Летний лагерь

— А ты знаешь, кто мой отец? — с вызовом восклицает парнишка, стоящий рядом, на что Тэхен, честно, не знает, что ответить. Это первая неделя работы в лагере. Немного бессонная, потому что спится здесь плохо, и очень тревожная, так как не все дети милые и пушистые. Благо на помощь в этой ситуации приходит Чонгук. — Я знаю, кто твой отец, и даже это не дает тебе позволение грубить преподавателям. Иди и не приставай к старшим, — жестко пресекает Гук. Когда этот подросток, сверкая глазами и гневаясь, ушел, Чонгук попытался все перевести в шутку. «Вот такие идиоты бывают» — Чон усмехается. — Мне так обидно из-за грубости людей бывает, — вздыхает Тэхен. Он грустный — не ожидал, что в первый же день к нему будет такое отношение. Киму вообще очень некомфортно. Дети и подростки — безжалостные и злые существа. Не все, конечно, но, тем не менее, факт остается фактом. И то, что сегодня на парня уже кто-то набросился, только подтверждало данное утверждение. — Какие планы дальше по лагерю? — переключает тему. — Как таковых планов нет: хены взяли все на себя, — Чонгук вдруг заманчиво улыбается, — Так что-о... — такое ощущение, что этой фразой он держит интригу, — Я предлагаю нам вместе попить чаю. Тэхен ушам не верит. Это как свидание? — Конечно, давай, — соглашается Тэхен. Он очень рад. Хотя ему и не свойственно радоваться новым встречам с людьми, с которыми он знаком около суток, он все равно счастлив. — Вот и хорошо. Тогда я зайду за тобой в шесть. — Договорились.

* * *

Пили чай они в комнате рядом с кухней лагеря. Здесь они сделали себе чай и украли несколько печенек, которые дети не съели за обед. Лакомство было еще в пачках, нетронутое, так что все законно. В том помещении, где проходило мини-свидание Гука и Тэхена, было довольно мрачно, но это никого не смущало. — Ты очень расстроен? — спросил Чонгук, пододвигая чашку со сладким чаем к Тэхену поближе. — Честно? — спрашивает с тяжелом вздохом Тэ. Ему отвечают согласным кивком и смотрят непозволительно внимательно, — Да, очень. Я же буквально ничего не сделал, просто сказал быть потише, а потом понеслось... Еще этот «Ёджун» является альфой, а отец у него какая-то местная шишка. Меня смущают оба факта. — А что не так с тем, что он альфа? — поднимает бровь Чон и оглядывает парня заинтересованно. — Много попадалось плохих людей, которые делали мне зло, а потом я узнавал, что они альфы, — пожимает плечами Тэхен и отпивает из кружки. Глаза не поднимает — смущается. — Но не все же аль... — А я разве сказал, что все? — Теперь Тэ смотрит на Гука и тот понимает, что зря обобщил. А еще кажется, что этот взгляд омеги намек, но может это просто фантазия влюбленного человека так работает. — Короче, чувствую опасность из-за него, — признается Тэхен. Как же Чонгуку нравится, что он говорит о себе так прямо и честно. — В любом случае, мы на страже, будем следить в оба. — Ты говоришь за всех? — Да. Мы все по умолчанию следим за безопасностью и порядком, хотя я буду следить теперь не из-за должности и положения, а еще и по определенной причине, — Чонгук смотрит на Тэхена и усмехается. Он намекает на то, что хочет защищать омегу из личных побуждений, а не просто из-за работы? Как мило. — Вот вы где, — в помещение врывается Чимин. Он запыхался, видно, что долго бегал по всему лагерю, пока искал «парочку». Увидев, что пропавшие вместе, в отдаленном от мира помещении, да еще и пьют чай, Пак немного смутился и даже прикусил язык. — Да. Что случилось? Что-то срочное? — спрашивает Гук и привстает со своего места. — Не то что бы... Просто произошла драка, и тебя зовут, как помощника Хосока, — ошарашивает Чимин. — Кто подрался? — тихо спрашивает Тэхен, глядя испуганно то на Чона, то на Пака. — Еджун и Ник, — отвечает Чимин, а потом смотрит удивленно на то, как Тэхен падает лицом на сложенные руки. — Тэхен-и, не бойся. С ним проведут беседы и он исправится. — Ты сам-то в это веришь? — Тэ поднимает голову и смотрит скептически. — Я просто не хочу, чтобы ты боялся. Ладно, я пока пойду, до встречи, — Чонгук уходит вслед за Чимином, что улыбается уж очень довольно после увиденных взаимодействий парней. Медик лагеря обрабатывал раны и ссадины очень старательно. Хосок проводил долгую беседу с Ником и Еджуном. Мальчикам сделали первый выговор — на второй напишут родителям, а на третий выгонят. Но каждый из сотрудников лагеря понимал, что все это не имеет значение. Они продолжат плохо себя вести и совершать зло, просто теперь не на виду. — Да уж... Хорошо, что Тэхен не пришел на разборки после драки, — качает головой Чимин, когда подопечные разошлись по комнатам. — А что, он не переносит? — спрашивает Юнги. — Естественно, нет. Он так испугался при одном только упоминании произошедшего, — отвечает Чонгук. — Бедняжка. Нужно ему помягче что-то из работы, а не вот это вот все, — говорит Юн и отправляется к себе. — Помощь нужна? — спрашивает Гук, оглядываясь на хенов, — Нам? Хо? — Нет, можете идти. Отдохните перед завтра, — говорит Хосок, подписывая бумаги на пару с Намджуном. — А что будет завтра? — непонимающе смотрит Чимин. — Тебе нужно какое-то особенное событие для того, чтобы день стал тяжелым? — Джун поднимает бровь скептически. Они смеются и послушно идут по своим комнатам.