Хранитель

Где-то в безбрежном мраке: В бескрайней, немой пустоте, где царила лишь бесконечная тьма, было очевидно – здесь не ступала нога живого существа целую вечность. Только бездонная тьма и россыпь звезд, словно кистью художника рассыпавшиеся по черному холсту, создавали завораживающий пейзаж. И в этой тишине вдруг раздался… Треск В пространстве возник разлом, высотой около двух метров, из которого хлынул ослепительно-голубой свет. И из этой бреши появилась фигура. Длинные, седые волосы, ниспадающие до поясницы, темные, глубокие глаза и испещренное морщинами лицо. Одет он был в простую белую рубашку, поверх которой накинуто коричневое хаори, и такие же коричневые штаны. На ногах – простые тапочки. На его лице застыло выражение безразличия, но в глубине глаз можно было уловить отблески сожаления, печали и даже едва заметной радости. Он огляделся вокруг, и в его взгляде промелькнула тень ностальгии. Затем он поднял руки и начал выводить в воздухе сложные знаки (словно шиноби из Наруто). Прошла минута. Казалось, он сделал совсем немного, но на самом деле в его движениях уместилось около 12 372 знаков. И как только он завершил последнее движение, все вокруг вспыхнуло ослепительным светом, и перед старцем возникла дверь. Приблизившись к ней, он взялся за ручку и распахнул створки. За дверью зияла бездна, полное хаоса другое измерение – одним словом, Ад. Но лицо старца не отразило ни страха, ни удивления. Он шагнул вперед, и дверь за ним исчезла. Не испытывая ни малейшей растерянности, он устремился сквозь хаос в определенном направлении. После семи часов полета через невообразимые, хаотичные пейзажи он достиг своей цели. Он стоял перед огромной пещерой и, войдя внутрь, оказался лицом к лицу с массивной фигурой. В глазах этого существа читались гнев, ярость, печаль и едва уловимая искра счастья. Перед ним возвышалась гигантская рептилия ярко-зеленого цвета с темно-зеленым мехом на шее, острыми как бритва когтями и зубами, способными разорвать что угодно, и кроваво-красными глазами с вертикальными, темными зрачками. – Эх, – вздохнул старец с сожалением, глядя на рептилию с печальным и грустным взглядом. Другая сторона смотрела на него только с гневом, злостью и презрением. – Давно не виделись, мой дорогой друг. Прошло больше миллиона лет с тех пор, как тебя сюда запечатали. Я знаю, что… – начал старец, но его прервали. – Не надо мне тут говорить таким печальным голосом, – прорычала рептилия грубым голосом. – Ты знаешь, что я больше никогда и ни при каких обстоятельствах не буду помогать ни Судному Совету, ни вам! – Рептилия продолжила: – Я не забыл то время, когда вы меня сюда засунули и оставили страдать в этом аду. Пусть кажется, что я не чувствую боли, но я все равно ее ощущаю. И ты знаешь, что я чувствовал в тот момент, когда вы меня предали! Я даже подумать не мог, что те, кому я доверял свою спину, так жестоко отправят меня в этот загробный ад! – выплюнула рептилия с яростью и гневом в голосе. – Я знаю, что виноват перед тобой и нет мне прощения как товарищу и другу. Но я сожалею, что не смог ничего сделать, хотя бы попытаться. Я хотел извиниться и попросить прощения, – говорил старец с сожалением и грустным голосом, но его снова прервали. – Ты что, не слышал?! – громко рявкнула рептилия. – Я не буду выполнять никакую вашу работу, и награда мне ваша нахрен не нужна! – сказала рептилия, глядя презрительно и гневно. Старец опустил голову, не смея смотреть ей в глаза, словно всем своим видом показывая, как искренне сожалеет. – Но… – начала было рептилия, и старец поднял голову, посмотрев на нее. – Все-таки… – произнесла рептилия, – я рад тебя видеть, Элтхард, – закончила она с радостной улыбкой, подходя к нему и обнимая своим гигантским телом. Это был знак прощения. – Я тоже рад тебя видеть, – сказал старец с улыбкой, отвечая на объятия. – Давай выпьем за наше воссоединение как друзей и вспомним старые добрые времена. Я знаю, что ты бы меня выгнал отсюда без моей любимой выпивки, – произнес он со счастливой улыбкой, выставляя руку и открывая портал, из которого выпала коробка с выпивкой и разными закусками. – Это да. Если бы ты пришел с пустыми руками, я бы отправил тебя ударом в другую галактику за то, что ты пришел без этого, ха-ха, – серьезным тоном ответила рептилия, ведь такие слова она не бросала на ветер. Они уселись поудобнее, как только могла гигантская рептилия. Одной лапой она взяла бокал с вином, как и старец, и они чокнулись. И они начали рассказывать о старых временах, когда еще не было войны, о своих приключениях и разных делах, где была опасность и веселье, при этом выпивая и закусывая разной едой. Прошло около десяти часов. Они делились воспоминаниями о том, что пережили до разлуки, вспоминая смешные и опасные моменты, подшучивая друг над другом. Но потом лицо Элтхарда стало серьезным, и он сказал: – Слушай, мой друг, у меня есть для тебя новость. Хорошая, – начал Элтхард. – Если ты про какое-нибудь задание, то забудь. Я больше не собираюсь становиться машиной для убийств, – ответила рептилия с презрением и ненавистью в голосе. – Нет, это задание, за которое ты можешь получить то, чего давно желал, – сказал Элтхард. – Я кое-как договорился с Судным Советом, что тебя освободят, если ты выполнишь всего лишь одно, очень важное для них задание. – Стоп! Ты говоришь, что они мне дадут свободу? – спросила рептилия с каплей надежды. – Да, – ответил Элтхард. – Но где гарантия, что после выполнения их так называемого важного задания они не отправят меня обратно? – спросила рептилия серьезным тоном, глядя на Элтхарда. – Об этом можешь не беспокоиться. Я подписал особое соглашение с ними, где говорится, что после успешного выполнения задания тебя отпустят и освободят от заточения, и ты получишь ту самую желанную свободу, – сказал Элтхард с радостью и убедительным тоном. Рептилия всматривалась в глаза своего друга Элтхарда, пытаясь найти в этих темных глазах ложь или заговор против нее, но не нашла ни лжи, ни обмана. Ведь рептилия считалась экспертом по обнаружению обмана, и обмануть ее было практически невозможно. Но если кому-то это и удавалось, то последствия были ужасными. Тем более рептилия знала, что Элтхард не станет врать или обманывать ее. Она очень хорошо его знала, и пусть он и стар, но он был тем, кто не станет плести интриги и врать. Он поступал как настоящий воин, и за это рептилия его уважала. – Хорошо, но что это за задание, которое Судный Совет считает таким важным? – спросила рептилия. – Это хорошо, – одобрительно кивнув, он продолжил. – Это задание, в котором нужно… Нет!… …Важно это сделать, ведь в другом мире появились сильные аномалии, которые заражают этот мир, как и другие. И если это не исправить, то вся жизнь в этом мире будет кишить монстрами, и они перейдут в другие миры. И, как ты понимаешь, это рук дело… – но ее опередила рептилия. – Алуис, – сказала рептилия с ненавистью. – Да, как ты понял. Он давно мертв, но из-за его силы после смерти начали появляться аномалии одна за другой в разных мирах и вселенных, что создает много проблем. Большую часть мы смогли нейтрализовать, но есть и такие, с которыми очень трудно справиться. Ведь в этих аномалиях есть монстры ранга Ониса, и для этого нужно отправлять воинов высоких рангов, таких как Оракхт, но ты знаешь, что их очень мало, и они еле как справляются, – продолжая рассказывать рептилии о проблемах, возникших после ее заточения и окончания войны. – И как я и говорил, я кое-как договорился, что после выполнения задания ты получишь свободу до тех пор, пока ты не создаешь проблем, – закончил Элтхард, переводя взгляд на лежащую рептилию. Было понятно, что она задумалась. – После твоего рассказа я понял, что у вас реальные проблемы, и довольно серьезные. И это задание… Ведь это мой шанс выбраться отсюда навсегда, и награда очень заманчивая. Я принимаю, – сказала рептилия с улыбкой. – Я рад, что ты принял правильное решение, мой дорогой друг, – сказал Элтхард, тоже улыбаясь. И они пожали друг другу руки. – И да, прежде чем пойдешь, я должен тебя кое о чем предупредить, – сказал Элтхард. После этого момента начинается история о рептилии, принявшей миссию ради своей свободы.