Смейся, мне больно, или Дневник Падшего Ангела

Мильковский очень быстро восстановился после пережитого, и вскоре он с ребятами уже активно готовился к предстоящему туру, начинающему всего через пару дней. Я тоже мысленно настраивалась на предстоящие дни в роли фотографа. Было немного волнительно, ведь это будет моя первая съемка, а меня даже поддержать некому... Таня больше не работает с ребятами. Да, в "Кружевах" не стало талантливого, позитивного работника, а у меня не стало хорошей подруги. Танюша планировала перебраться в Москву, конечно, нам с друзьями оставалось лишь пожелать ей удачи. В какой-то степени я ее понимаю. Сложно нормальному человеку выжить в этом дурдоме... в который теперь попала я. После выписки Женя переселился ко мне, на свою старую квартиру. Парням оставалось лишь развести руками и изредка подшучивать, что Мека, видимо, влюбился. Но последнему было до лампочки, у него теперь была другая цель. И порой кажется, что эта цель - я. Поставив свою спортивную сумку на порог квартиры, Мильковский воскликнул: -Господи, как хорошо дома! Больничные стены нагоняют тоску! - я вышла с кухни встречать своего "любимого". Черт, это все так странно, непривычно. Внутри меня шумело что-то непонятное и пугающее. Это ужасное чувство неуверенности в своем выборе - вот, что действительно в тоску вгоняет! -И тебе привет, - я улыбнулась и подошла к Жене, - ты чего после выписки к ребятам не поехал? - Жека снял куртку и возмущенно спросил: -Неужели я не могу приехать к своей девушке в свою квартиру? Знаешь, мы, животные, тоже имеем особенность скучать, - он слегка приобнял меня за талию и чмокнул в щеку, - я вот соскучился, не поверю, что ты хоть капельку не скучала, - я хмыкнула и с напыщенной вредностью кинула: -Нет, не будь наивным, Мильковский, - Женя развернул меня к себе и с усмешкой сказал: -Дель, не пытайся казаться стервозной сукой, тебе не идет. Мне достаточно того,что я вижу в твоих черных глазках, - наконец отстав от меня со своими идиотскими вопросами, Женя взял сумку и направился в спальню. -Ну, и что же ты там видишь? - поинтересовалась я, опираясь о дверной косяк, пока Женя распаковывал вещи. -Если я скажу, то ты не поверишь и еще и обзовешь меня придурком. Поэтому я тактично промолчу, - я закатила глаза и проговорила: -Ты несносен, - хотя это и не новость, я не устану это повторять. Господи, чем я думала, когда соглашалась на это все?! Выдохнув, я спросила, - чай будешь? Или может ты есть хочешь, я как раз ужинать садилась... -Нет, спасибо, есть я не хочу, ровно как и чая. Может, что-нибудь покрепче? Тем более есть повод, - Женя подмигнул мне и зашел на кухню. -Какой же? - поинтересовалась я, ставя чайник, - Мильковский, я за тобой после последнего нашего совместного ужина даже сидеть за одним столом боюсь, а тем более пить! -Дель, у меня вообще-то имя есть, может хватит по фамилии?! - обиженно сказал Женя, доставая из шкафа бутылку вина, - слушай, мы теперь вместе, это разве не повод отметить? Я обещаю, блин, клянусь своим... голосом, что не буду тебя спаивать, идет? - я обреченно посмотрела на бутылку и кивнула. Мильковский довольно улыбнулся и достал еще и два бокала, по которым разлил содержимое бутылки. Вручив мне один из бокалов, он добавил, - только не переборщи, я помню, как тебя нещадно кроет с алкоголя. И тут я буду уже не виноват, - я только пожала плечами: -Если ты будешь способствовать моему безпамятному состоянию, то не видать тебе твоего голоса. Ну, за что пьем, маленький алкоголик? -За одну очень вредную маленькую девочку, - ухмыльнувшись, сказал Жека. Мне оставалось лишь в очередной раз хмыкнуть и осушить свой бокал. Я не заметила, как пролетел этот вечер. Женя постоянно шутил и смеялся, а я смеялась вместе с ним, зараженная его хорошим настроением. Наверное, мне даже было... весело?! Да, я наконец-то могла свободно вздохнуть, и было очень тяжело признаться самой себе, что мне было тепло и комфортно. Может быть, во мне говорила неслабая доза алкоголя и еще какие-то посторонние вещества, но я не хотела, чтобы этот вечер, постепенно переходящий в глубокую ночь, заканчивался. После очередной удачной шутки Мильковский посмотрел на часы: -Ого, два часа ночи, кому-то давно уже пора спать, - он встал с дивана и добавил, - я в душ и приду к тебе, - он уже направился в ванную, как я опомнилась: -Стоп, и это все? Ты даже не полезешь ко мне, не станешь меня домогаться?! Ты серьезно? - Женя рассмеялся: -А я должен? По-моему, Дель, я зря налил тебе второй бокал. Иди ложись, ты уже на ходу спишь! - помотав головой, словно пытаясь убедиться, что это не сон, я растерянно кивнула и пошла в спальню. Мильковский не заболел случайно? Сегодня даже ни одной пошлой шутки не прозвучало, неужели он может быть... другим? В любом случае это не было похоже на того Женю, которого я знала. Наверное, я и правда выпила лишнего... Стащив с себя майку и шорты, я забралась под одеяло и уже почти уснула, как сквозь сон почувствовала теплую руку на своей талии, слабый запах алкоголя и голос тихим шепотом: -Спокойной ночи, Деля. Надеюсь, я хотя бы во сне займу немного твоих мыслей, - я ничего не ответила, лишь посильней прижавшись к Жеке. Мильковский, ты ведь даже не представляешь, как много места ты занимаешь у меня в голове...