Ты научил меня любить

Я решил не продавать хамам. Взялся за реставрацию, хочу открыть его как можно скорее. Я все еще помню зачем приехал, как уж тут забудешь, если Марта постоянно звонит и напоминает. Я сказал ей, что реставрирую его, чтобы выгоднее продать. Так она быстрее успокоится и от меня отстанет. Мне сейчас не до нее. Сегодня мы с Мехметом как всегда полностью в работе. И почти каждый день ходим в хамам. Я оправдываю себя тем, что после ремонта, строительной пыли, необходимо мыться. И мне это безумно нравится. Нравится лежать рядом с ним на мокром полу, прикрывшись одним полотенцем, когда вокруг так жарко. Глаза застилает пар и ритмично позвякивают капельки воды, падая на пол. А он лежит рядом и все говорит, говорит...Я смотрю на его лицо, его прелестную, такую мягкую на вид кожу, вновь меня переполняют эмоции. За столько дней я научился с ними справляться. И с гордостью заявлял себе, что мы с Мехметом друзья не разлей вода. Так было до сегодняшнего дня. По правде говоря началось это не сегодня. Раньше, чем я понял...Мехмет как обычно говорит и я внимательно, с большим удовольствием его слушаю, нам весело, но в какой какой-то момент мы встречаемся взглядами и он замолкает. Я сдерживаю внутренний, неизвестный мне порыв прильнуть к нему как можно ближе и не отпускать. От этих мыслей становится неловко. Интересно, а о чем думает он? Я замечаю, что мы слишком долго смотрим друг на друга. После этого лежим молча, совсем близко друг другу, не решаясь сказать и слова. Что бы это могло значить? К добру ли?

***

С того дня мы стали любовниками. Не помню, когда именно это произошло, в какой день и час, но точно помню, как позволил себе первым его поцеловать. Помню, что это было в хамаме. А он был не против. По прежнему дарил мне свою любовь, но теперь немного в извращенной форме. Как раз не кстати на днях приехала Марта. А ведь я с самого начала уговаривал ее ехать со мной. И даже просил ее поехать вместо меня, но..Что сделано, то сделано. Меня гложет чувство вины и переполняет радость. Я стал другим. Этот город изменил меня. В лучшую сторону. Но самые большие перемены со мной сотворил Мехмет. Я сам не заметил, как обрел свое счастье рядом с ним. Когда-то мне казалось, что любить это значит лишаться, что-то отдавать, вечно работать: работать, зарабатывая деньги, работать, изменяя себя, подстраиваясь, быть идеальным, значит быть любимым. Мехмет показал мне совсем другую любовь. Мне до сих пор не верится, что это она и есть. Сегодня ночью мне снова не спится. Вот уже который день я брожу по ночам, оставляя Марту одну на кровати. С тех пор как она приехала скрываться стало сложнее. Давно не обнимал своего Мемо. Теперь я называю его только так. Звучит ласково, да и ему нравится. Его так зовет сестра. Сейчас еще немного поброжу, затушу сигарету и пойду спать, думаю я, но слышу шум воды из хамама. Вход соединён с домом. Приблизившись к звуку, понимаю, что там действительно кто-то моется. Неужели Мемо? —Доброй ночи.–я улыбаюсь. И улыбаюсь так, как хотел это сделать в первую встречу. Он научил меня и улыбаться тоже. Мехмет дёргается и резко пытается встать. Он тоже рад меня видеть, но напуган, ведь в соседней комнате спит Марта. —Франческо...–его голос звучит тихо. По-прежнему приятно. Я готов закрыть глаза и слушать его часами. –Погоди немного, я скоро приду. На вот, подержи, пожалуйста. –я вручаю ему в руку сигарету, и он тут же её закуривает. Эту вредную привычку передал ему я и хотел бы раскаяться, но не чувствую вины. Мемо не позволяет чувствовать. С ним так хорошо, и я всякий раз забываю о вообще всех проблемах. Это многие замечают. В том числе и Марта. Мы болтаем с ним за столом, во время реставрации, в хамаме...Особенно в хамаме... Сейчас я захожу к нему обмотанный полотенцем по пояс, сажусь рядом. Он ложит свою голову мне на грудь, слушает как сильно стучит мое сердце. Мне жарко. Безумно жарко рядом с ним. —Марта сегодня снова не завтракала. Она такая худая.–он говорит тихо, с сочувствием и неким укором в голосе, будто жалуется мне же, что её плохо кормят.—Она ни о чем не догадывается? —Нет. Думаю, нет. Не переживай. Она никогда не завтракает. Привычка у неё такая. Мехмет затягивает в себя дым и на выдохе устраивается поудобнее на моей груди. —Марта очень красивая, но очень худая. –он делает небольшую паузу и, поворачивая голову в мою сторону, смотрит мне прямо в глаза. —Я скучал по тебе. Ты сейчас как будто бы грустный. О чем ты думаешь? —О том, что хочу тебя поцеловать. Я наклоняюсь к его губами и тут же нависаю сверху. Он как всегда нежно охватывает мое лицо, затем обвивает руками шею и медленно сползает на пол, не прекращая меня целовать. Он упорно пытается обхватить мои губы своими, неумело проталкивает язык и виснет на мне, затягивая в долгий поцелуй, тогда я спускаюсь к его шее, и он блаженно прикрывает глаза, отчаянно цепляясь за мое мокрое тело. Безумно жарко. Он полностью ложится на пол оказываясь подо мной. Этот сценарий повторялся не единожды, вот уже несколько раз подряд Мехмет покорно позволяет мне себя целовать, нависать сверху, вжимать его в холодный пол, выбивая признания в любви. Но в этот раз он ненадолго отрывается от моих губ и прерывисто дыша спрашивает. —Франческо...Скажи...Скажи, Франческо, ты любишь меня? Я на секунду запнулся. Люблю ли я?Я закрываю глаза и вижу тебя. Я просыпаюсь с чудесной мыслью о том, что вновь увижу твоё прекрасное лицо. Украдкой наблюдаю за тобой, когда ты работаешь, любуюсь твоей улыбкой, наслаждаюсь твоим смехом. Кажется, что твоя красота превосходит всю прелесть Стамбула, затмевает все вокруг. Ты говоришь...Говоришь что угодно, просто и непринуждённо, и тогда меня охватывает странное чувство нежности к тебе. И я вновь и вновь задаюсь вопросом: это и значит любить? —Да...–кратко отвечаю я и вновь целую его в губы, щёки, шею и ключицы.–Люблю, Мемо. Люблю. Ты научил меня этому.