Старскрим: во имя свободы

      Инфинити широко распахнула оптозатворы, бегая взглядом от фейсплейта заместителя до его раскаляющейся плазменной пушки. В голове возникла пустота.       Это не всерьёз. Так ведь?       Мимика Квазарда начала стремительно меняться, всё больше и больше приобретая маниакальные черты. Улыбка, казалось, вот-вот разорвёт его лицевые пластины напополам. Чёрное стекло визора стало просвечивать с каждым мгновением ярче сияющие алым окуляры, которые словно дрожали, не фокусируясь на одной точке. По крайней мере, так выглядело со стороны. Механоид уверенно поднял оружие и направил его в сторону главы Кибертронского квадрата, злобно скалясь.       — Квазард, ты что творишь? — голос сикер-фемм дрогнул. — Опусти оружие, немедленно!       Но невольный оппонент словно находился не здесь в данный момент. Складывалось впечатление, что сейчас им управляло нечто извне, превращая достаточно приятную личность ранее в сумасшедшего монстра с одичалым взглядом.       — Отправляйся к альфам, сволочь... — с истерическим хохотом произнёс заместитель, после чего выстрелил зарядом на полной мощности прямо в голову Инфинити.       Серо-голубая молниеносно среагировала и бросилась в сторону, увернувшись буквально за долю наноклика до возможного летального попадания. Заряд улетел в дальнюю стену, оставив за собой глубокий след от термического воздействия на облицовке. Отдача от бластера мощно ударила по корпусу предателя и тому пришлось отскочить назад, ударившись верхней колёсной парой на спине об обшивку челнока. Болезненно зашипев, Квазард машинально вскинул пушку вверх, обратив внимание, как силуэт жертвы начал стремительно отдаляться от места стычки.       — Эй, ты куда? Мы же только начали игру, искорка... — с издёвкой произнес заместитель, рассматривая с неким наслаждением дымящийся ствол бластера, после чего зарычал и приступил к преследованию жертвы.       Инфинити же бросилась наутёк, абсолютно потеряв ощущение реальности происходящего вокруг. Летчицу захлестнула воистину животная паника, которая мешала трезво оценивать ситуацию. Нет, это всё неправда, она всё ещё в оффлайне, это очередное наваждение измученного процессора! Нужно просто вернуться в онлайн, просто очнуться на своей платформе! Искра пульсировала в камере с такой силой, что, казалось, вот-вот проплавит стенки. Фемка забежала за ближайший ремонтный транспортник в попытке укрыться, после чего стала с силой бить себя по лбу.       — Проснись... Ну проснись же... Давай!       Однако ничего не менялось, только тупая боль разносилась, деморализуя и нагоняя панику одновременно. Это неправда, это не реально. Это просто наваждение...       — Ты думаешь, что в таком огромном ангаре сможешь от меня укрыться?       Инфинити прислушалась. В тишине разносились непривычно тяжелые, как для этого меха, звуки шагов и всё тот же звук перезарядки пушки. Видимо, с прошлого раза она сильно перегрелась, поэтому теперь процесс происходил куда дольше. Фемка судорожно осмотрелась по сторонам в попытке найти пути к отступлению. Территория действительно была огромна, но здесь была особенная система допуска внутрь. Так как ангар напрямую подходил к шлюзам выхода в космос, ворота могли быть заблокированы из-за опасности разгерметизации. Сикер взглянула на терминал рядом с входом и постаралась рассмотреть схематические показатели на экране.       «Заблокировано».       Внутри всё оборвалось.       Очнуться... Нужно просто очнуться...       — Хорошо иметь доступ к системам по праву должности, так ведь? Никто не помешает...       Шаги приближались. Паника захлёстывала всё больше и больше, окутывая сознание в липкий кокон. Тренированный заместитель был явно соперником не для неё. Пусть его состояние после плена и оставляло желать лучшего, но он всё ещё оставался мощным боевым разведчиком с серьезным вооружением, что давало большой отрыв в силе. Инфинити легче и маневреннее, но здесь опасно вступать в конфронтацию, ведь совсем недалеко находились баки с топливом для челноков.       Постепенно реальность стала отрезвлять фемму. Пришло осознание происходящего.       Нет, это не оффлайн.       Квазард действительно не в себе.       Остаётся только бороться...       — Ну же, Инфи, королеве нужна твоя голова в трофейной, не откажи мне в чести...       — Что?.. Больной ты ублюдок... — процедила сквозь денты сикер-фемм, опешив от заявления преследователя. О чём он говорит? Что за квинтовщина вообще происходит?!       Шаги всё ближе... Искра бьётся в груди, как бешеная...       Нельзя больше вот так сидеть на одном месте. Пора сыграть в игру этого маньяка. Фемка аккуратно пробралась под днище транспортника в попытке рассмотреть, где сейчас находится преследователь. Оглядевшись по сторонам, она заметила сервоприводы тёмно-зеленого цвета и тихо провентилировала. Он даже не пытается скрыться. а ещё разведчик, называется. Если судить по шагам, Квазард направляется в противоположную сторону от возможного места укрытия. Этим нужно воспользоваться. Инфинити аккуратно и тихо выбралась из-под корабля с противоположной стороны и, активировав абсолютно все сенсоры, что только у неё были, начала медленно пробираться к стойкам с запчастями.       Но и заместитель был не промах. Даже очень тихие шаги он смог различить в почти кромешной тишине ангара, бросившись на звук.       — Вот ты где!       Звук выстрела. Инфинити только и успела, что громко вскрикнуть. В аудиосенсорах зашумело, а по корпусу прокатилась волна острой боли. Корпус фемки отбросило в сторону ударной волной прямо на острые грани упаковочных боксов. Повезло, что и в этот раз маньяк промазал, подорвав ящик с какими-то железками. Отдача оружия же вновь сыграла с ним злую шутку, напрочь сбив того с серво. Сейчас оба несчастья валялись по разные стороны, пытаясь прийти в себя. Только цели у них были абсолютно разные.       Фемма с хрипом сползла с боксов на пол и сквозь помехи в оптике попыталась рассмотреть свой мини-бортовой компьютер на левом манипуляторе. Одна она точно не справится. Нужна помощь.       На маленьком экране возникло схематическое изображение сигнала «SOS».       — Помогите... Хоть кто-нибудь... — умоляюще простонала Инфинити, после чего попыталась отползти в сторону, стараясь не обращать внимание на боль.       Нельзя сдаваться. Только не сейчас...       Нужно встать. Бороться.       Её ждет друг. Нужно быть сильной.       Авиаторша еле-еле поднялась на серво и, наплевав на любую скрытность, бросилась наутёк, шипя и кривясь. Всё только начинается...

***

      Изобилие мерцающих мониторов со стороны было похоже на хаотичную мозаику, которая никак не хотела складываться в общую картину. Но грузная исследовательница видела то, что другим было абсолютно непонятно. Дрилл умудрялась не только контролировать все показатели с терминалов, но еще и моментально анализировать их, делая выводы. Многоядерный процессор бывшей бурильщицы был способен обработать и куда больший объем информации.       Только вот сейчас она начала давать небольшую слабину. Если раньше фемма позволяла себе возможность отдохнуть и перезагрузиться, то сейчас в виду недавних событий она работала фактически на износ. Благо, в ней была установлена энергосберегающая система, которая рационально распределяла ресурсы по самым основным узлам, позволяя максимально эффективно выполнять требуемые задачи и при этом не расходовать лишнее. Для непосвященных данный режим работы выглядел так, словно исполинская машина временами зависала на ровном месте, что иной раз давало возможность Дрилл с радостью подколоть бедняжек.       Конечно, куда приятнее было использовать данный режим при работе где-то в забое в шахте или карьере, но, к сожалению, уже не те времена...       Вот и сейчас желто-корпусная сидела в кресле, ловко заблокировав всю опорно-двигательную систему электромагнитными тормозами, оставив подвижным только шейный отдел. Оптика светила только на тридцати процентах мощности от привычного, а мимика застыла неподвижной маской, только окуляры бегали из стороны в сторону, контролируя данные на мониторах. Могло показаться, что она на расстоянии пары шагов от деактивации, но для данной особы такой режим работы был вполне приемлем. Однако, желание отключиться прямо на месте появлялось всё чаще и чаще.       Кассетник в камере реконструкции сейчас больше напоминал несуразный конструктор, нежели целостно функционирующую систему. Можно было бы восстановить его по родным чертежам, но инженер позволила себе подойти к этому делу творчески и сделать бедолагу сильнее и совершеннее. На данный момент работы с внутренними системами и эндоскелетом были почти завершены, а вот новый экзоскелет только-только отливался на станках. Процесс не самый быстрый, так как работать приходилось на неких подобиях 3D-принтеров, а не на полноценных металлообрабатывающих машинах. Однако, минусом такой работы была лишь куда большая затрата времени, именно поэтому пробиться на модернизацию к Дрилл было достаточно тяжело — она принимала только в случае крайней необходимости. Крылатому миникону предстояла серьезная смена конфигурации корпуса, но Дрилл всегда делала всё по высшему разряду. Ещё никто не жаловался.       Параллельно с этим специалистке не давали покоя слова Гипериуса. В них всё же была доля истины — с Праймусовой помощью в теории можно было бы выудить данные из систем, но риски были слишком высоки, и Дрилл сказала об этом заместителю сразу. Разве что была совсем крохотная надежда на резервное копирование так называемого на жаргоне старых медиков «чёрного ящика» — последних процессов, оставшихся в буфере обмена данных, — и загрузка их в свободный терминал в качестве симуляции. Тяжело, не факт, что эффективно, но это единственный более-менее безопасный выход из ситуации.       Стоит попробовать.       Фемма разблокировала электромагнитные тормоза на манипуляторах и принялась вводить команды на клавиатуре, одновременно наблюдая на соседнем мониторе за показателями пациента. Камера, снимающая всё происходящее внутри реконструкционной камеры, немного приблизила фокус, дав возможность более отчетливо рассмотреть процесс присоединения к логическому блоку миникона небольшого дата-кабеля. Дальше система всё сделает сама, нужен разве что зоркий взгляд да быстрая реакция, что поможет нажать аварийную стоп-кнопку в случае непредвиденных обстоятельств. Благо, с этим у бурильщицы проблем никогда не было.       Вернувшись в исходное положение, Дрилл вновь заблокировала электромагнитные тормоза, ощутив мнимое облегчение. Всё, на этот раз нужно точно дать себе отдых. Такой беспрерывный ритм работы её когда-нибудь точно погубит.       Внезапно двери в кабинет исследовательницы открылись и внутрь вальяжно вошел Мерон, крутивший в манипуляторах датапад и с неподдельным интересом рассматривающий что-то на экране. По выражению фейсплейта было понятно, что он нишарка не понимает, что там мелькает, но был крайне увлечен изучением неизвестной для него информации. Дрилл даже немного запаниковала внутри, ведь она привыкла к тому, что ни одна искра не прошмыгнёт мимо её сканеров, а тут кому-то всё же это удалось. Но потом фемка вспомнила, что отключила эти системы за ненадобностью. Вот же дурёха! Не были бы заблокированы тормозами манипуляторы, она б уже с силой себя хлопнула по лбу. Но ведь запамятовала же!       — Дрилл, тут тебе передали кое-какие данные с твоей любимой сырьевой базы, проверь по сво... — Мерон поднял окуляры на инженера и нервно сглотнул. Возможно, с его стороны данное замечание было максимально нетактичным, но тут заместитель просто не смог удержаться, уж больно его поразило состояние одного из самых серьезных умов Гадеса. — Ух... Неважно выглядишь.       Внутри бурильщицы поднялась буря негодования. Ну каков малец нахал, однако! Поработал бы в таком ритме, как она — так и вовсе загнулся бы, а она только вот «неважно выглядит». Конечно, не заместительское это дело, с бедными жертвами разбираться. Спокойствие, только спокойствие, Дрилл, им просто не дано понять...       — Спектра написала в сообщении, что там что-то важное, они вроде как откопали какую-то новую жилу и Тиграна очень заинтересовал этот отчёт, поэтому он попросил передать, чтобы ты не затягивала с анализом. Мы не особо разбираемся в этих всех терминах, которыми вы, горняки, сыплете направо и налево, поэтому нужна адекватная расшифровка.       Бурильщица несколько раз щелкнула окулярами, будучи в знатном шоке от того, что заявляет первый заместитель. Он что, вообще слепой и не видит, что происходит на данный момент? Огромные же мониторы прямо перед ним! Идиот!       Но управленец никак не унимался, извергая из себя всё больше и больше ценных указаний:       — Кстати, ты опять пропустила совещание. Лидер недоволен. Скоро дойдёт до того, что с тебя будут требовать объяснительную. Мы понимаем, что тебе с фемским шахтёрским коллективом куда приятнее общаться, но не нужно уже настолько откровенно класть на нас большую и толстую магистраль!       Можно ему втащить?       Дрилл медленно повернула голову к колёсному, сверля его оптикой с максимально недовольным выражением фейсплейта. Тот лишь осмотрелся по сторонам, мол, это не к нему, но потом пожал плечами и воскликнул:       — Что? Все и так знают, что тебе фемки ближе, не смотри так, правда ведь!       Тут даже электротормоза сорвало. Бурильщица махом разблокировала все системы и вскочила с места, чуть ли не взрываясь от праведного гнева.       — Мерон, пошёл..!       Однако в этот момент вспышку агрессии прервал весьма характерный звук, издаваемый из динамиков терминала, на котором симулировалась последняя активность процессора Блейдвинга. Дрилл моментально покосилась на компьютеры и прищурилась, быстро пробежавшись по шифрам окулярами.       — Что это такое? — поинтересовался заместитель, также обратив внимание на оборудование.       Фемма шумно провентилировала и снова села в кресло, придвинувшись к клавиатуре для удобства.       — Эксперимент с «чёрным ящиком» пострадавшего кассетника. Гипериус подсказал возможный выход из ситуации, в которой мы все застряли, не имея возможности выловить мерзавца. Но его идея была крайне опасна, можно было потерять пациента. Я пошла на хитрость и просто перекопировала весь буфер обмена команд и данных, после чего загнала их в свободный компьютер... — огромные пальцы ловко щелкали по клавиатуре, запуская протоколы дешифровки. Мерон подошел к столу чуть ближе, упершись в него обоими манипуляторами и следя за происходящим на экране. — Видимо, что-то начало получаться...       Дрилл не была гением компьютерных дел, но обладала достаточным количеством софта, дабы упростить себе трудовую деятельность. Вот и сейчас несколько программ, запущенных параллельно с симуляцией, расшифровывали в реальном времени кодировки систем, делая данные на экране более понятными для простого обывателя. Читать же эту расшифровку было куда страшнее.       — Ух... — бурильщица закрыла рот кулаком, скривившись. — У Блэйда весьма сильный болевой порог, однако, раз системы не перегорели от нагрузки после такого. Я даже... Восхищена, что ли...       Однако в тот же момент из динамиков снова завыл тот самый характерный звук. Теперь софт распознал его, как сигнал призыва о помощи. Изображение на экране стало заполонять всего одно слово: КВАЗАРД КВАЗАРД КВАЗАРД КВАЗАРД       — Что это значит, шарк его дери? — оптика красно-оранжевого меха округлилась. Колёсный вопросительно посмотрел на бурильщицу в немой мольбе о том, что у неё будет хоть какое-то объяснение. Но фемка лишь покачала головой, не отрывая окуляров от стремительно заполняющегося пространства на экране одним единственным словом. Именем заместителя третьего порядка.       — Кажется, я знаю, — тяжело произнесла та, прижав ладони друг к другу и приложив их к подбородку. — Надеюсь, что ошибаюсь.       Но через пару нанокликов всё прояснилось само собой.       На комлинки Дрилл и Мерона поступил крайне похожий сигнал. Заместитель активировал наручный портативный компьютер и ужаснулся.       Сигнал SOS.       — Это... — голос колёсного дрогнул. — Это Инфинити! В ангаре для кораблей!       Расшифровка сигнала пестрила всё тем же словом.       В голове Мерона паззл сложился моментально. Колёсный резко сорвался с серво и побежал в сторону выхода, попутно буквально крича по внутреннему каналу связи:       — Рейн! Срочно! Отсек-отстойник для челноков, туда, где «Стерх»! Нужна помощь, вопросы потом!!!       Дрилл только и успела, что поймать датапад в полете, после чего механоид скрылся в коридоре, ведущем из лаборатории. Инженер несколько раз нервно пошевелила шарошковыми элементами на плечах и грудном отсеке, после чего в свою очередь связалась с Гипериусом и Тиграном, доложив им обстановку.       Мысли улетели куда-то вдаль.       Какой уж тут отдых...

***

      Преследователь оказался куда более ловкий, чем Инфинити могла себе предположить. Тренированный заместитель буквально шел за ней по пятам, не давая и наноклика на передышку. Единственное, что временами тормозило его — непомерное оружие, что предательски уходило в режим перезагрузки от перегрева.       Инфинити понимала, что прятаться вечно у неё не выйдет, как и вечно бегать, скрываясь по углам.       — Слабоумие и отвага, да, малютка? — за спиной фемки раздался всё тот же безумный и даже противный для слуха голос. Ему снова удалось пробраться за спину. Невероятные таланты к беззвучному перемещению. — Сестрёнка будет весьма рада твоему возвращению...       Скрипт самосохранения тотчас сработал и Инфинити отскочила в сторону, увернувшись от удара снаряда по очередной груде ящиков и прочего мусора, которое служило ей временным укрытием. Сикер-фемм активировала набедренный отсек для хранения ручного бластера и ловко вынула оттуда оружие, направив в место, откуда предположительно был произведён выстрел. Но там никого не оказалось.       — Какого..? — фемка в недоумении попятилась назад, вращая головой в попытке увидеть противника.       Сзади раздался скрип металла. Инфинити в момент пригнулась и увернулась от удара, кувыркнувшись в сторону. Квазард был явно серьёзно настроен снести ей голову с плеч, но в чём причина такого поведения? Авиаторша окинула противника взглядом от кончиков шлема до серво и заметила, что у него всё так же неадекватно бегают окуляры, как и ранее. Хотя, судя по происходящему, сейчас он был максимально собран.       Механоид же в припадке истерического смеха закрыл ладонью фейсплейт и запрокинул голову назад.       — Как мне надоел этот фарс... — колёсный сквозь пальцы покосился абсолютно обезумевшим взглядом на жертву, после чего раздался щелчок пазов и тяжелое вооружение отсоединилось от манипулятора нападающего. Пушка была небрежно отброшена в сторону, после чего последовал вздох облегчения.       — Квазард, давай поговорим, я не хочу с тобой драться!       Оптика безумца засияла ещё ярче, после чего на короткий промежуток времени показалось, что он немного подзавис.       — Ты нездоров! У тебя помутнение рассудка! — слова Инфинити звучали, как наивный бетский лепет, но она всё ещё пыталась достучаться до старого друга, понять, что происходит и почему он так враждебно настроен именно против неё.       — Помутнение... Рассудка..? — прохрипел нападающий, после чего с силой надавил пальцами на фейсплейт и потянул манипулятор вниз, разрывая металл и оставляя глубокие раны на пластинах. Фемму передёрнуло и она в ужасе попятилась назад. Заместитель же посмотрел на свою ладонь, покрытую следами энергона, и вновь истерично захохотал. Абсолютно безумный взгляд уставился на жертву, пронимая до глубины искры. — Не переживай, я знаю, как это исправить...       Инфинити шумно втянула воздух и опомниться не успела, как поехавший колёсный уже ринулся на неё в рукопашную. В попытке хоть как-то остановить его она попыталась выстрелить из бластера, но Квазард был слишком быстрым и успел схватиться за дуло оружия, с силой дернув его верх. Фемма вскрикнула от неожиданности, фактически ощутив, что правый манипулятор вот-вот выскочит из шарнира от такой силы рывка. Последовало ощущение острой боли, скорее всего где-то пострадала проводка, но не было времени разбираться в этом. Нападающий умело перехватил запястье жертвы и надавить на соединения, заставив разжать пальцы, после чего выхватил оружие и отбросил его в сторону. Выбора нет, нужно отбиваться.       Сикер резко подняла левый сервопривод вверх, ударив коленом прямо в нижнюю часть грудного отсека, где находилось главный нейроузел туловища. Этот манёвр застал безумца врасплох, из-за чего тот слегка ослабил хватку на запястье жертвы и дал той шанс вырваться. Инфинити, ощутив свободу и превозмогая боль, с размаху ударила ребром ладони по шейному отделу в попытке попасть по магистралям, но оппонент тотчас склонил голову в сторону предполагаемого удара, из-за чего вышло так, что он получил только достаточно мощную пощёчину.       — Дерешься, как интерфемка... — прошипел сквозь денты Квазард, потирая ушибленную щёку и сверля одичалым взглядом жертву.       — Не хочу даже знать, откуда опыт для таких суждений! — серо-голубая скривилась, после чего отскочила на шаг назад и ударила с разворота сервоприводом по поврежденному плечевому шарниру. Колёсный перехватил удар и дернул жертву на себя, уже готовясь ловить её в захват, но та сделала сильный рывок свободным сервоприводом, ударив носком по подбородку оппонента, после чего пришлось совершить некое подобие сальто назад.       Квазард потерял ориентацию в пространстве, что дало Инфинити небольшую передышку и возможность достать электрошокер. Сикерша знала, что с его помощью при достаточном уровне мощности любого бойца, даже самого сильного, можно вырубить на короткий отрезок времени. Грех не воспользоваться. Жертва выхватила орудие и снова бросилась на нападающего, выжидая момент, когда индикатор мощности примет нужный цвет.       Нужен всего один удачный удар по шейным магистралям на полной мощности заряда. Ток поразит спайки на платах и вызовет перегрузку, которая парализует корпус врага, сделав его беззащитным. Такое уже было не раз, план надёжный и проверенный.       Как жаль, что Квазард не так прост...       Чёрно-зелёный механоид, заметив орудие в манипуляторах жертвы, молниеносно среагировал на это и незаметно для Инф активировал скрытый выдвижной клинок. Дождавшись удачного момента, механоид увернулся от атаки, в мгновение окуляра оказавшись сбоку жертвы и с силой ударив её по шее. Серо-голубая шумно втянула воздух, издав звук, подобный тому, как если бы она захлёбывалась. Судя по всему, повреждение пришлось на магистрали, ведущей к воздухозаборникам. В окулярах потемнело. Инфинити обессиленно разжала пальцы и выронила шокер, упав на колени и всё так же издавая тихие булькающие звуки. «Соберись...»       Оппонент же самодовольно оскалился, после чего взял фемку в захват и силой поднял её, не давая возможности пошевелиться, после чего приставил лезвие к главным магистралям. «Ты не можешь сдаться..!»       — Было весело, — в голосе заместителя проскакивали садистские самодовольные нотки. Инфинити пыталась вырываться, но хватка была слишком сильна. — Меня предупреждали, что ты неплохой противник, но... Недостаточно. «Выпусти меня. Я помогу..!»       Инфинити ощутила, как лезвие упирается в горло. Ещё одно движение — и это конец. «Ну же!!!»       Терять уже нечего. Жертва тяжело прохрипела:       — Давай...       Время на наноклик словно замедлилось. Перед оптикой мигнул красный свет. Сперва показалось, что это тот самый фатальный удар, но потом...       Квазард ощутил всем корпусом сильнейший толчок словно от взрыва, после чего последовала ослепительная бело-голубая вспышка. Безумец сперва осознал, что в манипуляторах стало пусто, а потом его отбросило назад, заставив сделать пару кувырков по полу. Мех попытался вскочить на серво, но коленные шарниры подкосило. Приложив максимальные усилия, тот сфокусировал поражённую оптику и увидел, как вдалеке от него стоит сгорбленная жертва, с силой сжимая повреждённую шейную магистраль пальцами. Видимо, ему всё же удалось хоть как-то ей навредить, однако, что это, шарк её дери, только что было?!       Серо-голубая фемка тихо рассмеялась, после чего выровнялась, расправив плечи, и обернулась к нападающему, продемонстрировав ему стервозную улыбку во все денты и ярко сияющие красные окуляры.       — Никогда... Никогда не нападай на того, о ком не знаешь абсолютно всё...       Колёсник испуганно попятился назад, нервно сглотнув ком. Увиденное явно не входило в его планы. Она ведь очередная слабая фемка. Никчёмное недоразумение! Это невозможно!       — Что ты за тварь такая?! — голос заместителя теперь срывался на истерику. Тот резко вскочил на серво и бегло осмотрел себя. На пластинах брони остались чёрные подпалины от термического воздействия, а металл на манипуляторах и вовсе оплавился в некоторых местах.       Инфинити же хмыкнула и убрала ладонь с шеи, после чего протянула ее перед собой, самодовольно рассматривая испачканные в собственном энергоне пальцы. После взгляд был переведён на оппонента и приобрёл хищный оттенок.       — Единственная тварь здесь — это ты. Разве так обращаются с дамами?       Даже голос изменился. Квазард такого явно не ожидал. О таком его не предупреждали!       — А теперь... — сикер-фемм покосилась на лежащий неподалёку собственный шокер, после чего загадочно улыбнулась. — Подерёмся на равных, ничтожество.       Вспышка.       Серо-голубая исчезла и через нано-клик возникла прямо напротив заместителя.       Дальнейшее заставило нападающего уверовать во всех богов вместе взятых...       Мерон и Рейн подлетели на всех парах к дверям, ведущим в ангар. Терминалы были заблокированы изнутри. Красно-оранжевый мех с силой ударил кулаком по стене, выругавшись.       — Другие пути есть? — обеспокоенно и даже слегка в панике спросил фиолетовый авиатор, смотря на заместителя и нервно переминаясь с серво на серво.       — Есть. Через аварийный. Они не блокируются.       — Так веди!       Инфинити с самодовольной ухмылочкой увернулась от очередного удара заместителя, словно играясь с ним, в то время как у оппонента была настоящая истерика. Квазард истерически метался из стороны в сторону, пытаясь предугадать, где на этот раз возникнет это квинтово отродье, но постоянно промахивался и знатно огребал за это.       Но и силы сикер-фемм уже были на исходе. В аудиосенсорах разносился давящий белый шум. Системы работали на пределе своих возможностей. Она не была готова к такой схватке. Нужно было заканчивать с этим.       — Квазард!       Рядом с ними возникли Мерон и Рейн, ошарашенно водя окулярами с одной на другого. Чёрно-зелёный колёсник отвлекся на голос коллеги, что и стало его фатальной ошибкой. Инфинити совершила финальный рывок, сбив оппонента с сервоприводов, после чего вновь на мгновение исчезла и появилась неподалёку. Недавно сияющие красным окуляры значительно потеряли в яркости.       Предатель же больше не вставал. Удар «никчёмного недоразумения» разворотил шарниры напрочь. Мерон бросился к нему, скрутив тому манипуляторы за спиной и вдавив его фейсплейтом в пол. Драка окончена. Рейн же поспешил к подруге.       — Инф! Инф, ты как?!       Пространство вокруг фемки стало меркнуть. Последним, что она увидела, был испуганный фейсплейт друга, который махал перед ней ладонями...

***

      Ощущение пустоты вокруг. Невероятной лёгкости. Даже некой нетипичной свободы.       И клетки одновременно.       — Услышь меня...       Инфинити распахнула окуляры и осмотрелась. Её окружало абсолютно чёрное бесконечное пространство, заполненное яркими красными, даже на первый взгляд неоновыми символами. Буквы, цифры и знаки складывались не то в строчки какого-то нечитаемого кода, не то в обрывки слов, иногда даже словосочетаний и предложений. Голос доносился будто бы отовсюду, вызывая лёгкое ощущение тревоги. Фемма начала щёлкать оптозатворами в попытках проморгаться и согнать пелену наваждения, но всё было безуспешно — чёрная бесконечность и не думала отпускать её. Сикер прерывисто завентилировала, схватившись манипуляторами за голову.       Неужели опять?       Корпус пробила мелкая дрожь. Все симптомы указывали на то, что сейчас вот-вот будет новый приступ.       — Тебе нечего бояться, дорогая.       Голос сорвался на крик:       — Кто ты?! Покажись! Что происходит? Что ты со мной делаешь?!!       В пространстве позади послышались весьма неестественные звуки шагов. Инфинити обернулась и в страхе осмотрелась по сторонам. Никого. Но шаги всё ближе..       — Страх сковывает тебя, не даёт увидеть действительность. Ты устала...       — Просто оставь меня в покое!       Раздался тяжелый вздох. На наплечник сикер-фемм сзади легла почти невесомая ладонь, аккуратно сжав пластины. Инфинити подскочила на месте, но неизвестный лишь уверенно развернул её к себе.       Процессор отказывался принимать реальность увиденного.       Перед ней стояла та же загадочная гостья, которая незадолго до произошедшего потревожила оффлайн в личном отсеке. Фактически зеркальное отражение настоящей Инфинити, но слишком мрачное, как будто бы искусственное. Красные и чёрные цвета складывались на корпусе в агрессивный узор, а шрамы и спайки только добавляли этой картине пугающие оттенки. Фейсплейт двойника был изуродован, но это не мешало ей активно и самодовольно улыбаться. Алая оптика словно заглядывала в саму искру.       Инфинити остолбенела, осматривая своё тёмное отражение, но внезапно для себя ощутила невероятное спокойствие. Словно она нашла одним махом ответы на все свои вопросы.       — Ты...       Двойник опустила взгляд и горько хмыкнула, после чего вновь посмотрела оригиналу в окуляры.       — Не самое лучшее знакомство, правда?..       Инфинити сделала неуверенный шаг назад Двойник заметила это и обреченно хихикнула, тоже отступив на приличное расстояние. Серо-голубая не могла оторвать взгляда от собственного неправильного отражения, выцепляя в её образе мельчайшие детали: потёртости, царапины, сколы краски, вмятины и конечно же следы каких-то неизвестных сражений. Но самым основным акцентным пятном было выжженное клеймо на правом крыле с номером, который фемма бы и рада была забыть, но только это невозможно.       «00137».       Серо-голубая до последнего не знала, что значили эти цифры. А после того, как «призраки» приняли её к себе и помогли оклематься, шлифмашинка и вовсе освободила от надобности знать эту информацию. Десептиконы не успели полностью подчинить её сознание, поэтому жуткий проект в её виде так никогда и не заработал.       Инфинити помнила всё, что происходило за закрытыми дверями тайной лаборатории где-то в подземельях Каона. Её просто похитили с улицы в самом начале войны, оглушив сзади импульсным оружием. Всё это казалось каким-то сюрреализмом, ведь альфы бы такого точно никогда не допустили. Ещё бы, представители власти, с которыми считались даже в автоботской столице. Но время шло, приходилось терпеть вмешательства в собственные системы, пытки, изнуряющие тесты, а если ты отказывалась выполнять хоть что-то — тебя избивали чуть ли не до полудезактива. Сестра сдалась быстрее, заключив сделку со своими палачами. В её голове это выглядело, как хитромудрый план — получить необычные способности, а потом воспользоваться ими в своих целях. да только она сама не поняла, что по собственной воле стала настоящим монстром. Инф же боролась до последнего.       Двойник склонила голову набок и вопросительно вздёрнула анализатор запахов. Оригинал же с силой надавила пальцами на виски, начиная потихоньку понимать, что здесь происходит. Память всё это время отчаянно блокировала самые тяжелые воспоминания, но теперь под действием стресса они прорвались наружу, потихоньку складывая этот паззл в единую картинку.       — Этого не может быть. Мне просто отшибло процессор, это бред какой-то!       — Прости меня, Инфи, но это, к превеликому сожалению, правда.       — Они не смогли запустить программу! Я сбежала раньше, диверсия произошла прямо перед последними приготовлениями! Они даже модуль не активировали, только связали его с искрой! Я точно знаю! Двойник покачала головой в знак отрицания.       — Они и правда ничего не успели. Но все данные уже были загружены в модуль. И моя программа всегда была в тебе, просто ты об этом и не догадывалась даже.       Инфинити согнулась пополам и истерично засмеялась. Неправда, это всё неправда! Она нормальная, самая обычная сикер-фемка, пусть и с раскуроченными внутренностями. «Образец сто тридцать семь» же просто молча наблюдала за нервным срывом своей хозяйки, не смея прерывать её. Эти эмоции нужно принять и пережить. Она должна сама всё осознать и понять. Слова здесь бесполезны.       Шумно завентилировав, серо-голубая прохрипела:       — Всё это время... Эти приступы... Это всё ты, да?       Чёрно-красная кивнула.       — Ты провела меня по пути от простого управляемого софта в твоём процессоре до полноценно развитой личности. Я должна была подчинить тебя изнутри, но что-то пошло не так и я эволюционировала, после чего утратила всякое желание вредить своему носителю. Но твой разум почему-то создал для меня именно этот пугающий образ. Ты боялась возможной версии себя, и вот она я, — вновь горькая усмешка, казалось, двойнику самой было больно произносить эти слова. — Но верь мне, я всегда была на твоей стороне. Ведь я — фактически часть тебя.       — Звучит, как бред. Как подсадная зомбирующая программа смогла стать полноценной личностью? Зачем?       «Образец сто тридцать семь» развела манипуляторы в стороны, пожав плечами. Ответа на этот вопрос у неё не было. Возможно, исследователи перемудрили с алгоритмами самообучения, хотели создать искусственный интеллект, но что-то пошло не так. Носители этих знаний, увы, уже давно в Колодце Искр. Но расхлёбывать всё это теперь оставшимся в живых немногочисленным подопытным.       — Что тебе от меня нужно?       — Я хотела помочь тебе принять себя. Ты достойна знать и уметь пользоваться тем, чем тебя наградила судьба. Позволь...       Двойник протянула правый манипулятор вперёд. На ладони вновь загорелась та самая голубая линия. Инфинити отшатнулась назад, но зеркальный близнец взяла настойчивостью.       — Я всё это время наблюдала за тобой и твоим окружением. Я первая поняла, что вокруг тебя творится что-то неладное. Ещё тогда, в Даркмаунте, когда тебе показалось, что за вами кто-то следил, а потом это подтвердил своими словами Старскрим. Они ещё тогда хотели поймать тебя и доставить к сестре. В ваших рядах был предатель, от которого так и фонило воздействием кассетника-подчинителя. Я пыталась сказать это тебе, максимально не травмировав, но ты не слышала меня, блокировала любые сигналы. Только сейчас мне удалось окрепнуть и прорвать твою защиту, чтобы не дать тебе погибнуть.       — Отойди!       — Инфинити, поверь мне. Я не желаю тебе зла. Мне незачем с тобой соперничать. Твой актив и так прекрасен, у тебя есть всё, о чём ты только и могла мечтать. Я же просто хочу дать тебе возможность стать лучше.       Ладонь остановилась напротив грудного отсека серо-голубой фемки.       — Что ты хочешь сделать?       Чёрно-красная довольно улыбнулась.       — Отдать то, что изначально принадлежит тебе...       Что-то в искре дрогнуло. Терять нечего. Оригинал решительно сделала шаг вперёд, после чего пространство вокруг в один момент стало ослепительно белым. Двойник облегченно улыбнулась, постепенно растворяясь в воздухе.       — На самом деле я рада, что смогла освободиться и больше не мучить тебя. Забавная вышла история. Ты и правда совсем не та, которой тебя хотели видеть в лаборатории. И совершенно не такая, как «Образец сто два». Прощай, и... Спасибо за то, что дала возможность узнать тебя лучше... Теперь моя сила — твоя сила. Ты заслужила. Пользуйся с умом...       В аудиосенсорах раздался белый шум...

***

      Сквозь щели в оптозатворах стал пробиваться холодный яркий свет. Ощущение реальности начало потихоньку возвращаться к привычному, но системы всё ещё плохо составляли картину происходящего. Складывалось впечатление, что кто-то наглым образом отключил датчики и теперь бóльшая часть просто не даёт процессору никакой информации для более адекватного восприятия. Аудиосенсоры работали через раз, звук извне доносился словно через какую-то преграду, смешиваясь с едва различимым писком внутри головы.       — Она... — слова прерывались. — ... нормально..?       — Хватит... панику... Всё... Хорошо...       Инфинити немного напрягла гидравлику, насколько это возможно, и на удивление системы стали понемногу откликаться. Оптика медленно раскрывалась, рóвно как и настраивалась фокусировка изображения. Через какое-то время она смогла рассмотреть множественные силуэты, что нависали прямо над ней, которые постепенно становились различимы. Фемма прищурилась и скривилась.       — Инфи... — голос принадлежал Сорату. Его крылатая разобрала первым. — Ты с нами? Моргни, если да.       Серо-голубая послушно щёлкнула оптикой, но это далось ей с трудом.       — Ух, слава Праймусу... Дрилл, отключи релаксанты.       — Ты уверен? — сбоку раздался грубый и достаточно громкий фемский голос.       Колёсный медик кивнул, после чего раздался тяжелый вздох и звуки, похожие на щелчки тумблеров. В один наноклик ощущения стали куда яснее и лучше. Но тут же и возникла легкая ноющая боль во всём корпусе. Сикер-фемм зашипела и резко закрыла оптику ладонью, словно пытаясь протереть её. Когда зрение пришло в норму, она поняла, что лежит на достаточно большом операционном столе в центре кабинета с иссиня-белыми стенами. По обе стороны от неё стояли Сорат, Рейн, Мерон и Дрилл, которая отошла на максимально дальнее расстояние, дабы не смущать пациентку своими исполинскими размерами.       — Что... Что произошло..? — голос авиаторши дрогнул и она поочередно окинула вопросительным испуганным взглядом каждого присутствующего.       — Искорка, прошу тебя, успокойся, — голос исполинской хозяйки лаборатории немного смягчился. Она присела на одно колено рядом со столом в попытке максимально поравняться с пострадавшей. Грузный манипулятор на удивление невесомо коснулся предплечья Инф, после чего живая буровая установка заговорила ещё тише и нежнее. — Ты потеряла очень много внутренних ресурсов в схватке, если бы не Рейн и Мерон, тебя с нами больше не было. Сейчас угроза полностью купирована.       — Я помню... Я дралась с Квазардом... — произносимые слова никак не вязались с реальностью. Но память — штука весьма циничная. — Потом вспышка... А дальше... Постойте... Что с Квазардом?       — Инф, не переживай так, — Рейн ласково взял напарницу за ладонь, легко улыбнувшись.       — Квазард в камере под усиленным наблюдением, — уверенно произнёс Мерон, скрестив манипуляторы на груди. — Но сейчас куда более важно то, чтобы с тобой всё было в порядке. Мы волновались...       — О, как я польщена, и первым был конечно же ты? — даже в таком ослабленном состоянии Инфинити не упустила возможности колко съязвить в сторону первого заместителя. Тот с силой сжал денты, но на провокацию никак не отреагировал. Не та ситуация.       — Дорогая, за тебя волновались все. Особенно если учесть, что внутри тебя было обнаружено... — Дрилл немного запнулась и отвела взгляд.       Пациентка же словно по команде дёрнулась, после чего поднялась на локтях и обеспокоенно заёрзала на столе, водя испуганными окулярами по всем присутствующим.       — Что... Как... В смысле?!!       — Инфинити, я прошу тебя...       — Что я такое?!! — голос срывался на истерику. Рейн, заметив это, схватил подругу за плечи и крепко обнял, прижав к себе. Серо-голубая истерично забилась в его манипуляторах, но тот не ослабил хватку и только сильнее прижимал её к себе, шепча что-то успокаивающее на аудиосенсор.       Дрилл вопросительно посмотрела на Сората, словно прося у того помощи. Полевой медик грустно кивнул, после чего тихо произнёс:       — Всё хорошо, искорка, ты всё та же наша любимая фемочка...       — Я монстр...       — Ты не монстр, — мягко ответила Дрилл, временами косясь на колёсного лекаря. — И никогда им не была. Просто теперь ты раскрыла в себе что-то новое. Я ещё не до конца понимаю, что это, но мы однозначно поможем тебе с этим. Я изучу все данные диагностики, обещаю. Мы со всем разберёмся.       Фиолетовый сикер аккуратно покачивал названную сестру в объятиях, постепенно чувствуя, как та безвольно сдаётся болезненным эмоциям. На грудных бронепластинах стала отчётливо ощущаться влага. Теперь уже пострадавшая не отбивалась, только едва вздрагивала, тихо всхлипывая. Дрилл горько вздохнула. Психологическое состояние пациентки оставляло желать лучшего, но она обязана знать.       — Инф... К твоей основной программе была внедрена ещё одна. Я попыталась разобраться, что оно такое, но только «паразит» почувствовал, что к нему подбираются, как тут же самоуничтожился. Мне удалось только замедлить процесс и снять копию, но я не ручаюсь за её работоспособность. Это необходимо для понимания того, что с тобой тогда сделали. Но... — исполинская машина показала массивный носитель информации, напоминающий по форме выносной хард. — Теперь тебе бояться точно нечего. Вредоносного софта нет. Никто не повредит твоим системам. А тот модуль... Это явно не проклятье, уж можешь поверить.       — Что ты имеешь в виду? — Мерон заинтересованно повернулся к инженеру.       — По предварительному анализу я поняла, что десептиконы тогда хотели создать в её фейсплейте универсального неуловимого не то разведчика, не то... Не знаю, диверсанта, что ли. Внутрь вживили какой-то модуль, который работает по принципу... — Дрилл постоянно запиналась, пытаясь объясняться доступным языком, ведь начни она сыпать научными терминами, её мало кто понял бы из присутствующих. — Микро-аналога космического моста.       Рейн и Мерон переглянулись. Услышанное заставило встрепенуться даже саму Инфинити.       — Ты хочешь сказать, что те вспышки, которые мы видели, это..?       Дрилл кивнула.       — Телепортация.       — Ошаркеть... — фиолетовый авиатор даже объятия разжал. Ну ничего себе новости.       — Всё нужно изучать, учиться этим пользоваться. Но в данном модуле для неё уж точно нет ничего опасного. Особенно без вируса, который в теории мог бы взять под контроль разум.       Серо-голубая с надеждой посмотрела на бурильщицу, после чего дрожащим голосом произнесла:       — Мне страшно.       — Страх — это абсолютно нормальная реакция на неизвестные аспекты. Главное здесь принять его и осознать, что ты выше этого. Просто помни, что ты борешься не в одиночестве. У тебя прекрасная команда и замечательные друзья, которые не бросят тебя. А я сделаю всё, чтобы ты узнала о самой себе как можно больше.       Заместитель хмыкнул и опустил голову.       — Значит, на данный момент она полностью здорова и никаких непредвиденных обстоятельств не случится?       — Да, — сухо констатировала Дрилл.       — Что же... — колёсный хлопнул в ладоши и обратился ко всем присутствующим. — Тогда у меня для вас есть новость. Тигран внёс в план корректировки. Теперь вместо Квазарда в операции буду участвовать я. Завтра обсудим все детали. Оттягивать больше нельзя. Завтра на совещании всё обсудим. Жду всех. И тебя тоже, Дрилл. Нам понадобится твоя помощь, как специалистки.       Сорат удивлённо вскинул надоптические дуги.       — Но ведь Квазард обладал необходимыми знаниями о Элизиуме, кто может лучше справиться с управлением, как не разведчик?       — Как видишь, разведчик нам не помощник. Я справлюсь. По крайней мере, у меня нет дырки в процессоре, из-за которой я пытаюсь убить своих же.       — Аргумент.       Мерон развёл манипуляторами, после чего с лёгким оттенком грусти на фейсплейте незамедлительно покинул лабораторию. В глубине искры он понимал, что этому решению вряд ли будут рады. Старый конфликт не разрешен, но иногда нужно забыть про гордость ради общего блага. Остальные лишь провели заместителя взглядами, полными непонимания.       Дрилл шумно провентилировала, после чего встала во весь рост и почесала затылок.       — Ну, раз так, значит, пойду-ка я в перезагрузку. А то отключусь скоро. А вы, мехи, берегите искорку. Выход найдёте сами. После совещания займусь изучением данных.       Сорат и Рейн кивнули, после чего медик подал манипулятор командиру.       — Идём. Нам всем явно не помешает отдых...

***

Элизиум Лаборатория       Харон недовольно покачивал хвостом, наблюдая взглядом за создателем и при этом стараясь максимально не привлекать к себе внимания. За эти недолгие пару джооров он уже успел принести четыре абсолютно новых комплектов предохранителей со склада, которые раньше все ходили и пинали за ненадобностью. Сейчас же они фактически вспыхивали один за другим, меха-кот даже не успевал расслабиться. Со стороны главного терминала лаборатории же доносилась отборная брань и другие нечленораздельные выкрики. Зверокон то и дело прижимал пластины аудиосенсоров к шлему сильнее, реагируя достаточно остро на происходящее.       Страйкер рвал и метал. Впервые за долгое время у этого меха был столь сильный приступ агрессии. Инструменты то и дело бросались в стену, после чего следовали самые сливки лексикона шахтёров-серийников, что максимально контрастировало с образом холодного, отрешенного от всего мира безумного учёного. Видимо, ничто мирское ему всё же не было чуждо. Из вентсистемы уже шел пар, а процессор, казалось, вот-вот перегреется и расплавится.       В очередном припадке учёный обернулся к огромному окну в отсек с колбами для подопытных доноров и злобно уставился на резервуары, с силой сжав денты. В некоторых уже подходил к концу процесс кислотного разложения предыдущих жертв, но сейчас взор разноокулярного меха был направлен на Старскрима. Корпус пленника всё так же плавал в вязкой жидкости, иной раз колышась от движения пузырьков воздуха. А ведь такое ничтожество на первый взгляд... «Франкенштейн» уже был не рад, что ввязался в это дело. Да, в его манипуляторы попал просто шикарный материал, однако, он даже и предположить не мог, что этот самый материал создаст столько неприятностей!       — Ты что, издеваешься надо мной?! — агрессивно, но при этом в крайнем отчаянии воскликнул учёный, подойдя к окну ближе. — Откуда в таком слабаке столько энергии, чтобы создать все эти проблемы?!!       Внезапно на предплечье «Франкенштейна» легла изящная фемская ладонь, мягко сжав его. Тот дёрнулся от неожиданности, но, увидев внезапных гостей, попытался натянуть маску нарочитого спокойствия. Получилось так себе.       Как они вообще так незаметно вошли?       — Страйкер, в чём дело? — в недоумении спросила Зингерда, заинтересованно склонив голову на бок. За её спиной стоял заместитель и максимально раздражающе давил ироническую улыбку.       — Видимо, оперативную плату запаяло, вон, уже с пленниками в капсулах разговаривать пытается, — Виндрайз покачал головой и засмеялся. — Отшельнический тип актива психического здоровья не добавляет, так ведь?       — Захлопни турбину, кусок шлака, — учёный был готов отвесить зарвавшемуся наглецу знатную оплеуху, или того хуже — зарядить в самые денты, — благо, между ними стояла командир, которая была в силах взять в узду обоих.       — Так, ну-ка расконнектились оба! — Зингерда с силой толкнула манипуляторами сикера и колесника в грудь и одарила обоих пренебрежительным взглядом. — Разве я давала добро на мордобой?       — Зачем ты вообще притащила с собой этого бездаря? — Страйкер уже реально был готов сцепиться с Виндом, так как негатив так и пёр из него, требуя разрядки. — Будто бы он что-то здесь понимает!       — Эй, ты не забывайся, я всё ещё её первый доверенный фейсплейт на этом корабле! — ловко парировал сине-черный авиатор, отбросив манипулятор возлюбленной королевы и уже готовясь преподать ученому урок того, как стоит общаться с власть имеющими.       — Ну так и замещай её на капитанском мостике, — прорычал в ответ учёный. — А в мою лабораторию не суйся. Или будешь следующим плавать там, вместе с другими ничтожествами...       — Да, а силёнок хватит?       Тут уже не выдержала Зингерда.       — Я вас сейчас обоих отправлю в эти капсулы, если сейчас же не успокоитесь! — фемка была готова разорвать в клочья что одного, что другого. Иногда такая борьба между фаворитами её достаточно забавляла, но сейчас был далеко не тот случай. — А потом буду по вам очень сильно скучать, вспоминая ваш бесславный и глупый конец.       Виндрайз и Страйкер всё так же сверлили друг друга разъяренными взглядами, но желание продолжать перепалку как-то отвалилось само собой. Обычно лидер не шутила с такими угрозами, поэтому пришлось подчиниться. однако, борьба между мехами явно не могла так легко уняться. Между ними всегда было противостояние — молодости и харизмы, наглости и манерности, уверенности в себе и интеллекта. Отчасти это даже тешило фемское самолюбие. Зингерда улыбнулась с легкой заносчивостью, после чего обратилась к ученому:       — Так в чём дело?       «Франкенштейн» шумно провентилировал, после чего отвёл взгляд, покосившись на коммутационные шкафы.       — Я не знаю. Не могу сказать точно. Все защиты попросту горят от перенагрузки. Харон не успевает их чинить. Но в чём причина — непонятно. Точнее, причина здесь может быть только одна. И это очевидно, — учёный махнул манипулятором в сторону колбы с пленником. — Только у меня в процессоре не укладывается, что происходит.       Виндрайз обошел коллег стороной и подошел к окну в отсек с пленниками, приложив ладони к стеклу, складывая из пальцев своеобразное окошко. Зингерда удивлённо хмыкнула, скрестив манипуляторы на грудном отсеке.       — Когда это началось? — поинтересовалась она, наблюдая за действиями обоих мехов, чтобы предотвратить очередную перепалку в случае чего.       — Судя по всему, не так давно, иначе бы мы увидели эту истерику раньше, — с издёвкой ответил Виндрайз, продолжая наблюдать за безмятежно плавающим в колбе серебристым авиатором.       — Винд, захлопнись, — прирыкнула на того королева, после чего аккуратно взяла учёного под манипулятор в попытке успокоить. — На какой стадии находится прогресс с проектом?       — Финал, — сухо ответил колёсный, робко подняв взгляд на лидера. — Существо уже можно пробно запускать в активацию, фактически оно уже работает автономно. И как раз после того, как я отключил слияние этого «недопризрака» и «Проклятья», начались эти проблемы. Такое впечатление, что он генерирует запредельное количество энергии, и теперь ей попросту некуда деваться.       — Этот доходяга? — взвизгнул Виндрайз, указывая пальцем на пленника. — Что там может генерироваться, кроме очередных поводов посмеяться? Вспомните его на пыточном столе при подготовке, это же было ничтожество из ничтожеств!       — Не соглашусь, Винд! — уже более сдержанно отрезал Страйкер, покосившись на заместителя. — Ты видел только его физическую реакцию, а я анализировал показатели внутренних систем. И уже тогда было понятно, что этот «доходяга», как ты выразился, не так прост, как может показаться на первый взгляд.       — Так что же сразу не принял меры, а? — сикер-мех развернулся и развел манипуляторы в стороны, протягивая чуть ли не каждое слово с неприкрытой иронией в голосе. — У великого и ужасного создателя искр из пробирки не всё под контролем? Стратил, а, Страйкер?       — Не мели чушь!       — Не эта ли чушь сейчас принимает ванны в желтой жиже и радостно уничтожает твою лабораторию, хм?       Колёсный снова начал закипать от злости. Зингерда заметила это и чуть сильнее сжала манипулятор учёного, аккуратно поглаживая его предплечье. Тот в свою очередь украдкой посмотрел на фемку с нежной благодарностью и уже было потянулся, чтобы накрыть её ладонь своею, но тут же сам себя одёрнул. Герда, как ни в чём ни бывало, продолжила гладить подчинённого, постепенно вгоняя того в краску таким вниманием к своей персоне.       Конечно же, эта выходка возлюбленной не осталась незамеченной. Виндрайз с силой сжал кулаки и вновь отвернулся к окну в отсек, дабы не видеть всего этого. Шарк, как же бесило то, что он не отличался такими же выдающимися талантами, как этот ущербный учёный. Умел бы он так же...       — В пленнике есть ещё хоть какая-то ценность? — поинтересовалась лидер, заглядывая Страйкеру прямо в оптику. Тот же забегал разноцветными окулярами из стороны в сторону, прикидывая в процессоре варианты развития событий.       — Для «Проклятья» — нет. Но, в теории, он мог бы оказаться полезным для других...       Сикер-фемм покачала головой, мельком поглядывая на не то раздраженного, не то обиженного Виндрайза.       — А имеет ли это смысл? Пока ты будешь создавать новое, он что, так и будет перегружать тебе системы? Оно того стоит?       — Герда, дорогая... — Страйкер умоляюще посмотрел на королеву, словно провинившаяся бета, просящая не наказывать за проступок. — Он является уникальным материалом, я бы хотел сохранить его любой ценой. Такой шанс выпадает один раз на миллион, понимаешь?       — Я понимаю, но пока что этот уникальный материал только создаёт тебе одни проблемы. Мы выловим тебе других, столько, сколько попросишь. Для твоей работы ничего не жалко, ты же знаешь. Только вот... — буро-красная приложила свободный манипулятор к подбородку и задумчиво очертила взглядом круг, подняв оптику вверх. — Оборудования твоего жалко. Нелегко найти все необходимые запчасти к нему.       Учёный кивнул, соглашаясь с лидером. В этом она точно была права. Сейчас ему и так приходилось работать на пережитках прошлого, по сути, всё это барахло, окружающее его, функционировало только с помощью гения своего создателя и если даже не самого Праймуса. А если ещё и оно выйдет из строя, то плакала его научная деятельность. В механики заурядные пойдёт разве что, но тогда и вся лояльность лидера пропадёт сама по себе...       — И что ты предлагаешь?..       Ответ был более чем очевиден.       — Избавься от него, — со слегка кровожадной улыбкой произнесла Зингерда. — Нет раздражителя — нет проблем, не так ли?       Слова сикер-фемм больно полоснули по эго учёного. Он всё ещё лелеял надежду, что у него получится сохранить пленника про запас, но Зингерда была права. И он понимал это, как никто другой.       — Ну, или оставь себе в качестве домашнего питомца, которого время от времени будешь «иметь», хе-хе, в качестве подзарядки для аккумуляторов, — пожав плечами, съязвил сине-чёрный авиатор, переборов свою ревность и вновь развернувшись к Страйкеру и Зингерде. — Ему и так не привыкать, исходя из биографии.       Как же он достал, Праймусе...       — Виндрайз, вот шел бы ты и дальше разведчикам закрылки крутить, там твой искрометный юмор имел бы хоть какой-то смысл!       — Я как-нибудь сам разберусь, куда мне идти, в ценных указаниях великих изобретателей не нуждаюсь.       Зингерда самодовольно расправила плечи. Всё же ревность — штука достаточно разрушающая, но временами это так заводит.       Страйкер же с горечью провентилировал и подошел к терминалу управления экстрактором искры. Системы работали с перебоями, но ёмкости в батареях должно было бы хватить на то, чтобы пустить импульс и попросту сжечь камеру искры пленника изнутри. Обычно он именно так и расправлялся с другими своими жертвами.       Ох, как же жалко...       Учёный ещё раз горестно провентилировал и стал запускать процедуру ликвидации образца. Системе требовалось некоторое время для аккумуляции заряда и это давало лишний шанс на раздумья.       — Может, всё же можно найти другой выход из ситуации? — робко спросил колёсный, косясь на лидера. Но та оставалась непреклонной.       — Страйкер, не жалей. Он выполнил своё предназначение. А теперь просто избавь его от страданий. Поверь, твоё великоискрие зачтётся.       Шкала готовности заряда постепенно подходила к концу заполнения. Манипулятор учёного нехотя лег на рычаг пуска. Выхода нет.       Из динамиков раздался звук, извещающий о готовности процесса. Но Страйкер всё медлил...       Сверху на манипулятор учёного легла ладонь Зингерды, переплетая его пальцы со своими, насколько позволяла разница размеров. Колёсный изрядно напрягся.       — Пусть Праймус Всемогущий будет благосклонен к этой заблудшей на тропе войны Искре... — пафосно произнесла фемма, после чего посмотрела подчинённому прямо в оптику. — На счёт три. Готов?       — Да.       — Раз... Два...

***

Праймус смотрел на своего невольного подчинённого с некой долей жалости и сочувствия. Старскрим же не знал, куда отвести оптику. Его история актива пестрила самыми разнообразными подробностями, которые меньше всего хотелось вспоминать, особенно, когда находишься на божьем суде. Приходилось переживать те старые истории вновь и вновь, перебирать у себя в процессоре, снова ощущать ту боль и мучения, окунаться в ненавистные воспоминания... Ах, как же хотелось иногда просто стереть себе память. Или стереть себя из этого актива, чего уж греха таить? Авиатор сжал плечи и опустил взгляд. — Это... Всем ты оказываешь такую честь? — голос сикера дрожал, его переполняли уже давно знакомые и такие отвратительные чувства. — Или мне одному так повезло? Божество промолчало. Было слышно только как воздух разносится по гигантским системам его корпуса, словно ветра в энергоновых шахтах. Или Старскриму просто это показалось? Как у нематериального существа может работать вентиляция? Чушь какая... Серебристый мех вновь опустил голову, уставившись себе под ноги. Он не до конца понимал, что же сейчас происходит. А главное — для чего. Он всё равно уже не жилец, да и вряд ли он заслужил такое внимание со стороны верховного бога всего Кибертрона. Где гарантия, что всё это — не галлюцинация умирающей искры и отчаянно борющегося за актив своего хозяина процессора? Вдруг над головой раздался тяжелый голос: — Что же произошло с твоей уверенностью в себе? Я слышу все твои мысли, но не могу поверить в то, что такой целеустремленный и сильный мех, как ты, настолько может себя ненавидеть. Крылья Старскрима дрогнули. Он не смог сдержать иронический смешок, повернув голову в сторону. Это сейчас серьёзно? — Я всегда был уверен в себе и в том, что делаю. К чему эти вопросы? Бог едва заметно покачал головой в знак несогласия. Обмануть пытается даже здесь. Или же он действительно настолько задавил внутри себя это чувство, что теперь на полном серьёзе верит в свои слова. Пора разбираться... — А был ли ты уверен, что то, чего ты так усиленно добивался, было тебе нужно?..

////////////\\\\\\\\\\\\

— Р-р-р-р-р-ра!!! Серебристый сикер с силой толкнул стеллаж с пустыми гильзами для боекомплектов в сторону, завалив тот на бок. Нужно было куда-то излить злость, а тут как нельзя некстати на пути стала эта железяка. Старскрим закипал изнутри, но с каждым вскриком его ярость постепенно перетекала в обессиленные всхлипывания, которые бесили ещё больше. Не вышло. Снова не вышло! Снова промах! Мегатрон никогда не сдвинется с кресла Лорда десептиконов, никогда! Проще самому уйти в колодец Искр, нежели сделать что-то действенное с этим. Старскрим уперся крыльями к стену и сполз спиной по ней, выбивая фонтаны искр из-под металлических пластин. Датчики тут же взорвались от болевых ощущений, но отчасти это даже помогало. Он и не заслуживает другого... Жалкая точка отрыва для тех, кто сильнее. Сикер протянул манипуляторы вперёд, пытаясь унять прерывистую работу вентсистем. Левое запястье вновь вывернуто мощной хваткой лидера, а весь корпус в следах побоев. Заслужил... Бездарность... — Эй, что ещё за шум? — за дверями раздался голос ненавистного алого мед-кона. Нет, только не сейчас... — Если вы, ржавые куски шлака, опять повредили что-то, я вас лично отправлю на переплавку! Серебристый мех судорожно замотал головой из стороны в сторону, пытаясь найти место для укрытия, но всё было безуспешно. Это всего лишь маленькая кладовка, где здесь спрятаться? Дверь-шлюз в момент сдвинулась из проёма и внутрь вошел Нокаут с циркулярной пилой наперевес. — Я сколько раз говорил, что рядовым вехиконам не место в оружейной, пошли про... Старскрим?! Сикер закрыл ладонью фейсплейт в попытке спрятать следы от предательского омывателя, но медик всё равно успел это заметить. Колёсник осмотрелся по сторонам и закрыл за собой дверь. — Он... Опять..? Ответа не последовало. Да и необходимости не было, всё и так видно невооруженным окуляром. Нокаут тяжело провентилировал и робко приблизился к командиру авиации, тихо произнеся: — Я осмотрю тебя, у тебя... Утечка. Старскрим вновь промолчал. Лишь вздрагивающие крылья за спиной давали понять, что он скрывает внутри себя. Медкон медленно подошел к коллеге и опустился перед ним на колени. Зрелище было ужасающее — весь побитый, исполосованный когтями, из более глубоких ран по капле сочится энергон, а с запястья и вовсе течёт. Колёсный покачал головой и робко спросил: — Это из-за той твоей..? Но сикер не дал тому договорить, кивнув в ответ. Нокаут сжал губы и аккуратно взял повреждённый манипулятор, осматривая степень ущерба. В этот раз явно сильнее, чем в предыдущий. Тогда отделался лишь выравниваем лёгких вмятин, а сейчас что-то лидер вовсе разбушевался. Хорошо, что хоть оставил активным. Медкон понимал, что он вряд ли что-то сможет сделать здесь. Нужно переместить пострадавшего в медблок. Колёсный молча потянулся к плечам Старскрима, уверенно схватив их в попытке помочь подняться. — Идём. Тебе нужна помощь. Сикер нервно дёрнулся, словно испугался чужих прикосновений. Нокаут лишь молча отвел на клик взгляд. И так всё понятно. — Тебе Мегатрон запретил... — В выхлопную запреты! — уверенно парировал алый механоид, подняв лицо пострадавшего за подбородок и заставив посмотреть себе прямо в окуляры. — Это моя работа. Я не боюсь. Старскрим стыдливо отвёл взгляд, но всё же в глубине искры был безгранично благодарен за заботу. — Давай, вставай. Идти сам сможешь? — Да. — Ну и отлично. Ты должен быть в активе, а не в Колодце Искр. Поверь, ему ещё воздастся...

////////////\\\\\\\\\\\\

— Один из немногих, кто всегда поддерживал тебя, рискуя своим авторитетом, не так ли? Старскрим кивнул в знак согласия. А действительно, каждый раз Нокаут рисковал своей головой, идя наперекор словам главнокомандующего, за что частенько и сам получал выговоры, но ему искренне было плевать. Алый колёсный просто выполнял свою работу, стараясь сохранить исправность каждого члена команды, особенно после того, как сам потерял напарника. — Только ты настолько ненавидел себя, что эта ненависть отравила твоё мировоззрение. Ты перестал видеть добро вокруг себя, принимая это, как какую-то подачку из жалости. — А ты думаешь, легко быть тем, над кем весь актив все издевались просто потому, что я существовал? Просто за то, что я — это я? Я пытался, я боролся, я не сдавался! Но всё было тщетно...

////////////\\\\\\\\\\\\

Мир серебристого сикера прорезала красная стрела. Очередной удар придался прямо в голову. Старскрим попытался парировать, но не успел, значительно утратив в координации движений. Корпус жертвы безвольно завалился на бок, распластавшись по полу покоев лорда Мегатрона. — Как я мог повестись на твои уговоры в прошлом и взять на должность такое ничтожество? — прорычал бывший гладиатор, отвернувшись от недостойного и скрестив манипуляторы за спиной. Старскрим в ответ лишь прохрипел вентсистемой, пытаясь заглушить рябь в оптике. Он сильнее, он больше, чем просто корпус, лучше, чем просто заместитель. Нужно попытаться встать, нельзя, чтобы Мегатрон видел его слабость. Ощущение физического превосходства только превратит его в ещё более безжалостного палача. Ослабленные манипуляторы изящного меха упёрлись в пол. Нужно подниматься... Но тут последовал ещё один удар прямиком в живот. Топливная система почти не выдерживала, ещё немного — и его стошнит. Унизительно... — Разве я разрешал подниматься? Мегатрон наклонился над несчастным, издевательски улыбаясь. Ему определенно нравилось мучить первого подчиненного. Какое-то садистское наслаждение, что ли. Нужно потерпеть. Это не продлится долго. Ему скоро надоест. Мегатрон с абсолютно неадекватной злостной гримасой схватил заместителя за горло и повернул фейсплейтом к себе, словно хотел рассмотреть каждый оттенок боли, которую он сам же и причинил подчиненному. Кто знает, что может последовать дальше... — Запомни своё место, Старскрим. Оно здесь, в моих сервоприводах. Ты слишком жалок, чтобы претендовать на большее... Сикер горько прикрыл оптозатворы и без сил провалился в пустоту. Впервые за все попытки Мегатрона перевоспитать его он потерял сознание...

////////////\\\\\\\\\\\\

Праймус молчал. Снова. Да и что тут можно сказать? Всё и так понятно, без слов. Старскрим же просто смотрел в одну точку абсолютно пустым взглядом. Тогда ему казалось, что он заслуживал всё, что с ним происходило. Ему всегда твердили, что он не достоин ничего хорошего. Сикер нервно сглотнул и всё же поднял оптику на божество, умоляюще посмотрев прямо в окуляры Праймуса. — Почему я существую? Почему меня сделали таким... Ущербным? Почему мне приходилось бороться за то, чтобы просто быть в активе? Бог шумно провентилировал. Волны слегка холодного воздуха обдали серебристого авиатора и тот поёжился, вновь обняв себя за плечи, словно пытаясь спрятаться от всего происходящего...       — ... Три!       Зингерда с силой потянула ладонь Страйкера на себя, тот и опомниться не успел. Учёный широко распахнул оптозатворы и от неожиданности разжал пальцы. Система запущена, процесс уже необратим. Старскрим ощутил в груди острую режущую боль, которая словно разрывала его изнутри. Следом за ней последовал нестерпимый жар, они неуловимо сменяли друг друга, заставляя сикера агонизировать. Сервоприводы жертвы подкосились и тот упал на колени, с силой вцепившись в грудные пластины, будто-бы хотел их вырвать и вытянуть то, что причиняет столько боли. Праймус от неожиданности щелкнул голубыми окулярами-прожекторами, после чего злобно рыкнул и закрыл другой ладонью подопечного, подняв взгляд и направив его куда-то вдаль. Серебристый авиатор кричал, срывая вокалайзер, но боль никак не унималась, напротив, с каждым кликом она становилась всё сильнее и сильнее. Божество же ярко мигнуло светом своей оптики, прижав манипуляторы к себе ближе...       Экраны терминала управления моментально зарябили сообщениями об ошибках. Теперь уже не по себе стало всем присутствующим. Виндрайз уставился на колбу с пленником, стараясь понять, что происходит. Страйкер же кинулся регулировать показатели. Тут синий сикер всё же что-то рассмотрел.       Но не успел предупредить.       Прогремел взрыв.       Учёного отбросило от терминала управления спиной на ближайший препаратный стол. Во всей лаборатории тотчас пропало электропитание. Харон с громким криком спрятался в дальнем углу, только два красных горящих окуляра выдавало его местоположение.       — Что это, квинт вас подери, только что было?! — громко вскрикнула Зингерда в абсолютно несвойственной ей манере с паническими нотками в голосе.       — Слушайте, назовите меня сумасшедшим, но... — Виндрайз в почти таком же приступе паники судорожно тыкал пальцем в резервуар с подопытным. — У него только что оптика распахнулась и засветилась голубым, прямо перед взрывом!       Страйкер с громком рычанием еле-еле поднялся со стола и кинулся к окну, пытаясь рассмотреть в темноте хоть что-то. Единственным источником света в ангаре была лишь флуоресцентная жидкость-реактив. Но этого было более чем достаточно для того, чтобы увидеть виновника разрушений.       — Ах ты квинтово отродье! — яростно взвыл учёный, чуть не вынеся ударом кулаков стекло, благо, то было бронированным... Старскрим ощутил облегчение. Отголоски боли еще гуляли по корпусу, но в целом всё прошло. Осмотревшись по сторонам, он заметил, как Праймус закрывает его другим манипулятором, а сам недовольно смотрит куда-то впереди себя. — Что это было? Что происходит? Ответа не последовало. Но потихоньку стало приходить прояснение... Сикер вопросительно посмотрел на фейсплейт бога, поднимаясь с колен. — Ты... Защищаешь меня?.. Тактичное молчание. Серебристый авиатор в недоумении обернулся, пытаясь рассмотреть сквозь щели в пальцах то, на что же смотрит светлое божество с такой злостью. — Но от чего?..