Жестокость возрождает любовь

Подойдя к подъезду, Аки молча смерил парня взглядом, на что тот ответил тем же. Они так же молча поднялись до квартиры и перешагнули порог. Заперев дверь, он снова бросил взгляд на Чарльза, который был в растерянности. Заметив его растерянность, он решил действовать. - Может, выпьешь чего? – спросил Аки и, не давая ответить, пояснил, - для смелости. - А? Да… - вопрос вывел парня из ступора, и он, встретившись с ледяным взглядом, уверенно продолжил, - да, принеси мне чего покрепче. Считай это первым приказом. Пока Аки копошился на кухне, Чарльз осматривал квартиру. Обставлена со вкусом, да и кровать типа «траходром» его впечатлила. Но он пока не знал чего хочет и с чего начать. Он всегда считал гомиков больными извращенцами, но при этом хотел бы попробовать себя в активной роли. Так сказать, для сравнения. Он размышлял так: «тот, кто сверху – не гей» (ой наивный! :) – прим. Ред.), так почему бы и нет, раз выпал такой шанс? Ведь у него теперь, фактически, есть раб, готовый выполнять всё, что он потребует, в обмен на молчание и неприкосновенность этого жалкого новичка. Удачно заглянул в раздевалку. Вскоре с кухни вернулся Аки с двумя бокалами янтарной жидкости и предложил сесть нежеланному гостю на ту самую кровать, а сам остался стоять рядом. Не чокаясь, парни осушили бокалы, и красноволосый понёс их обратно. Не спеша вымыл и убрал на место. Бросив взгляд на стол, на котором всё ещё лежала пачка снотворного, он не смог сдержать коварной улыбки. Вернувшись в комнату, Аки застал Чарльза, когда тот сонно заваливался на кровать, и злорадным голосом произнёс: «Ты не захотел по-хорошему – будем действовать по-плохому!» Дождавшись, когда парень окончательно провалится в сон, он позвонил Томаки и попросил того прийти. А сам принялся готовиться к приходу желанного гостя. Томаки не заставил долго себя ждать. Он был всё ещё в мрачном расположении духа – ему не хотелось возвращаться в этот дом. Почему-то, вопреки разуму, он доверился Аки, который практически изнасиловал его в этой квартире, и снова пришёл. Зачем? Может зря он так поступает? Уйти пока не поздно? Долго томиться под дверью ему не пришлось. Аки с улыбкой впустил парня. - Рад, что ты пришёл. У меня для тебя сюрприз. Закрой глаза, доверься мне. - Я и так доверился, придя сюда, - огрызнулся парень, всё же закрыв глаза. Его немного настораживало поведение Аки. Несмотря на то, что им обоим грозило по воле Чарльза, он был весел. Странно всё это. - Всё. Можешь открыть. Первое что увидел Томаки – комната, в которой всё и произошло. Тело снова заныло от боли. Он уже хотел развернуться и уйти, как его взгляд упал на кровать. В тот же миг челюсть отвисла, а глаза стали подражать японской анимации (большие, в пол лица – прим. Ред.). На кровати лежал Чарльз. Нагой. Его руки и ноги были привязаны, а сам он тихо посапывал. Аки со стороны наблюдал за реакцией парня. Когда тот открыл глаза, на лице было удивление, быстро сменившееся гримасой боли(?). А потом Томаки застыл в шоке, глядя на «сюрприз». Забавная картина. Аки любовался парнем, однако это уже долго продолжалось, и он решил вернуть его в реальный мир. - Эй, что скажешь? Томаки встрепенулся и, повернувшись, спросил: - Что ты собираешься с ним делать? - Что МЫ собираемся с ним делать, - поправил Аки, продолжая, - всё, что ты захочешь! Парень снова посмотрел на Чарльза. Этот человек хотел сделать его шлюхой и шантажировал. Томаки всё ещё хотел отомстить Аки за ту ночь, но теперь появилась возможность утолить жажду мести, попутно унизив того кто сделал (или мог сделать) ему больнее. Парень злорадно улыбнулся, и Аки, получив сигнал к действию, достал пузырёк нашатыря и сунул под нос пленника. Чарльз проснулся от неприятного и резкого запаха. Глядя в потолок, он пытался сообразить кто он, где он и какой сейчас год. Вспомнив последние слова, которые он услышал перед отключкой, он дёрнулся, чтобы встать, но оказался привязан к кровати, на которой лежал. Почему так холодно? В поисках ответа, он посмотрел вниз. «Так, вопрос отпадает – я не одет… Стоп! Почему я голый и привязан к кровати?!» Сбоку послышался шорох. Повернув голову на источник шума, он увидел двух парней, нагло смотревших на него. - Что тут происходит? Почему вы так на меня смотрите? Развяжите немедленно! Иначе вам двоим не жить. Я…, - не успел он закончить угрозу, его перебил Аки. - Ты сейчас не в том положении, чтобы приказывать и, тем более, угрожать нам, - твёрдо сказал парень, - ты шантажировал, угрожал и продолжаешь угрожать нам. Ты хотел использовать Томаки, а затем меня. Сегодня мы научим тебя правильному поведению. На этих словах он достал кляп и, пока Чарльз не успел опомниться, заткнул ему рот. - А что если он решит нам отомстить, когда мы его отпустим? - спросил Томаки . - Я уже подумал об этом, - ответил Аки, кивнув в сторону тумбы, на которой лежала камера. Томаки всё понял, он взял аппарат и начал съёмку. С этого момента парни не говорили друг другу ни слова, наслаждаясь процессом. Аки выложил все свои игрушки, многие из которых он ни разу не использовал. Для начала он завязал пленнику глаза и прицепил прищепки к соскам, от чего тот взвыл. Далее в ход пошла плеть. Сначала он только поглаживал его, слегка касаясь, но это быстро наскучило. Аки начал несильно хлестать парня, мычащего от каждого прикосновения, оставляя красные полосы на теле. От всего происходящего Томаки возбудился и решил присоединиться. Аки вручил ему шарики, а сам отошёл в сторону, наблюдая. Смазав каждый шарик, под мычание Чарльза, он начал медленно их вставлять. С каждым вставленным шариком Чарльз стонал и извивался всё больше, чувствуя дискомфорт. К моменту, когда шарики закончились, оба парня были возбуждены до предела, а член Чарльза сочился смазкой. Аки не хотел, чтобы тот получал удовольствие и резко дёрнул за кольцо, заставив пленника жалобно стонать. Всё тело Чарльза горело, а зад, казалось, был предоставлен всем ветрам. Из-за завязанных глаз его тактильные чувства обострились, и боль была сильной. Но вопреки всему он начал возбуждаться, он хотел большего. На его член надели кольцо, не позволяющее кончить, а в анус вставили что-то большое. Он замер в ожидании дальнейших мук, но услышал голос Аки: «Ты же не любишь «гомиков», а сам получаешь удовольствие. Какой ты противоречивый. Хочешь большего? Знаю, что хочешь. Ты это получишь. И я позволю тебе видеть». Когда Аки снял повязку, Чарльз посмотрел на них слегка покрасневшими глазами и что-то промычал, но парни не придали этому значения. Томаки, глядя на него с интересом, нажал на кнопку на пульте, который держал в руках, и что-то большое, что вставленное в парня, начало двигаться. Он непроизвольно выгнулся от неожиданных, новых ощущений, доставляющих удовольствие. От этой картины Томаки, словно слетел с катушек, сам набросился на Аки, впиваясь в того поцелуем. Парень ответил на поцелуй, моментально забывая про пленника. Его руки начали блуждать по стройному телу парня, попутно стягивая одежду. Оставив одни боксёры, он навис над Томаки. Как бы продолжая с того места, где их прервали в прошлый раз, он, поглаживая возбуждённую плоть парня через ткань, раздевался сам. Стянув с Томаки и себя последнюю часть одежды, Аки снова припал к губам, устраиваясь между ногами. Он медленно вошёл, стараясь не причинять боль и давая тому привыкнуть. Томаки выгнулся навстречу, давая знак продолжать. Аки начал крутить бедрами, наращивая темп, а парень под ним - страстно стонать. Они слились в единое целое, мир для них перестал существовать. В какой-то момент Томаки, выгибаясь всё больше, задел пульт, включив тот на максимум, и к их стонам прибавился третий. Так продолжалось долго. Оргазм быстро приближался. Аки, почувствовав это, обхватил рукой член парня, ритмично надрачивая. В экстазе, Томаки успел прокричать «люблю!» и разразился бурным оргазмом. От сокращающихся в оргазме мышц парня, Аки кончил вместе с ним. Уловив краем уха признание, он повалился на парня и произнёс: «Я тоже тебя люблю». Разгорячённые, они нежились в тепле друг друга, пока их не привлёк стон со стороны. Чарльз всё ещё не мог поверить в происходящее. На его глазах два парня занимаются сексом рядом, в то время как он сам, с кляпом во рту и прищепками на сосках, привязанный, получает дикое удовольствие от большого механического хера, двигающегося в его заднице, но не может кончить из-за дурацкого кольца на члене. Всё стало ещё хуже (лучше?), когда Томаки задел пульт, включая вибратор на полную. Этот монстр задевал простату, доставляя пленнику жуткую смесь боли и наслаждения и вырывая громкие стоны из груди. Вскоре он уже был на пике экстаза. Тело била крупная дрожь и хотелось кончить, но он мог только извиваться и стонать всё громче. Он не заметил, как с него сняли кляп и прищепки, но зато чётко ощутил надвигающийся с новой силой оргазм, когда исчезло злополучное кольцо. На Чарльза накатило цунами удовольствия, в которое он окунулся с головой. Его тело содрогалось, сперма заливала живот, а сознание покидало его, оставляя в памяти последнее, что он чувствовал – ни с чем несравнимое наслаждение и чувство удовлетворённости и опустошённости. Аки, освободив Чарльза и убедившись, что с ним всё в порядке, без сил повалился рядом с Томаки, обнимая того. Теперь их будущему ничто не угрожает, и они будут вместе. Всегда.