сошедшие с ума

-тише, успокойся- Шатен осторожно перебирает прядки волос, а брюнет продолжает нервно подрагивать положив голову на колени Юты. -он сам виноват. Как он вообще посмел?! Еще и..- -я же сказал, успокойся. Просто не обращай внимание. Он этого не стоит- Юу вскочил и затараторил -ты бы только слышал, что этот ублюдок говорил про Койю. он посмел играть на его гитаре..- -Юу, я все понимаю, но тем не менее не следовало его бить. Вдруг он действительно подаст в суд?- -плевать мне что он будет делать! Еще раз увижу— еще добавлю!— Широяиа метался по студии отчаянно пытаясь усмирить нахлынувший гнев, глаза были все еще налиты кровью, в сознании кипел котелок с таким количеством гневных мыслей, что человек с самым что ни на есть богатым воображением не сумел бы представить себе масштабы гнева брюнета. Если бы Юу жил в Помпее, то город никогда бы не постигла столь печальная участь. Гнев Широямы накрыл бы Везувий таким слоем пепла, что вулкан непременно затух и извержение моментально сошло на нет. Шатен сжимал от бессилия кулаки. Сложно смотреть, как самый дорогой и любимый для тебя человечек, готов испепелить одним лишь взглядом любого, кто только посмеет сказать про Койю, или тем более оскорбить его память. В комнату заглянут Така, он собрался что-то сказать, но Юта вовремя сделал жест рукой, повествующий о том, что сейчас лучше молча и незаметно исчезнуть. Блондин кивнул и бесшумно закрыв дверь исчез, так же внезапно, как и появился. Спустя несколько минут брюнет наконец присел. -давай я отвезу тебя домой? Тут больше делать нечего- Выдавил из себя Юта. Юу кивнул и взяв гитару, некогда принадлежавшую Койю, вышел. Ютака облегченно выдохнул и вышел следом. Весь путь от базы, до квартиры Юу сопровождался гробовой тишиной. Несколько раз Юта хотел что-то сказать, но лицо Юу, погруженного в раздумья и его отрешенный взгляд сквозь стекло, куда-то далеко, отбивали всякую охоту начинать разговор. Да и собственно говоря Юта попросту понятия не имел, что же он скажет. Машина плавно остановилась у высотки, а Юу все продолжал сидеть, его взгляд по прежнему был устремлен куда-то далеко-далеко. Чуть помедлив драммер осторожно положил ладонь на плече брюнета. -мы приехали. все нормально?- Широяма мотнул головой, отгоняя от себя неожиданно нахлынувшие мысли и отозвался -да, все хорошо, спасибо- Он повернулся к Юте и чуть не зажмурился встретившись с ним взглядом. Никогда прежде он не видел в его, вообще не видел, в глазах столько боли, обиды сострадания и..надежды. Кусая нижнюю губу Юу просто не знал что делать, ведь он так обязан Юте. Тот много для него сделал, он действительно изменился. Пока Широяма терялся в догадках, Юта взял ситуацию в свои руки и тихо спросил -угостишь чашечкой чая- Брюнет поднял голову чтобы ответить, но сумел только кивнуть. Улыбка Юты была такой искренней, что изнутри начинала грызть совесть, но несмотря на это на душе становится легко и хорошо. Парни вышли из машины, Юта как всегда собран и сосредоточен. «как ему это удается?» проносится в голове у Юу. Машина пикнула повествуя о том, что замки щелкнули и включившаяся сигнализация надежно предохраняет от угона. *** Юу разлил чай по чашкам и поставил одну перед Ютой. Немного переполошив содержимое шкафчиков он нашел таки печенье, которое так же поставил перед драммером. -вот, прошу- Шатен скептически оглядел угощенье и наконец изрек -не хочу показаться неучтивым, но сколько лет этому печенью- Тут Юу расхохотался, по настоящему, искренне. -ты чего ржешь? – Брюнет не смог ответить, смех в мгновенье наполнил комнату. Кай состроил недовольную гримасу, но заражающий смех Юу заставил и его улыбнуться. Немного успокоившись брюнет наконец заговорил -прости, просто твое «-не хочу показаться неучтивым».- Говорить было сложно, Широяма то и дело глотал смешки, -пожалуйста. При мне не строй из себя интеллигента, хорошо?- Юта очаровательно улыбнулся и кивнул. -не буду, а ты обещай, что не будешь травить меня печеньем- Комнату снова наполнил смех. Остаток вечера прошел в непринужденной беседе о всякой ерунде. Брюнет давно не чувствовал себя так хорошо. Он не понимал, как Юте удалось так заставить его хоть на время, но забыть обо всем.. Они вспомнили все.. от первой репетиции, до выступления в Будакане. -спасибо тебе Юта.- Брюнет закрыл глаза и положил голову на колени драммеру, который удивленно изогнул бровь. -спасибо? За что? Я ведь ничего не сделал- -нет, сделал. Ты рядом и ты поддерживаешь меня. Это много для меня значит. За это и спасибо- Шатен хотел ответить, но вместо этого запустил пальцы в шелковистые волосы любимого. Юта даже не заметил, как брюнет задремал. Проснулся Широяма от крика Юты. -что?! Какой к черту суд?! Он сам виноват!- Дальше голос стал тише, ибо драммер все же прикрыл дверь, но наполненное гневом -да пошел ты! Вместе с ним!- Юу разобрал отчетливо. Шатен снова появился в гостиной и заметив проснувшегося закусил губу. -я тебя разбудил? Прости, я не хотел- -нет Юта, все нормально. Что случилось?- -ты о чем? Все нормально- На лице шатена появилась натянутая улыбка. -Юта.. я слишком хорошо и давно тебя знаю. Выкладывай- Ютака обреченно вдохнул и начал. -помнишь, вчерашнюю потасовку?- Брюнет кивнул. -так вот.. Он. В общем это парень все же написал заявление.- -я так понимаю, что замять это не удастся и будет суд?- Юта кивнул. -нет, не получится. Сейчас об этом инциденте судачат все каналы.- -вот ведь тварь, пиара ему захотелось. Известности! И все за счет -тише, не Койю! ублюдок!- -тише, не заводись, он этого не стоит- -так значит суд, да?! Что же! Отлично! Хочет суд— он его получит! Мало я ему навалял.. ну ничего! Увижу— еще добавлю!- Сильные руки шатена обняли Юу со спины. -тише, Юу. Успокойся. Только хуже будет. У меня есть на примете хороший адвокат. Он тебе поможет. Все будет нормально.- -Юта. Прости, но не мог бы ты сейчас уйти? Просто мне необходимо побыть в одиночестве.- Шатен понимающе кивнул и надев куртку исчез из вида. В прихожей теплые ладони Юу накрывшие его плечи побудили шатена остановиться. -прости Юта.. прости. Я не хочу, чтобы ты уходил.. не хочу. Просто…..- К горлу драммера подступил ком, не поворачиваясь он лишь опустил голову и накрыв руки Юу собственными тихо спросил -что просто? Ничего не просто. Юу, все настолько сложно и путано, что.. Почему ты просишь меня уйти, если не хочешь этого?- -просто я не могу иначе.. не могу.. меня разъедает совесть и чувство вины перед Койю.. а каждый раз, когда ты рядом, я предаю память о нем и его чувства ко мне. Я запутался Юта.- Драммер повернулся к парню и обнял его — ты не виноват в его смерти. Слышишь? Не виноват.. просто так сложились обстоятельства. Койю нет.. и его не вернуть, как бы сильно мы этого не желали. Но нужно жить дальше. Снова улыбаться, снова любить и быть любимым. Снова понять смысл слова «счастье». Вряд ли бы Койю оценил, что ты вот так страдаешь…- Договорить шатену не удалось. Юу оттолкнул его о себя и процедил сквозь зубы -ублюдок. Как ты можешь знать, что понравилось бы Койю. ты как и все. Думаешь только о себе!- -нет, ты что? Юу, ты не прав, я просто хотел…- -ты просто хотел запудрить мне мозги и вернуть, заставив предать память и любовь к Койю- Черные глаза налились кровью, ноздри раздулись, на лбу капелькам выступил пот.. сейчас гитарист больше напоминал бомбу, которая при малейшем неосторожном слове или движении готова взорваться, оставив после себя лишь хаос и разрушение. -нет. Это не так! Я просто..- -убирайся.. слышишь?! Убирайся отсюда!- Широяма практически взашей вытолкал парня из квартиры. Это стало последней каплей. Чаша терпения, некогда милого и невозмутимого драммера, теперь была переполнена. -ты! Да. Ты абсолютно прав! Это по твоей вине не стало Койю. это ты его убил! Ты! Делай что хочешь! Мне надоело тебе помогать! Хватит с меня!- Шатен уверенно зашагал прочь. От слов Юты в груди больно кольнуло, он сполз по стене вниз и закусил губу, чтобы не дать выход подступившему к горлу кому. Слова драммера заставили совесть нещадно вгрызаться в сознание и душу. Чуть пошатываясь он все же встал и направился в спальню. Стоило ему растянуться на кровати и прикрыть глаза, как он ощутил едва уловимое прикосновение к щеке. -Койю…- Губы брюнета беззвучно зашевелились, он боялся открыть глаза, ибо точно знал, как только он это сделает— Койю и невесомое прикосновение исчезнут. -Юу.. открой глаза- Широяма готов был поклясться, что он слышал шепот Койю. -открой глаза- Брюнет отрицательно мотнул головой. -нет. Как только я это сделаю— ты снова исчезнешь— Осторожное прикосновение Койю сместилось на губы брюнета. -верь мне. Открой глаза- Ресницы Юу затрепетали и он медленно открыл глаза.. перед собой он увидел Койю. живого и настоящего Койю. Глаза наполнились безумным блеском, на губах появилась столь же безумная улыбка. -Койю! ты жив. Ты..- -я не могу тебя оставить.. слишком я тебя люблю. И я обещал всегда быть рядом. помнишь?- -ты вернулся? Правда вернулся?!- Ответом была лишь едва заметная улыбка, тронувшая губы Койю. -ты не уйдешь? Правда? Ты не оставишь меня?- -нет. Не уйду- Ладошка рыжика коснулась пальцев ритм-гитариста. -прости, я так виноват перед тобой.. я чуть.. Юта. В общем..- -тише.- Пальчик Койю прижался к губам брюнета. -ты не виноват- -я так люблю тебя Койю.. ты даже представить не можешь как.- — и я люблю тебя- Рыжик вплетает тонкие пальцы в угольно-черные волосы. -я так рад, что ты снова со мной- Абсолютно счастливый, Широяма провалился в сон. Сон был не беспокойный, как это бывало ранее, еще бы, ведь теперь Койю снова был рядом. А для счастья Юу, этого было более чем достаточно. Лучик утреннего солнца скользнул по лицу брюнета, заставляя его не недовольно поморщиться. Но назойливый солнечный никак не желал исчезать, продолжая скользить по прекрасному лицу. -все, встаю- Сдался Юу и нехотя открыл глаза. Первым делом он оглядел комнату и не найдя Койю тихо позвал -Койю. ты тут?- Голос предательски дрожал, а в сердце прокралась тревога. Ответа не последовало. Брюнет как ужаленный вскочил с кровати и вылетел из спальни. Он обнаружил Койю стоял у окна, лучи утреннего солнца изящно опутали тонкий силуэт, придавая фарфоровой коже сияние. У Широямы от сердца отлегло. -вот ты где.. я так испугался.. что ты снова ушел- Рыжик повернулся и его нежная улыбка вызвала дрожь в коленях Юу. -я ведь обещал, что не уйду, помнишь?- -помню- Ответил брюнет и сердце заколотилось в бешеном ритме. Он не мог шевельнуться.. как завороженный он смотрел на Койю. Это безупречное лицо, изящный силуэт, карамельного цвета волосы с едва уловимым рыжим отливом, алмазный разрез глаз, чувственные губы и такие легкие движения, словно рыжик парил нал поверхностью пола. Глаза жадно ловили каждое движение, губы жаждали касаться нежной кожи. -не смотри так- Голос Койю приятно ласкал кожу и отправил гулять по телу дружный рой мурашек. -прости, простоя .. хочешь кофе?- Наконец нашелся брюнет. -нет. Спасибо. Я постою тут.. так красиво- Глаза Койю мечтательно закрылись. Юу тихо подошел и осторожно приобнял парня за талию. -Юу..я..- -нет, нет. Я просто хочу побыть рядом с тобой. К тому утреннее солнце действительно завораживает- Рыжик снова улыбнулся и откинул голову на плече брюнета, который жадно вдыхал запах волос любимого. Воцарившуюся идиллию нарушил противный звонок в дверь. -Койю, ты только не уходи. Я быстро. Ладно?- Брюнет нехотя выпустил любимого из объятий и пошел открывать.на пороге стоял Ютака. -тебе чего?- Ледяной голос Юу пробирал до костей, шатен чуть зажмурился и едва слышно произнес -я просто хотел извиниться.. за вчерашнее. И.. Сакаи отправил меня к тебе, чтобы я передал тебе это- Драммер протянул довольно таки внушительный конверт. -что это?- -это повестка в суд. Мой адвокат договорился, чтобы на время следствия тебя не поместили в изолятор, а лишь ограничили твое передвижение.- -в каком смысле в суд? Как ограничили?- Юу непонимающе хлопал глазами, словно все, что произошло просто было ночным кошмаром. -проходи- Брюнет отодвинулся от и приглашая Юту пройти, шатен переступил порог. Широяма закрыл дверь и потащил парня за собой. -Юу в чем дело? Что ты делаешь?- Юта решительно ничего не понимал. Что взбрело ему в голову. Но казалось Юу не особо волновало удивление согруппника. Лишь дойдя до кухни он остановился и тихо прошептал -Юта.. он вернулся. Он снова рядом со мной- — Кто «он»? Ты о чем? — Койю. Он тут. Подожди, я его приведу… Брюнет скрылся из вида с безумной улыбкой на губах. Ютака не на шутку забеспокоился. Что на этот раз выкинет Юу? Его поведение пугало и заставляло насторожиться. В дверном проеме застыл гитарист — на лице отчетливо проступила гримаса боли и обиды. — Он снова ушел, Юта, я снова его чем-то обидел… Тело Широямы нервно подрагивало, глаза наполнились слезами. — Что мне делать? Как его снова вернуть? Я не вынесу, если он снова оставит меня… Кай не знал, что и думать. Не знал, что сказать. И как наконец объяснить парню, что тот, кого он так безумно любит и жаждет вернуть — не вернется. Он подошел к брюнету и прижал его подрагивающее тело к груди. — Юу, ты ведь понимаешь, что… Что это был только сон, и как бы ты не хотел — Койю мертв. Он не вернется. Ты забыл? Пару дней назад ты избил из-за этого парня… Гитарист поднял на него пронзительно-черные глаза: — Нет. Я тоже так думал — но Койю вернулся. Он был тут всю ночь и несколько минут назад мы смотрели на утреннее солнце. Парень подтолкнул шатена в гостиную. — Вот, смотри — окно не зашторено: мы вместе любовались утром. Юта ошарашено посмотрел на окно, потом на Юу и, наконец, немного неуверенно, ответил: — Но окно зашторено. И уже почти 6 часов вечера… Широяма непонимающе переводил взгляд то на окно, то на драммера: — Нет! Я не сошел с ума! Он был тут! У меня нет галлюцинаций! Правда, был… Юта, ты мне веришь?.. Парень упал на колени и тихо заплакал. Сердце Ютаки в этот момент разбилось на тысячи осколков — до этого момента он думал, что чувства к Койю недолговечны… Но сейчас… Сейчас он понял, насколько сильные, трепетные и нежные чувства Аой питает к Урухе. Настолько сильные, что мозг отчаянно сопротивляется любой попытке доказать, что Койю больше нет. Он осторожно поднял парня с колен и перенес на диван. — Тише. Я слышал, как хлопнула входная дверь,— наверное, ему нужно было отлучиться… Юта ненавидел себя за эту ложь, но в тоже время понимал, что сейчас это лучший выход. От слов Юты глаза Широямы заблестели, и парень, глубоко вздохнув и закрыв глаза, провалился в сон. Драммер осторожно касался подушечками пальцев лица гитариста, пытаясь сохранить в памяти лицо любимого человека. Ютака прекрасно понимал, что сейчас своей ложью перечеркнул все попытки вернуть Юу. Но он не мог поступить иначе. Слишком много боли он ему принес, чтобы теперь рассчитывать на былую любовь… Еще немного полюбовавшись спящим воплощением прекрасного, бережно накрыл парня пледом и покинул квартиру. Шатен шел по улице, не обращая внимания ни на что — даже мощные раскаты грома, заставляющие небо содрогаться, а землю дрожать, не привлекали его внимания. Он шел с опущенной головой; рука в кармане нащупала пачку сигарет… «И когда я успел пристраститься к никотину? Ведь из всей группы я один не курил... Но как ни крути, никотин отлично успокаивает, хотя я прекрасно понимаю, что никакого успокоения нет— это просто самовнушение Не болею. Но тем не менее…» Ютака извлек из пачки сигарету и затянулся. Горький привкус ментола обострил чувства шатена. Небо резанула молния — новый раскат грома. Драммер даже вздрогнул, но не придал этому особого значения. Сигарета. Снова сигарета. И еще. И снова, еще ... Пустая пачка летит в ближайшую урну. Немного кружится голова — еще бы: удивительно, что шатен не потерял сознание: нельзя столько курить, когда легкие толком не привыкли к наличию в них смол и никотина. В висках пульсирует. — Черт!, — выругался Юта, поднимаясь по лестнице. — Точно: кофе и все будет нормально. Но чашка кофе только усугубила ситуацию — резкий перепад давления вызвал рвотный порыв и драммер едва успел скрыться в ванной. — Никогда больше не буду курить… Шатен упал на диван и отключился. Юу проснулся от едва ощутимого прикосновения. -Койю… Парень открыл глаза и улыбнулся — перед собой он увидел любимого рыжика. Его пронзительные карие глаза, не отрываясь, смотрели на Юу, тонкие пальчики осторожно касались, молочного цвета, кожи. — Доброе утро… Голос рыжика буквально излучал теплоту и нежность. Широяма прижал прохладную ладошку к губам, оставляя на ней легкий поцелуй. — Соня, вставай. Уже почти полдень. Койю легко поднялся и исчез за дверью. Брюнет вскочил и вылетел следом. — Нет, стой. Не уходи!.. …Телефонный звонок заставил его остановиться. — Да, я слушаю… — Юу, в общем, тебе нужно явиться в суд. Там нужно пройти какую-то экспертизу. Я заеду через час… — Хорошо, Юта… Ритм-гитарист понуро опустил голову и подошел к рыжику, оставив тому на изгибе плеча поцелуй. — Прости, любимый, мне нужно будет отлучиться. Ты дождешься меня? Койю утвердительно кивнул. — Вот и хорошо. Я быстро… Юу встретил драммера у подъезда, молча сел в машину и устремил взор в окно. Всю дорогу никто так и не проронил ни слова. Машина остановилась у большого белого здания с колоннами. — Я подожду тебя тут… — едва слышно проговорил Ютака. Широяма кивнул и вышел из машины. У самых дверей он застыл как вкопанный: -Койю… Уруха очаровательно улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу. — Прости, не хотел оставаться без тебя… — Ничего, пошли уже… Брюнет потянул любимого за руку, совершенно не замечая пристального взгляда охранников. Юу вышел из кабинета и затараторил глядя на любимого. — Боже, это было жутко. Как можно показывать непонятные кляксы и спрашивать «что вы тут видите?» Рыжик тихо захихикал. — Все, теперь домой. Брюнет уверенной походкой направился к машине Юты, но, оглянувшись, обнаружил, что Койю снова пропал. Юу охватила паника. Юта, заметив беспокойство гитариста, вышел из машины и подошел к нему. — Все нормально? Ты неважно выглядишь… — Койю… Он был тут, ты его не видел? Голос дрожал, выдавая предстоящую истерику его обладателя. Шатен поспешно затолкал парня в машину и до предела вжал педаль газа в пол. — Койю, где он? Выпусти меня отсюда. Он там остался. Я не могу его оставить! Широяма отчаянно дергал дверь, пытаясь ее открыть, но предусмотрительный лидер включил блокировку дверей. — Отпусти. Там Койю… Он там… — Подожди… пара минут… Но поздно — брюнета колотит от нахлынувшей истерики, голос дрожит, из глаз текут слезы, а руки словно сковало судорогой от слишком уж отчаянных попыток открыть дверцу машины. Минута, еще одна… И вот наконец-то машина замирает — Ютака легко хлопает брюнета по щекам. Безрезультатно. Звонкий звук пощечины разрезает всхлипы и бессвязное шептание. Ритм-гитарист вздрагивает и замирает. Взгляд угольно-черных глаз устремлен на драммера, руки все еще немного подрагивают. — Прости, просто… Ютака попытался оправдаться, но надрывистое «Койю… Где он?!» вогнало его в ступор. Он схватил парня за руку и вытащил из машины. Пара минут — и брюнет сидит на диване. Пустой взгляд устремлен в пол. Шатен осторожно приобнял любимого и накинул на него плед. Нервное дрожание постепенно ушло. — Прости, просто он был там… а потом… Он исчез. Понимаешь? Юта закусил губу, не зная, что ответить, как хоть немного облегчить страдания парня. Он с радостью бы забрал все его тревоги и боль, если бы только мог — нет ничего хуже, чем видеть, как страдает любимый человек, а ты ничем не можешь ему помочь. Брюнет с надеждой заглянул в глаза согруппнику и тихо спросил: — Койю просто уехал домой, у него появились неотложные дела?.. Правда? — Юу… ты… Ты ведь знаешь, что Койю… что он… — Нет! Он не мертв!! Я же его видел! -Юу... Просто ты не хочешь верить в то, что его больше нет. Это просто… Глаза Юу наполнились слезами. — Ну и пусть… Пусть так! Но он со мной! А остальное — не важно… Ютака прижал всхлипывающего парня к себе, и всхлипы прекратились, а дыхание выровнялось… Парень, наконец, провалился в сон — единственное, что хоть как-то облегчало страдания и на время уносило вдаль от терзаний и тревог. _________________ Неделя прошла как в тумане – Кай ни на секунду не оставлял Широяму в одиночестве. Лишь пару раз он украдкой слышал, как тот разговаривает с Койю. В такие моменты его голос звенел, глаза искрились, а на лице сияла улыбка. В такие моменты сердце Юты сжималось так, что в уголках глаз проступали слезы. *** -Юу, поторопись, иначе мы опоздаем на суд — тогда проблем не оберешься… Брюнет послушно оделся и даже съел завтрак, приготовленный заботливым драммером, что очень удивило последнего, ведь обычно на то, чтобы накормить Юу уходило не меньше часа, притом что в ход шли и просьбы, и шуточные угрозы. Почти у входной двери Аой едва слышно спросил: — Юта… а можно… Можно Койю пойдет со мной. Не переживай, кроме меня его все равно никто не увидит, и я обещаю, что мы не будем шуметь — просто с ним мне спокойнее… Сердце Ютаки словно на части разорвалось… — Его глаза… черные, пронзительные и такие… умоляющие… — Да… Конечно…, — только и сумел выдавить из себя шатен. …Дорога до суда была преодолена в полном безмолвии, и только искренняя, даже несколько детская, улыбка Юу, отличала эту поездку от всех остальных. Барабанщик подошел к пожилому мужчине в деловом костюме — тот что-то сказал ему. Новость была настолько ошеломляющей, что Ютака побледнел, как лист бумаги. Он что-то ответил незнакомцу, и тот, кивнув, направился к Юу. — Юу, ты помнишь господина Ниимуру? Он адвокат. — Конечно, помню. Юу пожал руку адвоката и очаровательно улыбнулся, чем привел адвоката в некое смятение. Юта просто отвернулся: не мог он спокойно смотреть на Аоя после того, что сообщил ему адвокат… Юу вел себя на удивление спокойно, даже заметив виновника сложившейся ситуации — он просто прошел мимо, пропустив его язвительную фразу мимо ушей. Более того — он даже не удостоил его взглядом. Все доводы обвинения он выслушал на удивление спокойно — только блаженная улыбка на устах и взгляд, устремленный куда-то в конец зала, повествовали о том, что Юу безумен. Но только Юта понимал, кому на самом деле адресована эта улыбка. Только Юта понимал, по какой причине брюнет так спокоен — ведь Койю… Но рано, или поздно все хорошее заканчивается. — Подсудимый признан невменяемым и не отдающим себе отчет в инкриминируемом ему деянии. В связи с этим суд посчитал нужным не удовлетворить требуемое прокурором наказание. И приговорить подсудимого к принудительному лечению в психоневрологической клинике. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Судья удалился. Никогда прежде не видел Ютака столько боли, отчаянья и обиды в глазах одного человека — Юу встал и начал что-то лепетать. Постепенно его шепот перешел в крик: — Нет! Это неправда! Нет, я не сумасшедший! Койю правда жив... Жив, жив! Язвительная насмешка «нового несостоявшегося гитариста», стала последней каплей. В Широяму словно дьявол вселился. Он подлетел к парню и, вложив всю злость, ненависть и обиду в кулак, нанес удар в солнечное сплетение — парень загнулся от приступа кашля. — Это все из-за тебя! Ты… Койю жив! А ты… ублюдок! Юта подскочил к другу и оттащил гитариста от своей «жертвы». — Юу, тише. Успокойся. Не стоит он этого. — Юта. Пусти! Я убью эту мразь! — Черт тебя дери! Возьми себя в руки! Иначе хуже будет. Ты это понимаешь?! Широяма обнял Ютаку, положив голову парню на плечо, и тихо всхлипнул ***. Драммер никогда не думал, что виски может быть таким... Что просто бутылка может дать так много. Облегчение, некоторое беспамятство, чувство покоя и безмятежности. Шатен мельком глянул в зеркало и просто застыл: на него смотрело что-то отдаленно напоминающее человека – впалые глаза, сухие потрескавшиеся губы, которые когда-то улыбались так, что никто не мог оставаться равнодушным. Выпирающие скулы и сухая, бледная, с темными пятнами, кожа. Парень нервно сглотнул и опустил взгляд. Его руки… Нет... От некогда сильных и крепких рук не осталось и следа. Тремер — зрелище не из приятных. Шатен молча сполз по стенке вниз. «Что ты творишь? Юта, что ты делаешь?! Ему нужна твоя поддержка, забота. А ты сидишь тут и просто пьешь. Хватит! Нужно жить дальше. Тем более, что ты обещал ждать…» Непродолжительный монолог подсознания закончился. Кай поднялся и подошел к установке. Он взял в руки палочки и легко ударил по тарелке. Удар. Еще удар. Сердце начинает колотиться в бешеном ритме. Юта сел к установке и просто начал выбивать знакомые партии. «Before i decay». «Taion». «13Stairs». Шатена охватило состояние эйфории. Как он раньше не догадался? Точно, ведь музыка лучше всего помогает забыться и отвлечься! Дарит ощущение легкости и полета… «Distress And Coma» — глаза начинают едва заметно сиять. «Linda» — на губах играет искренняя улыбка. «Nakigahara»… -Юу… черт… Ютака берет с тумбочки фотографию: такой родной и любимый, такой далекий и близкий одновременно. он оставляет на фотографии невесомый поцелуй и уходит. -Юу… Шатен подошел к парню и заглянул ему в глаза. -Я… Прости, что не приходил. Просто я… — Ты не должен оправдываться. И приходить тоже не обязан. Голос Широямы спокоен и невозмутим. Лицо осунулось, глаза выражают безразличие и потерянность. — Ты что?! Ты же знаешь, что ты для меня значишь… Я не мог… Прости… Ладонь шатена осторожно касается плеча Юу — никакой реакции. — Юта, уходи. Пожалуйста. Койю… я не хочу его волновать. Он ждет меня в палате… Драммер до крови закусил губу. — Можно я буду приходить? Хоть иногда? Прошу… Брюнет лишь кивнул. — В общем… я принес тебе кое что… Кай достал из чехла гитару и протянул ее Юу. — Я договорился с врачом, но только в обмен на то, что ты будешь вести себя тихо. Широяма оглянулся и Юта увидел улыбку. Едва различимую, такую прозрачную, немного робкую и неуверенную, но улыбку. — Спасибо. Спасибо, Юта. Теперь я смогу играть для… — Для Койю. — Закончил Ютака, и его губы так же тронула улыбка. — Да, точно. Да, конечно для него. Он будет рад… Гитарист обнял Юту и коснулся сухими губами его щеки. Но шатену показалось, что его губы… Те самые губы, которые он так любил — такие мягкие, такие желанные, такие любимые… Юта долго смотрел в след санитарам, которые уводили Юу все дальше и дальше. Драммер вернулся домой — под дверью он обнаружил довольно увесистый бумажный конверт. Не придав этому особого значения, он просто небрежно бросил его на этажерку в прихожей. Крепкий кофе и созерцание заката — так обычно проводил он свои вечера. Пока однажды его уединение не нарушил визит Таконори. Взбалмошный блондин влетел в квартиру, стоило Юте открыть дверь. — Така, что такое? — Все нормально, — отозвался тот, чуть переведя дыхание. — Нормально? Ты чуть не сбил меня с ног, да и выглядишь неважно. Думаешь, я поверю, что все нормально? Проходи — я пока сварю кофе, потом поговорим… Лидер скрылся на кухне. Таканори последовал за ним. Ютака разлил кофе по чашкам и присел. — Что случилось? — Аккирра… он… Аки… Блондин заикался от волнения — в голове сумбурно крутилось столько слов, из которых нужно было как-то сформулировать главное. — Что с Аки? Говори. Не томи, Таканори, я тебя очень прошу! — Юта, он уехал… Ничего не сказав и не объяснив. Просто уехал. Понимаешь? И я не знаю где он… Блондин задыхался от волнения, фразы были путаны и непонятны, но драммер все же уловил суть. (по тому,что тут написано-речь была более,чем поянтной-не находишь?) — Как уехал? Ничего не сказав? Не оставив даже записки? — Он оставил сообщение на автоответчике. Сказал, что ты все знаешь, вот… теперь я тут… Блондин с надеждой заглянул в глаза другу. — Что с ним? Зачем? Объясни, Юта… Юту как током ударило. — Я? Но я ничего не знаю... Он мне даже не сказал, что собирается уехать… — Ютака… что мне делать? Должно быть что-то. Пожалуйста, вспомни… Голос дрожал. Кай не нашел ничего лучше, как отправить Руки в постель — к счастью, тот довольно быстро заснул, предоставляя шатену возможность обдумать произошедшее. Он сидел, выпуская в воздух тонкие кольца дыма. И тут его будто озарило: точно! Парень метнулся в прихожую и вернулся с конвертом. Затушив сигарету, он вскрыл его. В письме Акира просил у него прощение за свой неожиданный отъезд и объяснял его причину. — Вот, черт…, — выругался шатен. — И он молчал столько лет?! Идиот! Ночью Юта так и не смог заснуть. В голове никак не укладывались действия Аки… Таканори проснулся рано, почти с рассветом – благо, Ютака не спал. Решив не тянуть кота за хвост, он спросил: — Почему тебя так беспокоит его отъезд? Я никогда не замечал, чтобы между вами был близкие отношения. — Я просто. Я… понял… что… Потом Акира… он… На щеках блондина появился румянец, парень старательно отводил взгляд, пытаясь объяснить все Каю. К счастью, Юта был далеко не глуп и, посмотрев на вокалиста, понял все без слов: -ты его любишь? Таканори закашлялся — ответа не последовало. Ютака глубоко вздохнул и, взяв парня за плечи, заглянул ему в глаза. -Ты любишь Акиру. — Да, черт возьми! Да!! Вокалист отвернулся к окну. — Почему ты ему это не сказал? — Почему? Юта, ты думаешь, о чем говоришь? Он бы послал меня… в лучшем случае… Ютака едва сдержал смешок. — С чего ты это взял? — Ну… у него ведь девушка… и он ее любит… Он же сам постоянно говорил об этом… Тут шатен не выдержал. Смех наполнил комнату, но возмущенный взгляд Таки заставил его замолчать. Ютака извлек из конверта фотографию и протянул ее Руки. — Вот — это та девушка, о которой он постоянно говорил… Глаза блондина увеличились в несколько раз и едва не вылезли из орбит. — Юта, ты смеешься? Да? Просто решил посмеяться? — Нет, что ты. С чего ты взял? — С чего?! Юта… — Таканори тыкал в фотографию пальцем, — Юта!.. Это же попугай! По-пу-гай! А не девушка!- — Почему это не девушка? Это попугай женского пола! На лице маленького вокалиста застыл немой вопрос. — Просто... Трагедия с Койю потрясла его… и… Ютака протянул блондину письмо. -… И он такой же трусишка, как ты. -В смысле? Вокалист действительно ничего не понимал. — Прочти- Драммер кивнул на письмо. С каждой прочитанной строчкой Така либо вздрагивал, либо закусывал губу, либо просто издавал нечто совершенно нечленораздельное. — Это правда?? Шатен кивнул. — Поэтому он и уехал. Впечатлительный коротышка, узнав такое, наконец дал волю эмоциям — блондина трясло, а по щекам текли слезы. — Глупый, чего ты рыдаешь? Все ведь хорошо… Шатен приобнял всхлипывающего друга. — Тише. Все ведь хорошо, чего ты? — Какого хрена он молчал столько лет?! Придурок! Я придушу его, когда увижу! Как так можно?! Юта засмеялся. — Тоже самое он может сказать тебе. И скоро у вас будет такая возможность… — В смысле? Он же уехал?.. Реплику Таки прервал звонок в дверь. — Вот. Твоя возможность высказать ему все… Юта подтолкнул друга к двери. Немного неуверенно блондин открыл замок — на пороге стоял басист. -Ты…, — одновременно произнесли Така и Аки. Юта улыбнулся и, несмотря на протесты обоих, все же оставил их и вышел на улицу. Ноги сами привели его к Юу. Он переминался с ноги на ногу, стоя у ворот клиники, но, он все же преодолел себя и вошел. Юу… как он был прекрасен. Несмотря ни на что… Хотя, любимый человек прекрасен независимо от того, как он выглядит. — Юта, ты пришел… На губах брюнета заиграла улыбка. — Конечно, пришел — я ведь обещал… — Это хорошо – смотри, что я написал. Аой взял в руки гитару и принялся перебирать струны. Кай внимательно вслушивался в каждый аккорд и заворожено наблюдал, как тонкие длинные пальцы порхают по грифу — сколько красоты и грации было скрыто в этих осторожных движениях, сколько изящности, сколько притягательности… — Ну как? Юу открыл глаза и посмотрел на драммера. — Мне понравилось. Очень… Только вот… как-то слишком грустно. — А Койю понравилось… — Нет, нет, нет. Мне тоже очень понравилось, просто… А, чуть не забыл... Знаешь, что натворили Аки и Таканори? Юу не заметил, как резко Ютака отошел от темы — любопытство взяло верх, и он, наконец, спросил: — Что же? На лице Юты появилась улыбка. — Эти двое столько лет любили друг друга... и как два остолопа не решались об этом сказать. Ты представляешь? Столько лет… Если бы Акира не решился уехать, все бы так и осталось на своих местах… — Я рад за них… Юу отвернулся — взгляд был устремлен куда-то вдаль. — Юу… прости, я не хотел… — Нет, все нормально. Я действительно рад за них. Просто… Что, если бы я признался Койю? Как думаешь, все сложилось бы иначе? — Безусловно. Ведь он любил тебя… Кай опустил голову. — Ничего, зато сейчас мы вместе… Драммер перевел взгляд на парня. — Нет. Юу, он… Его ведь нет… Тебе это просто кажется… — Заткнись, Юта! Слышишь?! Не смей так говорить! И вообще… Уходи! Не приходи больше!! — Юу… я просто… — Уходи!, — коротко отрезал брюнет и устремил взгляд в окно… Остекленевшие глаза и дрожащие губы, вот что увидел перед собой Юта во время следующего визита. Так же было и в следующий его приход. И во все последующие посещения в течении двух лет. …Но с наступлением весны все изменилось… Постепенно гитарист оживал. Все чаще Юта слышал его смех, все чаще на лице проступала улыбка. Он даже показал Ютаке несколько написанных песен. — Юта, а почему Акира и Таканори приходят так редко? Юта потрепал парня по волосам. — Не злись на них. У них много работы. Они наконец-то открыли собственную звукозаписывающую студию… — Вот это да… Молодцы — у них все получится! Я в этом уверен! — И я не сомневаюсь, как ни крути «Таканори Матсумото» и «Акира Сузуки» раскрученные имена, а это совсем немаловажно. — А у тебя как дела? Чем ты занимаешься? Ты ведь не играешь? — Нет, нет, что ты… После… Я играю только для себя, и то, редко. Вторых «The Gazette» никогда не будет… У меня просто небольшой бизнес. Я всегда мечтал открыть кондитерскую. Вот… теперь могу готовить для всех. Широяма рассмеялся. — Держу пари, твоя кондитерская пользуется большим успехом. Ты ведь готовишь самые вкусные сладости во всем Токио! Хотя нет — во всем мире! Оба засмеялись. — Ты мне льстишь, Юу. — Нет, неправда. А вот если бы ты еще принес мне чего-нибудь сладкого… Юта достал небольшую коробочку и протянул. — А ты думал, что не принес? — Юта... ты… Спасибо. Так давно не ел сладкого… — Возвращайся домой. Я буду готовить тебе всевозможные торты и пирожные хоть каждый день. Шатен закусил губу. — Ты прав… Вторых «The Gazette» никогда не будет… Ютака откинул непослушную прядь угольно-черных волос назад и тихо прошептал: — Юу… Нам… Мне тебя очень не хватает… Возвращайся. Прошу. Ты ведь можешь… Юта ушел, оставив брюнета наедине со своими мыслями — тот поглощал принесенные барабанщиком пирожные и смотрел в окно. Ютака приходил почти каждый день, иногда с Таканори и Акирой. Глядя на этих двоих, Юу едва сдерживал слезы. Украдкой кидал взгляды на стоящего в стороне Койю, мечтая снова его обнять, почувствовать едва уловимый запах кожи, почувствовать дыхание… А однажды Аки и Така пришли без Юты. — Ты узнаешь это одним из первых. В общем, мы решили узаконить отношения… Рейта нежно чмокнул блондина в губы — перед глазами брюнета поплыли темные круги и он куда-то провалился. Придя в себя, он обнаружил рядом Кая. — Ты очнулся. Слава богу! Шатен облегченно выдохнул. — Что случилось? — Аки… Така… В общем, они пришли и сказали… и Койю… Потом я… — Тише, я все понимаю. Прости их. Они ведь не знали… про тебя и Койю… Ладонь Юты осторожно перебирает волосы Широямы, в голове которого проносится «совсем как… Нет… Только как Ютака…» *** Брюнет стоит у окна с наблюдет за хлопьями снега, медленно опускающимися на землю. В свете фонаря это выглядит особенно красиво. Завораживающе. Он оглядывается и видит перед собой любимого рыжика. — Койю… ты ведь знаешь, как я дорожу тобой… Знаешь, что ты для меня значишь… Ты навсегда останешься в моем сердце… парень кивнул, и Юу снова отвернулся к окну, продолжая. — Но я не могу… Я больше не могу так... Я люблю тебя — но тебя нет. Нет… Я хочу попробовать жить. Начать все с чистого листа. Брюнет выдохнул и тихо прошептал «Койю…» и осторожно вывел на запотевшем стекле «отпусти»… — Я никогда тебя не забуду. Никогда. Прости меня, Койю. Я просто не могу больше. Он закрыл глаза, но несмотря на это, на подоконник капали слезы. Едва уловимое прикосновение к губам. Его запах. Брюнет открывает глаза и смахивает горькие капли. Оглядывается — никого. Такашимы нет. Нигде. Койю словно… Юу опускается на кровать и, прижимая колени к груди, засыпает. Ему снова снится Койю — но не как всегда. Нет ничего. Просто Койю осторожно касается его губ. Поцелуй не такой, как всегда — он нежный, чувственный, робкий… словно… Прощальный… «Отпускаю», — тихо шепчет рыжик и его силуэт растворяется в ночи… Конец.