Освободиться, прыгнув в пропасть

       Это утро встретило всех густым туманом. Он расползался по земле, будто хотел поглотить все живое. И что-то этим утром было не так. Кисэн привыкли просыпаться рано, но после вчерашнего многие предпочли полежать еще немного. Юнги был из их числа, однако поспать подольше ему не удалось. Кто-то начал пихать его в бок. Открыв глаз, он увидел перед собой Тэхена, он куда-то показывал пальцем. Проследив за его рукой, Юнги увидел пять пустующих матрасов, они были заправлены так, будто в лагерь приехало только 10 человек. Посмотрев по сторонам, можно было увидеть, что все кисэн еще валялись. - Как ты думаешь они... - начал Тэхен. - Боюсь, что да. - Эй, ребята, вы не знаете куда делись эти пятеро? - Тэхен снова указал рукой в сторону пустых матрасов. Кисэн начали оборачиваться, а позже на их лицах начал появляться страх. Кто-то вскочил и начал перерывать шкафы. - Их вещи... они пропали. - все замерли, пытаясь осознать, что произошло. Но как оказалось, не только кисэн заметили пропажу своих товарищей, поскольку в казарму ввалился разъяренный Мин Хек. - Где они? - из-за страха никто не мог и рта раскрыть. - Я спрашиваю, где эти шлюхи?! - а в ответ все то же молчание. - Ясно, все на выход, живо! - кисэн начали торопливо подниматься со своих мест и выходить на улицу. Как только внутри никого не осталось, Мин Хек вышел следом. Он осмотрел всех присутствующих злым взглядом и скомандовал построиться около стены. - Эти ублюдки решили сбежать под покровом тумана. Они убили одного из наших, и если мы их не найдем сегодня, то вы понесете наказание за них. 20 ударов розгами. Каждому. А сейчас лучше молитесь. Вам запрещено покидать казарму. Я приставил к вам охрану, если кто-то хоть нос высунет, его сразу казнят. Пошли вон! - А в туалет можно? - спросил кто-то из кисэн и сразу пожалел, что задал этот вопрос, в ту же секунду к нему подлетел Мин Хек и ударил по лицу. - Вам, шлюхам слово не давали. Вон отсюда. - омег схватили под руки и начали вести обратно внутрь. Их зашвыривали, как мешки с мусором, они падали на пол, разбивая носы. Двери за ними закрылись. Тишину начали прерывать доносившиеся откуда-то всхлипы. С каждой минутой они становились все громче и превращались в истерику. Страх за товарищей, страх за собственную жизнь, все это давило, расплющивало всех по полу. - Либо их убьют, либо нас искалечат, а это только второй день. - Тэхен с Юнги сидели тихонько в самом углу и переговаривались. Они пытались держать свой страх под контролем настолько, насколько это было возможно в данной ситуации. - Они не выдержали. А выдержим ли мы? - Юнги откинул голову и прикрыл глаза. - Скоро узнаем... Время тянулось мучительно долго. Прошел может час, а может всего лишь 30 минут. Истерики прекратились. Все ушли в себя. Казалось, эта была не комната, а склад для сломанных кукол. Один Вон Шик ходил взад-вперед, чем еще сильнее нервировал остальных. - Можно ли выдержать 20 ударов? - спросил Юнги. - Скорее всего отключишься после 13-го. В детстве один раз мне досталось 10 ударов. Я вырубился на 7, но все же я был мелким. - Тэхен на несколько минут вернулся в то время, когда он еще жил с отцом и братом. Мальчик честно старался, он помогал семье всем чем мог. Но они всегда были недовольны. Крики и удары. Вот, что помнил Тэхен о своем детстве. Его ненавидели за смерть папы. Мальчик долго корил себя, но госпожа Юмеко не объяснила, что его вины в этом нет. С того дня Тэхен потихоньку начал понимать, почему отец так злился, но глубоко в сердце остался шрам, который периодически напоминает о себе. - Извини. - Юнги понял, что заставил друга вспомнить то, что тот не хотел. - Ничего, это было давно, тем более что сейчас есть вещи, которые волнуют сильнее. - Угу. Спустя несколько минут вдалеке послышались крики. Все дернулись. Голоса были знакомыми, это означало только одно, их нашли, их убьют... На секунду у некоторых омег в глазах промелькнуло облегчение, конечно, это можно было бы назвать неправильным, но инстинкт самосохранения наш основной инстинкт, и иногда он вырывается наружу. Кисэн потихоньку стали собираться около дверей, прислушиваясь к шуму снаружи. Крики были такими пронзительными, отчаянными, будто ребята стояли за дверью в пыточную. И эта дверь единственное, что отделяло или оберегало от страшной картины. Но и она не смогла их спасти. Солдаты вошли в казарму и начали вытаскивать всех наружу. Они вели их, как преступников на плаху. Еще пару шагов, и они обойдут их "дом" и столкнуться с тем, от чего дверь так отчаянно пыталась уберечь. Еще шаг, и Тэхен услышал, как кого-то из кисэн начало тошнить. Последний шаг, и он сам увидел всю картину. Солдаты волочили за волосы по земле их товарищей, их руки были изрезаны, лица были похожи на кровавое месиво. Юнги осмотрел лагер и заметил, что около шатра вбиты 5 столбов, а под ними лежат хворост и бревна. Там уже стояли все солдаты, и кисэн вели туда же, чтобы посмотреть "шоу" из первых рядов, ведь в большинстве своем оно делалось именно для них. Провинившихся уже дотащили до "сцены" и стали привязывать к столбам. Омег выстроили в 6 метрах от их же братьев. И когда приготовления завершились, вперед вышел Мин Хек. - Мы собрались здесь, чтобы наказать преступников. Они не только нарушили указ Короля, но и убили одного из наших. Предлагаю отрезать им по руке и ноге. - солдаты дружно поддержали своего командира и засвистели. Пятеро солдат вышли вперед и направились к столбам, в руках у них были мечи хвандо. Они занесли их над головами, два взмаха, и через секунду отсеченные конечности лежали на земле. Истошные крики пронзили весь лагерь, кровь фонтаном брызгал из тел. - Не смейте закрывать глаза. - сказал Мин Хек, подойдя к паре кисэн, стоявших рядом с Юнги и Тэхеном. - вы должны запомнить эту картину. - командир выплюнул им это прямо в лицо, от чего омеги упали на землю. Омегам помогли подняться и казнь продолжилась. Кисэн все еще продолжали кричать от боли, их периодически окатывали холодной воды, чтобы не отключались. Мин Хек роздал солдатам спички, и те присели у ног умирающих омег. До этого Тэхен думал, что это от солдат так сильно пахнет соджу, но теперь стало понятно, что им облили кисэн. Спички загорелись, как и хворост под ногами омег. Пару секунд, и пламя перекинулось на столбы. Кисэн уже не могли кричать, их голоса охрипли. Что-то похожее на рот было широко открыто в немом вопле. Кожа горела и кусками падала на землю, обнажая мясо и кости. Волосы сгорели моментально, на головах проступали участки черепа. Отсеченные руки и ноги кинули в эти же костры. Многих кисэн тошнило, запах горелой плоти бил в нос, он пропитал всех изнутри. Пять минут и 12 секунд понадобилась на то, чтобы тела сгорели, в кострах валялись остатки костей. Как кисэн оказались снова в казарме никто не помнил. Вон Шик, когда более-менее пришел в сознание, начал бегать и успокаивать остальных. Кто-то пытался выдрать себе волосы, кто-то бился головой об пол, кого-то до сих пор тошнило. - Я до сих пор чувствую запах горелого мяса. - сказал Тэхен. Они сидели с Юнги в их излюбленном уголке, прижавшись друг к другу и сверля глазами одну точку. - Ощущению, что куски их тел застряли у меня в горле. - Почему люди бывают такими жестокими? Почему человеческая жизнь ничего не стоит? Почему люди думают, что им даровано великое право убивать всех кого захотят? - Человек самое эгоистичное и самовлюбленное существо на земле. Мы самые жестокие хищники. - Когда-нибудь я сломаюсь, взорвусь. Невозможно все время сдерживать гнев и ярость. - Знаю, я тоже на пределе, но сейчас это просто бессмысленно. Мы ничего не сможем сделать. - И это угнетает. Спустя час Вон Шик пригласил всех сесть вкруг и помолиться за души ушедших товарищей. Кисэн поставили в центр пять свечек, сели на колени, сложили руки и закрыли глаза. По лицам продолжали катиться слезы. Это все, что они могли сделать. Хоронить было нечего, ветер разнес прах усопших по всему лагерю. Казалось, что его частички остались в легких омег. Позже всех кисэн забрали на ужин. Он был таким же, как и в первый день. Пьяные пристающие мужики и хохот, разлетающийся повсюду. Джун Со сразу заметил предмет своего обожания, так что Тэхену снова пришлось сесть с ним рядом. Юнги, конечно, не бросил друга и тоже сел рядом. Перед всеми омегами поставили мясную похлебку. В голове снова начали всплывать образы горящих людей. К еде никто не притронулся. Все пытались утопить свои воспоминания в алкоголе. Мин Хек разрешил сегодня кисэн после ужина пойти сразу в казарму, так что Юнги с Тэхеном пытались, как можно скорее напиться и уйти. Они чувствовали на себе руки людей, которые с такой радостью смотрели на горящие тела и спокойно продолжали есть и смеяться после того, что видели. Каждое прикосновение обжигало, хотелось переломать им все конечности, свернуть шеи. Но оставшиеся капли рассудка не позволяли это сделать, поэтому омеги яростно поглощали алкоголь. Выходя из шатра, Тэхен и Юнги упросили одного из солдат довести их до озера только вдвоем. Всю дорогу омеги молчали, они знали, что даже одно случайно оброненное слово могло сделать только хуже. Дойдя до воды, кисэн скинули с себя одежду и распустили волосы. Словно совершая како-то обряд, они стали медленно погружаться в озеро. Тэхен остановился только тогда, когда его голова перестала виднеться над водой. Тэхен всегда любил воду, она как-будто прятала от всего, укутывала в свои мокрые объятия. Хотелось остаться в ней навсегда. Она была синонимом слова спокойствие. Однако задержаться в ней надолго не получится, все-таки организму нужен воздух. В момент этих раздумий Тэхен почувствовал, как Юнги за руку тянет его наверх. И прошлось поддаться, его время еще не пришло. - Ты чего, помереть решил? - Нет, прости, просто внизу так тихо, что я забыл обо всем. - Будь аккуратней, меня может не оказаться рядом. - Знаю, прости. Мы договорились, что уйдем вместе. А это время еще не наступило. - Вот именно. Ну все пойдем, уже поздно. Ребята вышли на берег и быстро оделись. Солдат вывел омег обратно к лагерю и ушел, окинув их напоследок похотливым взглядом. В казарме уже все лежали на своих местах. Глаза были опухшими, а матрасы мокрыми от слез. Тэхен и Юнги тихонько прошли в свой уголок и легли, взявшись за руки. Усталость взяла верх, и парни быстро провалились в сон. Тэхен оказался в каком-то очень темном месте, по земле расползался дым и слышно было только собственные шаги. Он не чувствовал страха, скорее ему было интересно куда он попал. Внезапно, вдалеке появилось два маленьких фиолетовых огонька. Тэхен начал идти в их сторону, они казались ему знакомыми. И наконец, он понял, это были не огоньки, это были глаза. Из темноты появился силуэт в черном кимоно, он начал двигаться в сторону Тэхена, и омега вскоре смог разглядеть того, кто был перед ним. Волосы цвета угля, ниспадающие до поясницы, татуировки, ползущие к горлу и черные длинные ногти. За его спиной висели две катаны, горящие фиолетовым пламенем. Он подошел вплотную к Тэхену и протянул руку к его щеке. Омега будто бы застыл на месте, он не мог двигаться, только завороженно наблюдать за действиями этого существа. - Давно не виделись, Тэхен...