In the eye of a hurricane.

      Никита проснулся. Нет, Никита воскрес. С трудом открыв глаза, парень еще пару минут пялился в потолок незнакомой ему комнаты, пока до него, наконец, не дошло, что он просто-напросто не у себя дома. Несмотря на сопли и характерное першение в горле, чувствовал он себя гораздо лучше, чем вчера. Или позавчера. Или сколько вообще прошло времени?       Когда мысли вернулись в реальность, Давыдов начал всматриваться в интерьер комнаты. Ничего отличительного кроме горы лекарств на тумбочке рядом с кроватью он не нашел, значит, был только один путь: вставать и осматриваться дальше.       Сначала парень аккуратно сел. Он медленно опустил босые ноги на деревянный пол, что помогло ему немного взбодриться. Прогоняя мурашки от утреннего озноба, Никита накинул одеяло, под которым спал, и отправился исследовать дом. Довольно скоро он нашел кухню и понял, что гостит у Маслова. Сам хозяин нашелся с чайником у плиты. Лейтенант поначалу и не заметил проснувшегося больного гостя, поэтому просто продолжал тихо напевать себе под нос какую-то медленную песню, часто крутившуюся на радио.       Никита просто облокотился о косяк и с теплотой наблюдал за такой домашней картиной. Вскоре полицейский почувствовал, что за ним наблюдают и обернулся.       - О, а ты чего так рано встал?       Только сейчас парень заметил то, что придавало атмосфере уют и умиротворенность. Кухню освещали первые лучи восходящего солнца. Время как будто остановилось, и ломать такой момент разговорами вообще не хотелось. Так что блондин просто пожал плечами и, шмыгнув носом, сел за стол, поджимая под себя ноги.       Сергей набрал еще немного воды и поставил ее греться. Мужчина сел напротив Никиты, и оба хранили уютное молчание, пока его не прервал свист чайника.       - Что ты, как себя вообще чувствуешь? – спросил участковый, протягивая Никите кружку чая с уже добавленным медом.       - Лучше, спасибо, - прохрипел Давыдов.       - Ага, я слышу как лучше, весь нос заложен и голоса нет, - прилетело в ответ ворчание старшего, пока тот попутно измерял Никите температуру прикосновением ладони.       Парень отпил чая и красноречиво посмотрел на Маслова, который успел вернуться на свое место, глазами, излучающими благодарность. Ему и правда это было нужно. Уже давно никто не думал о нем, не заботился. Даже он сам забыл про это в какой-то момент, поэтому сейчас по-настоящему ценил чужое внимание, помощь и поддержку.       Давыдов не заметил, как почти все это время, пока мысли лениво сменялись в его голове, лейтенант не отрывал от него взгляда. Семейного взгляда. Родного. Он и сам не отводил глаз ни на секунду. Хотя через миг оба уставились в окно.       Чай они допили в тишине, смотря, как солнце все больше выглядывает из-за горизонта. Оба были несказанно рады тому, что теплые лучи не перекрывались серыми, грозными тучами. Чувствовалась надежда. Оба они помнили то, что произошло вчера. Или позавчера. Или сколько там вообще прошло времени?       Никита понимал, что сердце о ребятах и разбитой мечте болит уже меньше. Это уже прошло, и теперь все неважно. Он отпустил тех, кто не хотел держаться за дружбу, за партнерство. И, хотя парень вряд ли их когда-нибудь полноценно простит, дышать стало легче.       Маслов понимал, что Никита скоро пойдет на поправку. А парней, если не накажет закон, то жизнь накажет, потому что одна важная составляющая всех их идей, их дружбы, их жизней станет лишь воспоминанием по их же собственной глупости. И от перспективности этой мысли тоже становилось легче.       Но главное, что понимали они оба – это то, что они не уйдут. Они останутся друг у друга, как остаются самые близкие, самые родные. Они помогут друг другу, вовремя позаботятся друг о друге, как это делали все в Жуках. Помогали даже тем, кто этого не всегда заслуживал.       Но Маслов поможет Никите подняться и оправиться от ран, физиологических и душевных, а Давыдов поможет лейтенанту сохранить свой порядок в Жуках, свои роли, отношения, статус кво. Они оба этого заслуживали. Они оба не просили ни о чем, но всё понимали и делали то, что нужно.       Потому что «жуков» в Жуках нет, там только люди. Верные, честные, настоящие. Здесь нет предательства, и жизнь идет своим чередом. И порой важно остановиться и выдохнуть. Найти кого-то, с кем можно будет разделить бремя, которое не по силам нести на своих лишь плечах.       Конечно, это не навсегда, в жизни всегда есть место переменам, но пока что они нашли место покоя.       В этой деревне.       В этом доме.       В этом восходящем солнце.       И друг в друге.