И стал свет

Беглецы быстро уходили в ночь; Хат несколько раз оглядывалась на белый дворец, не в силах совладать со страхом, что их увидели, догонят и схватят. Что их видит божественное око. Но потом думать стало некогда, и все силы ушли на дорогу. Метен время от времени приостанавливался и оглядывался; хотя Хат знала, что они идут в деревню, ей очень скоро захотелось спросить об этом своего вождя. Но она не решалась. Странно! Теперь она боится человека! Когда они подобрались к городской стене – на всем пути беглецы не увидели никакого движения, даже ни одна собака не залаяла – Хат не выдержала. - Куда мы?.. - Тихо!.. Метен поднес палец к губам, и при этом движении плащ его распахнулся, показав то, что смутно тревожило Хат в его облике на всем пути. Метен был вооружен! Он был вооружен волшебным копьем!.. Она не разглядела его оружия не только из-за темноты – из-за размера: обычное энергетическое копье было высотой в человеческий рост и его никак нельзя было спрятать под плащом. Это же было не копье – копьецо, достававшее Метену хорошо если до груди. - Откуда ты это взял? – прошептала Хат. - На складе в пирамиде, - быстро прошептал он в ответ. – Это одна из задумок Ра, которую он не пустил в дело: такие копья удобны для переноски, но их удобно и прятать. Хат увидела белозубую усмешку своего спутника. Этот добрый юноша оказался непрост и опасен. - Кроме того, эти копья не годятся для устрашения, - прибавил Метен. – Хотя стреляют почти так же далеко, как и оружие воинов Ра. Хат кивнула, и дальше они пошли молча; Джепет крепче вцепилась в руку девушки, дрожа от страха, но не произносила ни слова. Беглецы выбрались за городскую стену через проем, все еще остававшийся с одной стороны, и им пришлось остановиться, чтобы дать отдых ребенку. - Она не сможет с нами, - прошептал Метен. – Зачем ты взяла ее! - А что было делать? Ее бы убили! – шепотом воскликнула Хат в ответ. Метен покусал губы и не ответил. - Когда отправляется караван? – прошептала Хат. - Скоро, нужно успеть, - быстро ответил юноша. – Они пройдут мимо нашей деревни. Нужно пристроиться к ним. Хорошо, что сегодня нет луны. Хат кивнула; выяснять, как он добыл такие сведения, было некогда. Дальше некогда стало и отдыхать; мятежники пошли почти бегом. У реки Метен схоронил плот. Ему пришлось грести, и свое копьецо он доверил Хат; предупреждений не требовалось – она понимала, что беречь это оружие нужно пуще жизни. На другом берегу они снова ненадолго присели, чтобы передохнуть; Джепет, не привыкшая к таким усилиям, уже вся взмокла от пота и замерзла. Как бы не заболела! Что они тогда будут делать? После этого Метен неслышно поднялся. - Соблюдайте осторожность, - прошептал он, сверкая глазами то на Хат, то на Джепет. – В деревне могут быть соглядатаи Ра! Стражники! - Да, - сказала Хат. Пригибаясь, гораздо больше осторожничая, чем раньше, они вошли в деревню. Хат ударил в нос запах отбросов, и слезы навернулись на глаза от сознания несчастья своих сородичей и своей вины. Люди спали. Собак в деревне никто не держал – может, теперь это и запрещено. Но и стражников беглецы не увидели. - Идем ко мне, - прошептала Хат, показывая туда, где был ее дом. – Метен! Идем разбудим мою семью! Почему-то она боялась, что он откажет, хотя об этом они условились заранее; но Метен кивнул. Мятежники подкрались к самой хижине Хат. Двери в деревенских домах не запирались. Грабить было нечего, да и некому, кроме тех, кто их уже ограбил. Метен выпрямился, откидывая капюшон. - Отойдите, - хриплым шепотом приказал он, перехватывая поудобнее свое копье. Хат ахнула. - Ты… - Молчи! Метен толкнул дверь. Хат с Джепет остались снаружи – сжавшись в комочек на земле, закутавшись в плащи, чтобы стать как можно незаметнее. Несколько мгновений ничего не было слышно; потом раздался треск… треск волшебного копья и испуганные крики!.. Хат и Джепет, подавляя крик, схватились друг за друга; но тут в хижине все стихло и послышался мужской голос: - Кто здесь? - Отец, - прошептала Хат, трепеща от ожидания и ужаса перед этой встречей. - Метен, - ответил едва различимый приглушенный юношеский голос. – Я бежал от Ра, и привел с собой вашу дочь Хат. Мы бежали, чтобы помочь вам. - Как это? – спросил испуганный женский голос – голос Ахури. Тут Хат не выдержала и шагнула в хижину, потянув за собой свою спутницу. В темноте она увидела только множество пар глаз – блестящих ужасом, завороженных чужих глаз. У Хат возникло страшное чувство, что она никогда не знала этих людей. Но вот навстречу поднялась та, с кем она говорила сердцем все эти долгие месяцы. Белые волосы, сухие коричневые руки… - Дочка, - прошептала старая Айя, раскрывая ей объятия. От бабки пахло ветхостью и нечистотой, но Хат с готовностью шагнула навстречу и прижалась к ее груди. - Я всегда знала, что ты наша, - дрожащим от гордости голосом сказала Айя. Глаза ее блестели любовью. – Да пребудет с тобой благословение всех богов! - Что ты говоришь!.. - прошептала Ахури. Мать очень изменилась за то время, что Хат не видела ее: постарела, и в глазах появился какой-то собачий испуг. На свою молодую и сильную дочь она смотрела с ужасом и ожиданием несчастий. - Она вернулась к нам от Ра! Она сбежала! – воскликнула Ахури. Выпрямилась, и Хат, не веря своим глазам, увидела, что мать готова проклясть ее. Испуг перед Хат в душе Ахури уступил место страху за себя и остальных своих детей. - Уходи! – сдавленным голосом воскликнула Ахури. – Уходи, беспутная, пока ты не убила всех нас!.. - Замолчи! – гневным шепотом перебила ее Айя, и все притихли. Эта старуха по-прежнему властвовала над всем домом. - Это дитя делает лучше всех нас! – сказала Айя, оглядывая всех, точно ожидая, пока кто-нибудь посмеет выступить против нее и ее внучки. Никто не смел. – Я благословляю мою Хат на все, что она совершит, - дрогнувшим голосом сказала бабка, снова привлекая внучку к себе и целуя сухими губами. – Да будет тверда твоя поступь, дитя! Может быть, именно тебе суждено избавить нас от демона! Ахури ахнула, но никто больше не поднял голоса: как видно, к таким речам Айи все давно привыкли. - Вам нужно бежать, - сказал Метен, подняв глаза на главу семьи. - Как? – спросил Хапу. - Как? – воскликнула Ахури. - Нам нужно бежать, и немедленно, - первая поняла, в чем дело, бабка. – И матери Метена тоже! Сын, иди к ним, предупреди их! Хапу кивнул и покинул дом. Как видно, мужчина первый принял необходимость действовать: теперь ничего другого не оставалось. Каратели явятся сюда, как только станет известно, что Хат и Метен бежали. - Да что такое? – простонала Ахури, прижимая к себе двух плачущих дочек. – Что вы наделали, что нам теперь нужно бежать?.. - Сюда придут воины Ра, чтобы разыскать их, - ответила Айя, трудно дыша от волнения. – Собирайся, дочка! Что ты стоишь! - Да будь ты проклята! – вдруг взвизгнула Ахури, с ненавистью глядя на дочь. – Мало тебе было того, что ты наделала со своим богом! Мало тебе было!.. Айя с неожиданной для старухи силой ударила женщину по губам; невестка вскрикнула и упала навзничь. - Не смей трогать своим языком мое дитя, - прошептала бабка, наклонившись над ней. – А вы идите, дети! Идите! – воскликнула она, махнув костлявой рукой в сторону дверей. В доме было так тесно, что она чуть не задела Метена по носу. - Мы идем через Звездные Врата! Мы надеемся найти вам помощь и вернуться! – воскликнула Хат. - Знаю, знаю! Спешите! Айя стала выталкивать Хат наружу. Они с Метеном не успели ничего больше сказать; молодые люди и маленькая жрица Ра оказались на улице. Они увидели, что деревня уже на ногах. Кое-где горели огни; из домов слышались возбужденные голоса. Но ничего, кроме этого: как видно, солдат в деревне сейчас не было. Мятежники побежали за околицу, стараясь сделаться как можно незаметнее; хотя увидели их уже многие. Но никто их не задержал. Метен, Хат и Джепет покинули деревню и присели под глиняным заборчиком, глядя на реку. - Они пойдут оттуда, - прошептал Метен, показывая рукой слева направо. – На берегу еще нет плотов и лодок, поэтому рабы будут ждать переправы. Мы сможем прибиться к ним у реки, если не раньше. - Если нас не заметят и не застрелят, - хмыкнула Хат, скрывая дрожь в голосе. Метен не ответил. Спустя довольно долгое время, когда они уже истомились ожиданием, вдалеке показался караван. Метен первый заметил движение и сделал своим спутницам знак приготовиться и затаиться. К реке двигалась колонна оборванных рабов: ужасающее многоликое несчастье. Их сопровождали далеко заметные воины Ра – выделяющиеся сильными гладкими полуголыми телами и вздымающимися над головами копьями. К счастью, воины были достаточно далеко от беглецов. - Встать! Когда они подойдут к нам, шагнем в их сторону! Прибьемся к хвосту! – приказал Метен, едва держа себя в руках. План удался с легкостью: несколько мгновений, и Хат вместе со своими спутниками уже зашагала в хвосте колонны каторжников. А еще через несколько мгновений на них обратил внимание охранник: криками он приказал людям сбиться вместе и не отставать. Хат ощутила смрад и страх своих товарищей, и ей самой вдруг стало тоскливо и страшно, несмотря на присутствие Метена. Едва ли что-нибудь в дальнейшем удастся им с такой же легкостью, как присоединение к рабам.