Я верю...

Монотонный звук приближающегося поезда. Однообразные удары, рельсы, шпалы, протяжный гудок паровоза и скрип тормозящих колес. Платформа, незнакомые лица, дети и взрослые, шум, смех, разговоры. Ни одного знакомого лица. Светловолосая девушка неотрывно смотрела в окно остановившегося поезда. - Девушка, выходите, поезд прибыл. Станция Централа, - произнес холодный женский голос в дверях. Уинри безразлично закрыла глаза, медленно собираясь с мыслями. - Не забывайте багаж! – совсем рядом послышался этот же навязчивый голос, желающий поскорее выпроводить юную особу из купе. Девушка резко встала, схватив небольшой кожаный чемодан, стоявший в ногах, и, поправив удлиненный чехол на своем плече, направилась к выходу, холодно обойдя кондукторшу в проходе. Женщина недовольно покачала головой, проводя девушку осуждающим взглядом. Уинри сошла со ступеньки поезда. Платформа станции Централа. Перрон, вымощенный из красного кирпича, в некоторых местах был покрыт оледенелым снегом. Торопящиеся люди вокруг то и дело, поскальзываясь, толкали друг друга, одаривая недовольными взглядами и резкими репликами. Сажа и тепло, исходящее от поезда, растопили снежные комья, приносимые людьми, превратив их в непроходимую слякотную жижу, черной смесью въедавшуюся в щели между кирпичей и подошву прохожих. Уинри растерянно огляделась по сторонам, поежившись от пробирающего холода неумолимого Центральского мороза. Девушка выдохнула горячий пар, вжав шею и засунув свободную руку в карман осеннего пальто, не подходившего к зимнему морозцу Централа. Потерянные глаза неустанно искали знакомые лица, среди серой толпы. Внезапно взгляд упал на такую знакомую стену. - Эд… - тихо выдохнула девушка, направившись к выходу с вокзала, проходя поперек толпы и вызывая недовольные толкания и колкие фразы в свою сторону. Уинри редко приезжала в Централ, только когда Эдварду было настолько плохо, что он не мог приехать в Ризенбург для очередной починки автоброни, но в таких случаях он не встречал ее на вокзале, посылая Маеса или Армстронга. Однако были и такие редкие моменты, когда она просто приезжала навестить непутевых братьев, несколько дней следя за их жизнью и режимом, постоянно трепля себе нервы в бесконечных перепалках с неуемным Элриком-старшим. Именно в такие моменты они с Алом встречали ее на вокзале. Эд, избегая толпы и толкотни на перроне, всегда стоял возле выхода, нетерпеливо переступая с ноги на ногу или подпирая ту самую стену. Девушка ускорила шаг, вскоре сорвавшись на бег. Запыхавшись, Уинри оперлась о шершавую кирпичную кладку. Вжавшись в стену от холода, стоял светловолосый паренек, укутавшись в теплый вязанный шарф и изредка посапывая носом. - Ал, - Уинри улыбнулась. Альфонс вздрогнув, открыл глаза и удивленно оглянулся. Видимо, давно ждет, он всегда приходит раньше назначенного времени в отличие от Эда, который особой пунктуальностью не отличался. - Уинри, - Ал потер затылок, слабо улыбнувшись. Девушка поежилась, резко отведя взгляд от стены. - Давай, Уинри, - резко бросил Эд, оттолкнувшись от стены и взяв чемодан из рук девушки, - не стоило приезжать, - весьма грубо сказал Эдвард, - направляясь к выходу, за что сразу же получил по лбу увесистым гаечным ключом. Воспоминания резко нахлынули от одного только вида этого города. Приходили к девушке как видения во сне без возможности прервать их. Вот они грязные улицы Централа, по которым они проходили втроем совсем недавно, вот тот переулок, через который можно было выйти к Главному штабу. Дорога к дому Элриков прошла в тишине. Уинри тревожно посмотрела на Ала. Тот не произносил ни слова, словно не замечая ничего вокруг. Темные круги под глазами, впалые щеки, тяжелые веки, Ал осунулся и замкнулся в себе. - Когда ты спал в последний раз? - тихо спросила девушка, закусив губу. Ал медленно перевел на нее пустой взгляд. - Уинри… До сих пор не было найдено ни следа Эдварда. Полковник запрещает мне отправляться на место. Я… я решил стать государственным алхимиком, чтобы... найти братика,- тихо проговорил Ал, с надеждой посмотрев на Уинри в поиске поддержки, которую он всегда получал от старшего брата. Я стану государственным алхимиком, тогда мы сможем двигаться вперед. Мы вернем свои тела, я обещаю… Уинри резко остановилась. На глазах стали выступать предательские слезы. - Эд, вы же будете приезжать домой… в Ризенбург? - Нет… прости Уинри… мы должны найти философский камень… у нас нет больше дома, - подбадривающе улыбнувшись, грустно произнес Эд. - Альфонс!!! – Уинри не выдержала, сквозь слезы позвав мальчика сорвавшимся голосом, - Ты… Эд… Вы дураки!!! – парень удивленно обернулся. - Вас так и тянет быть армейскими псами. Эд…ты… Да почему же вы всегда так поступаете?! - Уинри… - Ал отвел взгляд, - полковник Мустанг… он больше не может продолжать поиски Эда, по приказу Фюрера следует прекратить поиски Стального алхимика, - нехотя произнес Элрик-младший, явно не желая говорить этого Уинри. Девушка резко замолчала. - Они… не могут так поступить… - Я найду братика, Уинри, - Альфонс подбадривающе улыбнулся, - Я обещаю… *** Уинри устало опустилась на деревянный стул на кухне квартиры Элриков. Комнатой давно не пользовались, только у раковины было скинуто несколько немытых стаканов с чайными разводами. Сколько Уинри помнила братьев, она никогда не видела их дом в таком ужасном состоянии. Альфонс никогда не допускал беспорядков, даже когда старший Элрик подолгу буянил в квартире. Сейчас Ал стоял в коридоре, развешивая куртки на вешалки, Уинри решила пройтись по квартире. Всюду был большой слой пыли и пятна крепкого чая или кофе на полу. На столе и стульях были разложены карты Северных утесов, подземелий, блокноты и книги со старыми записями Эда об алхимии. Уинри медленно опустилась на колени, проведя рукой по одной из страниц. Корявый, неразборчивый почерк рассказывал о какой-то мало понятной алхимической реакции, в точности описывая все детали. Уинри слабо улыбнулась, вспомнив, сколько времени Эд уделял этой писанине, выводя все возможные реакции. В углу гостиной стояли огромные доспехи, покрывшиеся грязью и уже давно забытые. Раньше чисткой доспехов по старой привычке занимался Эдвард, уделяя этому очень большое внимание и много времени, бережно протирая каждую щель. Уинри грустно провела пальцем по холодной пыльной стали. Девушка тихо прошла по коридору к заветной комнате, вспоминая, как начинал кричать Эд, слыша ее приближающиеся шаги. Звук такой же скрипучей двери и яркий свет, бьющий в глаза. Девушке предстал необычайный порядок в комнате: чистые окна, намытый пол, протертый стол и сложенные по стопкам бумаги и деревянная рамка на столе. Уинри провела дрожащей рукой по холодному стеклу. В углу фотографии дата того самого дня, когда Элрики в последний раз приезжали домой. - Совсем недавно, - тихо прошептала Уинри, вглядываясь в золотые глаза светловолосого мальчишки. Взгляд девушки упал на аккуратно застеленную кровать, на которой лежал красный плащ Эдварда. Девушка резко подошла к кровати, на глазах выступили слезы. Затаив дыхание, Уинри осторожно прикоснулась к мягкой ткани, то же легкое прикосновение руки, когда плащ был надет на Эда. Уинри стараясь как можно осторожней, развернула плащ. В алую ткань въелись побагровевшие от времени пятна крови, темными разводами, покрывшие почти всю переднюю часть плаща. Руки девушки задрожали, Уинри рывком отпустила плащ, тяжелая ткань глухо упала на пол, девушка закрыла рот руками, по щекам потекли тонкие бороздки слез. Послышался этот же несносный скрип двери, девушка зажала уши, тяжело опустившись на пол. - Уинри… - Альфонс зашел в комнату, но увидев девушку и смятый плащ на полу, остановился, - Уинри… - Альфонс запаниковал, начав суетиться, девушка начала постепенно успокаиваться, стерев следы слез. - Знаешь, Уинри… - нерешительно начал Ал, опустившись на пол возле нее, - Мы с Эдом хотели приехать к бабушке… к вам с бабушкой на Рождество, оно же совсем скоро… - тихо продолжил Ал, сам не зная, зачем все это рассказывает. Уинри сжала рукав кофты, опустив взгляд. - Смотри, - Альфонс резво поднялся на ноги и, подбежав к тумбочке возле кровати Эдварда, вытащил две бумажки, протянув их Уинри. - Что это? – девушка осторожно взяла бумагу, прочитав ее содержимое, - билеты на поезд в Ризенбур, - девушка слабо улыбнулась, легко проведя рукой по бумаге. Билет Эда был, как всегда помят и испачкан неизвестно в чем, словно побывал на войне. Уинри улыбнулась. - Эд ждал этой поездки, каждый день, словно на иголках был, - Альфонс грустно улыбнулся. - Братик, успокойся, зря мы так рано взяли билеты, - Альфонс нахмурился, строго посмотрев на шагающего из стороны в сторону Эда. - Нет, тогда билетов совсем бы не осталось, - отмахнулся Эд, сев на диван возле Ала. - Мы едем только через месяц, если ты каждый день будешь так нервничать, то… - начал Альфонс. - Я не нервничаю, - тут же вскипятившись, бросил Эд, - знаешь, Ал… - внезапно остыв, нерешительно начал Эдвард, ложась на спину, - Я иногда скучаю по… дому. Альфонс удивленно посмотрел на брата. - По бабуле… по… - Эд запнулся, подняв смятый билет на вытянутых руках, принялся рассматривать его. - По Уинри… - улыбнувшись, закончил Ал. - Да, не по… - надувшись, начал причитать Элрик-старший. - Я тоже, братик, тоже скучаю по дому, - улыбнувшись, ответил Ал, посмотрев на брата. Тот, положив руки на живот, сжал билет, задумчиво смотря в потолок. - Хорошо, что все кончилось… - еле различимо шепотом произнес алхимик, закрыв глаза. - Да… - в знак согласия протянул Ал, - Эд… - начал Альфонс, но его прервало сонное подсапсывание старшего брата, откинувшего голову на бок. - Заснул?! – Альфонс удивленно посмотрел на Эда, улыбнувшись, - снова с голым пузом, братик… - словно нянечка для старшего брата, Ал осторожно разжав ослабшие пальцы Эда, вытащил сполна натерпевшийся измятый билет из рук брата. Эдвард глубоко вздохнул, все еще нащупывая бумажку сквозь сон, нахмурился. Альфонс улыбнулся: - Спокойной ночи, братик, - тихо проговорил Ал, заботливо укрыв брата теплым одеялом… - Редко бывает, когда Эд рассказывает о своих чувствах… - задумчиво произнес Альфонс, засмотревшись в одну точку. - Что? – не поняв, переспросила девушка, вырвав Элрика-младшего из воспоминаний. - Эдвард… мы обязательно найдем братика, - решительно произнес Альфонс, сжав билеты, - и тогда мы приедем к вам с бабулей, приедем домой…