Лев и собачка

Мегатрон смотрел на девушку, которая стояла перед ним, не поднимая глаз, и нехорошее предчувствие с каждой секундой становилось всё крепче и крепче. Прайм просто не мог прислать сюда случайного человека! Или он ничего не знает о Прайме! А если этот человек не случаен, то... Нет, не мог же он знать! Никто не мог знать! Девушка молчала, должно быть, тоже потеряла дар речи от страха. Но Мегатрону было нужно, чтобы она заговорила, и, сделав пару шагов к платформе и пристально уставившись на неё, он спросил: – Ну, и кто ты? Девушка вскинула на него свои испуганные светлые глаза и тут же опустила их снова. – Меня зовут Микаэла Грей, – тихим дрожащим голосом произнесла она. Мегатрон внутренне вздрогнул, обнаружив хотя и не точные, но довольно большие совпадения с образцом. Ситуация была другая, ведь тогда она, наоборот, кричала. Он захотел услышать её ещё, чтобы убедиться... Хотя он предпочел бы как раз ошибиться. – И за что ты здесь? – поинтересовался он так же враждебно и грубо. – За то, что должна отвечать за свои поступки, – не очень складно и всё так же тихо пролепетала она. Мегатрон ещё больше нахмурился. Оставался последний «рубеж». – Покажи руки! – потребовал он. Микаэла вздрогнула и ещё глубже засунула руки в карманы, сжав их в кулаки. – Ну! – угрожающе повысил голос трансформер. Она вытащила руки и медленно поставила их перед собой, не разгибая локти и свесив кисти, словно какой-нибудь пугливый грызун. Похоже она тоже всеми фибрами души надеялась, что её не узнают. Хотя это было глупо – весь смысл был в том, что они знакомы. – Нормально покажи! – рявкнул Мегатрон, и тогда она отчаянно выбросила руки вперёд, перевернув ладони и растопырив пальцы для лучшего обозрения. И когда он увидел зажившие шрамы, резко отвернулся и выругался на кибертронском. Теперь совпадений было слишком много, чтобы сомневаться. Микаэла в страхе сделала несколько шагов назад. Но Мегатрон снова повернулся к ней и спросил, словно хватаясь за последнюю соломинку: – Это ведь ты, верно? – Да, это я... – ответила девушка, отрезая все пути к отступлению. Мегатрон шумно выдохнул. – Но откуда, Юникрон побери, о тебе знает Прайм?! – Я... я сама ему рассказала... – Что?! Какого шарка?! – забывшись, рявкнул Мегатрон так громко, как бывало, кричал на своих подчинённых. Вот только они были трансформерами, а девушка от такого шлёпнулась на колени и невольно зажала уши ладонями. Прошло, наверное, с полминуты, прежде, чем она рискнула снова поднять голову и посмотреть на своего старого «знакомого». Тот, видимо, учёл свою ошибку и, дождавшись направленного на него взгляда, уже спокойно и зловеще вежливо поинтересовался: – Ну, так как же Прайм узнал о... нас? Микаэла тяжело вздохнула, почти всхлипнула и, решив, что на коленях ей даже устойчивей, заговорила: – В город, где я потом жила, однажды приехали автоботы. Был какой-то праздник... Впрочем, это не важно... Главное, что люди могли подойти, познакомиться с автоботами и пообщаться с ними. Мегатрон усмехнулся и заметил: – Да уж, Оптимус любил такой пиар! Девушка замолчала и подняла на него глаза. Он повернулся к ней боком и жестом руки велел продолжать. – Оптимус Прайм тоже был там, и я воспользовалась этим моментом, чтобы поговорить с ним. Я рассказала ему всё... как было, а он... – она запнулась и снова тяжело вздохнула, но Мегатрон её больше не перебивал. – Он спросил меня, верю ли я в Бога. Я ответила, что да. И тогда... он сказал, чтобы Богу я и предоставила решать свою судьбу и налагать на меня ответственность, а у него таких прав нет... – Как это в духе Прайма... – задумчиво протянул Мегатрон, поняв, что Микаэла закончила. – Только я по-прежнему не понимаю, – он повернул к ней голову и прищурился, – зачем тебе вообще понадобилось ему рассказывать? – Меня мучило чувство вины за то, что происходит с моей планетой и вашей. Ведь всё могло закончиться ещё тогда, в том городе, если бы не я... Мегатрон скептически хмыкнул. – И чего же ты ожидала от Оптимуса? – Я надеялась... что он меня убьёт, – призналась она совсем тихо. Десептикон презрительно фыркнул, стараясь не расхохотаться в голос. – Нашла, к кому за смертью ходить! Пришла бы ко мне. Я бы тебе живо голову оторвал! – усмехнулся он, но девушка, к его удивлению, не приняла его шутку за шутку, а вдруг совершенно серьёзно и чётко сказала: – Так я и пришла. С лица Мегатрона мигом исчезло насмешливое выражение, оно словно бы закаменело, он повернулся всем корпусом и сделал шаг по направлению к ней. Даже абсолютно без оружия... Для человека – один точный взмах рукой, и всё. *** – Саундвэйв, выведи на экран изображение с внутренних камер, – велел Шоквэйв тёмно-синему трансформеру, стоявшему в коридоре между ним и Праймом. Бывший связист десептиконов поднял было руку, чтобы высветить из запястья голографический экран, но Оптимус остановил его: – Нет, Саундвэйв, не нужно! Тот медленно перевёл взгляд тёмно-красного визора с одного трансформера на другого и опустил руку – приказ лидера был приоритетнее. – Боишься? – лишь для приличия слегка скрывая ехидство, поинтересовался Шоквэйв. – Если произойдёт то, чего я боюсь, мы всё равно не успеем вмешаться. И в таком случае, смотреть на это я действительно не хочу, ты прав. Прайм повернул голову, бессмысленно вглядываясь в дальнюю сторону коридора и прислонившись к стене спиной. Пусть Шоквэйв думает, что хочет, а Оптимус никогда не бежал от ответственности и не закрывал глаза. Но сейчас никому нельзя знать, что этих двоих связывает, а Шоквэйву в особенности! *** Микаэла подскочила и сделала шаг назад, но потом застыла, будто вспомнив, что сама напросилась. Она больше не прятала взгляд, а смотрела на него безумно, решительно и до смерти испуганно. Мегатрон вскинул руку... В доли секунды его чёрная кисть оказалась у её головы, но в паре сантиметров вдруг замерла. Словно в замедленной съёмке, не смея пошевелиться, почти не смея дышать, боковым зрением она наблюдала, как четыре его пальца лениво согнулись, оставив прямым лишь указательный. Медленным, немыслимо плавным его движением он откинул сбившиеся волосы с левой стороны её лица, слегка коснувшись виска, и заправил их за ухо, черкнув по его верхнему краю. Словно бы огненная волна прокатилась по её телу от горла до самых пяток. И это было не облегчение и не страх, уж точно не только они. Мегатрон резко отдёрнул руку, в его взгляде мелькнули растерянность и недоумение, но лишь на мгновение. Секунду спустя он снова стал жестоким и насмешливым. – Они ведь от меня не отстанут, верно? – сказал он, скорее утверждая, чем спрашивая. Микаэла, всё ещё ошарашенная и едва начавшая приходить в себя, покачала головой. Мегатрон снова скрестил руки на груди и отвернулся. – Тогда иди скажи им... что я согласен. Девушка не двинулась с места, ещё не осознавая, что ей только что сказали, но трансформер оглянулся через плечо и сердито поторопил её: – Ну же! Иди! Пока я не передумал... И Микаэла, едва не споткнувшись, на плохо гнущихся ногах поспешила к спасительной двери. *** Саундвэйв первым заслышал движение и повернул голову к двери. Прайм и Шоквэйв насторожились вслед за ним и тоже выжидательно уставились в ту сторону. Наконец, с мягким щелчком дверь открылась, и из неё вышла Микаэла, с виду невредимая. Она неловко спустилась до середины лестницы, ведущей к полу, и посмотрела на трансформеров, ожидавших её. – Мегатрон сказал... – она сделала паузу, но отнюдь не для того, чтобы пощекотать ожидающим нервы, она просто чувствовала себя совершенно без сил, словно побывала на обеде у вампира. – Он сказал, что согласен, – наконец договорила она. Оптимус посмотрел на Шоквэйва, Шоквэйв посмотрел на Оптимуса, и только Саундвэйв продолжал смотреть на человека, думая что-то своё. – Очень хорошо, – сказал Прайм. – Тогда... Саундвэйв, проводи мисс Грей к Рэтчету и Уиллджеку, пусть установят всё необходимое. Они знают. – Но, может, лучше я... – попытался было вмешаться учёный. Похоже, его не обрадовало, что человека доверили не ему. Но Оптимус был непреклонен. – Нет, Шоквэйв. Твоей задачей будет провести беседу с Мегатроном. – Слушаюсь, Прайм, – учёный слегка склонил корпус, прекрасно зная, что Оптимуса такое поведение оскорбляет, развернулся и направился прочь. Оптимус кивнул связисту, как бы подтверждая свой приказ и тоже ушёл вслед за ним. Девушка так и стояла, тяжело привалившись к перилам, и ожидала, когда с ней что-нибудь сделают, потому что сама она уже ничего не могла. Не говоря ни слова, Саундвэйв подошёл к ней и протянул руку, как бы приглашая устроиться у него в ладони. Микаэла с опаской, но всё же ухватилась за его пальцы и устроилась. Трансформер поднёс руку к груди и подставил вторую, чтобы надёжнее придерживать человека, развернулся и пошел по коридору. Он нёс её очень бережно и шли они долгим однообразным маршрутом, так что Микаэлу вскоре стало клонить в сон. Но стоило ей уже слегка забыться, как Саундвэйв вдруг остановился. Она встряхнулась и огляделась по сторонам, но не увидела вокруг ничего похожего на дверь или проход. Сонливость мгновенно прошла, а в душе зашевелилась тревога и очень «кстати» вспомнилось, что в руках её несёт десептикон. Она обернулась и воззрилась скорее на фиолетовый знак на его груди, чем на лицо, но сам Саундвэйв пристально смотрел на неё. – Это ведь была ты? – вдруг спросил он странным, монотонным голосом. Микаэла вздрогнула. – Ты тогда спасла Мегатрону жизнь? – уточнил он. – Я... – севшим голосом пролепетала девушка, – мне нельзя об этом... – Спасибо, – просто прервал он её бессвязную речь и едва заметно наклонил голову, словно... в знак почтения. И ей ничего не оставалось, как просто захлопнуть рот. Он каким-то образом догадался, она поняла это, и говорить что-то ещё, наверное, было бессмысленно. Саундвэйв понёс её дальше.