Освободиться, прыгнув в пропасть

Поездка продлилась около 4 часов. Все были вымотаны, все болело от долгого сидячего положения и прыжков по кочкам за пределами города. Солдаты остановили повозки, предупредив о том, что последние 500 метров им придётся пройти пешком, в повозках там было не проехать. В комусинах на небольшом каблуке было затруднительно передвигаться по грязи, да и ханбок приходилось приподнимать, чтобы в эту же грязь не упасть лицом. Спустя 12 минут кисэн уже могли разглядеть свой новый «дом». Лагерь был разбит на небольшой поляне, вокруг него был темный густой лес, кроме одного места, там были невысокие кусты из-за которых виднелось озеро, и кажется оттуда доносились крики купающихся там солдат. В самом лагере находилось три казармы, они были немного потрепанными, так же небольшая палатка для полевой кухни и отдельно стоящие то ли домики, то ли просто комнатки, их было 12 штук. А в самом центре располагался большой шатер. Кисэн вели мимо казарм прямо в шатер. В нем было 6 длинных скамеек расставленных вокруг большого костра, 6 таких же длинных столов и 6 небольших пней расставленных вокруг костра. Здесь уже расположилось большинство солдат. - Оооо, ребят глядите-ка наш подарочек приехал. Спасибо нашему лучшему Королю. – ехидно начал мужчина, сидевший около котла не бревне. После его слов все повернулись в сторону кисэн и дружно заулюлюкали. - Сейчас к вам выйдет Чон Мин Хек, он вам все расскажет, стойте на месте. Вам все ясно? – это сказал один из солдат, сопровождавших их из города. Кисэн дружно закивали и стали ждать. Через пару минут к ним подошел мужчина, представившийся Чон Мин Хеком. У него был шрам через все лицо и мерзкая ухмылка. - Значит так, правила довольно просты. Перовое: вы подчиняетесь тому, что вам говорят, за непослушание 15 ударов розгами. Второе: попытка сбежать или убить кого-то приводит к вашей незамедлительной казни. Третье: с 11 вечера до 6 утра вам запрещено покидать вашу комнату, исключение является поход в «комнату утех» с солдатом. Так же на вас ложится готовка, по 2 человека каждый день. Жить вы будете казарме, которая находится слева от выхода из шатра. Те небольшие домики, что вы видели снаружи, – это «комнаты утех». В 50 метрах от лагеря за кустами находится озеро, ходите вы туда всей группой с теми же солдатами, что привезли вас сюда. Идите разбирайте вещи, к 7 часам приходите к костру, мы будем есть. На этом все. – солдат закончил говорить и пошел к своим товарищам. А кисэн побрели в сторону казармы, она стояла чуть дальше от лагеря, чем другие две, что немного порадовало омег. Казарма была где-то 20 на 9 метров, в ней были раздвижные двери во всю стену, приятно было, что они находились со стороны леса, внутри было 16 матрасов, омег было 15, так что всем хватило места, два небольших шкафа и отдельно маленький, в котором лежали тряпки и ведра. Везде лежала пыль и был очень затхлый воздух. Ребята решили привести все в порядок, распахнули двери и принялись за уборку. Они нашли много свечей и расставили их по всей комнате, чтобы зажечь вечером. Через 2 часа кисэн со всем закончили и сидели на кроватях. У них оставалось около 3 часов свободного времени. - Мне страшно, вы видели, как они на нас смотрели? – сказал кто-то, нарушив тишину. - Да, они были похожи на гиен. - Я не хочу…я хочу домой…пожалуйста – омега начал плакать. Юнги и Тэхен заняли два самых дальних матраса, они не участвовали в общем разговоре. - Как думаешь, все начнется прямо сегодня? – спросил Тэхен с абсолютно апатичным выражением лица. - Думаю да, они никогда не отличались особым терпением. Я, кстати, когда убирал нижние ящики в маленьком шкафу обнаружил двойное дно, там лежало пару пузырьков с Хани. – ответил ему Юнги. Тэхен уже слышал об этих таблетках. Они были запрещены, но их часто продавали в переулках. Само их название давало понять, что это такое (Хани с корейского эйфория). Эти таблетки заглушали боль и дарили чувство блаженства, и на ближайшие полтора часа кроме этого ты ничего не чувствовал. Но, конечно же, они вызывали нешуточное привыкание уже после 3 приемов. А съев 4 таблетки сразу можно было попрощаться с жизнью. - Интересно, откуда они тут, солдаты что ли балуются? - Не знаю, но другим лучше не показывать, многие и так на грани срыва, а если узнают, что тут есть безболезненный способ уйти, возможно поддадутся порыву и скорее всего из-за страха будущего нежели из-за желания умереть. - Ты прав, их лучше спрятать. Мы взяли с собой обезболивающие мази, так что это лучше не использовать. После этой таблетки, вернувшись в реальность, им станет еще хуже. Там в углу есть дощечка, она немного приподнимается, давай положим их туда. - хорошо, но лучше их еще чем-то накрыть на всякий случай. Тэхен забрал пузырьки у Юнги, взял носовой платок и подошел к углу. Он тихонько осмотрелся, проверив, что никто из кисэн не смотрит в его сторону, приподнял дощечку, аккуратно положил внутрь таблетки и накрыл их носовым платком, он был черным, так что не должно быть сильно заметно, что внизу что-то лежит. - Все, я закончил - сказал Тэхен, вернувшись к Юнги. - У нас еще 2 часа на отдых. - Чувствую себя свиньей на убой. Неприятно. - По сути так и есть, правила действуют в одну сторону, если кто-то нас покалечит или случайно убьет, им за это не будет наказания, максимум выговор. - Да уж, надеюсь они не будут все время упиваться. - Сейчас в этом регионе боевые действия почти не ведутся, в основном это разведка, так что скорее всего будут. - Откуда ты это знаешь? - Один из клиентов недавно рассказывал, что на севере сейчас более менее спокойно, в основном они разведывают обстановку и докладывают в главный штаб на западе. Там сейчас разрабатывают стратегию и там же сейчас чаще происходят нападки. - Зачем тогда мы здесь? - Думаю в какой-то момент наши войска пойдут с севера, а пока они выжидают. А мы тут для того, чтобы они ни в чем не нуждались. Чтобы потом не было никаких оправданий, если они не справятся со своей работой. А еще я слышал, что вроде даже якудза помогают японцам в этой войне. Они действуют сами по себе, поэтому даже если основное сражение происходит на западе, здесь охраняют границы в основном от якудз. - Да, про якудз один из солдат говорил недавно, вроде бы они вырезали деревню недалеко от наших границ. Интересно, что же им предложили за участие в войне. - Не знаю, но лучше бы они здесь не появлялись, боюсь, что тогда большинство из нас умрет. - Ладно, давай не будем о смерти, чувствуется, что мы еще успеем о ней наговориться. - ладно, давай собираться. Кисэн не знали, что им надеть, они привыкли выходить к гостям в красивых одеяниях, но нужны ли они здесь. Все договорились приодеться в первый вечер, чтобы им не прилетело чем-то тяжелым за неуважение. Оставалось около 20 минут, омеги уже были готовы, но выйти никто не решался. Они подождали еще 10 минут и наконец шагнули за порог. Самому старшему из кисэн было 20 лет, его звали Вон Шик, его имя уже говорило всем о том, какой он (Вон Шик - глава семьи). Он взял на себя обязанности лидера группы. Вон Шик вел их к шатру, из которого уже доносились крики и смех собравшихся. Кисэн прятались за ним как за родителем. Тэхен и Юнги шли в самом конце. Вон Шик попросил их об этом, он знал, что эти ребята всегда держались спокойно, чем успокаивали и других, пожалуй, они повзрослели раньше всех. Юнги достиг зрелости к 12 годам, а Тэхен, следуя примеру своего лучшего друга, догнал его к 14 годам. А потому даже кисэн, которые были их старше пытались за ними поспеть. Вон Шик замедлил шаг, что означало, что они пришли. Тэхен выглянул из-за спин своих братьев и увидел через приподнятую ткань с каким азартом на них смотрели солдаты. - Какие люди, проходите, садитесь, выпейте с нами. - солдаты в унисон начали поддакивать. Место для омег специально оставили так, чтобы они разделились, между мужчин были оставлены места на 2-3 человека. Делать было нечего и кисэн потихоньку начали рассаживаться. Они помнили небольшое напутствие, которое им сказал Вон Шик перед выходом. 30 минут назад - Ребята, старайтесь оставаться хотя бы по двое, и если предложат выпить, соглашайтесь. На затуманенный рассудок такое пережить будет легче. Наше время Тэхен и Юнги постарались сесть с самого края скамейки, рядом с ними сидели два альфы с запахами лимона и гвоздики, они им тут же на выбор предложили соджу и макколи. Омеги выбрали второе, и когда алкоголь уже был разлит по чашам, в центр к костру вышел Чон Мин Хек. - Добро пожаловать и давайте веселиться. - сказал он и залпом выпил весь алкоголь. Все присутствующие солдаты с криком его поддержали. Кисэн тоже пригубили свои напитки. - Пусть гости нам споют или станцуют, Дак Хо, сыграй им что-нибудь. - все одобрительно засвистели. Парень по имени Дак Хо вышел к костру, в руках у него был чангу (двуглавый баран в виде песочных часов), он присел на пень и стал ждать, когда кисэн выйдут к костру. Омеги неловко переглянулись и один за одним начали вставать из-за стола. Вон Шик подал знак рукой, говоря какой танец кисэн будут исполнять. Они окружили костер, повернулись лицом к зрителям и замерли, дожидаясь первых тактов музыки. Дак Хо начал медленно исполнять мелодию. Кисэн в ту же секунду двинулись, их прекрасно обучили искусству танца, так что даже с незнакомой мелодией они идеально попадали в такт. Каждое движение было отточено до совершенства. Они плавно выводили каждый элемент. Танец то ускорялся, то замедлялся, будто Дак Хо хотел убедиться в навыках артистов. И вот уже заключительная часть танца, кисэн приподнимают согнутую в колене ногу, прогибаются в спине, вскидывают вверх руки так, будто держат кувшин и замирают, как куклы, как будто даже не дышат. Солдаты начинают хлопать, и только после этого кисэн выходят из образа. Они рассаживаются обратно на свои места. Им продолжают подливать алкоголь, приобнимать за плечи и с каждой чашкой они все сильнее распускают руки. - Думаю, еще где-то час и нас уведут - сказал Юнги залпом осушив чашку. - Думаю, Джису уведут через 20 минут. - сказал Тэхен и Юнги обратил внимание на омегу за столом напротив. Солдат, сидевший рядом с ним по видимому был уже в стельку, периодически он пытался стащить одежду с парнишки. - Давай выпьем. - Юнги не хотел на это и предпочел подготовить свое сознание побыстрее. - Давай. - ответил Тэхен, он повернулся к мужчине рядом, у которого в глазах читалось дикое желание. Омега мило улыбнулся и ,чуть склонив голову, протянул чашку. - Ох, хочешь со мной выпить, ты мне тоже нравишься, ты так вкусно пахнешь жасмином, сегодня ночью я дам тебе насладиться своим запахом. - с этими словами он налил омеге новую порцию. Если бы он знал, как Тэхен не любил цитрусовый запах у альф, он неприятно бил в нос и из-за него начинала болеть голова. На такой случай омега всегда таскал в маленьком кармашке внутри ханбока небольшие шарики пропитанные запахом розы. Он научился этому у Юнги, после того, как однажды его чуть не стошнило на клиента, от которого пахло грейпфрутом. - Отвратительно. - прошептал Юнги, после того, как услышал слова альфы. - И не говори. - так же тихо ответил Тэхен. Прошло наверное минут 45, Омеги на двоих распили четыре кувшина макколи, им надо было выпить много, чтобы опьянеть, чем они активно и занимались. - Жасминчик мой, - лицо Тэхена опалило перегаром - пойдем со мной - мужчина с довольной ухмылкой взял омегу за руку и повел прочь из шатра. Мальчик сжал пальцы на другой руке так сильно, что скорее всего поранил ее до крови. Они приближались к "комнате утех", с каждым шагом дышать становилось труднее, он делал это много раз, но солдаты всегда пугали, он знал, что будет больно, не только физически, а к такой боли сложно привыкнуть. Они подошли к небольшому домику из бамбуковых стен и таких же раздвижных дверей. Альфа дотянулся до небольшой коричневой таблички, висевшей на стене и перевернул ее, с другой стороны она была выкрашена в красный цвет. Такое ее положение означало, что комната занята. Мужчина отодвинул дверь и пропустил Тэхена вперед. Омега вздохнул и сделал шаг внутрь. Комната была простой, в ней не было ничего кроме матраса, небольшой скамейки, на которой стоял графин и 4 свечи. Тэхен аккуратно достал свои ароматические шарики и засунул их в нос. Дверь сзади закрылась. Вот и все, время на то, чтобы собраться с духом закончилось. Омега медленно повернулся, альфа стоял к нему вплотную. - Зови меня Джун Со, я хочу чтобы ты стонал мое имя... - сразу после этих слов мужчина начал грубо стаскивать одежду с омеги и с себя. Как только они остались совершенно нагими, у альфы загорелся огонек в глазах. Он подошел чуть ближе и вытащил шпильку из волос Тэхена. Темно-русые волосы моментально распустились до поясницы, и зачесанные до этого пряди, доходившие до подбородка, теперь красиво обрамляли лицо. Омега поднял глаза на мужчину, и только теперь альфа увидел эти красивые серые глаза, как будто пока волосы были убраны , они не так сильно сияли, а может это из-за тусклого света свечей. - Зачем тебе носить одежду, ты прячешь под ней такое тело. - мужчина поднял руку и начал водить ею по телу омеги. Альфа воздохнул поглубже, набирая в легкие запах жасмина, и глаза его затуманились. Он набросился на мальчика, начал его целовать. Они упали на матрас, где омегу сразу прижали. - Как же я хотел поскорее войти в твое горячее тело, почувствовать твой запах, почувствовать себя в тебе, наверняка это очень приятно, ох а твой бархатных голос, представляю, как красиво ты стонешь, как красиво ты будешь стонать мое имя. - Тэхен думал только о том, сколько времени это займет, он хотел поскорее вернуться, увидеть Юнги, думал о том, забрали ли его или еще нет. - Вставай на колени. - скомандовал мужчина, омега послушно выполнил требование - давай открывай свой красивый ротик. - как только Тэхен приоткрыл рот, альфа тут же засунул туда свой член и начал сразу вдалбливать в глотку. От этого у омеги потекли слезы, его чуть не стошнило, но он сдержался, главное все сделать так, как от него хотят, иначе его могут избить, он уже проходил такое и больше не хочет. Спустя пару минут мужчина кончил омеге на лицо. - Ох, а ты хорошо работаешь ртом, поворачивайся. - Тэхен повернулся, и его толкнули в спину, чтобы он упал на локти. Мужчина без подготовки вошел в его тело, от чего по ногам начали скатываться капельки крови. Он шлепал его по ягодицам так, что синяки наверняка будут долго сходить. Неожиданно альфа перевернул его на спину, продолжая вдалбливаться в хрупкое тело, и начал душить омегу, как только тот начинал потихоньку отключаться, альфа давал ему пару минут подышать и снова душил. После 10 минут мужчина кончил ему на живот, он встал и взял свечу. - Я не слышал своего имени из твоих уст, то что ты не мог говорить не является оправданием. - мужчина поднял свечку над животом омеги и наклонил ее. На белую кожу начал падать горячий воск, Тэхен прикусил изнутри щеку, чтобы не вскрикнуть, ему было больно. Жидкость никуда не скатывалась, она застывала на месте, из-за чего обжигала долгое время. - Простите меня, господин Джун со, как я могу исправиться. - Тэхен знал, что нужно говорить, в таких ситуациях, в подтверждение этому, на лице альфы расцвела довольная ухмылка. - Умница, я пожалею тебя, но тебе надо принять наказание, я сейчас вернусь. - мужчина накинул на себя простыню и вышел. Омега начал сдирать с себя воск, под ним остались небольшие ожоги. Он подполз к скамейке и заглянул в графин, там оказалось соджу. Тэхен сделал несколько больших глотков, немного вытер себе лицо и поспешил вернуться на свое место. Через минуту зашел Джун Со, у него в руке были розги. - 3 удара розгами и ты будешь прощен за свое поведение. - Тэхен медленно лег на живот и прикусил руку, он помнил, как отец в детстве бил его розгами, он помнил, как это больно. 1 удар, омега почувствовал как кожа на ягодицах немного разошлась, 2 удар, 3 удар. Тэхену было очень больно, он разжал зубы и посмотрел на след, оставленный на руке, ему было обидно, что никто не принимает кисэн за людей, считая их просто шлюхами, куклами для секса, как-будто они сами выбрали такую участь. - Молодец, давай продолжим. - после этого мужчина снова вошел в тело омеги и душил его. В перерывах Тэхен старался своим хриплым, осипшим голос произносить это имя, отвратительное для него имя. Спустя еще час омегу отпустили, наспех одевшись, он на дрожащих ногах поплелся в сторону казармы. Внутри уже сидели почти все кисэн, у многих красовались кровоподтеки на лице, кто-то сжавшись комочком сидел в углу. Омега нашел глазами Юнги и пошел к нему. - Как ты? - спросил Тэхен. - Живой, меня забрали почти сразу после тебя и вернулся я минут 5 назад, мне оставили подарок. - Юнги распахнул свою одежду, и Тэхен увидел следы ожога на груди. - Мне тоже - Омега показал и свои "боевые" отметины. - Хотел намазаться мазью, но хотелось бы сначала помыться, а для этого нужно подождать остальных. - Да, точно. Спустя еще 20 минут все кисэн были в казарме, они взяли полотенца и пошли к солдатам, которые сопровождали их на пути сюда. Их отвели к озеру, всех напрягало, что альфы стоят и пялятся на них, но они ничего не могли с этим поделать. Тэхен снял с себя одежду и начал погружаться в воду. - Розги? - спросил Юнги, увидев рассеченную кожу на ягодицах друга. - Да, 3 удара. - омеги полностью зашли в воду, Тэхен решил окунуться вместе с головой, чтобы полностью очиститься от запаха и спермы того альфы. Юнги тоже решил так сделать, чтобы смыть из памяти этот день. Он вытащил шпильку, и в воду упали длинные серебряные волосы. После 10 минутного купания кисэн вернулись в казарму залечивать свои раны. - Ложись на живот. - сказал Юнги и достал мазь. Тэхен сбросил одежду и лег на матрас. Он почувствовал, как его раны перестало жечь так сильно, теперь и присутствовал небольшой холодок. - Да, кажется спать я буду сегодня на животе. Ожоги совсем маленькие сами пройдут, а то я все смажу, когда лягу. - Хорошо. Юнги помазал свои ожоги, и они вместе легли на матрасы. - Слушай, а ты брал с собой трубку? - спросил Тэхен. - Да, табак тоже, но на нас двоих его хватит где-то на недели 2. - Может удастся выпросить у кого-то или аккуратно выкрасть чуть-чуть. Пойдем покурим. - Пойдем. Большинство кисэн уже спали, их сильно измотал этот день. Тэхен тихонько приоткрыл дверь и они вместе вышли. Присев на землю, Юнги достал табак из кармашка и начал засыпать его в трубку. Тэхен достал спичку и поджег его. Вдох, который была так нужен, он немного спасал, успокаивал. Дым, заполнивший легкие, приводил в чувства. Так они просидели 20 минут, в абсолютной тишине, только они и дым.