На пуантах

***

Среда (4 июля)

Они встретились в школьном буфете во время ланча: Енми стояла возле кассы, ожидая свой апельсиновый сок, а Чонгук только-только освободился после очередного урока и примчался за долгожданной дозой кофеина, намереваясь зарядить себя на оставшиеся пары. Увидев девушку у стеклянной витрины, Чон улыбнулся и неспешным шагом направился в ее сторону, разглядывая прелестный вид сзади, от которого трудно было оторваться. Уж не для того ли эта соблазнительница надела эти немного коротковатые шорты, чтобы заставить Чона испытывать жесткий дискомфорт и фантазировать во время урока о неприличных вещах? Разве можно так издеваться над выдержкой своего учителя, когда в преддверии контрольных работ он должен сконцентрироваться на повторении пройденного материала со своими учениками? Енми, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, обернулась, вскидывая волосы движением головы и когда увидела своего любимого амбидекстра, что медленно приближался к ней, радостно улыбнулась, подавляя в себе желание броситься ему на шею. Самый молодой и горячий преподаватель школы Сонхва как всегда выглядел дерзко и горячо, невольно привлекая к себе внимание старшеклассниц своим стилем, обаянием и сексуальностью. Он, сунув руки в передние карманы черных джинсов, шел мимо столиков, оставляя шлейф головокружительного аромата и будоражил женское обоняние. Его расстегнутая дымчатая рубашка, надетая поверх белой майки позволяла видеть накаченную грудь, а закатанные по локоть рукава выставляли на показ сильные руки, в частности, привлекающее к себе внимание забитое предплечье правой руки, рисунок которого все давно изучили благодаря урокам хореографии, во время которых он часто носил майки. Кожаный ремень с большой бляшкой, любимые часы Calvin Klein, пару серебряных браслетов, дразнящий девушек пирсинг и стильно зачесанные волосы — ни одна мелочь не оставалась без внимания. В прочем, его шея тоже невольно попала под обстрел заинтересованных взглядов, потому, как лейкопластырь на ней сразу бросался в глаза, вызывая горячие обсуждения за столиками. Енми не стала исключением — она тоже увидела этот квадратный кусок медицинского пластыря, из-за чего нахмурилась, перестав улыбаться и уставилась на шею учителя, когда тот подошел. — Чонгуки, что случилось? Ты поранился? — тихо спросила она, пропуская слова приветствия, потому что не до этого ей сейчас было. Убедившись, что рядом никого нет, Чонгук бросил на девушку веселый взгляд и буквально навис над ней, чтобы ответить то, что другие слышать не должны. — Да, поранился: обжегся вчера о чьи-то горячие губы, — Чонгук сладко улыбнулся и провел рукой по ее плечу, отмечая милый румянец, который начал покрывать ее щеки. Как же легко ее смутить! — Привет, сладкая. Как тебе спалось этой ночью? Чувствуя ужасную неловкость, девушка шагнула в сторону, предоставляя Чону возможность подойти к кассе, чтобы сделать заказ и провела пальцем по стеклянной витрине, пополняя коллекцию отпечатков на ней. — Хорошо спалось, — ответила Енми, бросая еще один мимолетный взгляд на мужскую шею: боже, какой стыд! — Так хорошо, что если бы не мой брат, то я бы проспала контрольную по химии. — Я бы не позволил этому случиться, — тихо произнес Чонгук, пробегаясь глазами по всему буфету в поисках свободного места в шумном помещении. — Малыш, беги вон за тот столик, пока его никто не занял — я сам принесу твой заказ. Девушка проследила за взглядом своего молодого человека и кивнула — она сейчас и сама была не против хотя бы на время сбежать от него, чтобы постараться справиться со своей неловкостью. — Хорошо! — Енми развернулась и поспешила занять освободившееся место. Чонгук опустил поднос с их заказом на столик, после чего обхватил стакан апельсинового сока и, звякнув кубиками льда, поставил его перед Енми, бросая на нее пронизывающий взгляд. Без лишних слов он положил рядом с напитком обернутый в пищевую пленку сэндвич с куриной грудкой и сел напротив, цепляя с подноса свой стаканчик. — Ты ведь не завтракала, не так ли? — невесело усмехнулся Чон, делая глоток горячего эспрессо. — Ты продолжаешь меня не слушаться. — Я спешила в школу — просто не успела, — Енми сделала глоток сока и принялась стягивать прозрачную обертку с сэндвича, которая, как назло, рвалась на маленькие кусочки. — Чонгуки, там… там, действительно, засос? — ее взгляд переместился на мужскую шею. — Какая ты догадливая, — улыбнулся Чонгук, наблюдая за смущением своей девушки, которая все никак не могла распаковать несчастный кусок хлеба. Пробежавшись языком по губе, он подался вперед и забрал сэндвич из ее рук, чтобы помочь с распаковкой. — Моя малышка была такой несдержанной вчера. Его темный взгляд исподлобья обдал Енми жаром, и та поспешила скрыть свое волнение, хватая дрогнувшей рукой пластиковую соломинку, чтобы потянуть апельсиновый сок. Черт, почему сегодня он был такой кислый? Чонгук улыбнулся и, стянув пленку с сэндвича до половины, протянул его девушке. — Я… я еще никогда… я впервые это сделала, — призналась Енми, чувствуя волнение от соприкосновения их пальцев при передачи ее распакованного ланча. — Спасибо. Его бровь слегка изогнулась. — «Спасибо» за что именно: за сэндвич или за то, что сделала это? — мужчина дразняще улыбнулся и провел указательным пальцем по лейкопластырю. — Чонгук! — девушка повысила голос на пол-тона и обвела взглядом сидящих неподалеку ребят. — Не смущай меня еще больше — ты не представляешь, как мне из-за этого стыдно! — объяснила она, снова переходя на полушепот. — Я не хочу, чтобы ты стеснялась подобного — мягко заметил Чон, борясь со своим желанием накрыть ее ладонь своей. — Не стыдись своей страсти. Енми не стала ничего комментировать, потому что ей было неловко говорить на подобную тему в людном месте, тем более, когда в их сторону постоянно бросали заинтересованные взгляды. Откусывая от сэндвича небольшой кусок, она перекинула волосы через одно плечо, оголяя шею и принялась медленно жевать. Провокаторша! Чтобы хоть чем-то занять себя и не залипать на девушке на глазах у старшеклассников, Чон открыл переписку с Чимином и на пару минут отвлекся на друга, с которым обговорил некоторые нюансы, касающиеся пятничного футбольного матча, а заодно поинтересовался как прошла посадка господина Пака и его супруги в Вашингтоне. — Я приеду сегодня к шести, чтобы у нас было больше времени позаниматься, — сообщил ей Чонгук, блокируя телефон, когда Енми почти доела свой ланч. Сминая пустой стаканчик из-под кофе, он прицелился и кинул его в урну для мусора, попадая в свою мишень. — У нас очень мало времени осталось до экзамена. — Угу, — согласилась девушка, не спеша пережевывая кусочек хлеба. Чон вздохнул: вот зачем она снова так вкусно облизывает свои губы? — Я буду стараться, Гуки. Чонгук набрал в щеки побольше воздуха и медленно его выдохнул, откидываясь на спинку стула. — Ученица Пак, — Енми, удивленная столь резким переходом на обращение по статусу, уставилась на мужчину, замерев с соломинкой во рту. — Я забыл передать тебе, что директор хотел с тобой поговорить на перемене. Так что допивай свой сок и беги в его кабинет, пока не началась следующая пара — ты знаешь, что я не люблю, когда опаздывают. Девушка не стала ничего допивать, ошеломленная такой неожиданной новостью: она вскочила со стула и бросила на Чонгука недовольный взгляд. — Как можно забывать о таких вещах, учитель? Если я опоздаю на твой урок, ты сам будешь виноват! — схватив свой рюкзак, Енми бросила пластиковый стакан в урну и поспешила на выход, а Чонгук, улыбаясь, встал из-за стола и направился следом, раскручивая на пальце ключи от директорского кабинета. Боже, какая же она наивная: Пак Хен Су сегодня не было в школе!

***

Вечером они занимались тем, чем заранее обусловились заниматься — математикой. Между ними была заключена договоренность, что в течение трех часов они забудут о своих отношениях и не будут отвлекаться на поцелуи и прочие нежности, дабы хоть немного продвинуться в пропущенных занятиях. По истечении долгого времени Енми отложила карандаш в сторону и встряхнула рукой, делая небольшой перерыв, чтобы предоставить минутку отдыха своим затекшим пальцам, которые исписали не один лист тетради. Чонгук, борясь со своей сонливостью, подцепил ее ладошку и начал растирать каждую фалангу, переодически дергая ее до расслабляющего хруста. Затем он сплел их пальцы между собой и, сцепив в общий замок, проделал несколько круговых движений с небольшим нажимом на ее кисть, чтобы размять ее руку в области запястья. — Устала? — участливо спросил Чонгук, целуя ее пальчики. — У нас осталось еще три уравнения. — Я справлюсь, — улыбнулась девушка, наслаждаясь приятными прикосновениями. — Ты, наверно, тоже устал: третий час со мной возишься после изнурительной тренировки тхэквондо. — Ничего, все нормально, — с улыбкой ответил Чон, убирая ее выбившийся локон за ушко. — Главное, что ты более-менее разобралась с этой темой. Енми кивнула и мягко высвободила свою ладонь, чтобы снова взять карандаш в руку и покончить с еще одним уравнением, приближая тем самым время для долгожданных поцелуев. Пока она решала нелегкую задачу, Чонгук захватил ее левую ладонь и проделал все то же самое, что и ранее с ее ведущей рукой, подавляя огромное желание развернуть кисть внутренней стороной и поиграть с чувствительным запястьем. От шаловливых мыслей Чонгука избавил звук прилетевшего на Какао сообщения. Расцепляя их замок, мужчина взял телефон со стола и открыл чат, быстро пробегаясь взглядом по тексту. Улыбнувшись, Чон откинулся на спинку стула и принялся бегло печатать ответ, сбрасывая с себя сонное состояние. Енми правда старалась не обращать на переписку внимание: Чонгук имел право общаться со своими друзьями где угодно и когда угодно. Но…сообщения не прекращали поступать на телефон и постоянно отвлекали ее репетитора от дела, из-за чего Енми приходилось дольше обычного ждать, когда Чонгук прервется от переписки и проверит ее математические решения на наличие ошибок. В какой-то момент девушка просто не выдержала. — Чонгук, у нас занятие, вообще-то! Чон допечатал последнее слово и, отправив своему переписчику очередной ответ, отложил Айфон. — Прости. Ты доделала задачи? — Осталось еще две: из-за того, что ты постоянно… — телефонный звонок заставил Енми замолчать и обреченно вздохнуть, закатив глаза. — Прости, — мужчина виновато улыбнулся и взглянул в экран мобильного. — Решай следующее уравнение, малыш — я скоро вернусь, — девушка обиженно посмотрела на него и, поджав губу, перевела взгляд на свою тетрадь, в то время, как Чонгук подошел к двери и, выходя из комнаты, принял вызов. — Хэй, привет На Ын! Уравнение не решалось, сколько бы Енми не старалась: все приобретенные знания по данной теме куда-то разлетелись. Ну невозможно было заниматься математикой, когда твой парень бросил тебя на растерзание нехорошим мыслям, пока разговаривал со своей Пусанской подружкой буквально за стенкой. Енми совершенно не понравилось, что Чонгук вышел из комнаты и не стал говорить при ней, словно не желал, чтобы она становилась свидетельницей их с На Ын разговора. У них были какие-то секреты? (Exemption — Vaeros, Broken Drops — Vaeros) Долго Чонгук не отсутствовал: буквально уже через пять минут он вернулся в комнату, но для Енми ход минутной стрелки все это время казался черепашьим бегом. Продолжая решать задачу, девушка почувствовала прикосновение горячих рук к своим плечам, а после, теплое дыхание обдало ее ухо. — Эх, а я так надеялся, что ты уже все решила, — Чонгук внимательней пригляделся к ее решению и, увидев ошибку, нахмурился. — Малыш, тут какая-то ерунда у тебя получается. Откуда ты это взяла? Девушка подалась вперед, сбрасывая его руки и принялась нервными мазками стирать ластиком свое последнее решение, с силой стискивая зубы. — Енми, ты чего? — удивился Чонгук и сделал попытку развернуть ее стул, но она с силой вцепилась в край стола, препятствуя его действию. — Какая тебе разница, Чонгук? Иди и дальше болтай со своей подружкой! — у нее дрогнул голос. Чону это совсем не понравилось, поэтому, применив чуть больше силы, чем в первый раз, он надавил на спинку стула и развернул Енми к себе лицом, но она отвела глаза в сторону, не желая встречаться с ним взглядом. — Енми, в чем дело? — Со своим другом ты говорил на громкой связи и с Хосоком тоже. Так почему ты не сделал того же сейчас? Почему хотя бы не говорил с ней в этой комнате? — в глазах девушки появилась обида. — Тебе есть что скрывать? — Не говори глупости, Енми. Я вышел для того, чтобы не мешать тебе, — ответил Чонгук, вглядываясь в ее увлажненные глаза. — Малыш, ты что, ревнуешь? — Ваши сообщения мне тоже мешали, но ты же их не прекратил! — заметила девушка, оставляя его вопрос без ответа, хотя тут и так все было очевидно. — Малышка, мне кажется, что ты просто цепляешься к мелочам, — решил Чон, кладя руки на подлокотники ее стула. — Разве? А мне так не кажется! Ты только что разговаривал со своей любовницей! — Какая к черту любовница, Енми? — Чонгук пришел в негодование: что она тут напридумывала себя за пять минут его отсутствия? — На Ын — моя подруга и бывшая сокурсница, не больше. — Не больше? Ты доверил ей выбор кулона на мое семнадцатилетие! — Енми нервно выдохнула. — Скажи честно, Чонгук, вы с ней спали? Этот вопрос застал Чонгука врасплох, потому что врать он не любил, а правда Енми совсем не понравится. Впервые чувствуя неловкость перед ожидающей ответа девушкой, Чонгук нервно закусил губу, а потом положительно кивнул. — Было пару раз. — Вот видишь! — горько усмехнулась она, убирая его руки с подлокотников, чтобы подняться. — Отойди! — Енми, — Чонгук позволил ей подняться, но лишь для того, чтобы обхватить ее талию и прижать к себе. — Это была обычная физиологическая потребность без каких-либо обязательств: выпили, захотели, переспали. Все! Девушка уперлась в его грудную клетку, держась от него хоть на каком-то расстоянии и нервно облизала губы. — Ты спал со всеми студентками в институтах, в которых учился? На Ын, Дасоль, может, и с Юной у тебя тоже было? Чонгук подавил нервный смешок, который просился наружу и мотнул головой. — Нет, с ней ничего не было, — мужчина едва заметно улыбнулся. — Ежик, у тебя нет причин ревновать. — Мне неприятно, что ты общаешься у меня за спиной с девушками, с которыми спал, — сообщила Енми, бросая взгляд на его шею. — Может, этот засос вовсе и не я тебе поставила! — Енми, это уже не смешно! — потемневший взгляд Чона уперся в лицо девушки. — Черт, да что на тебя, вдруг, нашло? Вроде до пмс еще далеко. Она вспыхнула. — Отпусти меня, Чонгук! — начала вырываться Енми, до сих пор так и не поняв, что это бесполезно. — Наше занятие на сегодня окончено — остальное я решу сама! — Кажется, у кого-то математическое переутомление, — усмехнулся Чон, подхватывая девушку на руки. — Думаю, тебе нужно снять напряжение. Не обращая внимание на ее попытки вырваться, Чонгук практически бросил Енми на кровать и оседлал ее бедра, не оставляя и миллиметра свободного пространства для того, чтобы пошевелиться. Запястья девушки без особого труда были пойманы сильными руками и прижаты к подушке по бокам чуть выше головы, сводя на «нет» любые попытки упереться в его грудь и оттолкнуть. — Йа, Чонгук, отпусти меня! Я совсем не горю желанием играть с тобой! — гневно воскликнула Енми, дыша часто из-за потраченных впустую сил во время борьбы. — Это не игра, ежик, это — терапия, — улыбнулся молодой человек, нависая над девушкой. — Надо выбить всю дурь из твоей глупой головы. — Сам ты гхлп… — Чонгук заткнул ее рот поцелуем, но Енми не желала так легко сдаваться и поэтому с силой укусила его нижнюю губу. Чонгук зашипел от боли и отстранился, бросая на девушку недовольный взгляд: ежик снова выпустил иголки! Буквально на долю секунды он заметил в ее глазах некий намек на сожаление, который, увы, очень быстро исчез, уступая место злости. Вступая в поединок взглядов со строптивой девчонкой, которая выявила нежелание подчиняться, Чонгук облизал укушенный участок, и его губы растянулись в ленивой улыбке. — Маленькая вредина, — тихо произнес мужчина, сплетая их пальцы между собой и сжимая ее ладони. — Ты же хочешь этого не меньше меня. — Даже если и так, я все равно злюсь на тебя, — чувствуя предательское желание, Енми поняла, что проиграла его взгляду и отвернулась. — Отпусти меня. — Не отпущу, пока не поцелую. Мужские руки опустились чуть ниже, вновь обхватывая ее запястья, а большие пальцы пришли в движение и заскользили по голубым прожилкам, раздражая тактильные рецепторы ее чувствительной кожи. Девушка повернула голову и, закусив губу, обреченно посмотрела на Чонгука, потому что понимала — бороться с такой лаской ей будет не под силу. Чон, не отрывая взгляда от ее лица, отметил, как руки Енми, в которых все это время чувствовалось напряжение, начали терять силу, а тело под его бедрами постепенно расслабилось; ее веки дрогнули и прикрыли глаза, а губы разомкнулись, потому что девушке приходилось чаще дышать. Это было полное фиаско. — Иди сюда, сладкая, — прошептал Чонгук, обдавая ее губы своим горячим дыханием, а потом прижался к ним и скользнул языком в глубину рта, увлекая в невероятно горячий и восхитительный поцелуй. Отпуская запястья Енми, так как смысла больше не было их сдерживать, руки Чонгука скользнули ей под футболку и отправились в неспешное путешествие по соблазнительному телу, изучая каждый его уголок и вызывая своими чувственными касаниями дрожь и несдержанные стоны: когда глухо Чону в рот, когда мелодично, если в этот момент губы мужчины ненадолго отрывались, чтобы изменить угол между их лиц для нового поцелуя. Енми смяла Чонгуку футболку, задирая ее как можно выше, чтобы положить ладони ему на голую спину и принялась водить ими вдоль позвоночника, переодически переходя на приятное скольжение своими ногтями по покрывшейся мурашками коже. На кровати было очень удобно, и все располагало к тому, чтобы сегодняшнее их репетиторство закончилось обоюдным оргазмом, но вернувшийся с работы Чимин, сам того не подозревая, оборвал весь кайф двум самым близким ему людям, оповещая их о своем приходе громким выкриком из гостиной. Чон уткнулся в шею Енми, переводя дыхание, а потом перекатился на спину и, разочарованно простонав, закрыл глаза, опуская руку на эрегированный член: черт, как не вовремя его друг пришел домой! — Это карма, Чон Чонгук, — улыбнулась девушка, вставая вместе с ним с кровати, чтобы привести свои вещи в порядок, а заодно взбить подушку. Затем Енми подошла к рабочему столу и, пряча дрожащие руки в карманах штанов, пояснила. — Карма за то, что ты всегда берешь то, что хочешь! — Если бы я всегда брал то, что хочу, — взгляд Чонгука вызывающе прошелся по телу девушки и снова вернулся к ее глазам, — то я бы уже давно взял тебя, малышка. Через минуту Чимин постучал в дверь, но хозяйка комнаты была не в состоянии говорить, поэтому разрешение войти поступило от Чонгука, что сидел слева от девушки и, улыбаясь, разглядывал учебник, который еще со вчерашнего дня оставался без обложки. — Хэй, сколько вы уже занимаетесь? — поинтересовался Пак, подходя к столу, чтобы взглянуть на записи сестры. — Заканчивайте и спускайтесь вниз — я сделаю заказ в японском ресторане, хорошо? — сестра ничего не ответила, продолжая что-то писать, поджав губы, и тогда Чимин перевел удивленный взгляд на друга, кивая головой в сторону Енми. — Что это с ней? — Не видишь, — хохотнул Чонгук, откручивая колпачок тюбика с клеем. — У нее открылось второе дыхание.

***

Четверг

Чон игрался с шариковой ручкой и проверял очередную тестовую работу одного из учеников, который явно не относился к категории людей, имеющих математический склад ума — большая половина ответов была перечеркнута. Поборов в себе желание скомкать и выбросить данную работу, Чонгук откинулся на спинку стула и бросил взгляд на свою девушку, что сидела за первой партой и терпеливо ждала, когда он закончит проверку небольшой кипы тестов. Они с Енми собирались поехать в один из ресторанов, где Чон намеревался накормить маленькую балерину чем-нибудь вкусным и сытным, ведь ей требовалось набраться энергии перед очередным занятием в PBA. В силу того, что уроки по хореографии в школе закончились вместе с летним праздником, вчера Енми провела в академии родителей три часа и сегодня желала сделать тоже самое, дабы не терять форму. Если бы еще она с таким же рвением следила за своим питанием! Но ничего, скоро им предстоит поездка на остров — уж там-то Чон откормит эту непослушную девчонку, пока она будет находиться у него под наблюдением двадцать четыре на семь. Енми продолжала лениво листать Инстаграм брата, рассматривая новые фотографии, сделанные самим Чимином и жевать жвачку, пытаясь безрезультатно надувать шарики из маленького кусочка резинки. Чонгук, подцепив большим пальцем свой подбородок, прошелся указательным пальцем по нижней губе и улыбнулся. — Малыш, — он подался вперед и положил предплечья на стол, теребя ремешок своих часов. Енми подняла на Чона глаза. — Подойди ко мне. — Это просьба или приказ? — девушка склонила голову набок и улыбнулась, продолжая нагло жевать резинку. — Потому что, если это просьба, то я имею право отказаться. Чонгук усмехнулся, вспомнив похожий разговор в тот день, когда он почти ее поцеловал в этом самом кабинете, но эта дуреха хлопнулась в обморок. — Тебе нужен приказ, чтобы подчиняться? — А ты хочешь, чтобы я тебе подчинялась? — она медленно поднялась со стула. Чонгук закусил губу и закрыл глаза: fuck, а девочка умеет горячо парировать! Чувствуя касание ее ноги к своему колену, он с улыбкой взглянул на Енми и потянул ее за руку на себя, заставляя оседлать его бедра. Благодаря мягкому хлопку ее спортивных штанов от Calvin Klein, Чон без труда смог ощутить ее упругие ягодицы под своими ладонями, когда Енми удобно устроилась у него на коленях. — Мне нравится подчинять строптивых девочек, — усмехнулся мужчина, блуждая взглядом по ее лицу. — Точнее, одну конкретную малышку, которая все никак не может понять, что ей от меня никуда не деться. Скользнув пальцами в распущенные волосы Енми, Чон мягко надавил ей на затылок, заставляя приблизиться к его лицу и накрыл ее губы своими, возвращая ладонь на ее ягодицу. После небольшой манипуляции языком у девушки во рту, он разорвал поцелуй и, едва заметно улыбаясь, начал жевать отобранную резинку, оставляя легкий ментоловый чмок на алых губах. — Нельзя жевать жвачку на голодный желудок, — сообщил ей мужчина, зажимая зубами ароматный кусочек. Бросив резинку в мусорное ведро, Чонгук снова завладел сладкими губами и сразу же углубил поцелуй, чувственно сжимая пальцы на изгибах девичьей талии. Не отрываясь от ее рта, Чон подался вместе с Енми назад и прижался к слегка откинутой спинке стула, из-за чего девушке пришлось прильнуть к мужскому телу и положить руки ему на плечи. Он целовал медленно и нежно, то играя с ее языком, то лаская губы, приятно раздражая их пирсингом; его горячие ладони блуждали по спине, ягодицам, бедрам, сжимая пальцы на наиболее чувствительных участках, пока изо рта девушки не вырывался очередной тихий стон. Нежные, возбуждающие ласки Чонгука, рискующие довести Енми до обморока, длились до тех пор, пока телефон девушки не начал надоедать шумной вибрацией о поверхность парты, из-за чего поцелуй пришлось разорвать, чтобы угомонить вредный гаджет. Енми тяжело выдохнула и, открыв глаза, бросила на своего парня томный взгляд, после чего взялась за широкие плечи и профессиональным движением танцовщицы перекинула ногу, покидая удобные мужские колени. Чон шлепнул по попке удаляющуюся девушку и подцепил очередную тестовую работу, намереваясь сосредоточиться на проверке, а заодно подавить свое сексуальное возбуждение. Енми взяла телефон в руки, чтобы проверить, кто был тем виновником, что заставил ее и Чона оторваться друг от друга, но не успела она снять блокировку, как мобильный снова зазвонил, из-за чего девушка вздрогнула и чуть не выронила Айфон. — О? — удивленно произнесла она, распахнув глаза. — Ан Бель? Не поднимая головы, Чонгук бросил на Енми взгляд исподлобья и продолжил проверять контрольную, делая вид, что ему совершенно не интересен сей факт. — Как ты думаешь, — девушка склонила голову набок и послала своему молодому человеку дразнящую улыбку, когда тот поднял на нее глаза, — мне стоит выйти из класса, чтобы поговорить с другом? — Чон усмехнулся, но не проронил ни слова, хотя ее подкол он оценил. — Привет, Ан Бель! — приняв вызов, Енми не смогла сдержать радостной улыбки. — Как дела? В силу того, что Чонгук не мог слышать собеседника своей девушки, ему приходилось понимать разговор, слушая только одну сторону милого диалога, которому, как показалось Чону, не было конца. Но даже так мужчине не составило особого труда разобраться в причине телефонного звонка: Мин пригласил Енми на дружескую встречу в кафе-бар, где этим вечером должна была собраться вся его близкая компания. Чон очень надеялся, что его малышка не глупая и откажется сразу, но нет, она этого не сделала. Енми отключила телефон и положила его на парту, бросая осторожный взгляд на Чонгука, который продолжал проверять работу, причем, делал это уже в третий раз, так как все никак не мог сосредоточиться. — Чонгуки… — Подумай еще один раз, прежде, чем что-то мне сказать, — не отрываясь от листка, предложил ей мужчина. Девушка подошла к нему и встала рядом, убирая тест в сторону, чтобы вынудить Чонгука посмотреть на нее. — Я хочу пойти на эту встречу, потому что Ан Бель улетает в субботу обратно в Ванкувер, — сообщила Енми, засовывая руки в задние карманы. — Мы можем перенести занятие на завтра? — Я же попросил подумать хорошо, — вздохнул Чонгук, бросая ручку на стол. — Ты меня разочаровываешь. — Гуки, ты меня не слышишь? — стараясь не заострять внимание на обидных словах, Енми села сбоку на край стола и взглянула на мужчину через плечо. — Это последняя встреча с моим другом! Пожалуйста! — С очень тактильным другом, — заметил Чонгук, нервно проходясь языком по внутренней стороне губы. — Ты серьезно решила, что я позволю тебе пойти на эту встречу? — Ты не можешь запрещать мне видеться с друзьями! — Енми с возмущением посмотрела на Чона. — Это не правильно! — Сладкая, у тебя априори не может быть друзей мужского пола, — Чонгук схватил девушку за бедро и потянул на себя, разворачивая к себе лицом. Теперь она сидела перед ним немного в провокационной позе. — Я не смог бы с тобой просто дружить, не мечтая, как минимум, поцеловать твои сладкие губы. Я уже молчу обо всем остальном, — усмехнулся он, скользнув рукой в ее штанину. — Перестань, Чонгук! Ан Бель — мой друг: он защищал меня в начальной школе от других ребят и никогда не приставал! — чувствуя приятное тепло внизу живота, возникшее благодаря ласковому скольжению мужской ладони по ее ноге, Енми облизала губы. — Хочешь ты или нет, я пойду на эту встречу! — Енми, включи логику, — Чон почувствовал, что начинает злиться. — Ты хочешь приключений на свой милый зад? Там будет куча ребят, для которых ты станешь лакомым кусочком. — Не говори глупости, — фыркнула девушка, закатывая глаза. — Это будет просто дружеская встреча. Чонгук усмехнулся и бросил на Енми пронзительный взгляд, от которого той стало не по себе. Блять, как можно быть такой глупой и наивной? Он медленно поднялся со своего стула и буквально навис над девушкой, заставляя ту немного отклониться назад, чтобы держать между ними дистанцию. — Сладкая, — Чон прикусил колечко в губе и шумно выдохнул через нос. — Я видел эти «дружеские» взгляды, которыми тебя одаривали приятели Ан Беля на празднике. Поверь, ничего хорошего я в них не увидел. Ты сама не успеешь опомниться, как напьешься и окажешься у кого-нибудь на коленях, — Чонгук обхватил ее шею рукой и заставил приблизиться. — Ты ведь не хочешь смотреть на то, как им ломают руки? — Я не буду пить, Гуки! Обещаю! — Конечно не будешь, потому что ты никуда не пойдешь! — мужчина чмокнул поникшие губки и слегка отстранился. — У нас сегодня много работы — тебе надо готовиться. Енми все еще не желала сдаваться: как она может пропустить такую важную встречу? Они с Ан Белем не виделись пять лет, и не известно, увидятся ли еще когда-нибудь в будущем! — Чонгук, у нас завтра свободный день. Почему мы не можем на него перенести сегодняшнее репетиторство? — Завтра мы с Чимином и Хосоком соберемся у вас, чтобы посмотреть футбол, — ответил Чон и бросил на Енми насмешливый взгляд. — Но ты не волнуйся, я и в этот день дам тебе задание, а после матча проверю его на наличие ошибок, — мужчина собрал ее волосы в охапку и перебросил через плечо, оголяя девичью шею. Он с трудом сдержал смешок, наблюдая, как у нее чуть ли пар из ушей не повалил от злости. — То есть, тебе можно развлекаться с друзьями, а мне запрещаешь? Так нечестно, Чонгук! — Кажется, ты плохо меня слушала, малышка, — произнес мужчина, оставляя поцелуй у нее за ушком. — Я не пущу тебя в логово волков — тебя сожрут там с потрохами. Понимая, что с этим разговором они потратили достаточно много времени, Чон начал собирать тестовые работы, чтобы проверить их позже, например, когда они с Енми будут заниматься дополнительно после ее возвращения из академии. Безусловно, его совсем не радовало то, что пришлось расстроить малышку отказом встретиться с другом, но это был не тот случай, когда Чонгук был готов идти на уступки. Чем руководствовался этот ее дружок Мин Ан Бель, когда пригласил свою подругу в бар, где соберется компания молодых людей, жаждущих женского тела и ласки? Кажется, обе стороны забыли о грязных шуточках Кан Минхо, с которыми он подъезжал к Енми во дворе театра! (Crystal River — Skaski) Девушка была настолько огорчена из-за несправедливости, что у нее аппетит пропал окончательно, и теперь ехать ни в какой ресторан совсем не хотелось. Пользуясь занятостью Чонгука, она нащупала рукой ключ от запертой двери кабинета и зажала его в кулаке, ловко вскакивая со стола, не желая терять ни секунды. Цепляя лежащий на парте рюкзак, в который бросила мобильный телефон, Енми побежала к двери, намереваясь воспользоваться эффектом неожиданности и успеть покинуть класс. Она вставила ключ в замочную скважину, но прокрутить его так и не успела, потому что в ту же секунду Чон накрыл ладонью ее кулачок и опустил его вниз, а второй рукой он обхватил ее поперек живота и оттащил от двери, предотвращая попытку бегства. Ловя жесткое дежавю, Чонгук стащил с ее плеча рюкзак и, отбросив в сторону, прижал Енми к стене в том же самом месте и в той же самой позе, как это было в тот день, когда он был готов переступить через свои принципы и поцеловать ученицу. Была лишь небольшая разница в положении ее рук: на этот раз они были прижаты мужскими ладонями к стене по бокам от ее головы. — Тебе захотелось повторить тот самый эпизод? — вибрация его голоса, раздражающая стенки ушного канала, заставила девушку покрыться мурашками. — Только на этот раз ты знаешь, чем все закончится. — Пусти! — она напрягла руки и попыталась сделать рывок вниз, чтобы освободиться от жесткого захвата, но Чонгук резко сжал ее ладони, продолжая держать в плену своих рук. — Крошка, своим поведением ты ничего не добьешься, — тихо произнес мужчина, прижимаясь к девушке вплотную. — Перестань вести себя, как маленький ребенок. — А ты перестань командовать! — Енми закрыла глаза, стараясь утихомирить свое бешеное сердцебиение. — Почему вы с Чимином постоянно все решаете за меня? Разжимая пальцы, Чон опустил руки девушки вниз и развернул ее к себе лицом, из-за чего она сразу уперлась ладонями в его грудную клетку, намереваясь отстраниться как можно дальше, но мужчина держал ее крепко в своих объятиях и с иронией наблюдал за ее упрямством. — Малыш, тебе только недавно исполнилось семнадцать, — напомнил ей Чонгук, а заодно и себе, заставив мысленно сделать фейспалм — боже, угораздило же его связаться с несовершеннолетней! — Ты не всегда в состоянии мыслить рационально. Так что многие решения за тебя приходится принимать нам с твоим братом. — То есть, мои желания не в счет, не так ли? — Енми была очень не довольна этим фактом. — Ну почему же? Некоторые твои желания я готов исполнять постоянно, — горячо улыбнулся Чон, цепляя пальцами ее подбородок, чтобы заставить посмотреть ему в глаза. — Они как раз сходятся с моими. Сколько бы сил ей не пришлось приложить для того, чтобы освободиться, Чонгук все равно усадил ее на край парты и развел ноги, чтобы встать между ними для особо близкого контакта и предотвратить попытку сбежать. После небольшой борьбы по захвату ее притягательного рта, Чон завладел им и начал сводить девушку с ума своим невероятно страстным и несдержанным поцелуем, отчего все намерения Енми держать себя в руках разлетелись в пух и прах и в очередной раз заставили ее потеряться в нахлынувшей чувственности. Чонгук с большой неохотой прервал поцелуй, потому что в какой-то момент в его сознание ворвалась мысль, напомнившая ему об утекающих минутах свободного времени, которого у них оставалось не так уж много: расписание в академии балета и фитнес-клубе менять ради них никто не собирался. Поэтому, чтобы успеть пообедать и угомонить урчание желудка упрямой девчонки, нужно было срочно уезжать из школы, беря в расчет тот факт, что они могут попасть в пробку по дороге. — Чонгуки, — девушка опустила взгляд на мужскую грудь и застенчиво провела по ней пальчиком. — Может, ты все-таки поменяешь свое решение на счет сегодняшней встречи? — Нет, не поменяю, — Чон снял Енми с парты и за руку повел за собой в сторону учительского стола, чтобы забрать свой рюкзак. — Прости, малыш. — Тогда отвези меня сразу в PBA — у меня нет аппетита! — вздернула она подбородок. — Нет, сладкая, сначала мы поедем в ресторан, где ты хорошо пообедаешь, затем я отвезу тебя в академию, а после, приеду и заберу оттуда, чтобы у тебя не было соблазна ослушаться меня и пойти на встречу. — Почему все должно быть по-твоему? — Енми пришла в негодование от этих доминантских замашек. — Я же говорю, что ты не всегда рационально мыслишь, — мужчина усмехнулся и покачал головой. — У тебя трехчасовая тренировка — тебе нужна энергия! — Я не хочу есть, Чонгук! Урчание ее желудка вызвало у мужчины веселую улыбку, из-за чего девушка покраснела и, чувствуя позорное поражение, поспешила выйти из класса, от всей души желая провалиться сквозь землю.

***

В машине они ехали молча, потому что Енми не горела желанием поощрять своим вниманием человека, который решил за нее, что дружить с парнями она не может. Ну почему же не может? В прошлом, Ан Бель много для нее сделал: именно он был ее телохранителем в начальной школе и защищал от разбалованных мальчишек, в то время, как Чимин и Чонгук водили своих девочек в дом и развлекались с ними. Да, возможно, она и не жаловалась своему брату на постоянные задирания в школе, но это не умоляло того факта, что у нее был прекрасный защитник в лице ее лучшего друга. Наблюдая за недовольством своей девушки, Чон решил не влезать в ее личное пространство и предоставил ей возможность хорошо обо всем подумать, поборов свое упрямство, чтобы сделать правильный вывод: запрет Чонгука — это рационально принятое решение. Он ни за что не станет рисковать благоролучием своей малышки ради какой-то сомнительной «дружеской» встречи, где из друзей будет разве что один Ан Бель и то, не точно, нет ли у того каких-то тайных желаний. Лучше никому не давать лишний раз повода обидеть ее, потому что слез Енми он просто так никому не простит! Ничего, его маленький ежик побесится и перестанет: она все равно не могла на него долго злиться — это уже не раз было проверено самим Чонгуком. Над выбором ресторана Чон не стал долго думать и привез Енми в «Когиго», в котором она часто заказывала свой любимый пибимпаб, правда, заранее пересыпая половину содержимого своей тарелки Чонгуку или Чимину, в зависимости от того, кто вез ее обедать, чтобы потом сказать, что все съела. Но, как говорится, и на том спасибо! Только на этот раз девушка не стала ничего заказывать, решив своим капризом показать мужчине, что от своих слов так легко не отказывается: она поблагодарила подошедшего официанта и предложила ему взять заказ только у ее спутника. Чон сделал свой выбор, а заодно попросил молодого человека принести самую большую порцию пибимпаба и безалкогольную Пина Коладу, которую Енми также частенько заказывала в этом ресторане. — Чонгук, ты издеваешься надо мной? — прозвучал ее вопрос, стоило официанту отойти. — Енми, если ты сейчас не поешь, то упадешь в обморок во время занятия, — спокойно заметил мужчина, вынимая ее палочки из кармашка искусно сложенной салфетки. — Я понимаю, что ты расстроена, но это не повод пропускать важный прием пищи. — Чонгуки, я поем после академии. — Сладкая, — он подался вперед и упер в нее темный взгляд. — Я тебе обещаю, что если ты, после того, как принесут еду, не начнешь есть, то я посажу тебя к себе на колени и при всех буду кормить сам. Надо же, как после угрозы у нее быстро проснулся аппетит! Чонгук действительно приехал за ней сразу после утомительной тренировки в SportStyle, успев принять душ, сменить одежду и обзавестись хорошим настроением. Выходящие из дверей академии девушки едва не падали со ступеней, засматриваясь на горячего молодого человека, который стоял возле своей белой Ауди, прислонившись к ее капоту и явно кого-то ждал. Его плотно прилегающая к телу майка без рукавов не скрывала безупречного тела, а наоборот, позволяла видеть до неприличия много, дразня женское восприятие мужской красоты и вызывая всплеск гормонов. Стальная пряжка кожаного ремня, вдетого в шлевки мягких черных брюк, разбавляла монотонность его одежды и непроизвольно притягивала к себе внимание необычной гравировкой в виде змеи, застывшей в позе нападения. Эта металлическая часть аксессуара сочеталась с тонкой оправой дизайнерских солнцезащитных очков, которые полностью скрывали его глаза от посторонних благодаря зеркальной поверхности стекла. Скучающий взгляд Чонгука, что все это время бесцельно блуждал по серой массе выходящих из академии юных балерин, вновь приобрел силу, стоило Енми с небольшим опозданием выйти из дверей школы, что-то оживленно обсуждая с танцовщицей из своей группы. «Как всегда одна из последних», — с улыбкой подумал про себя мужчина, незаметно для всех разглядывая свою разгоряченную и вспотевшую малышку, переодетую в спортивные топ и юбку. После длительного занятия она выглядела обессиленной, но невероятно довольной и счастливой, потому что все это время была в своей любимой стихии, погружаясь в трудоемкий процесс и забывая при этом обо всем на свете. Вот она, магия искусства: она исцеляет душу и приводит нервы в порядок! Енми шла к нему навстречу, с силой сжимая лямки своего рюкзака из-за охватившего ее волнения при виде такого дьявольски красивого и сексуального Чонгука, который, сунув руки в передние карманы, смотрел в ее сторону и соблазнительно улыбался. Из-за его солнцезащитных очков девушка не могла видеть его глаза, и это ее сильно нервировало, потому что нельзя было наверняка сказать, куда именно он смотрел: на ее лицо или блуждал взглядом по ее телу, как он часто любил делать. — Ты все-таки сделал по-своему и отозвал моего водителя, — укоризненно произнесла Енми, останавливаясь в трех метрах от своего парня. — Кажется, ты скоро станешь его любимчиком! — Я всегда держу свое слово, малыш, — усмехнулся Чонгук, играя с ключом автомобиля. — И очень не люблю менять своих решений. Девушка растеряла все свои слова, злясь на его самоуверенность и на способность постоянно выходить победителем в словесном поединке, поэтому она решила просто занять свое место в машине и сделать вид, что ей вообще все безразлично. С улыбкой наблюдая, как она вздернула подбородок и зашагала к машине, Чонгук решил ее подразнить: как только Енми взялась за ручку, намереваясь открыть дверцу, он нажал на кнопку сенсорного ключа и заблокировал центральный замок, из-за чего миссия девушки потерпела неудачу. Понимая, что с ней играют, Енми сжала кулачки и опустила голову вниз, закрывая глаза, чтобы взять себя в руки. Зачем он продолжает ее цеплять? Подбросив ключ, Чон оттолкнулся от капота и подошел к девушке сзади, заставив ту вздрогнуть, когда он прижался к ее телу, уперевшись левой рукой в боковую стойку машины, а другой ухватился за ручку. — Боже, Чонгук, что ты делаешь? — девушка сделала полуоборот и надавила предплечьем на его грудную клетку, чтобы заставить того отойти. — На нас наверняка смотрят девочки! Если бы они сейчас не находились возле школы ее родителей, то Чон усадил бы Енми на капот автомобиля и зацеловал бы до появления цветных пятен перед глазами от нехватки кислорода, чтобы стереть с ее лица все недовольство, которое она на себя напустила. — Я просто хочу открыть для тебя дверь, — ответил он, отмечая, как часто вздымается от волнения ее грудь. — Сама же ты не в состоянии это сделать. Чон опустил левую руку и сделал шаг в сторону, открывая дверцу для своей девушки, которая, чудом избежав удара головой об косяк, юркнула в спасительный салон Ауди и, кидая в ноги свой рюкзак, уставилась прямо перед собой, лишь бы не видеть насмешливой улыбки Чонгука. И все же, когда ее молодой человек начал обходить машину, продолжая играть в вертолетик со своим ключом, Енми не смогла удержаться и проводила его взглядом, полным очарования. Стоило Чонгуку сесть на водительское кресло и потянуть ремень безопасности, девушка поняла, что сама до сих пор не пристегнулась, поэтому поспешила это сделать, дабы лишить Чона возможности лишний раз сделать ей замечание. Резко дергая за ленту, Енми тут же поняла, что совершила ошибку, так как сработал механизм защиты, и ремень застопорился. — Тут одно из двух, — Чонгук обреченно вздохнул и потянулся в ее сторону, цепляя ленту. — Либо ты ненавидишь этот ремень, — девушка вжалась в спинку кресла, потому что лицо Чона оказалось слишком близко, — либо тебе нравится, когда я сам тебя пристегиваю. Она промолчала, позволяя своему молодому человеку позаботиться о ее безопасности на дороге и отвернула голову в сторону окна, пряча от Чонгука свои глаза, чтобы не выдать свою реакцию на его близость, хотя Чону итак все было понятно. — Малыш? — нежность в его голосе приятно полоснула по сердцу. — Поехали, Чонгук, — тихо попросила Енми, зажимая свои ладони между колен, чтобы у кое-кого не было к ним доступа. — У нас мало времени — нам надо заниматься. (Get High — ATB) В это время суток на дорогах Каннам-гу было не разогнаться: деловой и богатый центр Сеула потихоньку превращался в сосредоточение элитарного развлечения, притягивая к себе ценителей искусства и просто любителей роскоши. Из-за того, что дорога затянулась и было тяжело выносить духоту, Чон поднял все стекла в машине и включил кондиционер, погружая салон автомобиля в приятную прохладу. Пожалуй, не хватало только стаканчика бодрящего кофе, о котором мужчина, к сожалению, заранее не подумал, хотя предполагал, что они будут ехать, как черепахи. — Может, послушаем музыку, а то я устал от твоей болтовни, — пошутил Чонгук, бросая взгляд на свою девушку, которая продолжала играть в интроверта. — Почему ты меня об этом спрашиваешь? Ты же всегда сам принимаешь решение! — ответила ему Енми, разглядывая причудливые формы облаков, нависших над городом. — Малыш, ну хватит злиться! — включив магнитолу, Чон положил руку девушке на бедро и скользнул вверх, слегка задирая юбку. — Ты ведь знаешь, что в данной ситуации я прав, но твое упрямство не позволяет тебе признаться в этом. Енми вздохнула и повернула голову в его сторону, чтобы дать тому возможность увидеть в ее глазах все то недовольство, которое она сейчас испытывала. — Чонгук, ты не понимаешь… Чон почувствовал, как она вздрогнула и напряглась, стоило ей услышать зазвучавшую в динамиках песню, под которую еще позавчера получала невероятное наслаждение: сначала на своем сиденьи, а потом и у своего парня на коленях, оставив ему в подарок такую очаровательную метку на шее. Кажется, девушку накрыли смущающие воспоминания об их интимных ласках, потому что она, вдруг, покраснела и подалась вперед, намереваясь выключить магнитолу, но Чонгук перехватил ее руку и опустил обратно на кресло, сжимая в своей ладони. — Енми, — он облизал губы, задевая колечко и горячо ей улыбнулся, — давай поцелуемся? — Прекрати, Чонгук, выключи ее! — девушку бросило в жар, и она сделала попытку освободить руку, правда, безрезультатно. — Один поцелуй, — Чон притормозил в нескольких сантиметров от машины, что остановилась перед ними на светофоре и снова посмотрел на Енми. — У меня на коленях, малыш. — Перестань, прошу, — голос девушки дрогнул. — Черт, я так хочу тебя! Сняв очки, мужчина сделал полуоборот и, протянув руку, медленно провел пальцами по вырезу женского топа, вынуждая Енми задышать чаще, потому что сладкая волна желания пробежалась по всему телу и опустилась вниз. Боже, зачем он с ней так поступал? Перед силой Чонгука было тяжело устоять; его касания сводили с ума, взгляд смущал и возбуждал, а фужерный аромат его парфюма продолжал приятно раздражать чувствительные рецепторы обоняния, делая Енми чуточку слабее. Она практически была готова сдаться, ощущая острую потребность вновь оказаться на коленях возбужденного Чонгука и почувствовать вкус его губ на своих, обмениваясь с любимым слюной и жарким дыханием. — Я поцелую тебя только в том случае, если ты отменишь занятие и позволишь мне встретиться с моим другом, — сообщила она мужчине, находя в себе последние силы здраво мыслить и все еще надеясь на его понимание. — Ты сейчас уверена в своем решении? — Чон просунул два пальца под лямку топа и вопросительно взглянул на девушку, лаская кожу неспешными поглаживаниями. Нет, конечно, она вообще уже ни в чем не была уверена! Она очень хотела к нему на ручки! — Да, — Енми сжала пальцами края кресла и посмотрела своему парню в глаза. — У-уверена. — Видишь, а ты говоришь, что только я всегда все решаю, — Чонгук обреченно вздохнул. — Что же, видимо сегодня без поцелуев, — медленно скользнув по ее плечу, мужчина вернул свою руку на рычаг и перевел взгляд на дорогу, заставляя девушку снова злиться. — Видимо так! — она скрестила руки на груди и уставилась в окно, хотя внутри продолжал бушевать ураган, потому что сексуальное напряжение не спешило ее отпускать, чертова песня не желала заканчиваться, а Чонгук снова вышел победителем!

Скидывая Канверсы вместе с рюкзаком посреди прихожей, Енми помчалась в свою комнату, намереваясь как можно скорей принять душ и успокоиться. Чонгук покачал головой, убирая ее вещи в сторону и направился в гостиную, натыкаясь там на Чимина, которого сон настиг прямо на диване, пока тот смотрел повторную запись футбольного матча. Видимо, друг настолько вымотался на сегодняшней фотосъемке, что даже чашка выпитого кофе, что стояла рядом на столике, не помогла ему справиться с усталостью. Осторожно вынимая дистанционный пульт из его расслабленной руки, Чонгук сел в кресло и принялся бесцельно переключать каналы телевизора, чтобы хоть чем-то занять себя, пока малышка не будет готова к занятию. Переставая понимать, что происходит на экране телевизора, Чон мысленно вернулся ко вчерашнему разговору со своей подругой, который оставил не самый приятный осадок на душе, потому что полученная информация касалась Тэхена. Мало того, что этот бунтарь будет учиться в их классе со второго семестра, так он еще решил напрячь Чонгука вне школьных стен, неожиданно для всех подав заявку на прослушивание в Universal. Являясь хорошим танцовщиком, занимающимся искусством около десяти лет, у него были все шансы попасть в Академию, так как достойных солистов балета мужского пола всегда было мало и их гребли с руками и ногами. Даже если у Тэхена не получиться попасть в труппу сразу, у него все равно будет возможность поступить в Юниверсал, сдав письменные экзамены зимой. И все бы ничего, в любом другом случае Чон только бы порадовался за младшего братишку своей подруги и даже поддержал бы его, дал пару советов, но в данной ситуации Чонгук этого сделать не мог по той простой причине, что Енми тоже собиралась поступать в эту Академию. Если так случится, что они оба пройдут прослушивание и станут студентами Юни, Чону будет нелегко контролировать ситуацию. Может это, правда, карма? Кажется, Чимин на ментальном уровне почувствовал смятение своего друга, потому что неожиданно зашевелился, перевернулся на спину, а потом вымученно простонал и открыл глаза, бросая взгляд на Чонгука, потому что тот сразу попадал в поле зрения. — Хэй, бро, привет, — потерев глаз, Пак медленно поднялся и принял сидячее положение, нечаяно задевая бедром мобильный телефон, который тут же упал на пол. — Давно ты тут? А где Енми? — Мы недавно приехали, и она принимает душ после балета, — друзья протянули друг другу кулаки и коснулись ими в приветливом жесте. — Кажется, ты не высыпаешься в последнее время, — на лице Чона появилась широкая улыбка. — Смеешься? — Чимин покачал головой, после чего поднял свой Айфон и бросил на столик. — Я надеюсь, у сестры нет завтра контрольной работы первым уроком? Я не выдержу третье утро подряд просыпаться из-за твоих звонков в семь утра! — Расслабься, Пак, завтра будешь спать, как ангелок — у Енми контрольная по истории пятым уроком, сразу после нашей пары. Выражая свое удовлетворение наигранным выдохом через рот, Чимин подался вперед и с улыбкой уставился на шею друга, что сегодня была без маскировки. — Давно я не видел у тебя засосов, — хохотнул Пак и сощурил глаза. — Кто эта страстная крошка? Ты ведь не встречаешься снова с Дасоль? Чон хмыкнул и отрицательно мотнул головой, бросая вгляд на экран телевизора. — Нет, не встречаюсь, — желая внести ясность в текущие отношения с рыжеволосой, точнее, в их отсутствие, Чонгук добавил. — Она теперь для меня в прошлом. — Тогда откуда это у тебя? Ты в последнее время стал какой-то скрытный, — заметил Чимин, обхватывая согнутые в коленях ноги. — Чим, — тихо произнес Чонгук, бросая на друга виноватый взгляд, — это не так. Ну, вообще-то, все было именно так, и оба это прекрасно понимали, ведь с недавних пор они практически перестали говорить на горячую тему и делиться пикантными подробностями своей интимной жизни. Чону не хотелось врать другу, но сказать правду он сейчас не мог: в данный момент Енми была его Ахиллесовой пятой, потому как неизбежная ссора между двумя лучшими друзьями пошатнет душевное равновесие девушки, и она плохо сдаст экзамены. — Твои слова не убедительны, бро, — усмехнулся Чимин, бросая подушку в друга. — У тебя появились от меня секреты? Енми решила, что пора вмешаться в мужской разговор и прервать попытки Чонгука соврать другу, чего делать он совсем не любил и практически не умел. И хотя ей очень хотелось посмотреть на то, как этот любитель держать все под контролем будет сам выкручиваться в данной ситуации, все же, любящее сердце Енми решило, что надо помочь. Испугав обоих своим бесшумным появлением, Енми оставила поцелуй на щеке все еще сонного брата, после чего положила учебник с тетрадкой на столик и заняла удобное для себя место на диване, оказываясь между Чимином и сидящем в кресле Чонгуком. — Мы будем заниматься здесь, — она бросила на Чона самодовольный взгляд, замечая в его глазах некий намек на недовольство и пожала плечами — ну, помогла как помогла! — С чего это вдруг? — Чимин шутливо пощекотал сестру у основания шеи, из-за чего та склонила голову к плечу и отстранилась. — Тебе же нравится заниматься в комнате. — Сегодня моя спальня не подходит для занятий, — девушка открыла учебник на рандомной странице и поправила майку, чтобы скрыть лямку бюстгальтера. — Не спрашивай почему — просто поверь на слово. — Ну, хорошо, — пожал плечами брат и предложил другу поменяться местами, чтобы тому было удобней заниматься со своей ученицей. — Пойду приготовлю нам кофе, а то меня снова вырубит. Как только Чимин скрылся за углом коридора, ведущего на кухню, Чон придвинулся к Енми практически вплотную и накрыл рукой ее оголенное бедро почти у самого колена, слегка сжимая пальцы на уязвимом участке. — Я вижу, ты категорична в своем решении, — мягко улыбнулся он, бросая взгляд на ее раскрывшиеся губы, с которых готов был сорваться нервный смешок, вызванный щекоткой. — Ни одного шанса не оставила для попытки изменить твое решение. — Мне есть у кого учиться! — Енми дернулась, когда пальцы на ее ноге сжались чуть сильнее, дразня ее. — Более того, я намерена продлить свое решение и на завтрашний день, — и снова мучительное сдавливание заставило встрепенуться и пискнуть. — Не думай, что я так быстро готова тебе все простить! — О, я и не сомневаюсь в этом: мой ежик так страшен в гневе, — прошептал Чонгук ей на ушко, вызывая мурашки, а затем резко сжал пальцы на чувствительном бедре, из-за чего Енми взвизгнула и подпрыгнула на диване. — Открывай тетрадь, решительная моя — тебе в очередной раз придется попотеть!