Should we start from here?

С детства бабушка рассказывала мне истории, как все в семье по женской линии заключали контракты с демонами по достижении совершеннолетия. Духи могли быть как защитными, так и боевыми, и подбирались под конкретный род деятельности каждой девушки. Мне всегда казалось, что это сказки, потому что ни одного подтверждения, в том числе от матери, я получить не смогла. Бабушка объясняла это тем, что родители мои слишком рано поженились: были нарушены условия исполнения традиции. Чем старше я становилась, и моё мироощущение формировалось, тем меньше я верила в бабушкины сказки, прекрасно понимая, что мы живём в самом обычном мире, где никто ни с какими духами, демонами и прочим не взаимодействует — их просто не существует. Я не вступала в споры, ничего не пыталась доказать, не переубеждала бабушку, когда она напоминала о моём близящемся совершеннолетии, просто слушала в пол уха и кивала, мол да-да, скоро уже, радуясь, что уже давно живу отдельно и не слышу об этом каждый день. Потерпеть разок в две недели не так уж и тяжело. Обхожу автобусную остановку неведомо какой раз в ожидании последнего автобуса, который отвезет меня обратно в цивилизацию, к метро и домой. Очередное посещение моей прекрасной бабули выжало из меня все соки, а из-за уймы наставлений, в которые я не особо то и вникала, я пропустила вечерний рейс. Теперь уже как полчаса топчу асфальт и пинаю мелкие камушки, в попытках хоть чем-то занять себя. В этой глуши сеть то еле ловит, про интернет молчу. Единственное, что меня сейчас действительно напрягает - не время ожидания, а в стельку пьяная компашка парней, которые что-то оживленно обсуждают, насколько им позволяет их состояние. По мне так это больше похоже на мычание и похабный смех, но, судя по всему, они прекрасно друг друга понимают. Хочется курить, но если я достаю сигарету, то моментально увеличиваю шансы знакомства с этими людьми, а, учитывая, что сейчас почти 11 вечера, на улице пустота и полумрак, поддерживающийся вот-вот перегорящей лампочкой одинокого фонаря, то как-то вообще не хочется себе приключения на жопу искать. Кто знает, что у пьяных людей в голове. Ещё и как назло я забыла свой нож, с которым обычно передвигаюсь по ночам в надежде, что он мне никогда не понадобится. К остановке со скрипом и каким-то лязганьем подъезжает полуразвалившийся мини-автобус. По описанию всё это могло стать бы хорошим референсом для хоррор фильма, но я уже привыкла. Пыталась, конечно выбрать бабушке дом в месте получше, но ей здесь хорошо, зачем я лезу вообще. Зато я прекрасно понимаю, в кого пошла своей упёртостью. Протягиваю водителю купюру и прохожу по пустому салону, устраиваясь у запотевшего окна, предвкушая 40ка минутную поездку по бездорожью. К моему великому везению, та самая пьяная компания заваливается следом за мной. Ура, теперь это будет незабываемая поездка со шлейфом перегара. Вставляю наушники в уши и устраиваюсь поудобнее, протирая пальцем окно для лучшего обзора на деревья и деревья, и... деревья... Но так лучше, чем вываливаться из автобуса в зелёном цвете, молясь, чтобы содержимое желудка осталось при мне. Пирожки жалко, они вкусные у бабушки получаются. Усмехаюсь сама себе и ухожу куда-то глубоко в свои мысли. Я никогда особо не любила свои дни рождения. То было не с кем праздновать, то нечем заняться, то ещё какая-то причина, омрачающая "светлый" день в году. Я давно забила, даже праздником перестала считать, но бабушка сегодня весь день суетилась, заранее поздравляя и запихивая в меня очередной кусок торта, собственноручно создавая праздничное настроение то ли себе, то ли мне. Надо отдать должное, у неё почти получилось. А раз уж я задумалась обо всём таком, то получилось даже лучше, чем я могла представить. Надо будет зайти купить торт и свечки что ли? Или может съездить куда-нибудь завтра? Так, за размышлениями, я не заметила, как мы преодолели черту города. Огни многоэтажек приятно и как-то расслабляюще мерцали за окном, машины проносились мимо, даже некая тревога, связанная с моими соседями, отступила. Всё же я не готова бросить город и свалить в глушь. Мне нравятся эти бетонные блоки, постоянный шум транспорта и гомон людей. Мне нравится, что я могу захотеть лапшу быстрого приготовления посреди ночи и тут же исполнить свою прихоть в блиижайшем круглосуточном, нравится, что могу прокатиться на метро, которое не нужно ждать по полчаса, нравится, что до школы мне полчаса неспешным шагом или 15 минут обычным. Мне нравится, что не нужно натягивать вежливую улыбку каждому встречному и заводить эти непонятные мне короткие разговоры о погоде. В городе как-будто гораздо свободнее, хотя многие говорят, что это больше похоже на тюремную камеру, из которой невозможно выбраться, вдобавок она только сильнее затягивает внутрь и давит своими стенами. "Каждому своё" - довольно часто вспоминаю эту фразу в последнее время, но она так ёмко передаёт суть, что не упомянуть её не представляется возможным. Остаётся 20 минут под землёй и я, наконец, дома. Слегка напрягает, что всё те же парни всё ещё следуют за мной, что вообще-то вполне логично. Пересадка с автобуса на метро - не такая уж и редкость. Но что-то внутри бунтует, подсказывая, что нужно держаться от них подальше. Прохожу все дальше, вглубь станции, останавливаясь рядом с каким-то дедушкой, увлечённо решающим кроссворд в газете, краем глаза наблюдая за злополучной пьяной тройкой. Они вваливаются в открывшиеся перед ними двери вагона, я же решаю подождать следующий. Мне эти пять минут не жалко, я никуда не тороплюсь. И лучше буду абсолютно спокойна, нежели провести ещё 20 минут на нервах. Между прочим, нервные клетки не восстанавливаются. Хотя, если быть точнее, то восстанавливаются, просто настолько медленно, что всё-таки лучше их поберечь. Захожу в подъехавший поезд и устраиваюсь на противоположном от входа сидении, листаю плейлист в поисках подходящей к настроению композиции. Откуда, интересно, у меня такой страх людей в алкогольном опьянении? Вроде бы родители не напивались, да и каких-то мега травматичных историй со мной не приключалось. Почему вдруг? Может, если найти ответ, то перестану как дура шугаться каждого нетрезвого? Свежий воздух приятно обдувает лицо, а после подземки кажется почти даже чистым. Решение зайти в круглосуточный было успешно согласованно с самой собой, а значит, еще и прогуляюсь по полупустым улицам, уже ночного Токио. Пока добиралась до своей станции, цифры на экране блокировки медленно ползли к 12. Закуриваю, отходя от входа и направляясь к любимому магазинчику с большим разнообразием лапши и просто нереальной выпечкой. Слегка улыбаюсь и тихо поздравляю себя с 18-ти летием. Горячий дым обжигает горло и лёгкие. Получается, это я сама себе наконец легально начну сигареты покупать? Лёгкая усмешка растекается по губам, задумчиво верчу сигарету в пальцах из стороны в сторону. По бабушкиным легендам именно сейчас из ниоткуда должен вылезти какой-то там дух и предложить обменять мою жизнь на его? Или как она там рассказывала? Посмеиваюсь уже вслух, хорошо хоть никого нет, а то за сумасшедшую приняли бы. Тортик в левой руке, свечки и лапша в другой. В очередной раз я обещала себе питаться нормально, в очередной раз я провалилась полностью. За кассой улыбчивый красноволосый парень довольно ловко пробил покупки и сразу же сложил в пакет. Киваю в благодарность и протягиваю карту. Терминал пищит, оповещая об успешно проведённой операции. Уже на выходе слышу, как парень желает хорошей ночи и поздравляет с праздником. Неужели люди просто так не покупают торты и свечи? Не то чтобы мне нужен был ответ, но сегодня весь вечер так и тянет над чем-то поломать голову. Удобно устраиваюсь в своём любимом игровом кресле, подтягиваю под себя ноги и зажигаю свечки, расположенные ровно по периметру всего чизкейка. Записываю на видео как задуваю свечи и отправляю матери. Я до сих пор так и не понимаю её восторга от этого примитивного действия, но раз ей приятно, то пусть. Это не так уж и тяжело для меня. Только успеваю отправить запись, как в дверь звонят. Довольно странно, ко мне почти никто не ходит. Наспех запихиваю наколотый на вилку кусок кондитерского шедевра и, попутно пережевывая, направляюсь к двери. За ней оказывается тот самый красноволосый продавец из круглосуточного. Искренне не понимаю почему, как и зачем он тут оказался, но сразу же получаю ответ на неозвученный вопрос: — Привет. Ты только не пугайся. Я сейчас все расскажу. Только мне нужно приглашение, что бы зайти к тебе, а то тут разговаривать... как-то.. некомфортно что ли, — парень растерянно чешет затылок. Не то чтобы я была бесстрашная или владела супер-навыками самозащиты, скорее от растерянности приглашаю внутрь. Красноволосый как-то неестественно быстро оказывается у меня на кухне сидящим на стуле. Я как будто под гипнозом следую за ним. Ставлю чайник на плиту, зажигаю газ. Молодой человек пристально и неуютно рассматривает меня с головы до ног, медленно, растягивая слова, начинает рассказ с фразы, что, если я ему не поверю, то всё в порядке. Тендо Сатори - инкуб. На этом уже можно было выгонять его из своей квартиры и вызывать дурку. Но я заворожённо продолжаю слушать его тихий, вкрадчивый голос. Демон похоти и разврата принёс контракт, который обязан заключить со мной, ибо я сегодня достигла своего совершеннолетия. Для вступления в силу нужно лишь моё подтверждение, условия есть для обеих сторон, есть обязательства. Контракт невозможно разорвать, он считается действительным до самой смерти одной из сторон. — Так, погоди, тебе это надо сделать потому что начальство или кто там велит. А мне это зачем? — сама уже не понимаю, почему я верю незнакомому парню. Неужели это были не сказки, а бабушка правда пыталась подготовить меня? — Прочитай. — один щелчок пальцами и в воздухе появляется несколько листов, висящих вертикально в ряд. Снимаю чайник с плиты, разливаю по кружкам с уже лежащими в них заварочными пакетиками. Чёрт бы побрал моё воспитание. Неизвестный мужик вломился ко мне в дом, а я ему ещё и чай наливаю, вот ебанулась то. Кружка стукается о деревянную поверхность стола перед Тендо, ну а я всё же приступаю к изучению написанного на болтающихся в воздухе листах. — Получается, ты - моя зверушка? Кормить, поить, гладить, любить? — ехидную ухмылкку плохо получается скрыть. Сатори жмёт плечами, согласно кивая и отпивая чай. Тут же высовывает язык и машет на него рукой, второй вытирая выступившие слёзы. — Ты уже не справляешься. Чуть не сожгла мои внутренности! — Ты видел, что чайник только вскипел. — склоняю голову набок, возвращаясь к чтению мелкого шрифта. Глаза начинают побаливать от попыток разобрать слова, написанные ужасным почерком. И почему вообще вручную? В век компьютерных технологий то. Отстали демоны в развитии... — А ты должен меня защищать и помогать. И правда как собака какая-то. За что с вами так? Вообще, не понимаю всё ещё зачем это надо, честно. Если б я хотела животное, я бы его уже завела. — Не мы создаём правила, мы лишь обязаны их выполнять. — мне показалось или в его словах проскользнула грусть? Возможно, это будет интересно. Только вот... — Я расскажу тебе один секрет. — красноволосый загадочно встает и в мгновенье оказывается у меня за спиной нашёптывая на ухо : — Разорвать контракт ты не можешь, но ты можешь запретить мне посещать свой дом. Я вижу, как ты сомневаешься. Одно твоё слово и я буду держаться поодаль, но дай мне шанс. Его голос очаровывает, а дыхание обжигает шею и ухо. По коже бегут мурашки. Почему-то я чувствую спокойствие, хотя следуя голосу разума уже должна звонить в полицию и орать, что меня насилуют, обкрадывают и вообще, чуть ли не убивают. — Хорошо. Это глупо, нерационально и попросту странно, но давай попробуем. На листах появляются наши имена, а надпись загорается оранжевым. Делаю шаг назад от неожиданности и упираюсь в грудь позади стоящего парня. Неловко отхожу на безопасное расстояние от всего. И от парня, и от бумаги, слегка покачивающейся в воздухе ровно посередине моей кухни. Да я окончательно рехнулась, походу. Парень ещё раз щёлкает пальцами, белые прямоугольники растворяются в воздухе. Тендо протягивает свою руку, хитро прищуривается и слегка склоняет голову: — Здравствуйте, Госпожа. Теперь я полностью в вашем распоряжении.