Лëд и Пламя

— Какие ещё песни-пляски?! Вы действительно хотите, чтобы фараон застал нас одурманенными от женщин и курева?! — послышалось от окна. Кто-то орал. По голосу даже догадываюсь кто. Мой эпистат оказался слегка недоволен идеей отдыха. Я стояла у зеркала, вспоминая базовые движения. Бедро вправо, бедро влево, прогиб животом, поворот головы и… И Амен меня отвлёк своим окриком. Тизиан только что вернулся с рынка с ворохом свёртков. Взял охотник всё: еду, одежду, выпивку, травы для курения, порошок, чтобы протрезветь и многое другое. Ничего не забыл. И сейчас явно получал за это выговор. — Какая мне разница, кто будет танцевать?! Тизиан что-то тихо ему сказал. — НЕ БУДЕТ ОНА ТАНЦЕВАТЬ ПЕРЕД ВСЕМИ! Ух, какой грозный. Затем всё стихло. Надеюсь, Амен чуть успокоился. — Я тебя убью, — ледяным холодом повеяло от голоса эпистата. — Амен, это не моя идея! — А чья?! — Ли… Э… Моя, моя. Перепутал. — Так значит это всё, — выделил он интонацией, — затеял твой лекарь. А работать он когда будет?! — Успеет, — отмахнулся охотник. — Да я как ни посмотрю, все всё успевают, я один как проклятый пашу с рассвета до полуночи. Выглянула в окно. Амен с Тизианом находились не очень далеко от меня. Эпистат мельком взглянул в сторону, но, заметив свою шезму, остановил свой взор на мне. — Господин эпистат, можно вас на пару слов? — промурлыкала я, со сладкой улыбкой глядя на него. — Мне пора, — тут же услышал Тизиан и остался в одиночестве. — И мне он что-то про Ливия говорит, — проворчал охотник, но его уже никто не услышал. Амен подошёл к окну. Я высунулась почти на половину, ощущая себя малолеткой, которая разговаривает с возлюбленным в тайне от родителей. Как в самых красивых романах, честное слово. — Вы зачем рычите на своих подданных, эпистат? — мягко спросила я. Улыбка никак не хотела покидать меня. Он с нежностью улыбнулся в ответ и поддержал мою игру: — Эвтида, вы одна из моих подданных. Разве я сейчас на вас рычу? А затем без перехода прошипел: — Никаких танцев. Я закатила глаза. Сама не хотела танцевать, но сейчас слишком загорелась идеей, чтобы отступать. И наперекор действовать люблю, чего скрывать. — Амен, будут только свои, никто лишний меня не увидит. — Эва. — Амен. И не выноси ссор из дома, заходи давай. Он слегка изумился моей наглости, но послушно зашёл. Я села на стол, с укором сложив руки на груди. Он повторил мою позу, опершись плечом о косяк. — Это просто танец. Ласка всё равно принадлежит лишь тебе, — да, я знала, на что давить. Стоит отдать должное — он пытался. Я видела, как он изо всех сил старался скрыть самодовольную улыбку, но у него не вышло. Маска холодного камня давно треснула, а потому он не смог совладать с собой и в этот раз. Сколько же тихой радости было в этих глазах… — Неферут, — уже не так напористо начал он, — может, ещё подумаешь? Он сдался. Это явственно читалось в его взгляде. Не смог мне отказать. Снова. Я спрыгнула со стола и от бедра медленно подошла к Амену. Он с наслаждением следил за каждым движением, пожирая меня взглядом. Ещё бы! Платье красиво струилось по ногам, подчёркивая каждый мой изгиб. Мягко обхватила его подбородок, приковав его внимание к себе (хотя куда ещё больше) и томно прошептала: — Гораздо откровеннее я станцую тебе лично. У него дыхание перехватило. — А если будешь себя хорошо вести, — я провела ноготком по венке на шее, которая, казалось, сейчас лопнет от натуги, — станцую на тебе. Он сглотнул. Прикрыл глаза от блаженства, когда я уверенно припала к его шее, языком проведя от ключицы до ушка. Завершила тем, что слегка прикусила его мочку уха. Он тихо застонал, обнимая меня за талию и прижимая ближе к себе. Дверь резко распахнулась, и тут же раздалось: — Эва, смотри, что Тизиан купил! Тебе подо… — Дия увидела нас и осеклась. Я попыталась было отскочить, но эпистат снова прижал меня к себе, не давая возможности улизнуть. — Я попозже зайду, — понимающе протянула Дия и ушла, закрыв за собой дверь. — Вечно ты меня к себе притягиваешь, — под нос пробурчала я. — Не горю желанием показывать всем и каждому, что ты творишь с моим телом, — спокойно произнёс он, с укором глядя на меня. Мельком взглянула ему туда и прикрыла рот рукой, тут же уводя взгляд. — Ой, — только и пискнула я. — Да да, — покивал эпистат. И ушёл в купальню приводить себя в порядок. Тут же послышался шум воды. — Её не нагрели! — крикнула я. — Мне бы ледяную, — послышалось оттуда. — Какой кошмар. — под нос сказала я и ушла разгребать тряпки Тизиана. Надеюсь, он угадал с размером…