Жестокость возрождает любовь

Томаки, поняв, что его заметили, молча развернулся и убежал. Увиденное его слегка шокировало. То, что с Аки всё нормально, конечно, его ободряло, но всё равно он волновался за парня. По расписанию был урок физкультуры, и Томаки, решив отвлечься от гнетущих мыслей, направился именно туда. Был уже разгар перемены, и в раздевалке было шумно и душно. Переодевшись и поймав полный ненависти взгляд самого авторитетного парня в классе, он сел на лавочку, ожидая, когда народу станет поменьше, и погружаясь в мысли об Аки. Он бы так и просидел весь урок, если бы только распахнувшаяся дверь не вывела его из задумчивости. Точнее, не дверь привлекла его внимание, а человек, стоявший на пороге. Да, это был именно Аки. Прикрыв за собой дверь, он подошёл в Томаки и притянул к себе. - Ты подсматривал за мной в туалете? Тебя стоит за это наказать. - Аки, - парень провел нежными пальцами по его щеке, - что тебя расстроило? Почему ты грустил? - А… Я… - этот вопрос сбил его с толку, - я хотел извиниться перед тобой за то, что вёл себя, как скотина. Ты простишь меня? - Я подумаю над этим, – сказал Томаки, расцветая в улыбке. Эти слова очень обрадовали красноволосого, и он почувствовал сильное влечение к стоящему перед ним парню. Аки прижал его к стене и начал одаривать тело парня поцелуями, чувствуя, как от каждого прикосновения Томаки вздрагивает. Что это было: страх или возбуждение – он не знал. Вдруг на глаза попались запястья парня, на которых ещё были видны синяки от наручников. На Аки нахлынули воспоминания, вызывая возбуждение и… сожаление. Томаки, заметив, что ласки прекратились, сам начал извиваться, прося продолжения, и, жарким дыханием обжигая шею парня, прошептал: - Я разрешаю тебе… Сделай это! Услышав это, Аки вышел из оцепенения. Разумеется, в отличие от их первого раза, сейчас он постарается доставить ему удовольствие. Он начал стягивать одежду с Томаки, продолжая ласки. Когда парень остался в одних боксёрах, Аки стал поглаживать его через ткань, возбуждая и успокаивая одновременно. Его ласки произвели сильный эффект. Дыхание Томаки стало прерывистым, через боксёры заметно выпирала возбуждённая плоть и он начал тереться то об Аки, то о стену, желая большего. Но Аки не спешил – времени у них было много – потому он продолжал ласкать его тело, целуя ключицы, полизывая и прикусывая соски, от чего те стали твёрдыми. Его член уже рвался на волю, от чего ласки становились агрессивнее. Томаки, также переполняемый желанием, начал постанывать. - Тише! Нас ведь… могут услышать… - Аки целовал его в губы, пытаясь заглушить стон. Его переполняло желание и похоть. А Томаки, поначалу, был поглощён противостоянием разумов – «верхнего» и «нижнего». Первый бил тревогу, напоминая, что совсем недавно парень его ненавидел, а второй желал, чтобы его трахнули. Вскоре внутренняя борьба завершилась полной победой «нижнего», и Томаки отдался поглощающим его чувствам - страсти и желанию. Аки уже хотел стащить с парня мешающую часть одежды, из-под которой заметно выделялась возбуждённая плоть, как дверь в раздевалку внезапно распахнулась, а на пороге стоял Он. - Вы… ВЫ! Педики?! – воскликнул, красный то ли от ярости, то ли от стыда, Чарльз. Повисло молчание. Спалившиеся парни, в какой позе были - в той и застыли, шокировано смотрели на нарушителя их уединения. А нарушитель во все глаза пялился на них. Его лицо постепенно меняло оттенок от красного к зелёному, и до белого. Вдруг, он достал телефон и начал фотографировать. - Ну, голубки, теперь вся школа узнает о ваших извращениях, - сказал Чарльз и вдруг разразился истеричным смехом, - А ты… новенький, сразу мне не понравился. Ахаха! Теперь всё понятно! Он продолжал фотографировать и смеяться. На фотографиях были чётко видны стояки парней и очень интимная поза. В это время Томаки отошёл от шока и бросился к вещам, чтобы хоть что-то одеть. Аки тоже пришёл в себя и с ненавистью уставился на Чарльза. От его поступка сейчас зависело всё: будущее парней и надежда на счастливую жизнь. - Договоримся по-хорошему? – сквозь зубы процедил он, медленно подходя к Чарльзу, у которого на лице играла коварная ухмылка, - Ты удаляешь все фото и забываешь о том, что видел, или я… помогу тебе забыть. Выбью всё из тво... - Тут я командую! – рявкнул парень, убирая телефон, - У меня есть планы на тебя. На вас обоих. И вы сделаете всё, что я прикажу. - Даже не думай, тварь! – зарычал Аки, но его проигнорировали. - Ты, - Чарльз повернулся к Томаки, который, сгорая от стыда, старался слиться с тенью, оценивающе осмотрел его и, пошло улыбаясь, продолжил, - у тебя хорошее тело. Поработаешь шлюхой для меня и моих друзей. От этих слов и от того, как их произнесли, Томаки чуть не вывернуло. Он осознал что его ждёт и уже начинал паниковать. Аки, заметив его состояние, бросился на Чарльза; его взор был затуманен, перед глазами стояла картина, где Томаки насилуют и причиняют боль другие. Именно в этот момент он окончательно понял, что любит его и никому не позволит прикасаться к своему Томаки. В голове билась одна мысль «Убить!» Он уже занёс кулак для удара, как в раздевалку зашёл тренер, что слегка остудило пыл парня. Он осмотрел всех суровым взглядом и, не вникая в ситуацию, погнал всех на занятие. Весь урок Аки наблюдал за Томаки, который, словно ушёл в себя и действовал на автомате. Он решил потянуть время, чтобы не гробить репутацию парня и свою. В голове постепенно вырисовывался план действий. После уроков Аки подошёл к Чарльзу и согласился выполнить его требования при условии, что тот оставит Томаки в покое. Они договорились встретиться у дома Аки через 30 минут и разошлись. Всё это время Томаки не замечал происходящего вокруг. Он думал лишь о том, что будет, если Чарльз действительно расскажет о нём всей школе. Не только расскажет, но и покажет! Его тут итак не особо приветствуют, теперь его жизнь изменится в худшую сторону. Но больше всего Томаки боялся не за себя. Что будет с матерью, когда она узнает, что её сын гей? Да ещё и шлюха, если верить планам Чарльза. Все будут с презрением смотреть в их сторону, или не смотреть вовсе. А как быть с Сатоши, его любимым братиком? На него тоже распространится это клеймо. Томаки не знал как быть. Время для него пролетело незаметно – пора было возвращаться домой. Не хотелось думать, почему Чарльз до сих пор не предъявил ему свои требования. В голове стали возникать безумные мысли. Неизвестно что бы он сделал, если бы не подоспевший вовремя Аки, принявшийся успокаивать его, обещая, что всё будет хорошо. Верилось в это с трудом, но это немного успокоило парня и подарило небольшую надежду, за что он был благодарен. Аки провожал парня, попутно его успокаивая. До дома дошли быстро и на прощанье он шепнул ему на ушко: «жди звонка» и, дождавшись, когда за парнем закроется дверь, поплёлся к своему подъезду, преисполненный мрачными мыслями. Там его уже ждали. //Уважаемые читатели, эта глава является экспериментальной для автора и дебютной для беты, как писателя. Пожалуйста, оставляйте отзывы и пишите о том, каким вы видите продолжение истории. Благодарим за внимание!//