А может быть здесь любовь?

— Мои поздравления, мистер Бриджертон, — произнесла экономка миссис Джунпер, когда он выходил из дома шесть недель спустя их свадьбы. Леди Вайолетт пригласила их на завтрак, но принцесса чувствовала себя не очень хорошо, так что он собирался посетить маму в одиночестве. — О чем вы, миссис Джунпер? — Бриджертон был удивлен ее репликой. — О вас и ее высочестве, мистер Бриджертон, — произнесла женщина, поправляя корзину с бельем, которую держала в руках. — Миссис Бриджертон здесь уже шесть недель, — Бенедикт согласно кивнул, пока женщина продолжала: — а у нее ни разу не было регулов. Да и тошнота по утрам, вы знаете. Похоже, она, ну то есть вы, ждёте ребёночка. Мои поздравления, мистер Бриджертон. Так быстро! — Спасибо, миссис Джунпер, — произнес он чувствуя как кровь отливает от его лица. — Вы в порядке? — перемена не скрылась и от женщины. — Ой! — воскликнула она. — Неужели миссис вам ещё не сказала? Это я, получается, испортила сюрприз? — Бенедикт усмехнулся. Сюрприз уж точно. — Все в порядке, миссис Джунпер, — успокоил он женщину, — но мне, кажется, пора идти. До свидания. Он поспешил сесть на коня, потому что на улице шел мелкий дождь, так что путешествие к дому матери он решил совершить верхом. Сейчас, кажется, он бы лучше шел пешком, чтобы иметь достаточно времени подумать над тем, что он узнал. Он мог бы притвориться, что дело вовсе не в ребенке. Что Софи чувствует себя плохо по другой причине, но он также знал, что если опишет матери все симптомы, упомянет о том, что Софи перестала есть некоторые фрукты и сладости, леди Вайолетт сразу же скажет о беременности. Вот только он знал наверняка, что Софи не могла быть беременна. Если только Энтони не был прав с самого начала и тут не был замешан страшный скандал. В любом случае, у него было не так много времени, чтобы решить вопрос, потому что вечером они с Софи давали бал, который послужил бы прекрасным местом, чтобы сообщить о ребенке. А значит ему придется уже сегодня поговорить с женой насчёт того, что именно происходит. — Тоже решил заглянуть на завтрак? — рядом с ним появился Колин, который, как всегда, сокращал дорогу через парк. — Мама пригласила нас с Софи, — произнес Бенедикт, внутренне радуясь, что его брат оказался рядом и спас его от невеселых мыслей. — В таком случае, что-то я не вижу твою принцессу, — заметил Колин. — Или она предпочитает кареты? — Ей нездоровится, так что она осталась дома, — пояснил Бенедикт. — О, неужели беременная? — усмехнулся Колин. — Кейт все время было плохо, когда она ждала их первенца, — припомнил он. — Хотя, для вас это невозможно. У вас же сложности с тем, что происходит в спальне, — Бенедикт нахмурился. — Или что-то изменилось за последние две недели? — Вроде того, — солгал он, поскольку Колин рано или поздно узнал бы о ребенке, если миссис Джунпер была права. — Но не думаю, что все проявилось бы так быстро. — И как она? — Колин улыбнулся. — По моему опыту, гречанки — Не хочу ничего слышать о твоём опыте, — Бенедикт перебил брата. — И сделай одолжение, не продолжай мысль, когда мы зайдём внутрь. Конечно, Элоиза будет рада узнать некоторые детали, но мама убьет нас. — Несомненно, — Колин усмехнулся, но вскоре посерьёзнел, поскольку увидел подходящую к дому Пенелопу. — Доброе утро, — произнес Бенедикт. — Рад вас видеть, мисс Фезерингтон. К сожалению, моя жена сегодня не сможет принять участия в ваших традиционных беседах, ей немного нездоровится. — Нездоровится? — удивилась Пенелопа, пока они поднимались по лестнице и входили в дом Бриджертонов.– Мисс Марина тоже чувствовала плохо себя по утрам, когда была у нас. Может она тоже ждёт ребенка? — Кто ждёт ребенка? — произнесла Элоиза, которая поджидала гостей в прихожей. — Софи? — Нет, — твердо произнес Бенедикт, который не собирался ничего им рассказывать, по меньшей мере не до того, как поговорит с Софи. — Никто не ждёт ребенка, успокойтесь вы все. И при маме свои теории не высказывайте, а то она сойдёт с ума. К его огромному удивлению, никто из них не заговорил о беременности в присутствии Энтони или леди Вайолетт, которая только высказала надежду на то, что Софи будет в порядке вечером. Она, родившая восьмерых, по какой-то причине не связала состояние невестки с детьми, так что у Бенедикта появилась надежда. Он не торопился домой, так что заменил Энтони и помог Грегори с латинским. Во-первых, потому что он всегда давался ему лучше, чем старшему брату, а ещё потому, что просто хотел занять мозг чем-то. Он пообедал дома и всю вторую половину дня гулял по городу. В какой-то момент он выпил несколько бокалов виски в клубе и даже подумывал о том, чтобы зайти к Женевьеве Делакруа и узнать у нее, как изменились мерки его жены за это время. Он не был уверен в том, как работает беременность, но шанс все же был. Однако, он понимал, что унизит таким образом и себя, и Софи, так что не стал. Домой он вернулся за полчаса до бала, так что не успел ничего более, чем принять быструю ванну и сменить костюм. — Ни о чем не хочешь мне рассказать? — спросил Бенедикт, пока вел Софи в центр зала для первого танца этого вечера. Они встретились всего пару мгновений назад, до этого она встречала гостей сама. — О чем? — удивлённо спросила девушка, подняв взгляд на супруга. — О ребенке, — ответил он, смотря прямо ей в глаза, и когда Софи не ответила, он продолжил: — миссис Джунпер высказала предположение сегодня утром, сопоставив два и два. Итак, что ты скажешь на это? Опровергнешь ее теорию? Ему пришлось подождать, потому что на несколько мгновений они сменили партнёров, но ее взгляд, когда она отошла от него, говорил больше любых слов. — Нет, — все же произнесла она. — Не опровергну. — Королева знает? — спросил он чуть тише. — Знает, — подтвердила Софи. — Отлично, — Бенедикт усмехнулся. — Значит мы можем объявить об этом сразу после окончания танца. Как будто так и было запланировано, как будто в этом сразу была цель этого бала. Софи нахмурилась, однако ничего не произнесла, прекрасно понимая, что в словах Бенедикта была логика. Даже если ей это совсем не нравилось. — Мама будет просто счастлива, — заметил он, снова усмехаясь. — Ещё один внук, да ещё и так быстро. Ни у Дафны, ни у Энтони так не получилось. Первая брачная ночь и сразу ребенок, это надо же так! — Бенедикт чувствовал, что насмехался над ней и над собой, но он абсолютно точно не мог реагировать иначе. — Улыбайся, дорогая, — произнес он, заметив хмурое выражение и, возможно, даже слезы на лице Софи. — Люди смотрят, ты же знаешь. — Бенедикт, — начала она, хотя не вполне была уверена, что собиралась сказать, однако и не успела, поскольку Бенедикт перебил ее. — Мы поговорим, потом, Софи, — заметил юноша. — А сейчас постарайся сделать вид, что ничего не произошло и ты безумно счастлива, что станешь матерью. Они отступили на шаг друг от друга и поклонились, после чего снова встали рядом и Бенедикт нашел взглядом Королеву, рядом с которой стояла леди Данбери, а также его мать. Энтони и Кейт стояли немного в стороне, других же членов семьи он не заметил, но знал, что они где-то рядом. — Ваше величество, — произнес он, стараясь заставить свой голос звучать спокойно и уверенно, — дорогие гости, мы с моей любимой женой пригласили вас сюда, чтобы сообщить прекрасную новость, — он взял девушку за руку и посмотрел на нее, улыбнулся, — мы с Софи ждём ребенка. Он заметил удивление на лице королевы и догадался, что должен был узнать о беременности при других обстоятельствах, должен был объявить об этом тогда, когда она позволит, но он не собирался играть по этим правилам. Они использовали его, отлично, но это не будет продолжаться вечно. — Мои дорогие, — леди Вайолетт оказалась рядом с ними первой, — я так рада за вас обоих. Уверена, из вас получатся отличные родители. Уже думали над именами? — Мама, — остановил ее Бенедикт. — У нас ещё полно времени впереди для этого, — женщина улыбнулась и отошла в сторону, уступая место королеве. — Отличная работа, мистер Бриджертон, — улыбнулась женщина. — Если судить по вашим братьям и сестрам, это лишь первый из многих. Поздравляю вас обоих. — Спасибо, ваше величество, — произнесла Софи за них обоих, в то время как Бенедикт с трудом сдерживался от того, чтобы не накричать на королеву. Как смела она знать об этом грандиозном обмане и говорить такие вещи? О каких многих была речь, если даже этот ребенок не был ребенком Бенедикта? Место королевы заняли другие, подходившие один за одним, чтобы поздравить принцессу и мистера Бриджертона с пополнением в семье. Дафна сказала что-то очень милое о том, что им может быть сложно первое время, но потом они поймут, какое же счастье растить собственного сына или дочь. Эти слова ранили почти как настоящий кинжал. Энтони поздравил их с тем, что у них получилось исполнить супружеский долг так быстро, так что теперь, если захотят, то могут вообще не видеться. Кейт извинилась за слова мужа, который до сих пор скептично относился к их браку, но Бенедикт поймал себя на мысли, что, возможно, план его старшего брата имел смысл. Оставшуюся часть вечера они провели раздельно, принимая поздравления и соболезнования от леди и джентльменов соответственно, обсуждая перспективы пола, имени и даже колледжа, куда пойдет их потенциальный сын. Часы пробили полночь, когда последний гость покинул дом, а они остановились напротив друг друга в том же танцевальном зале, будто готовые к войне. — Итак, мама несколько раз сказала о том, что через семь с половиной месяцев я стану отцом, но, полагаю, это произойдет раньше, верно? — он был спокоен, так что можно было подумать, что им удастся избежать скандала. — Как скоро? — Шесть с половиной, — почти шепотом произнесла Софи. — Вот как скоро. — Месяц, значит, — заметил он. — Так значит, ты сбежала из Греции сразу после того, как это произошло? — Дорога оттуда занимает меньше месяца, — произнесла девушка. — Значит после того, как узнала правду, — заметил Бенедикт. — О том, что у тебя будет ребенок. — Нам обязательно вести этот разговор, Бенедикт? — спросила Софи, всматриваясь в глаза мужа. — В чем смысл? — Не обязательно, — он сделал паузу. — Было бы не обязательно, если бы ты просто сказала мне правду сразу. Поверь, я злился бы намного менее сильно, чем злюсь сейчас. Я бы все понял, я бы принял это, я бы даже смог полюбить этого ребенка, — он сделала ещё одну паузу. — Это ведь не сложно, Софи. Ты могла сказать. — Не могла, — перебила она его, ее голос больше не был шепотом, потому что девушка тоже злилась. — Королева приказала — Не королеве растить этого ребенка, а мне! — он сорвался на крик, разбивая вдребезги ее жалкие аргументы. — Я имею право знать! А если бы наша брачная ночь пошла по плану, — он подошёл к ней вплотную, продолжая кричать, — то я вообще никогда бы не узнал, верно? Зачем мне это? — Зато все были бы счастливы! — воскликнула девушка, тоже не стесняясь повышать голос. — Воспитывая ребенка от чужого мужчины?! — Бенедикт сделал паузу и отошёл к окну. Он не ожидал, что она ответит, но надеялся, что поймет, какую глупость сказала. Через минуту он вернулся к ней и продолжил, его голос снова был спокоен: — Кто он? — Это не имеет значения, — произнесла Софи почти также спокойно как он. — Это не тебе решать! — он снова сорвался на крик. — Кто он, Софи? — Бенедикт, — девушка пыталась успокоить Бриджертона не зная, что у нее нет ни малейшего шанса на успех. — Он опозорил тебя и поэтому тебя выслали сюда? — предположил он, слегка понизив голос, но все ещё говоря достаточно громко. — Бенедикт, — Софи сделала шаг вперёд, все ещё надеясь прекратить этот разговор. — Ты любила его? — спросил Бенедикт, подойдя к ней вплотную, будто это могло остановить ее ото лжи. — Я не любила никого до тебя! — выкрикнула девушка, уставшая от его глупых теорий и обвинений. — Не самая подходящая ситуация, чтобы сообщать мне об этом, ты так не считаешь? — насмешливо произнес Бриджертон. Конечно, он ей не верил. Как он мог? — Бенедикт! Бенедикт! — она схватила его, развернувшегося и направляющегося к выходу из комнаты за руку. — Что ты собираешься делать? — Я точно знаю, что не буду делать, — он сделала ударение на отрицании: — доверять тебе! — он вырвался и вышел, хлопнув дверью. Он собирался напиться и, возможно, навестить кого-то из старых знакомых, потому что он абсолютно точно больше не мог думать о Софии Бекетт и ее изысканной лжи. И он точно не собирался думать о том, что слышал как она упала на колени и закричала, когда дверь за ним затворилась. Он сломал их брак, он знал это, но она сделала это ещё раньше.