Убивая смерть

      Второй перерыв длился двадцать минут, и поэтому сейчас она могла ещё раз поговорить с Джоном. Но не успела она дойти до скамьи, на которой они в прошлый раз сидели, как из-под дерева неподалеку вышел Альберт.       Девушка чуть не вскрикнула от неожиданности. После убийства Ларри любая неожиданность пугала её до чёртиков. — Ещё раз здравствуйте, — как будто случайно заметив девушку проговорил парень. — И тебе тоже. Ты что-то хотел? — Да, — на его лице снова появилась проклятая насмешливая улыбка. — Тебе понравилась моя версия картины? — Да, очень, — сквозь зубы процедила Адель. — Особенно голый мужчина на поверхности водоёма. Его даже учитель оценил. — Во-первых, это не мужчина, а твой покойный друг.       Он подмигнул ей. — На вскрытиях нам приходится видеть гораздо больше, чем ты думаешь.       Девушка побледнела от такой пошлости и открытости. — Ты мог мне об этом и не говорить, — она еле сдерживалась, чтобы не запустить в него свою картину.       Вообще, после знакомства с ним ей настолько часто хотелось его избить, что она начинала бояться саму себя. Но всё же взяла себя в руки. — А что ты здесь делаешь? Ты же вроде такой занятый, что просто ужас… — Я здесь учусь. — С какого чёрта? — Я тебе пытаюсь помочь, а ты надо мной издеваешься, — он сделал вид, будто сейчас заплачет. — Я очень рада и искренне благодарна тебе за помощь, теперь ты сможешь наблюдать за ребятами из математического класса, а я за своей половиной.       Картер младший улыбнулся. — Я не хочу тебя расстраивать, но я ненавижу математику. С этой минуты я учусь на твоём направлении. — Ты?! — девушка не выдержала и чуть не закричала. — На философском направлении с изучением религии? Это какая-то шутка? В тебе нет ничего от человека, который хотя бы немного разбирается в этом.       Парень спокойно пожал плечами. — Да, но я буду очень усердно учиться, — игривые огоньки снова заиграли в его глазах и девушка поняла, что разговаривать с ним значило бы просто портить себе нервы.       Но как только девушка повернулась, чтобы уйти, парень ласково и неторопливо произнёс: — Не подскажешь где тут кабинет этики? У нас там следующий урок…       Ещё никогда в жизни девушка так не радовалась появлению Лиззи, которая сразу подошла к Альберту и противно-сладким голосом протянула: — Давай я тебе покажу… Адель очень спешит к своей следующей жертве, — она кивнула головой в сторону Джона, который уже ждал её, сидя неподалеку.       Лицо парня посерьёзнело. Он демонстративно наклонился к Элизабет и намеренно громко прошептал: — Тебе кажется, что Ларри убила Адель? — в его голосе звучало больше издевательство, чем заинтересованность. — Да, — девушка была очень довольна таким вниманием к себе. — Ты не заметил, как она странно начала себя вести? Кроме этого, это она нашла тело, причём в самом пустынном месте в нашем регионе. Она как минимум к этому причастна.       Парень удовлетворённо улыбнулся и приблизился к лицу Элизы настолько близко, что её лицо стало моментально красным. — Возможно, тебе лучше следить за своим носом? Я недавно слышал, что твой будущий жених проиграл очень большие деньги в карты и на него сейчас охотятся все игровые залы… Мне кажется, я даже знаю, где он может прятаться, — он резко отошёл от дерзкой одноклассницы и встал возле Адель.       Элиза ещё больше покраснела, на этот раз уже от злости. Она уже хотела открыть рот для того, чтобы сказать ещё что-то, но взгляд Альберта был настолько пронзительным, что она замолчала и пошла к своим подругам.       Чёрт! Ну он точно не в своём уме, неужели он не понимает, что я буду иметь проблемы из-за его глупых шуток. — Ну и зачем ты это сделал? — Адель в который раз старалась говорить спокойно, но её терпение уже заканчивалось. — Просто над ней так весело насмехаться… К тому же, она назвала тебя убийцей Ларри. — А ты не подумал, что она теперь ещё больше начнет пускать сплетни обо мне? — она замолчала. — А возможно даже и о нас. — Нет, не будет, — парень сказал это таким тоном, как будто только он решает, кто и о чём будет говорить.       Не имея силы больше разговаривать с этим невыносимым задавакой, она быстрым шагом пошла к Джону. На этот раз её уже никто не остановил и она с громким вздохом села на скамейку. — Похоже, сплетни не соврали… Альберт действительно теперь с нами.       Девушка обернулась к месту, где только что происходил жёсткий диспут, но парня там уже не было. — Ты всё слышал? — осторожно спросила она. — Да, трудно было не услышать ваши крики, — парень усмехнулся. — Не обращай внимания на Эванс, она очень завистлива… И несмотря на то, что в этом новом году должна состояться её помолвка с мистером Уэллсом-младшим, она всё равно очень любит проводить время с хорошенькими мальчиками, а если они ещё и богаты, то тогда она готова за них драться. — На самом деле, меня очень бесит Альберт, его глупые шутки это что-то ужасное, — она поняла, что совсем забыла об осторожности, но её злость взяла верх. — Ты представляешь, — она приблизилась к его уху. — Он на моей картине, которую я случайно оставила… в школе, нарисовал голого мужчину.       Уолс выглядел шокированным. — Неужели? В обществе он всегда ведёт себя очень учтиво… — вспомнив сцену, которая состоялась три минуты назад, он замолчал. — Да он просто дьявол. Я не могу себе представить, что буду на каждом занятии сидеть с ним в одном кабинете. Джон засмеялся. — Ты можешь просто не обращать на него внимания и не разговаривать с ним. Возможно, он любит общественное внимание, хоть и не хочет признаваться в этом… Может, потому и насмехается над другими… — Кстати, сегодня на занятиях в вашей группе были все люди? — быстро сменила тему Адель. — Вроде все… Однако подожди, у нас сегодня не было Эрика Лонвера.       Девушка даже не могла вспомнить, как он выглядит. — А причина?       Парень встревоженно поднял глаза на девушку. — Тебе кажется, что смерть Ларри была не случайной?       Девушка не знала, что и ответить, ей не хотелось, чтобы кто-то ещё узнал о её расследовании. Она не могла сейчас доверять людям, потому что когда ты должен узнать правду, ты должен полагаться только на факты без сантиментов. — Нет, насколько я знаю, с Ларри действительно, судя по его результатам вскрытия, произошёл несчастный случай.       Парень выдохнул. — А чего к тебе так этот Альберт лезет? — и он сразу попытался объяснить. — Ничего личного, мне просто интересно, почему ты ему так не понравилась. — Даже не знаю, мне кажется, он над всеми издевается, — пожала плечами девочка.       Парень попытался скрыть свою довольную улыбку, но девушка всё равно её увидела. Сейчас она старалась постоянно наблюдать за мимикой и глазами других. Она как-то слышала, что иногда язык тела может рассказать гораздо больше, чем сам человек.       Вот и сейчас не нужно было много ума, чтобы проанализировать атмосферу. Джон сидел повернувшись к Адель, его зрачки были расширены. И хотя он и старался не делать лишних движений, иногда он постоянно касался шеи.       Попытавшись вспомнить все свои знания по этой псевднонауке — а они были очень скудны — девочка предположила, что парень влюблен в неё. Она до последнего не хотела думать об этом варианте, потому что тогда она чувствовала себя самоуверенной дурой, делающей выводы даже не узнав правды, но всё стало понятно, когда парень спросил её о бале.       Каждую осень их школа проводила большой бал. И несмотря на то, что большинство воспринимало это как развлечение, самые сообразительные знали, что это был своего рода зачёт, на котором проверяли манеры и этикет учащихся. В большом танцевальном зале всегда оставалась пара учителей, которые внимательно следили за происходящим.       Большинство даже не заметило этого, потому что здание было огромным: три этажа, большие колонны и мраморная лестница. А когда всё это освещалось свечами и по огромному паркету плавно плыли несколько десятков пар наряжённых по последней моде, то всё это более походило на какую-то волшебную сказку. Именно поэтому все девушки с нетерпением ждали этого события.       Девушка любила балы, потому что там можно было вкусно поесть всевозможных сладостей, их там было невероятно много. А танцы и парни никогда особо не интересовали Адель. Конечно, она несколько раз танцевала с Ларри для того, чтобы продемонстрировать свои навыки учителям, но она делала это без особого восторга.       Адель молчала. Она не знала, что ответить. С одной стороны ей всё равно бы пришлось выбрать себе спутника на это событие, но с другой — что-то внутри неё очень не хотело идти с Уолтсом. Увидев растерянность девочки, парень ласково и с ноткой застенчивости добавил: — Я извиняюсь за то, что поставил вас в неловкое положение… Если вы хотите подумать, то я дам вам время, прошу, не торопитесь. Если вы не хотите со мной идти, можете сразу мне так и сказать, я не обижусь, — парень покраснел. — Спасибо за предложение, мне нужно немного времени на размышления. — Конечно, буду ждать вашего ответа. А сейчас прошу меня извинить, мне пора уходить.       Он поклонился и, схватив свою огромную книгу, пошёл в направлении библиотеки. Только сейчас девочка поняла, что ей жарко и не хватает воздуха. Это было очень странно, потому что утро этого дня было очень холодным. Её сердце билось очень быстро.       Чтобы хоть как-то успокоиться, она решила медленным шагом пройтись до кабинета риторики.       И чего я так волнуюсь? Меня просто пригласили на бал.       Джон казался ей довольно умным и красивым парнем, но внутреннее чутьё недоверия упорно не хотело покидать девочку. — Надо будет последовать за этим парнем, потому что он кажется мне каким-то слишком добрым.       Она снова вспомнила покойного друга: с ним она с первой встречи она чувствовала себя в безопасности, возможно, это было как-то связано с его замкнутым характером.? Хотя на самом деле даже с Альбертом она не чувствует себя так, как чувствует с Джоном. Причём, это ощущение — вовсе не бабочки в животе, это было что-то другое. Пронзительное и гипнотизирующее.       Она даже сейчас не могла понять, почему он решил с ней дружить, обычно, когда люди что-то делают, у них есть определённый мотив. Девушка постоянно забывала о её суперспособности, и только сейчас она поняла, что может просто задать вопрос, и скорее всего, ей удастся понять, что движет этим парнем. Всё-таки после использования суперспособности она часто ощущала внутреннюю пустоту и потерю смысла во всём. Казалось, что она теряет свои мысли в обмен на мысли других.       Подходя к кабинету, девочка ещё издали увидела Альберта который держал в руках величественную книгу по анатомии и что-то записывал. «Просто не разговаривай с ним», — эхом послышались слова Джона. Но девушке очень хотелось хотя бы немного поиздеваться над ним. — Вообще-то, у нас сейчас этика, а не медицина, — пренебрежительным тоном бросила девушка. — Вообще-то, если бы кто-то умел читать, то заметил бы, что это книга не по общей медицине, а по анатомии.       Девушка сделала вид, будто не услышала его. Она не могла понять, почему она не может просто игнорировать его. В нём было что-то такое, к чему хотелось постоянно возвращаться, и Адель никак не могла понять, что же это такое.       Альберт действительно был очень противоречивым человеком, он как будто давал намёки на то, что у него нет ненависти к девушке, но в то же время вёл себя как всегда нагло. — Не могу дождаться окончания занятий, мне очень хочется ещё раз посмотреть место преступления. А что, если?.. — мысль очень быстро промелькнула, но девушка успела запомнить то, что её взволновало. — Что, если убийца уже был на месте преступления и забрал всё то, что может нам помочь его найти?! Чего я только не догадалась в день убийства рассмотреть местность.       Вспомнив истерику, которая была с ней, она решила не ругать себя, всё равно тогда не смогла бы ничего найти в таком состоянии. — Остаётся лишь надеяться, что у убийцы не было времени заехать за уликами или он их просто не нашёл. Она посмотрела в окно. На улице уже почти не осталось людей, но возле библиотеки она смогла увидеть двух парней, которые совсем не спешили на занятия, хотя оставалась всего минута.       Вглядевшись в силуэт, она поняла что тот, кто стоит спиной к ней — это Джон, а тот, чьё лицо она могла увидеть, был Фредерик, о котором она не знала почти ничего, кроме того, что он, как и она, учится на стипендии.       Этот парень пришёл в школу Святого Варфоломея сдав экзамены в восьмой класс, несмотря на то, что почти никому не удавалось попасть сюда после шестого. Девушка никогда с ним не разговаривала, но слышала, что он был очень умный и хитрый, кроме того, у него был невероятный талант убеждать людей. Он всегда держался как можно дальше от всех и единственным его другом был её новый знакомый — мистер Уолтс.       Часы уже пробили без десяти десять и ученики начали заходить в кабинет. Адель уже тоже собиралась возвращаться, но вдруг что-то привлекло её внимание. Она внимательно всмотрелась в мальчишек и вдруг поняла, что Джон стоит в какой-то очень странной позе и к тому же он совсем не двигался. Казалось, что он не стоит на своих ногах, а как будто без сознания прилип к дереву. Ребята совсем не спешили на занятия. — Миссис Аллисон, — строго окликнул учитель. — Вы собираетесь остаться здесь? Девочка быстро отошла от окна и виновато поклонилась. — Прошу прощения, засмотрелась в окно. — Что вы там такого увидели? — заинтересованно спросил мужчина. — Мне кажется, что вот там, — она махнула рукой на дерево. — Стало плохо одному из моих одноклассников. Мне кажется, ему нужна помощь. Учитель внимательно всмотрелся и озабоченно воскликнул: — Я сейчас вернусь, вы можете идти в класс, — последние слова он говорил уже спускаясь по лестнице.       Девочка снова посмотрела в окно: Фредерик что-то объяснял парню, а тот еле держался на ногах. Странно, очень странно. Надо будет понаблюдать за этими двумя… Кхм. Друзьями.       Адель зашла в класс. Её место возле Элизы было занято, это было неудивительно, учитывая то, какой популярностью она пользовалась. Свободный стул был лишь возле Альберта, который, поняв ситуацию девочки, гостеприимно отодвинул его. Девочка молча села и начала доставать домашнее задание.       Увидев, что на парте у одноклассника не было ничего она поинтересовалась: — Разве ты не сделал домашнее задание? — парень согласно кивнул: — Это моё первое занятие по риторике, как я могу знать, что вам задавали неделю назад? — Тебе будет трудно, — не то сочувственно, не то со скрытой злорадностью произнесла девушка. — Не думаю, что риторика сложнее медицины. Здесь хотя бы можно импровизировать, а когда ты рассекаешь человека, импровизация вряд ли тебе поможет. Они замолчали. — Кто-нибудь знает, куда делся учитель? — громко и недовольно спросила Лиззи. Как будто раздумывая в необходимости ответа, Адель медленно ответила: — Он пошёл помочь Джону, ему как будто стало плохо на улице.       Элиза уже открыла рот для того, чтобы произнести что-то унизительное, но Альберт опередил её и намеренно громко и лениво спросил: — А что вы сейчас изучаете на риторике?       Уже через секунду в классе стоял гул, в котором каждый пытался объяснить последнюю тему их занятия. Через секунду в дверях появился учитель, поддерживая Уолтса за руку, позади них, словно темное облако, стоял его друг.       Девушка жестом показала соседу по парте наклониться. Парень послушно подставил ухо. — Мне эти оба кажутся очень странными. Ведут себя ещё страннее. А что между ними происходит, я понять вообще не могу.       Парень кивнул и заинтересованно принялся рассматривать своих одноклассников.       Учитель тем временем, увидев что двух мест не хватает, попросил нескольких ребят принести ещё одну парту и посадив бледного, как смерть, Джона на учительский стул, записал тему урока на доске. «Концепции и последовательность их разработки». — Мне казалось, что на риторике мы должны практиковаться убеждать и разговаривать, — парень растерянно повернулся к Адель. Девушка лишь улыбнулась. — Да, мы должны делать именно это… Но учитель предпочитает теорию практике. К сожалению.       Услышав шепот в задних рядах, учитель повернулся и сурово посмотрел на леди Аллисон. Девочка моментально отодвинулась от парня и сделала вид, будто записывает тему. — Мистер Картер, у меня нет другого места для того, чтобы вас рассадить. Если вы считаете, что вы уже знаете эту тему, то можете сейчас выйти и объяснить нам её. — А если я её расскажу, вы мне позволите разговаривать на вашем занятии? — с каменной физиономией спросил парень.       Учитель, растерявшись, не мог произнести ни слова. — Хорошо, но только если рассказ будет действительно хорошим, — наконец собравшись сболтнул мужчина. Адель посмотрела на парня как будто на сумасшедшего. — Ты с ума сошёл? Что ты ему будешь рассказывать??? Ты впервые на этом уроке, — зашептала девушка. Но Альберт уже поднялся и неторопливым шагом шёл к доске. Учитель пересадил Джона за парту, которую только что принесли и сел на стул в ожидании незабываемого шоу. — Кхм… — парень откашлялся. — Концепция — это система знаний о предмете, выраженная в сжатой форме. Она является первоосновой мыслительно-речевой деятельности.       Учитель согласно кивнул. — Поскольку человек характеризуется не только тем, что он делает, но и тем, как он это делает, важно знать не только, что такое концепция, но и как её создавать… — парень настолько увлекся размышлениями относительно того, какую имеет последовательность разработка концепции, что услышал, как учитель говорит ему заканчивать лишь с третьего раза. — Хорошо, мистер Картер, вы меня убедили. Тему вы понимаете очень хорошо, поэтому я разрешаю вам разговаривать на своём занятии, — он улыбнулся. — Но для того, чтобы ваш собеседник мог вам ответить, он должен также выйти и объяснить тему. — Хорошо, спасибо, — парень не спеша и с довольной улыбкой поплёлся к своей парте.       Как только он сел на стул, девочка, еле сдерживая свой голос, прошептала: — И это ты называешь не учившим предмет? Ты надо мной издеваешься.       Снова поймав на себе разъярённый взгляд учителя она достала бумажку и начала писать записку. — На самом деле, я немного разбираюсь в риторике, у моего отца почти вся домашняя библиотека заполнена книжками на эту тему. Он должен делать доклады в суде, поэтому это понимание на этом является для него обязательным, — опережая вопрос девушки ответил парень.       Девочка снова начала что-то записывать. Через несколько минут она подсунула ему бумажку: «Какие ещё науки ты изучал дома? Вообще не удивлюсь, если ты прошёл вообще весь школьный курс». Парень усмехнулся. — У тебя неплохо развита интуиция. Я изучал все гуманитарные науки, в том числе и то, что вы изучаете здесь. Математику я знаю на базовом уровне, а вот физику вообще не понимаю.       Девочка снова схватила бумажку. «Зачем тебе тогда школа? Если ты уже всё изучил, тебе нет никакого смысла торчать здесь». — Мне просто стало интересно. Я никогда не учился в школе, во-первых, потому что там, где мы раньше жили, её не было, а во вторых, потому что я считал это непродуктивным. Если у тебя есть мотивация, то ты можешь отлично учиться дома. Но есть ещё вторая причина. Я хочу стать врачом, работать с мертвецами это конечно интересно, но живые люди всё же интересуют меня гораздо больше. Для того, чтобы попасть в медицинский университет, мне надо иметь аттестат об окончании школы. Поэтому я и сижу здесь рядом с вами и просиживаю свои штаны.       Адель имела один вопрос, который интересовал её со дня их знакомства, но никак не могла его задать, потому что считала его слишком вульгарным. Как будто заметив растерянность одноклассницы, он добавил: — Ты можешь не стесняться задавать мне любые вопросы. Для того, чтобы мы могли с тобой работать, я должен хотя бы немного что-то знать о тебе, а ты обо мне.       Девочка улыбнулась. «Тебе написать мою биографию?». Парень вернул ей бумажку и поклонившись к ее уху прошептал: — На самом деле, я знаю о тебе гораздо больше, чем ты думаешь. Я сын детектива, или ты забыла? — его улыбка на этот раз показалась немного пугающей.       Шорох бумаги был слышен на весь класс. Учитель снова недовольно посмотрел на заднюю парту, но увидев самоуверенный взгляд Альберта, развернулся и продолжил свой доклад. «Тебе нравится рассекать людей? То есть… Тебе не противно от этого?». — Я считаю это интересным и познавательным. Мои друзья, которые учатся в медицинском университете, говорят что у них очень редко бывают вскрытия тел из-за того, что церковь контролирует их обучение. А работать над трупами как-то их возмущает. На самом деле, я ничего не понимаю в религии, поэтому объяснить хорошо в чём дело не могу. Поэтому мне очень повезло, что я могу работать с телами и хорошо изучать каждый элемент организма, одновременно проводя исследования. Но если бы мне предложили на день рождения провести вскрытие или съесть пирожные, я бы выбрал пирожные, — шептал ей на ухо парень. — Я также обожаю сладкое, — быстро записала девочка. — Я знаю, — коротко ответил он.       Девочка была очень удивлена, но не тем, что он довольно странно заметил о том, что много знает о ней, а тем, что они общались как друзья. В его глазах сейчас не было тех насмешливых огоньков, которые постоянно выглядывали, когда он собирался поставить кого-то на место. Он не издевался над ней и разговаривал открыто и дружелюбно. Возможно, мы с ним сможем найти общий язык…       Вдруг она вспомнила о том, как он увидел, что она читает его бумажки. «Извини за тот случай в твоей лаборатории». Парень, не понимая, посмотрел на девочку. «Когда я начала разглядывать бумажки на твоем столе». Он хмыкнул. — Всё хорошо, я не настолько глуп, чтобы хранить что-то таинственное на таком заметном месте. Не надо извиняться.       Почему-то девочке показалось, что Альберт, с которым она разговаривала два дня назад, и тот, с которым она разговаривает сейчас — два разных человека. Девочка посмотрела на него. Ровный нос, длинные ресницы и черные, как будто облитые смолой брови и чуть смугловатая кожа.       Парень действительно был очень красивым, но больше всего внимания привлекали его карие глаза. Вглядываясь в них, ты как будто терялся, они были такими глубокими что посмотрев в них один раз, ты уже не мог от них отвернуться.       Альберт, как будто почувствовав на себе взгляд, повернулся к ней. — Ты хочешь что-то спросить? — его голос был тихим и спокойным. Девушка качнула головой. «Не. Мне просто интересно, почему ты считал меня подозрительной в день, когда я пришла к тебе за помощью». Только сейчас она поняла, какую глупость она сделала. Она выхватила у парня из рук бумажку и разорвала её, но было уже поздно. — Не могу вспомнить тот момент, когда я говорил об этом. Я на самом деле пытался от тебя избавиться, потому что ты казалась мне подозрительной, но я никогда и никому об этом не говорил. Как ты узнала? «Просто я очень хорошо чувствую то, как люди ко мне относятся» — она пыталась придумать оправдание, которое бы прозвучало более менее убедительно. Альберт ни за что не должен был узнать о её магической способности. И вообще никто не должен. Это её тайное оружие, о котором она никому не расскажет.       Парень приблизился к её лицу и посмотрел ей в глаза. — Возможно, я всё же не всё о тебе знаю, — у девочки перехватило дыхание. — Мне сразу тогда показалось, что у тебя не может быть никакой магической способности, но возможно, она всё же есть?       Его улыбка была похожа на оскал тигра перед нападением на несчастную жертву. Девушка смотрела ему в глаза и всеми силами старалась не забыть, как дышать. Его взгляд был пронзительным, он как будто смотрел не в глаза, а куда-то в сознание.       Девушка как будто находилась в трансе. Собрав всю оставшуюся волю в кулак, она тихо проговорила: — Я бы никогда не стала лгать моему другу. Парень отодвинулся от неё. — Так мы теперь друзья?       Игривые огоньки снова заблестели в его глазах. Адель поняла, что в этой игре надо побеждать не правдой, а хитростью. Если она будет с ним общаться как с другом, возможно, он перестанет над ней издеваться. К тому же, этот парень и впрямь сможет очень часто пригождаться.       Она начала понимать, что начинает расценивать дружбу как взаимовыгодное существование. Это неправильно! Так не должно быть. Если бы дружба действительно была такой, то мы не могли бы доверять никому. В нашем мире всегда должны оставаться чувства иначе люди перестанут быть людьми.       Адель стало противно от того, что она вообще допустила мысль о том, чтобы дурачить парня. Она окончательно запуталась в своих мыслях.       Учитель перешёл к объявлению домашнего задания. Это так иронично. На уроке, где люди должны учиться разговаривать их заставляют писать собственные высказывания. Конечно, для того, чтобы говорить, надо знать, что говорить и поэтому произведения помогают понять, что бы ты сказал в том или ином размышлении.       Адель понимала, что на этом занятии она почти ничего не слушала, она постоянно была поглощена своими размышлениями и из-за этого уже чувствовала, как много учить самостоятельно ей придется дома. Мне кажется, мне не надо соглашаться на предложение Джона. Лучше всего будет понаблюдать за ним и его поведением. А мне лучше всего было бы пойти вместе с…       Она посмотрела на Альберта: тот записывал домашнее задание. Девочка сразу схватилась за перо, но не успела. Парень повернулся к ней и положил свой листок. — Из тебя не получится хорошего детектива, ты постоянно витаешь в облаках.       Девушка покраснела — он был прав. Сейчас она была совсем не собрана и никак не могла сфокусироваться. Но через неделю уже должны были начаться контрольные, поэтому она должна была хотя бы немного разобраться в происходящем.       Урок закончился. Ученики поклонились и начали быстро собирать свои вещи: впереди был большой перерыв и многие, кто жили неподалеку, успевали съездить домой на обед. Альберт, судя по всему, также спешил, потому что когда девочка быстро запихнула свои бумажки и чернила в портфель, парень уже выходил из класса. Адель не понимала, что ею управляет, она окликнула его и почти бегом приблизилась к парню. — Альберт, подождите!       Парень вернулся. — Я должна у вас кое-что спросить. Можем ли мы немного отойти в сторону? — она окинула взглядом весь суетившийся по коридору класс. — Конечно, но очень прошу быстро задать свой вопрос, потому что я спешу.       Они подошли к лестнице и девочка шёпотом произнесла: — Вы когда-нибудь слышали об осеннем бале? — Картер покачал головой. — Каждый год наша школа устраивает бал для проверки наших манер и этикета. Каждый из нас должен выбрать себе пару и танцевать с ней на балу. — Я тут при чём? — раздражённо спросил одноклассник. От этого тона девочка ещё больше смутилась. — Понимаешь, меня пригласил один человек, который кажется мне очень подозрительным и поэтому я хотела бы пойти с кем-то другим, чтобы понаблюдать за ним. — То есть, ты приглашаешь меня на бал? — улыбка снова заиграла на устах парня. Девочке было настолько стыдно, что она вообще это предложила, что она еле сдерживалась, чтобы не побежать и не спрятаться где-то в парке. — Да, но если ты против или хочешь пойти с кем-то другим, то я не обижусь.       Адель уже морально подготовилась к его отказу в жёсткой форме, но парень улыбнулся и медленно продолжил: — Тебе не кажется, что для того, чтобы наблюдать за ним, тебе было бы легче просто пойти с ним вместе? Если ты пойдешь со мной, то, как я понимаю, ты почти всё время должна провести рядом со мной Девушка вздохнула. — Мне просто кажется, что если я пойду с ним, он специально будет обращаться идеально, а мне надо увидеть его действия натуральными. — С чего ты взяла, что с другой девушкой он будет вести себя как-то по-другому?       Адель поняла, что парень прав. Возможно, уйти с Джоном это действительно неплохая идея. Особенно если удастся его разговорить. При виде смятения в глазах девочки, парень откашлялся и нетерпеливо переступил с одной ноги на другую. — А сейчас я прошу меня извинить, у меня дела, — он на ходу поклонился и через несколько секунд скрылся за дверью к лестнице.       Оставалось ещё одно занятие до того момента, когда они наконец смогут посмотреть место преступления. Девушка очень этого ждала, ей казалось, что там она обязательно найдёт подсказку к убийце. Адель медленно поплелась на улицу.       Уолтс сидел с Петтерсоном на скамье и смотрел на небо. — Прежде чем кого-то подозревать, надо хорошо узнать о каждом из них, особенно о Фредерике.       Она подошла к ребятам и учтиво поклонилась. — Я вам не помешаю?       Джон быстро повернулся к девушке и, устало улыбнувшись, произнёс: — Нет! Конечно нет.       Они оба подвинулись и девочка села рядом с ними. — Меня зовут Адель Аллисон, — она дружески протянула руку Фредерику. — Фредерик Петтерсон, рад знакомству, — его рукопожатие было крепким и дружелюбным. — Вы учитесь на естественном факультете, не так ли? — Всё верно, вместе с Джоном, — он кивнул в сторону парня. — Я слышала, что вы учитесь на стипендии, как я. Вы так же, как и я, предпочитаете знания деньгам? — Да, можно считать, что да.       Его интонация показалась ей какой-то странной, она понимала, что спрашивать такое очень некультурно, но последнюю неделю правила этикета её не беспокоили. — Вы из небогатой семьи, не так ли? Кто ваши родители? Я никогда не слышала о семье Петтерсонов.       Парень побледнел, а в его глазах на секунду промелькнул странный не то страх, не то шок, но он сделал вид, что вопрос его не задел. — Моя семья не достойна вашего внимания, к тому же, моя мать умерла после того, как мне исполнилось десять лет.       Он замолчал, было видно, что он не хотел разговаривать на эту тему и каждое слово он вытаскивал из себя через силу.       Девушка выглядела удивлённой. — Мне очень жаль за свой бестактный вопрос. Я могу заметить, что вы очень умный и сильный человек, если смогли сюда попасть не имея связей, — она улыбнулась. Было видно, что парню была приятна эта лесть. Он улыбнулся, но эта улыбка была какой-то трагической, как будто у человека, который понял, что его хорошая жизнь закончится завтра.       Девушка посмотрела в глаза Фредерику: они были зелёно-жёлтые, как листья в сентябре, но они смотрели враждебно, как будто следя за тем, чтобы их хозяину никто не навредил. — Леди Аллисон, — отозвался мистер Уолтс. — У вас очень красивые глаза. Однако, я немного сбит с толку. Утром они были голубого цвета, а сейчас уже зелёного. — Вы правы, Джон. Мои глаза постоянно меняют свой цвет, я заметила это ещё в детстве. — Вероятно, это из-за вашей магической способности? И судя по всему, она очень редкая, — перебил её Фредерик. — Нет, у меня нет собственной способности, я её ещё не обнаружила — с улыбкой врала девушка. — Неужели? — как будто уловив её торопливый и немного неуверенный говор, произнёс Петтерсон.       Девочка наконец поняла, почему её так настораживали глаза одноклассника. Его зрачки заполняли всю цветную радужку и того волшебного жёлто-зелёного цвета уже не было видно. Она испугалась, но взяла себя в руки и заинтересованно спросила: — Как я вижу, ваши глаза…       Но она не могла продолжить говорить. Кто-то как будто зашил ей рот и она не могла произнести ни слова. Она всмотрелась в эти пугающие глаза Фредерика и попыталась сфокусироваться. — Нет, нет, нет, Адель. Пока рано. Ты не должна об этом узнать пока. Через неделю ты и сама всё узнаешь, ты будешь меня ненавидеть, но сейчас я не могу тебе позволить разоблачить мой план.       Вдруг голова девушки закружилась. Она снова чувствовала возможность говорить, но ничего не могла произнести из-за того, что даже не могла понять, что происходит. Обеспокоенный Джон подошёл к девушке. — Тебе так же плохо как и мне? Голова кружится и иногда кажется, что говорить не можешь? — Да, — девушка положила голову парню на плечо. Она не могла сфокусировать своё зрение, всё вертелось будто на сумасшедшей карусели.       Она только что услышала мысли Фредерика, и он собирается её убить из-за того, что она много знает… Но всё что она узнала — это то, что он учится на стипендии и не имеет родителей. Ну и кроме этого, у него какие-то очень странные глаза. Вот оно что! Неужели он так заволновался из-за того что я увидела их.       Адель ещё плохо понимала, что происходило, ощущение было как будто кто-то треснул её изо всех сил по голове. Эта боль отдавала в виске и становилась просто невыносимой. Она почувствовала, как теряет сознание.