Лëд и Пламя

— У Тизиана глаз алмаз, — уважительно протянула Дия, осматривая мой образ. Вынуждена была согласиться. Село настолько идеально, будто сшито по моим параметрам на заказ. Всё чёрное, юбка с разрезами по бёдрам, от чего при движении я напоминала змею. Стройную, сильную и опасную. Умеет этот охотник подчеркнуть самое необходимое. — На тебя тоже не поскупился, — с намёком протянула я. Дия стояла в шикарном платье насыщенного зелёного цвета. Её тёмные кудри водопадом рассыпались по спине, привлекая внимание смотрящего к изящной шее и соблазнительному декольте. — Хорош, чертяга, — рассмеялась Дия. Время близилось к вечеру, а потому мы спешно начали наносить себе макияж. Я подчеркнула глаза синими тенями, сделав длинные острые стрелки сурьмой. Сегодня хотелось выглядеть стервозной до мозга костей.

***

К своему дикому неудовольствию должен был признать, что это оказалось… весело. Эти шезму умели веселиться, хоть и работали с гадостью по ночам. Реймсс всем аккомпанировал — и танцующим, и поющим, и играл просто для атмосферы. Давненько я так не расслаблялся. Просто разговаривал с Тизианом. Не о делах насущных, а по душам, забыв про дела хотя бы на сегодня. — Амен, всё свою не дождешься? — Тизиан как всегда проницателен, когда не просят. Бросил на друга предупреждающий взгляд. — Сам её жду, — мечтательно протянул он. Сначала я было вспылил, даже рука непроизвольно сжалась в кулак. Но затем вспомнил слова своей шезму: «Это просто танец. Ласка всё равно принадлежит лишь тебе» И отпустило. — Наслаждайся, пока глаза на месте, — улыбнулся я. — Тц, — цыкнул он и пригубил вино. — Умеешь ты веселье портить. Женщины созданы для того, чтобы радовать наш глаз и греть постель. — То-то ты Ливиэллу выбрал, — подначил я друга. — Его зовут Ливий, не коверкай, — тут же одёрнул он меня. — Никогда не пойму твои двойные стандарты, — покачал я головой и допил свой бокал. Вечер был в самом разгаре. Все немного выпили, повеселели и болтали друг с дружкой. — Привет, Тиз. Я наконец-то освободился, — Ливий со спины хлопнул охотника по плечу. — И вам привет, господин эпистатский. — Ох и язык у тебя длинный, — с нехорошим прищуром сказал я. — Если оторвешь, будь добр съесть его на моих глазах, — не остался в долгу тот и сел к нам на подушки. — Напугал, — уважительно протянул я. — У твоей научился. Я хмыкнул. Музыка стихла, и все невольно обратили внимание на Реймсса. Рядом с ним оказалась прекрасная танцовщица, облачённая в чёрные юбки и очень обтягивающий топ с глубоким вырезом. Лицо скромно скрывала вуаль, были видны лишь яркие хищные глаза, которые, казалось, смотрят в самую душу. Её взгляд завораживал, подчинял и диктовал свою волю. — Слюни подбери, — со смешком сказал Тизиан, но я не обратил на это внимание. Сейчас я во всю уставился на свою Неферут, забывая даже дышать. А эта прекрасная змея улыбнулась одними глазами и подмигнула, смотря на меня в упор. Я без ума от этой женщины.

***

Амен пожирал меня одними глазами. Поза была расслабленная, даже казалось, что он весьма нехотя смотрит на меня, но взгляд… Столько восхищения я давно не ощущала. Дыхание перехватило, сердце забилось в бешеном ритме, а голова была настолько пуста, что, казалось, я не вспомню ни единого движения. Но Реймсс начал играть. Первая нота, вторая… И я поплыла. Сцена была небольшая, однако это к лучшему. Поворот, прогиб, тряска грудью, поворот… Всё то, что я продумывала в комнате сгорело в пламени моего эпистата. Я забыла абсолютно всё, что собиралась показать и на что потратила практически весь день. Сейчас я танцевала так, будто видел меня лишь он. Для него этот прогиб, для него эта волна грудью и волосами, для него этот полукруг бёдрами. Всё для него. И только для него. Я начала уставать, и Реймсс, заметив это, плавно свёл мелодию к концу. Застыла в финальной позе, радостно улыбаясь улюлюкающей толпе. Но я смотрела в одну точку, будто в никуда, но искала глазами одного человека. Он с мягкой улыбкой хлопал в такт всем, произнеся одними губами: «Прекрасна» Смутилась. Раскланявшись, ушла, чтобы отдышаться и присоединиться к гуляниям.

***

— Отлично развеялись, — сказала я, убирая подушки. Я была безумно уставшей, но бесконечно счастливой. Этот день позволил уйти от удручающей рутины и насладиться наконец жизнью. Напомнить самой себе, что сейчас идут лучшие годы моей жизни. Провести их надо так, чтобы было что детям рассказать. И так о многом придётся умолчать… — Иди, Эва, мы сами уберём, — сказал Тизиан, забирая у меня из рук подушки. — Да-да, красотка, отдохни. Намаялась гостей развлекать, — в тон ему поддакнул Ливий. С подозрительным прищуром оглядела обоих. — С чего это вы спелись? — не смогла я промолчать. Коварная улыбка Ливия проявилась лишь на миг, затем она превратилась в милую и заботливую. — Просто о тебе беспокоюсь, подруга. Мы, кстати, вино не допили, — быстро перевёл он тему. — Точно! — показательно хлопнул себя по лбу Тизиан. — Отнесёшь Амену, пожалуйста? — Ладно, — в конец ничего не понимая, произнесла я. Делать нечего, и, оставив уборку на этих двоих, пошла к эпистату. — Какие слабаки. Три мужика вино не допили, — осуждающе произнесла я, таща целехоньких две бутылки горячительной жидкости. Захотелось пить, а потому решила пригубить одну. Не думаю, что Амен отругает. Вино было сладким и одурманило за считанные глотки. С трудом оторвавшись от нектара продолжила свой путь, но уже не так ровно. Надо было побольше съесть, — промелькнуло в голове. В дом эпистата вошла без стука. Кто он такой, чтобы я дожидалась приглашения? — Эвтида, скажи спасибо, что у меня нет привычки метать ножи в непрошенных гостей. — Сам бы кровь отмывал, — пожала я плечами. — Свою? — проницательно протянул он. — Естественно. От ножа я бы увернулась, а вот ты от бутылки вряд ли. — Разумеется, — серьёзно подтвердил воин, который не один десяток лет ежедневно улучшает свои физические способности. — Тебе твой друг передал, — я поставила бутылки на стол. — Зачем он недопитую тебе отдал? Вылей, что ли. Буду я после кого попало пить. Хитро прищурив глаза, посмотрела на своего мужчину и провокационно отхлебнула глоток. — Он отдал все целые, — с намёком протянула я. Амен хищно улыбнулся, медленно подошёл ко мне, будто бы загоняя меня в угол. Прижал к столу, вдавив меня своими бёдрами в столешницу. Взял бутылку из моих рук, и, глядя мне в глаза, отпил несколько глотков. Пару капель покатились по его шее, и я стремительно провела языком по багровым дорожкам. Он хрипло застонал, рывком прижимая мою талию к себе. Член отчётливо затвердел, намекая на продолжение прекрасного вечера. — Ты хорошо себя вёл, — игриво протянула я. — Неужели? — хрипло прошептал он. — О да, — я улыбнулась. Мы смотрели друга на друга. Он с высоты своего роста и я, запрокинув голову, отчего шея уже начала немного ныть. Я высвободилась из его капкана, взяла Амена за руку и повела к постели. Он безропотно сел на самый край, с интересом наблюдая, что я буду делать. Плавный прогиб грудью, отбросивший мои волосы назад. С удовольствием отметила, как дёрнулся его кадык. Он с усмешкой наблюдал за мной, даже не пытаясь прикрыть свой стояк. Хотелось заставить его кончить лишь от мыслей обо мне. Провела рукой по горлу, очертив грудь и спустившись касаниями к бедру. Он перестал улыбаться, с явным трудом сдерживая себя. Я же, напротив, улыбнулась шире и сделала ещё несколько волн. Амен сжал кулаки, чтобы хоть как-то привести себя в чувство. Решила больше не мучать ни себя, ни его. Кошечкой подошла к нему, плавно опустившись, уперевшись коленями по обе стороны от его бедра. Запрокинула голову, позволяя волосам водопадом рассыпаться по спине и сделала волну, недвусмысленно поёрзав по его ноге. — С огнём играешь, — просипел он. — Наконец-таки растопила ледышку, — выдохнула я ему в губы. Обхватила коготками подбородок и лизнула его губы, задев кончик носа. Видимо, для него это было последней каплей. Он рывком обхватил мою талию двумя руками и сжал, с яростью впиваясь в мои губы. Я тут же подхватила его игру, отвечая с такой же страстью и напором. Он перекинул мою ногу через своё бедро, и теперь я удобно сидела прямо на Амене. Он провёл рукой у меня между ног и рыкнул, не прерывая поцелуя. Припал к шее, с нажимом кусая и вырывая стоны из моего осипшего горла. — Я была такой мокрой, пока танцевала, — провокационно прошептала я, закатывая глаза от его поглаживаний внизу. — Это всё ты, эпистат. Говоришь, нюх у тебя хороший. Разве не учуял мой запах? Он с силой укусил мою грудь, вырывая болезненный стон. — Учуял, Эвтида. И ты мне за это ответишь. В другой раз. Он приспустил штаны, освобождая колом вставший член. Я глотала воздух, не в силах сделать нормальный вдох. Мы были одеты, Амен не снял с меня даже топ. Лишь надорвал разрез, чтобы увеличить территорию для поцелуев. Юбка была с разрезами на бёдрах, а потому он лишь убрал в сторону один из лоскутов и аккуратно насадил меня на член. Протяжно застонала, ощутив Амена сразу на всю длину. — Мечтал об этом весь вечер, — прохрипел он, делая первое движение. С шумом выдохнула, запрокинув голову и подставив ему грудь для поцелуев. Он мял её через ткань, прикусывая там, где мог. — Ты танцевала, а я напоминал себе, что из всех присутствующих ты будешь кататься лишь на мне. Хрипло рассмеялась, вжимая его голову себе в грудь. — Верно, верховный эпистат, я предпочитаю лишь вашу повозку. Он насмешливо взглянул мне в глаза, недвусмысленно качнув бёдрами особо сильно. Подмигнула и потянулась за поцелуем. Амен был восхитителен. Нежный, страстный, заботливый и чуткий. Он брал меня, и в то же время отдавал всего себя без остатка. И я точно знала — попрошу остановиться, и он не задумается ни на миг. Доверяла ему, как себе. Хотя нет. Даже больше, чем себе. — Моя прекрасная шезму, — прошептал он мне на ушко, ускоряя толчки. Сорвалась на крик, ощущая приближающуюся разрядку. А Амен вдруг просунул руку между нами и круговыми движениями быстро начал стимулировать меня, подталкивая к краю. Я выгнулась дугой, опираясь спиной на его руку. И мысли не допускала, что упаду. Он удержит. Всегда. Амен кончил вслед за мной, с наслаждением изливаясь в меня. Я сначала было испугалась, а потом вспомнила про настой Ливия. Надеюсь, он сработает. Он прильнул своим лбом к моему. — Я очень тебя люблю, — искренне прошептал он. Язвительное «я знаю» вертелось на языке, но я одёрнула себя. — Я тоже тебя люблю. Он нежно чмокнул меня в губы. Вышел из меня, поднял на руки и отнёс в купальню. Ополоснул и уложил спать, укрыв нас двоих простынёй. Он обнял меня одной рукой, я положила голову ему на грудь. — Спи, я рядом. И я устало прикрыла глаза, заканчивая этот чудесный день.