Снегопад

Перед тем как спуститься, мы решили обмотать свои ноги бинтами, стараясь максимально обезопасить их. В условиях недоступного света и с таким ужасным запахом, нависающим над нами, каждая мелочь казалась критичной. — Думаете, это нам поможет? — с сомнением в голосе спросила Катя, слегка нахмурившись. В её глазах читалась неуверенность, и я могла понять её переживания. — Можем еще порвать часть одежды, но если мы выберемся на улицу, то замерзнем нахер. В конце концов, не май месяц, — ответила я, стараясь обмотать ноги как можно плотнее, осознавая, что это вряд ли поможет в такой обстановке. Руки дрожали, и я не могла не думать о тех ужасах, что ждут нас внизу. Вот мы и снова стоим перед входом в подвал. Моя душа металась между страхом и надеждой — надеюсь, что мы сможем выбраться. Я молилась о безопасности, крепко сжав руки в кулаки. — Я первый пойду, проверю, насколько там всё хреново. Может, найду что-то, чем можно стекло убрать, — решительно сказал Миша и начал аккуратно спускаться по лестнице, которая скрипела под его весом, словно предостерегая нас о том, что нас ждёт внутри. Раз, два... — Блять! — я вздрогнула от его резкого крика и громкого звука удара, который отозвался эхом в этом давящем пространстве. — Я жив! Просто пиздец, как больно. Я услышала хруст стекла — звук был ужасно громким в этой гнетущей тишине, словно что-то разорвалось на куски. Он резко разорвал тишину, а моё сердце запрыгало в груди от тревоги. Слышные из темноты тихие стоны боли Миши оказались настоящим кошмаром. — Спускайтесь аккуратно, я постарался убрать основную часть стекла! — крикнул он, и в его голосе звучала уверенность, которой не хватало мне. — Я пойду, — произнесла Лина, подходя к лестнице. — Жду тебя внизу, одуванчик, — подмигнула она и ободряюще улыбнулась, прежде чем начать спускаться. Мы остались вдвоем с Катей. Она окинула меня презрительным взглядом, как будто пыталась загнать мышку в угол. — Я знаю, что ты встречалась с Мишей, но ваш романчик, — она фыркнула, а меня это заявление поразило. Я ожидала всего, но не этого, — остался в прошлом, он будет моим, — прошипела она, приближаясь ко мне. Я скривилась и подошла к ней практически вплотную, вставая на носочки, чтобы шепнуть ей прямо на ухо: — Ты идиотка, Екатерина. Полная дура, если быть точнее. Повернулась на пятках и, с гадкой улыбкой на лице, начала спускаться в подвал, ловя себя на мысли, какая же она конченная. В то время как вокруг творился полный хаос, она думала лишь о том, как охмурить Мишу. Я не смогла сдержаться и, когда ноги коснулись пола, разразилась смехом. — С тобой всё в порядке...? — Лина обеспокоенно посмотрела на меня, а я почувствовала себя немного сумасшедшей. — Да, просто Катя рассказала мне отличную шутку, — произнесла я с улыбкой, стараясь разрядить атмосферу. Во взгляде Лины все ещё читалось беспокойство, но она решила не уточнять. Окончательно успокоившись, я попыталась осмотреться. Да, глупое действие, учитывая, что это подвале очень темно. Но вдалеке виднелась небольшая полоска света, прорывающаяся сквозь щель в двери — наш возможный путь к спасению. — Ай, блять! — резкий крик от Миши и грохот падения с лестницы окончательно привели меня в чувство. Пока Катя пыталась подняться, я подбежала к Мише. Очень надеюсь, что он в порядке. — Ты как? — крикнула я в темноту, замечая нечто черное, поднимающееся с пола. Мое сердце бешено заколотилось в груди, и я отступила назад, услышав угрожающее шевеление. — Эх, старость не в радость... — хриплый голос разрезал тишину, и я с облегчением выдохнула. — Придурок, я испугалась, — я подошла к парню и крепко обняла его, вставая на носочки. — Да ладно, всё окей. Только вот руку порезал, — недовольно протянул Миша. Я замерла, рассматривая его руку. Большая ладонь и порез очень ровный. Его рост казался таким же, как и у того незнакомца, и глаза Миши... Карие... Чёрт возьми. Я медленно отодвинулась от него и, когда уже вопрос готов был сорваться с губ, раздался противный визг. — Больно же, что ты творишь! — закричала Катя, завывая как поросёнок, которого сейчас зарежут. Я закрыла уши руками и недовольно зыркнула в её сторону, хотя это было бессмысленно в этой чертовой темноте. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Миша. — Да, эта упала придурошная, испугалась твоего крика и ёбнулась прямо на стекло. Рукой сильно порезалась, — ответила Лина, и её голос, точный и уверенный, заставлял меня трястись от страха. Блять. Не может это быть обычным совпадением. Просто не может. Я встряхнула головой, отгоняя от себя пугающие и такие ненужные сейчас мысли. — Если ноги не поранила, дойдет. Тут не лабиринт, в конце концов, — пробормотала я, но достаточно громко, чтобы все услышали, и направилась к источнику света, словно он был моим спасением от всего, что творилось вокруг. Пока мы делали этот шаг в неизвестность, каждый из нас понимал: выбор сделан, и цена за смелость может оказаться ужасной.