. Слезы потекли из глаз, но тут же обратились в лёд. Топор резко опустился вниз. Смоук прикрыл глаза. Раздался громкий треск. Трость разбила лезвие топора, раскидав осколки и ослепив Саб-Зиро. Смоук резко повернулся и перехватил карамбит. — Саб-Зиро, ты ранен? Впереди кто-то… Крысиная лапа врезалась в маску, и Смоук упал на землю, потеряв равновесие. Хвостатый силуэт врага стремительно опустился вниз, а потом наступила тьма. Туман медленно развеялся, и Сплинтер встал у поверженного дымного убийцы. — Настоящий воин не убивает без веской причины. И когда-то наши кланы следовали этому правилу. Больно видеть, что мы оба отказались от наших традиций. Хамато Йоси спокойно шёл к Саб-Зиро, хрустя снегом под лапами. Взгляд крыса был серьёзен и решителен, спокоен и твёрд. Старый мастер уступал Саб-Зиро в росте и силе, но ледяной воин чувствовал куда большую угрозу, идущую от маленького существа. Как и пятнадцать лет назад. — Ты! Я помню тебя! — зашептал Саб-Зиро. — Ты был там, убийца Сирай Рю! Ты тот, кто ранил моего брата! Ты тот, кто привёл призрака в мой дом! Сплинтер остановился и выдохнул. Аура смирения и сожаления окружила старика. Он опустил голову и выдохнул. — Да. Я повинен в гибели твоего брата. Мне очень жаль, воин Лин Куэй. И как тебя сегодня, тогда меня вела жажда мести, ослепляющая и разрушительная. Мы оба были обмануты в тот день. Если хочешь сразиться со мной, я к твоим услугам. Но отпусти моих сыновей. Они не связаны с узами Сирай Рю, как я. Буря усилилась: ветер трепал шерсть Сплинтера, острые снежинки царапали хвост и халат. Саб-Зиро с яростью вьюги смотрел на маленькое создание, переживая раз за разом судьбоносный день. Пальцы сжались, разбив клубящийся лёд. — Как ты смеешь ставить мне условия, старик?! Не знаю, что с тобой стало, видимо, боги наказали тебя за твои грехи! Я так давно ждал этого момента, и вот теперь он настал! Сначала ты, потом трое других! — зарычал Саб-Зиро. Сплинтер прикрыл глаза, чтобы холодные осколки не попали в глаза. Снег уже частично покрывал его сыновей и молодую лисицу. Ярость Саб-Зиро была велика и ощутима. Криомант призвал клинок в левой руке и топор в правой. — Я сломаю тебя, крыса Сирай-Рю! Сломаю тебе ноги и руки, и заставлю смотреть, как умирают твои дети! Клянусь тебе в этом! Ты познаешь всю боль, что принёс моей семье. Сплинтер не двигался, смиренно стоя на месте. Он слышал, как Саб-Зиро создает перед собой дорожку изо льда, скользит в его сторону. Уши дёрнулись от свиста меча и топора, приближающихся к телу. Тонкая, гибкая, жилистая рука упёрлась в грудь криоманта, сбивая его с ног. Саб-Зиро потерял равновесие и рухнул на землю, теряя оба оружия. Хвост Сплинтера ударил по груди ледяного убийцы, правая ладонь схватила клинок, разрубив топор в воздухе. Лезвие смотрело в лицо Саб-Зиро. Снег прекратился. Сплинтер смотрел на поверженного врага без ненависти и ярости, с куда большим ледяным спокойствием. Саб-Зиро выбросил перед собой ладонь, хватая меч. Лезвие проросло с рукоятки и едва не пронзило глаз Сплинтеру, но крысы уже не было на месте. Старый мастер прыгнул на мощную грудь, выбил воздух из лёгких и спрыгнул прочь. Саб-Зиро попытался встать, когда Сплинтер ударил тупой стороной трости между глаз. Криомант снова повалился на землю и захрипел. — Не вставай, воин, — спокойно велел Сплинтер, едва касаясь тростью лица. — Ты проиграл. Сохрани честь и достоинство. Саб-Зиро почувствовал острое желание направить всю энергию на кроткого и умелого врага. Заморозить, разбить, призвать клинок и разрубить, вырвать позвоночник и разбить им тело. Ярость душила его, плечи покрывались льдом, гнев заглушал боль. И всё же убийца Лин Куэй успокоился. Пар прекратил валить из-под маски, холодные глаза стыдливо опустились. Саб-Зиро ещё сам не понимал, почему так поступил. — Я сдаюсь.
