Старскрим: во имя свободы

      Тяжело осознавать всю беспомощность своего положения. Такое чувство посещало Старскрима и раньше, но в те времена оно было не таким сильным. Сейчас же сикеру попросту было все равно.       Старскрим сидел в дальнем углу своей камеры с прикрытыми оптозатворами и думал о чем-то своем. Ничего более не оставалось, кроме как ждать привета из неизвестности. Искру авиатора словно замкнули в какой-то стальной куб: он отстранился от всего. Просто плевать на все. Так или иначе, он всего лишь пленник, которому осталось доживать недолгое отведенное для этого время. А на большее он и не надеялся.       Вдруг в ледяной тишине послышался сигнал активирования замка. Серебристый сикер тяжело раскрыл оптику, после чего его фейсплейт озарила насмешливая ухмылка.       - Что, снова? – с издевкой в голосе спросил Старскрим.       - Нет. А что, хочешь?       Этот голос вывел нейросистему холодного, как лед, сикера из равновесия. Он не рискнул поднять голову и осмотреть пришедшего, но и без того понял, кто это. Ночной кошмар всех «призраков» наяву…       Зингерда…       Инфинити никогда не говорила о ней, и теперь Старскрим понял, почему. Это был воистину монстр. Ни капли сочувствия, ни крупицы сожаления у этой феммы не было. Словно все чувства стерли из ее программы. Один взгляд выжигающих красных визоров – и все становилось ясно.       Фемма спокойно подошла к пленнику и вызывающе скрестила манипуляторы на груди. В визорах лидера Головорезов пробежала странная, словно символическая, искра.       - Ну и как тебе пребывание на нашем корабле? Старскрим исподлобья посмотрел на фемм и прохрипел слегка поврежденным вокалайзером:       - О да, все просто шик. Люкс, первый класс. Еще не хватает интерфемок – и я просто был бы в раю.       Герда недовольно оскалилась, после чего тяжело выдохнула и ответила нахальному пленнику:       - Как же меня бесит эта ваша «призрачная» заносчивость. Вы подчас сами о себе не можете позаботиться, а строите из себя нечто высшее, словно стоите наравне с самим Праймусом, - тут буро-красная щелкнула губами и продолжила. – Ненавижу. Просто ненавижу это.       Старскрим хотел было возразить наглой фемм, но боль от вывихнутого шейного шарнира изначально лишь вызвала у него болевой крик. Герда же иронично хмыкнула и подошла к сикеру еще ближе. Присев рядом с пленником на одно колено, дерзко схватив меха за подбородок, и, подняв тем самым его голову, она уставилась в его оптику с диким презрением.       - А еще я ненавижу то, что называют благородством. Друзья делают тебя слабым, - рыкнула Зингерда с явным вызовом.       - Потому-то у тебя их и нет… - уже с ненавистью ответил ей Старскрим.       - Они мне и не нужны.       На этих словах Зингерда одним точным ударом ребра ладони выбила главную шейную магистраль сикера. В оптике изящного меха пошли радужные помехи, а аудиосенсоры и вовсе отключились на момент. Ослабший сикер распластался на полу и болезненно захрипел. Системы подали сигнал о внутренней утечке, но Старскрим не обратил на это никакого внимания. Чтобы еще больше позлить захватчицу, он, сквозь режущую боль в системах, выдавил из себя с явным сарказмом:       - И что, это все, на что ты способна?       - А мне большего и не нужно, - отмахнулась фемма. – Убить тебя и достать все внутренности на визорах всех моих Головорезов было бы проще, но не в моей власти.       - Что так? Боишься пальчики запачкать?       В этот момент Герде захотелось проткнуть ненавистного «призрака» клинком насквозь, разрезать на куски, а потом раздробить в измельчителе, но чувство ответственности остановило её. И тогда она вспомнила о том, что успел передать ей Страйкер.       Старскрим только успел перевести дух, как со стороны лидера Головорезов последовала новая волна атаки. Зингерда вновь схватила его за горло и, прижимая спиной к стене с такой силой, что крылья несчастного трещали от натиска, подняла над собой. Скрежет стали сопровождался целыми фонтанами искр. Почувствовав сильную обжигающую боль, сикер взвыл, а потом зашипел, сдавливая эмоции в тиски.       - Я не убью тебя, но никто ведь не запрещает мне слегка покалечить этот стройный корпус… - мечтательно прошептала Зингерда, сверля меха оптикой. – Тем более, после этого ты вовсе не сможешь сопротивляться.       Серебристый сикер даже не успел бросить очередную колкую фразочку, как вдруг буро-красная фемма достала из-за спины медицинский шприц-пистолет и воткнула иглу в шейную магистраль пленника. Старскрим в ужасе обратил внимание на колбу в держателе, но было уже поздно – яркая бирюзово-красная жидкость уже смешалась с его энергоном. В оптике авиатора зарябило, и изображение стало черно-белым. Весь корпус онемел, делая его беспомощной куклой. Вокалайзер упорно не поддавался процессору, Старскрим не мог воспроизвести и звука. Вещество поместило его в так называемый «сознательный» стазис. Но была одна радость – через пару мгновений он почти перестал чувствовать боль.       В неком приступе паники изящный мех прикрыл оптику, но очень скоро пожалел об этом. Неожиданно для себя серебристый осознал, что на нем кто-то сидит. Резко распахнув визоры, Старскрим увидел над своим фейсплейтом довольное и дикое, словно у маньяка, выражение лицевой пластины Герды. Сейчас ему стало действительно страшно. Еще и эта ноющая боль в шее…       Зингерду же забавляла маска ужаса на пленнике. В процессоре созрела дичайшая мысль. Фемма окинула хищным взглядом пленника и уловила краем визора капли энергона, стекающие по его шее. Сикер находился в состоянии полной прострации, и Герду это раззадорило. Лидер Головорезов стерла текущую из раны голубую жидкость ладонью, после чего с вызывающим взглядом облизала пальцы. В визорах проскочила искорка безумия. Шумно провентилировав системы, Герда прошипела:       - Да ты сладкий на вкус…       Чувствуя очень скорый выход в оффлайн, Старскрим прикрыл визоры и почти отключился, стараясь не думать ни о чем, как вдруг почувствовал, как острые когти феммы еще больше расцарапывают его рану, пробивая даже критический барьер систем. Режущие движения задевали болевые датчики, и Старскрим просто не смог смолчать. Он болезненно захрипел вентсистемой, но снова собрался и не допустил большего выхода эмоций. Зингерда же вновь слизала энергон с пальцев и дерзко захватила авиатора за подбородок.       - А каков ты на вкус целиком? – ехидно хмыкнула фемма, после чего склонилась над фейсплейтом изящного сикера, заставив тем самым его искру биться в тысячи раз сильнее. Старскрим широко распахнул оптику, не ожидая уже ничего хорошего, и его визоры в ужасе заблестели. Герда блеснула когтями и одним резким движением, словно бритвой, разрезала губу меха. Из раны проступил энергон, очень быстро начавший свертываться на воздухе. Фемма хищно зашипела и… словно вампир, впилась в губы авиатора.       Такого шока Старскрим еще не переживал. Еще пару мгновений назад его хотели убить, а сейчас… Сейчас он обессиленный и почти обездвиженный, находится в полной власти врага. Даже если это просто поцелуй.       Но, неожиданно для самого себя, сикер понял: ему нравится. Долгое отсутствие близости дало о себе знать. Системы требовали продолжения. Конечно, Старскрим понимал, чем это все ему грозит, но сейчас корпус взял верх над процессором. У Старскрима начал «скакать» фон, он просто ничего не мог с собой поделать. Зингерда почувствовала это и отстранилась от пленника. На фейсплейте загорелась ирония.       - Я знала, что ты не устоишь. Но не сейчас. Ты слаб.       Фемма наотмашь ударила пленника, а потом демонстративно ехидно улыбнулась, поднимаясь. Поспешно покинув камеру, лидер Головорезов старалась даже не смотреть в сторону серебристого сикера. Но и сама она не смогла противостоять притяжению. Что-то заставило ее системы разогреться. Но что?.. ***       Как только двери захлопнулись, Герда вздохнула с облегчением. Но спокойствие продлилось недолго. За спиной лидера раздался до боли знакомый голос:       - Ну что? Ты все сделала?       Фемма обернулась и увидела стоящего за ее спиной Страйкера, которого еще пару кликов назад здесь не было. Довольно улыбнувшись, она кивнула и протянула ему испачканную в энергоне ладонь. Ученый кивнул и любезно положил манипулятор феммы на сканер. Когда прибор подал сигнал о завершении процесса сбора данных, «Франкенштейн» достал из него информационный носитель и положил в блок хранения на поясе. Вдруг его внимание привлекли капли свернувшегося голубого вещества на губах лидера, и он ехидно ухмыльнулся.       - Да ты, я смотрю, еще и повеселилась там! – двусмысленно сказал Страйкер.       - Это же я, - игриво вскинула надоптические дуги Герда, после чего виновато опустила голову. – Только давай об этом никто не будет знать…       - Ты же знаешь, я – переплавка, - махнул манипулятором ученый, и пошагал обратно в свою лабораторию.       Зингерда стерла предательски выдающий её энергон с фейсплейта и задумалась. А ведь она так и не получила того, чего хотела. Ну и квинт с ним, уже не важно. На этой ноте Герда отправилась на капитанский мостик, чтобы забыть обо всем, что здесь произошло. ***       Как же кстати оказалась пустота в отсеке управления. Весь экипаж установил корабль в автоматический режим и направился на отдых. Герда осталась одна. Или не одна?       Расслабившись в кресле, фемма прикрыла оптику и погрузилась в полуофф. Процессор начал медленно разгружаться от сотен команд, как вдруг Герда почувствовала, что кто-то посмел нарушить её покой. На ее губах ощущалось чье-то тепло, переросшее в волну страсти. Лидер широко распахнула оптику и увидела фейсплейт своего заместителя. В любое другое время она бы просто врезала ему с разворота, но не сейчас. Ощутив, как вновь заныли системы, Герда мысленно выдохнула и обвила манипуляторами шею настырного меха. Виндрайз удивленно отстранился на момент и спросил:       - А где побои?       - Забудь, - фемма жадно впилась в его губы, чем просто ошарашила синекрылого сикера. – Словно ты против.       - Нет, - прошептал мех, после чего подхватил буро-красную бестию на манипуляторы и закружил ее. Резко остановившись, Винд спросил. – А продолжение?       Герда положила ладонь на камеру искры меха и неожиданно поцарапала ее. Винд слегка поежился, но это лишь разогрело в нем азарт.       - Будет, - кивнула Зингерда, смотря на него визорами хищного зверя. ***       Через некоторое время Старскрим, не в силах перебороть действие странного препарата, вновь погрузился в долгий и вынужденный глубокий офф. На мгновение ему показалось, что он просто проваливается в пустоту, но вскоре все прояснилось.       И перед ним снова предстал он…       Старскрим находился в гуще тумана и не видел ничего дальше своего манипулятора. Серебристый сикер левитировал в полном забвении, ощущая каждой пластиночкой брони некий холод. Странный мороз медленно проникал внутрь механизмов и смешивался с энергоном, разносясь по системам холодными иглами. Сикер поежился и прикрыл визоры, стараясь не думать о возможных поворотах событий.       Вдруг серый туман стал медленно белеть, покрываясь то тут, то там светлыми пятнами. На дрожащий от холода корпус Старскрима опустился один из белых лучей и серебристый почувствовал некое тепло, в которое захотелось закутаться. Он пугливо распахнул визоры и осмотрелся. Вокруг все приняло белый цвет, но туман так и не развеялся.       - Ну что, сикер?.. Как твои успехи?..       Старскрим сжался в ужасе, ему сразу же стало ясно, кто это.       - Праймус… Я… Я пытался…       - Я вижу. Ты сильно изменился, сикер. Твоя искра забилась ярче, и я чувствую это. Ты стал отличаться от себе подобных, иных десептиконов, от своей триады. Впервые за столько ворнов ты искренне начал беспокоиться за других.       Старскрим опустил голову и тяжело выдохнул. Это была больная тема для него. И Праймус не мог этого не знать. Но голос высшего звучал так успокаивающе, что на искре снова стало тепло.       - И они беспокоятся за тебя.       - Но, - воскликнул серебристый сикер, – я не знаю, что с ними. Они живы? С ними все в порядке? Ответь мне, прошу!       - Еще не время. Я привел тебя сюда не для этого.       - Тогда для чего?       - Я вижу, ты можешь держать слово. И это похвально. Ты действительно достоин.       Свет стал медленно угасать, и сикера снова начал обволакивать туман. Понимая, что сейчас видение закончится, Старскрим закричал:       - Постой! Объясни, для чего? Чего я достоин?       - Придет время, и ты все поймешь. Но не сейчас. Я не уверен до конца. Но уже вижу, что не ошибся, дав тебе последний шанс.       - Как долго мне еще страдать? Это и есть твои испытания?       - Нет. Испытания в другом. Но и это ты должен вынести с честью и достоинством. Время все расставит на свои места. Дождись.       Вдруг Старскрим почувствовал, что его крылья начинают тяжелеть и тянуть авиатора вниз за собой. Все глубже и глубже, дальше и дальше…       Еще мгновение – и он просто пропадет в пустоте…       Очнулся сикер в своей камере, ощущая по полной программе последствия того, как над ним издевались. Побои, что раньше его почти не беспокоили, теперь отдавались импульсами в рецепторах с двойной силой. Но, даже несмотря на адскую боль, Старскрим пытался сохранять на фейсплейте лишь самые холодные оттенки эмоций.       Через силу поднявшись с платформы, авиатор подошел к маленькому иллюминатору и уставился вдаль.       Он не разочаровал великого.       Значит - не все потеряно.       Он сможет…