Мир и чувства на грани

- Ты просишь меня о невозможном. Ты просишь предать ради денег, сферы влияния. Ради того, чтобы твой Альфред был счастлив, а ты был спокоен. И пусть весь мир подождет. Это эгоизм, Артур, чистой воды эгоизм, – Иван вынырнул из пучины грустных мыслей, окидывая взглядом Артура с головы до ног. Щека того была до сих пор красной, а в глазах по-прежнему горе и обида на весь мир за то, что никто не понимает. Как же это все до боли знакомо. «Это эгоизм, Брагинский. Если сейчас не нанести авиаудары, дальнейшее развитие демократии здесь просто невозможно!» - Значит, не поможешь, - бесстрастно проговорил англичанин, будто не слыша Ивана. Механическими движениями он положил папку в дипломат, поправил пиджак и провел рукой по светлым волосам. - Знаешь, я до разговора с тобой думал, что не смогу пойти к Китаю или Индии с этим вопросом. Сейчас я понимаю, что готов на все, Иван. Хотя, если ты мне отказал, то они и подавно... «Я готов на все ради него, слышишь, Джонс! На все!..» ...Ради него. «Отпусти его! Все что угодно, только отпусти его! Ради него я…» ...Я не могу его бросить. «Я помогу! Я не могу его бросить! Но почему, почему они мне не позволяют?!» ...Это глупо, Брагинский, но ты был чуть ли не моей последней надеждой на мирный исход. Но если так, значит так. «Значит, война…Не смей трогать его! Боже, что ты делаешь, ненавижу! Отпусти его!» И тут Артур посмотрел в затуманенные болью глаза Брагинского. В них была боль самого Ивана, но в глазах Артура отражалась его боль за Альфреда. Он словно видел себя в отражении зеркала. Старого зеркала. Зеркала десятилетней давности. Артур вспомнил. Англичанина не отпускало до сих пор чувство, что все те слова, которые он произносил, все то горе и та боль, что он испытывал, он видел это уже раньше. И там был Иван. Нечто безумно похожее, до рези в глазах и криков в ушах. Он выронил дипломат и зарылся лицом в свои ладони. Ему оставалось лишь удивляться выдержке своего тела, которое вновь не поставило его перед Иваном на колени. Хотя бы для того, чтобы извиниться. Но кто он такой, чтобы сейчас просить прощения? Ведь Иван не простит. Сербия. 1999 год*****. Брагинский, умоляющий Артура и Альфреда дать ему шанс все исправить. Брагинский, борющийся сам с собой, пытающийся добиться от своего правительства ввода войск на территорию Приштины. Безрезультатно. Брагинский, клянущийся, что отомстит. С горящими глазами, в которых стояли слезы. Брагинский, на глазах у которого пытают и насилуют его брата Милоша Тошича. А его не пускают к нему, лишь издевательски подначивая насильников. Артур разразился истерическим смехом. И чтобы удержать равновесие все-таки подведшего его тела, Керкленду приходиться вцепиться в плечи стоящего пред ним русского. Как Артур мог думать, что Иван не понимал. Он понимал. До малейшего чувства, до малейшей эмоции. Ведь он тоже брат. И тоже любил. Любит. Тогда Артуру было плевать, тогда им с Альфредом море было по колено и небо по плечу. А что сейчас? И тут паническая мысль прокралась в сознание Артура: «Но Брагинский не может так низко опуститься и действительно…А если попросить сейчас прощения? Вдруг он согласится? Боже-боже-боже, вдруг он согласится тогда?!» - Нет, Артур, это не месть, - словно услышав его мысли, покачал головой Россия, - но я рад, что ты вспомнил. Нет, Артур я не прощу. И ты знаешь сам, почему. Потому что до сих пор больно, до сих пор стыдно пред ним и стыдно за себя. И да, это одна из причин моего отказа тебе. Но главная все же продиктована не моим сердцем, а моим разумом – Милош, в отличие от Альфреда, не тянул мир в пропасть. А Альфред именно это и делает. Поговори с ним, Артур. Ты единственный, кто может его образумить. Ты единственный, кого он послушает. Артуру вдруг показалось всего слишком много. Много слов, много движений, много событий и чувств. И один Иван. И Артур уткнулся лицом в широкую грудь стоящего пред ним мужчины и, с трудом пересиливая себя, проговорил: - Он уже никого не послушает, Иван…К сожалению. Я не монстр. Не думай, что я получаю от этого удовольствие. Раньше я был глуп, когда мы шли с ним рука об руку, громя всех и вся на своем пути. Я сумел остановиться, думал, что и Альфред сможет. А он не смог. Мне тоже претит все то, что сейчас происходит. И мне вдвойне больно от того, что главный источник сегодняшней плачевной ситуации – это он. Иван успокаивающе обнял Артура. - Я понимаю, - тихо произнес Брагинский. - Теперь я знаю, Иван, я знаю, - кивнул головой Артур, мягко отстраняясь, про себя отмечая, что не чувствует ни капли вины за такое вот неожиданное, но необходимое ему в тот момент, проявление чувств. Ведь Артуру уже начинало казаться, что его никто не понимает. Но он нашел этого человека. Вот так вот странно для самого себя он нашел его в России, в том, в котором даже и не мыслил найти намека на понимание и сострадание. Артур не знает, что он будет делать теперь. Только вот он точно знает, что не скажет Альфреду о том, что произошло в кремлевском малом зале для переговоров. Он придет и скажет своему Альфи, что он все уладил. А еще попытается предупредить Иран. В любом случае, он сделает все для своего маленького брата. Как он делал это всегда на протяжении всей своей долгой жизни. Из Кремля Артур вышел навстречу морозному солнечному ноябрю с поразительно легким сердцем и чувством, что внутри него больше нет той липкой удушающей пустоты непонимания и одиночества. Иван ему помог. Пусть и не так, как на то рассчитывал Артур. - Это даже лучше, - вдруг подумалось Артуру, и он даже не заметил, как сказал это вслух. А из большого окна в одном из зданий Кремля за уходящим Артуром наблюдал высокий статный светловолосый мужчина с невероятно грустными фиалковыми глазами. Иван достал из нагрудного кармана сотовый и по памяти набрал знакомый номер: - Здравствуй, Милош, как ты, родной мой?.. П\А: *- действительно,по контрактам, заключенными американскими и европейскими компаниями с Ливией, носители демократии получили большие скидки на добычу нефти, что было своеобразным подарком новой власти Ливии своим героям-освободителям **- в прессе появились недавно (в феврале) сведения об открытии новых месторождений и добыче углеводородов на одной из скважин на Аляске, которая до этого не использовалась и оставалась в неприкосновенности; все эксперты хором заговорили пр то, что «кубышку пред войной открывают» ***- ситуация в Персидском заливе в наше время остается напряженной, а многие кандидаты в президенты Америки заявляют своей главной внешнеполитической целью «успокоение» Ирана, один даже кричал что-то про бомбардировки ****- вроде это иранское имя и, если мне не изменяет память, то означает оно «дар солнца» *****- бомбардировка Сербии (в составе Союзной Республики Югославии) была произведена военными силами НАТО (19 стран) в период с 24 марта по 10 июня 1999, причина интервенции – этнические чистки в Косове и Метохии (югославских регионах) Сербской республикой (за эти самые преступления Сербия расплачивается до сих пор),как итог: распад Югославии (окончательный в 2006 году, после выхода из Союза Черногории), фактическое отделение Косово и Метохии (в 2008 году). 12 июня 1999 года в Приштину был переброшен российский миротворческий десантный батальон, воевавший на стороне Республики Сербия. Кроме того помощь Россия предоставила еще техникой и оружием.