Предисловие
9 ноября 2013 г., 08:57
На душе рубцы в напоминание о том, как её мечты кромсали острым лезвием и топтали ногами…
***
Мечта… Каждому знакомо это слово. Она всегда так близко и в то же время так далеко. Она всегда необходима нам, как воздух. Верить и мечтать — всё равно что жить. Так есть, и так будет. Вечно. Любой умеет мечтать. Каждый делал это тёмными вечерами в компании неизменной подруги — луны. Ты засыпаешь с мыслями о своих самых сокровенных грёзах, видишь сны, в которых всё сбывается, где ты владеешь ими, управляешь. Ты просыпаешься с улыбкой на лице, в лёгком и приятном оцепенении, а после немного разочаровываешься в том, что это лишь ночная иллюзия. Но затем снова мечтаешь. День… Месяц… Год… Всю жизнь. Мечта всегда внутри тебя, и это даёт понять, что ты не являешься пустым сосудом из мяса и костей. Ты нечто большее… Ты заполнен. И ты отодвигаешь, хоть и ненадолго, мысли о тяжком смысле жизни, не пытаешься его найти. Ты живёшь и ждёшь, потому что есть, чего ждать. И это ожидание помогает тебе осознать свою особенность, значимость, индивидуальность. Ты счастлив. Пусть не навсегда, но сейчас… А что, если… мечта умерла? Предположим, появилась новая и заполнила все мысли, заполнила душу до самых краёв. Или же ты просто перерос мечту: повзрослел, изменился, в конце концов. Понял, что мечта несбыточна и глупа. Немного грустно, чуть-чуть обидно, что не сбылось, но вскоре это забывается, растворяется, прячется в самый укромный уголок сознания… И ты продолжаешь мечтать. Конечно, уже о другом, но всё же. Чем мечта отличается от надежды? Своей безрассудностью? Нет. Мечта, по сути, и есть надежда, какой бы глупой она ни была. Что-то особенно тёплое, что греет тебя в самые холодные и неприветливые времена, что помогает прожить очередной день. В детстве, пока родители не откроют правду, мы надеемся, что Санта Клаус существует, и мечтаем о прекрасных подарках на Рождество. Немного повзрослев, мы встречаем человека, который становится объектом нашего воздыхания, и мы надеемся, что наши чувства взаимны. Мы всегда о чём-то мечтаем: о вещи, о человеке, о полёте на луну, о вечной жизни… Можно разделить мечту и надежду как понятия, но так или иначе они всегда вместе, рядом, одно неотделимо от другого. Одна мечта сменяет другую, одна надежда сменяется другой. И так по кругу. Каждый раз. И это то, что не отнять, то, на что каждый имеет право. Что-то сугубо личное, интимное, волшебное. Пусть порой наивное и глупое, но всегда исключительно своё. А теперь представим на минутку, что мечта не умерла, не сменилась другой, не утратила свою актуальность… Её убили. С корнем вырвали из головы, из сердца и растоптали в пыль. Вот она с тобой, и ты живёшь этим, и вдруг её отняли у тебя… И ты больше не видишь снов. Вообще никаких. И надеяться больше не на что… Потому что нарушен естественный порядок. Потому что замены нет. Остаётся пустота, впоследствии заполняемая горечью и болью. Злость, сменяющаяся ненавистью. И в конце — желание отомстить. Такое яростное, огромное желание, не оставляющее места ни новой мечте, ни надежде. И ты наполнен лишь этим чувством, оно движет тобой. С ним ты засыпаешь и просыпаешься. Оно всегда рядом. Живущее собственной жизнью, оно преследует тебя. И никуда не деться, потому что оно часть тебя. Сначала ты понимаешь его назойливость, но потом примиряешься, свыкаешься, роднишься с ним… Чувство мести — уже ты сам. И ты зависишь от него, любишь, ведь ты обрёл целостность. Наконец ты полон после того, как из тебя без предупреждения и наркоза вырвали мечту и убили её.***
Вот что тогда случилось с ней. Вот то, чем она была полна. Ненавистью и желанием отомстить. Девушка давно не видела снов. Ею двигала только месть. И она не надеялась отплатить кровью за кровь — она знала, что обязательно сделает это. Несмотря ни на что. Неважно, рано или поздно. Тот, кто убил её мечту, заплатит за это сполна. Каждый день мы делаем выбор, который в итоге может определить нашу судьбу. И она его сделала. Судьбоносный выбор, ставший началом всего того, что ждало её впереди. Она умерла, чтобы воскреснуть. Она воскресла, чтобы отомстить…***
Подошва ботинок коснулась мокрого и блестящего от света ночных фонарей асфальта. Воздух задрожал и зазвенел. Произошло что-то необычное для этого мира… Что-то сверхъестественное… Фонари вокруг этой тихой и тёмной улицы замигали. Грязная вода в лужах будто зашипела. Но спустя мгновение всё стихло. Всё в этом мире словно застыло… Девушка долго не решалась поднять веки. Она лишь стояла и глубоко вдыхала воздух, пропитанный выхлопными газами проезжающих мимо машин и едва уловимым запахом свежей зелени, наполняя им лёгкие. Девушка медленно открыла глаза. Так странно: всё вокруг было совсем обычным и одновременно таким новым. Она давно забыла это чувство — чувство свободы. Забыла, как это — свободно дышать… В её больших небесно-синих глазах с фиолетовым оттенком отражался тусклый свет фонарей. Мокрые длинные волосы прилипли к щекам и обнаженным плечам. Она на секунду растерялась. Казалось, забыла, для чего она здесь и откуда пришла. Жар, возникший в груди, заставил её вспомнить, оживил воспоминания яркими красками. Ей никогда не стать такой, как прежде. Всё изменилось. Навсегда. Она сделала несколько осторожных шагов, проверяя своё тело на способность двигаться. Подняв ладони на уровень лица, девушка изумлённо начала разглядывать свои тонкие пальцы, предплечья, на одном из которых была набита татуировка из замысловатых символов. Она улыбнулась и подняла взгляд в небо, приветствующее её тёплым летним дождем. Крупные капли падали ей на лицо и волосы, стекая вниз и лаская тело. Белая майка промокла насквозь и липла к неестественно горячей коже. Девушка приоткрыла рот, ловя иссохшими губами освежающую живую воду. Медленно, оглядываясь по сторонам, она дошла до стеклянной витрины магазина. Теперь можно было рассмотреть свой размытый силуэт в стекле. Люди, проходившие мимо, с удивлением бросали на неё косые взгляды. Они, стремящиеся поскорее укрыться от дождя, просто не понимали, каким волнующе-сказочным и совершенно необходимым может быть обычный летний тёплый ливень. И ей впервые было глубоко наплевать абсолютно на всех. Прохожие, посетители магазина и все прочие обитатели этого мира стали для неё сплошной серой массой. Им никогда не понять её, а ей больше никогда не понять их.***
«Когда умирает мечта, тьма заполняет опустевшее место…» ©
