Одиннадцать свиданий

— Кто тут такой хороший мальчик? Кто-кто хороший мальчик? — шатен приговаривает, тиская пушистую голову. — ..Альберт, — пробубнел черноволосый мужчина перед тем как тяжело вздохнуть и пошелестеть документами. — Ты можешь меня не отвлекать? Пожалуйста. — Я тебя вообще не трогаю. — тот с таким же ласковым тоном ответил ему, продолжая чесать головушку... голубя. Чарльз Диккенс сидел на голове своего хозяина, которая им же была превращена в недо-гнездо. А сбоку его окружал любовью старший брат Мориарти: почесывал макушку, поглаживал по красивым белоснежным перьям, внимательно рассматривал аккуратные крылья на наличие соринок.. ..вязал ему уродливые кофточки с прорезями для крыльев и вырвиглазного цвета шапочки, когда понимал, что в шкаф Майкрофта они больше не влезут.. в итоге вместе с этими кофточками в клетке белого голубя лежат его блестящие спицы. В этом особняке Чарли – это уже отдельный член семьи. Майкрофт кормит, поит, иногда даже гладит. Альберт в нем души не чает. А когда и у того, и у другого нет времени, чтобы вырваться из потока дел и покормить это несчастное дитя, этим занимается Манипенни. В глазах Чарли – женщина в очках, которая пытается забрать его ценности и разгромить клетку, когда появляется на горизонте. На самом же деле она просто хочет почистить его место проживания. Или вот, Моран. В его глазах – большой дядька, которого можно поклевать за нос, поспать у него на голове или даже нагадить на нее. Правда потом очень выматывает улетать от него, когда он кричит, что пожарит Чарли на вертеле и термически обработает в духовке, предварительно подержав пару дней заживо в винном маринаде. Уильям, с которым можно поспать на подлокотнике кресла, которое в итоге голубь попытается погрызть; Шерлок, у которого он постоянно пытается оторвать завитушку на голове.. Тем не менее, его все любят. Только не в брачный период. Но мы не об этом. — Слушай, — Альберт гладил белую пташку по перышкам, когда вдруг Чарли вспорхнул крыльями и стал снова клювом перебирать волосы хозяина. Тот от него отстал и сел напротив Майкрофта. — Может мы ему возьмем подружку? А то что-то ему совсем скучно. — Еще самки голубя мне не хватало. — Конечно, не хватало. Зато как красиво они будут ворковать и смотреться вместе. — Да. А еще нести яйца, из которых вылупятся их маленькие копии, которые будут гадить и их тоже потом придется кормить и содержать. А у меня тут почтовый голубь, а не птицеферма. — Ты мыслишь негативно. Кто в наше время почтовыми голубями пользуется?.. — Я. — Весомый аргумент. — шатен поболтал вино в бокале, а потом поставил на стол и сел ровно. — Но, Майки... Убедил. Улицы Лондона красиво озаряет солнечный свет, ложится и растекается, как кусочек масла на горячей каше, пока по этому маслу в приподнятом настроении топает Альберт, а за ним и спутник его. Заодно и прогуляются вдвоём. Отсюда закажут такси, потом на место назначения. По пути обсуждают работу, Чарли, младших братьев и домашние дела. Мориарти предлагает приготовить что-нибудь на ужин, а Холмс начинает отговаривать: поужинаем, мол, в ресторане, не утруждайся. Конечно, не хочет он повторения их прошлой плачевной кулинарии... А находилось это место недалеко от Лондона, за городом. Просторный, хорошо проветриваемый зал в цвете тёмного дуба заполоняли клетки и жердочки, а в помещении улавливался знакомый запах голубиных перьев. С одной из жёрдочек вспорхнул кудрявый белый голубь с коричневым крылом и, курлыкая, уселся вошедшему в дверь с колокольчиком шатену на голову. Питомник, в котором Майкрофт брал Чарли, закрылся, но остался из того питомника проверенный заводчик, впоследствии открывший собственную голубятню. — Тут кто-то есть? — тихо поинтересовался Мориарти перед тем, как откуда-то раздался звонкий голос. — Уже лечу! Откуда-то справа из-за угла показалась знакомая светлая макушка, а через мгновение перед ними нарисовался Фон Гердер. — Какая неожиданная встреча. — тем не менее, звучал Холмс вообще невозмутимо, ведь от Гердера можно ожидать чего угодно. Он не удивился бы, даже если бы инженер оказался тем самым заводчиком, но, зная его, ему было бы интереснее самостоятельно соорудить целую дюжину голубей-роботов и ухаживать за ними, нежели возиться с настоящими. — Невероятное совпадение! Я сегодня вместо главного, он взял выходной! — И давно ты на птицеферме подрабатываешь? — зеленоглазый скрестил руки на груди, смотря на сияющего энтузиазмом блондина. Ему никогда не было понятно, как эта загадочная личность постоянно оказывается там, где ее никогда не ожидаешь увидеть. — Только сегодня. Но это, на самом деле, не столь важно. Вы же сюда не просто так пришли? — Верно. — Майкрофт стал прохаживаться по помещению, сложив руки за спиной, пока на голове у Альберта всё также сидел голубь, теперь уже перебирающий волнистые пряди волос клювом. Шаги трех человек(и одного голубя) мягким стуком раздавались по деревянному полу, привлекая внимание птиц вокруг. Из клеток выглядывали интересующиеся птенцы; курлыкали и клювиками пытались открыть клетку более взрослые особи, по каким-то причинам отделённые от других; приостановили в любопытстве свою драку за самку голубь с завитушкой из пёрышка на голове и его оппонент с выдранным пушком на щеке, где-то чистил пёрышки, поглядывая на гостей, гордый голубиный самец; а в другой клетке отвлеклась от строительства импровизированного гнезда важная и статная голубка, которой её покорный голубь приносил блестящие материалы в виде кусочков фольги и чьих-то потерянных серёжек. Пусть и с не очень умным видом, каждая из птиц наблюдала за новопришедшими людьми. Внимание их привлекала и пташка, сидевшая на голове у шатена. Может, кого-то из них скоро заберут? Белая голубка с забинтованным крылом, одиноко притаившаяся в углу клетки, тихонько закурлыкала, увидев гостей. Гердер, почувствовав заинтересованность Альберта, рассказал: — Она повредила крыло в недавней гонке.— Тут еще и гонки есть? — Да! А это вечный проигравший. — слепой инженер указал на бело-коричневого голубя с курчавыми перьями, жмурящегося от удовольствия в пушистых волосах Мориарти. — Должно быть, из-за кудрявых перьев? — Не совсем. У неё тоже было сломано крыло. Удивительно то, что в период выздоровления она почти не отходила от своих братьев. Майки украдкой взглянул на Ала. Они пересеклись взорами и шатен в непонимании похлопал ресницами, а голубь на его голове – крыльями. Ведь это так похоже на него. Мориарти тоже не может долго находиться вдали от братьев, не скучая по ним. То время, что он провел в самозаточении в Лондонском Тауэре, занимаясь самобичеванием и даже чуть ли не собираясь наложить на себя руки, пока однажды к нему не вошёл Уильям, освещая своим присутствием тёмное помещение, давно забылось. Теперь всё хорошо, работа идёт своим чередом, все их друзья пребывают в здравии, радости и нерушимом повседневном спокойствии, и нечего ворошить дела дней минувших. Но взгляд его принял такой меланхоличный вид, что сердце старшего Холмса, которого младший брат и без того начал зазря обзывать стариком, могло просто напросто не выдержать. — Ну... необязательно же, чтобы она хорошо летала, так ведь? Зато хорошим компаньоном Чарли станет. — Тоже верно. То, что он согласился с такой лёгкостью и без уговоров, вызвало у Мориарти мимолётное удивление. — А ты уверен, что это самка? — спросил темноволосый блондина, наблюдая за тем, как его спутник спускает с головы птаху. — Конечно-конечно! По ней же видно, что это особь женского пола! — Ну да, тебе виднее. — помещение заполнила многозначная тишина, которую после всё же перебил теперь полный энтузиазма голос Альберта. — В общем, мы её забираем. Верно, Майки? — Да, да.. *** Так у них в доме появилась Кэтрин Диккенс... Разумеется, такая неожиданность оставила всех остальных в смятении. Уильям лишь прикрыл глаза, еле подавляя улыбку, у Льюиса, наоборот, глаза на лоб полезли, особенно когда Моран расхохотался и пошутил про двойную порцию курицы гриль. Манипенни вздохнула, обречённая драться теперь с двумя пернатыми за свои очки, которые Чарли часто уносит к себе в клетку во время уборки, Ирен фотографировала голубков для соцсетей, а Джек во время уборки ухмылялся от того, как птица сидит на швабре. И Фред, похоже, не особо удивился, да и против не был, пока у него самого не заведётся котёнок, падкий на смакование мяса птицы. Что до Гердера, так его после той подработки на птицеферме никто не видел. То ли он действительно решил вывести армию беспилотных дронов-голубей для слежки за горожанами Лондона и выявления потенциальных преступников и сейчас занимается именно этим, то ли его опять оставили и забыли где-то(возможно, в птичьей клетке). Сама птичка в новой семье хорошо обжилась, особенно на ухоженной голове аристократа, то и дело постоянно устраиваясь поудобнее на голове и дёргая его за пряди каштановых волос, и теперь все встречи двух мужчин в деловых костюмах никак не обходились без пернатых головных уборов. У каждого по птичьей шапочке. Жаль, правда, Майкрофт не разрешил Альберту связать им головные гнёзда для голубей. И если сначала Чарли при подселении к нему нового голубя относился к незнакомой птице настороженно, угрожающе приподнимал крылья и даже был готов "бодаться", то вскоре вошёл во вкус. Альберт мог с неподдельным интересом часами сидеть на одном месте и с бокалом вина глядеть на голубей как в кинотеатре. Один раз это заметил Себастьян и предложил ему ещё и попкорна поесть за просмотром такой увлекательной программы "В мире животных", но так и не понял, был ли он проигнорирован или просто не замечен и не услышан. Впрочем, пусть сидит, пока не движется никуда в сторону кухни. А зрелище в клетке, между прочим, было то ещё. С громкими вокрующими звуками, напоминающими грозное «гуууу», Чарли ходит вокруг голубки. Потом останавливается, расправляет веером хвост, стучит хвостовыми перьями по поддону клетки, будто обиженный ребенок подошвой ботинка по земле. Принимает гордую вертикальную стойку, выпрямляет белую шейку, которой далеко до лебединой, зоб надувает величественно, потом резко подпрыгивает к второй особи.. только вот всё напрасно. Кэтрин на него даже и не смотрит, только пёрышки под крылом пощипывает безучастно, сидя на жёрдочке над Чарли. Вот теперь причина обижаться и стучать хвостом действительно есть. Директор подходит с приподнятой в немом вопросе бровью, протирая полотенцем пустой винный бокал. — Чего-то они яйца никак не снесут, — замечает Ал, сложив руки под склонившейся вбок головой, пока Майки разливал им понемногу вина. — По-моему, наша новая сожительница слишком горда для такого. — Знаете, брат Альберт, мистер Холмс.. я тут почитал.. — Льюис, проходивший рядом, услышал их разговор и заглянул в кабинет. — Не похожа она, в общем-то, на самку. Может, из-за пышных кудрявых перьев кажется, что так и надо, но по размеру она примерно такая же, как и Чарльз. А должна быть пониже, да и голова поменьше.. Старшие переглянулись. Сначала между собой, потом перевели взгляды на голубей. Сначала на Чарли, заигрывающего с, как оказалось, самцом. Потом на "Кэтрин", вспорхнувшую.. нет, вернее будет сказать вспорхнувшего с искусственной ветки. Каково было их удивление, когда крылатый ни с того ни с сего пролетел низко над бокалом вина, опрокинул его, расплёскивая содержимое по столу, прокрутил мёртвую петлю в воздухе и приземлился на голове у младшего Мориарти, чем очень его смутил. И кто там говорил, что он летает плохо? Ах да, тот же, кто и сказал, что это точно самка. Гердеру ведь виднее. ...Так у них в доме появился переименованный из Кэтрин в Рика бело-коричневый почтовый голубь с кучерявыми перьями, к которому Чарли всё равно испытывал явный интерес. Верно же говорят, что питомцы похожи на своих хозяев.