Судьбы метаморфозы

У вас наверняка были такие моменты, когда ты спишь и в то же время осознаешь, что все это тебе снится. Недавно я ощутил на себе и обратный эффект, это когда ты живешь, но тебя не покидает ощущение, что все вокруг - всего лишь сон. Не потому, что все так радужно прекрасно, а потому, что так не бывает. Просто не может быть... А началось все с моего пробуждения, и дело не в том, КАК я проснулся, а в том, ГДЕ я проснулся. Это была не моя маленькая комнатушка в общаге, а огромная комната с окном во всю стену и выходом на террасу. Не отягощенное мебелью пространство, заполненное воздухом и светом. Прозрачные шифоновые занавески неспешно колыхались от легкого бриза, в воздухе чувствовались морская соль и аромат соснового бора. Мебель была сделана из светлого дерева, и мой взгляд зацепился за комод с резными ящичками, стоявший неподалеку от кровати, на которой я лежал, а также огромное овальное зеркало в полный рост. Я повернул голову, чтобы осмотреть другую часть комнаты, но тут открылась дверь, и в комнату вошла красивая женщина в странном изумрудно-зеленом длинном платье, похожим на платья викторианской эпохи. В мозгу промелькнуло "косплей", но озвучить сию мысль мне не удалось, так как женщина заговорила первой: - Золотце, как ты? - Эм... не очень, - произнес я и тут же попытался прокашляться, поскольку голос оказался сиплым и неожиданно высоким. - Это ж надо же было такому случиться... - посетовала женщина. Ее глаза были полны искренней заботы и сожаления, - никогда еще лошадь тебя не сбрасывала. И что с ней такое случилась, что она вдруг понесла? Бедное мое солнышко, - она присела на кровать и ласково погладила меня по голове. Этот жест казался мне смутно знакомым, было очень уютно лежать вот так в кровати, когда тебя по головке гладят, но все-таки я никак не мог взять в толк, почему эта незнакомая женщина ведет себя так, будто знает меня, и довольно близко. И при чем тут лошадь? Последнее, что я помнил, было мое падение в душе, видимо, я сильно ударился и потерял сознание. Значит, меня там нашли и перенесли... куда? На больницу не похоже, для общежития тоже обстановка слишком богатая... - Где я? И кто вы? - голос снова сорвался с сипения на высокую ноту. Я что, связки повредил? Женщина удивленно распахнула глаза удивительного ультрамаринового цвета. - Ты меня не узнаешь? - с болью в голосе спросила она. - Нет, - честно ответил я. Женщина тихо всхлипнула и, вскочив с кровати, быстрым шагом бросилась к двери. - Альфред! - позвала она, распахивая дверь, - она меня не узнает! Кто такой Альфред? Почему я должен ее узнавать? Что у меня с голосом? И... так... стоп! Она?! Да что за хрень тут вообще творится? Какая к черту еще "она"?! Бегло осматриваю себя и замечаю, что руки и правда слишком утонченные, и я не помню, чтобы начал отращивать ногти... Перевожу взгляд вниз и... Твою мать! Это что, грудь?! Вскакиваю с постели, чудом не запутавшись в одеяле, и бегу к зеркалу. Смотрю и не могу поверить своим глазам. В зеркале отражаюсь не я, а стройная и хрупкая платиновая блондинка с довольно милым личиком, большими синими глазищами, ошарашенно смотрящими на меня, чуть вздернутым носиком и губками бантиком. Этакая фарфоровая куколка, не Барби, но что-то близкое. Какого черта вообще?! Начинаю руками ощупывать тело: хрупкие плечи, грудь третьего размера, тонкая талия, плавный изгиб бедер, стройные ноги и... Твою мать! Я - девка! - Аааа! Да что же это?! Как?.. Кто?.. Почему?.. Что вообще происходит?! - пячусь я назад от зеркала, потрясенно вскрикивая. Неожиданно спотыкаюсь о тапочек и приземляюсь на мраморный пол, больно ударившись пятой точкой. Так, стоп. Я понял! Я, наверное, очень сильно стукнулся головой в душе и сейчас лежу в больнице, и мне, наверное, ввели какое-то обезболивание, у которого побочный эффект - галлюцинации. Точно! У меня просто галлюцинации, мне все это просто кажется. А нехило меня так вштырило... Начинаю нервно хихикать. Рядом со мной опускается какой-то мужчина и, придерживая за плечи, помогает мне встать. - Алиса, дорогая, с тобой все в порядке? - в голосе мужчины звучит та же забота, что и у недавней моей посетительницы, но у меня это вызывает лишь приступ смеха, и я в ответ лишь мотаю головой. - Давай я помогу тебе лечь в постель, а потом тебя осмотрит мастер Иголс, хорошо? Я пытаюсь подавить зарождающуюся истерику, но не выдерживаю и, картинно заламывая руки, произношу: - Только в присутствии родителей! Я - девушка приличная... - тело содрогается от еле сдерживаемого хохота. - Конечно-конечно, я никуда не уйду, и мама сейчас вернется, она как раз целителя встречает. Ага, значит это отец, а та женщина, стало быть, мать. Теперь понятно, почему они так заботливы. Потихоньку смех сходит на нет, и я успокаиваюсь. Интересно, сколько еще будет действовать этот наркоз? Мужчина бережно подводит меня к кровати, помогает улечься и заботливо укутывает одеялом. Сам же садится возле меня и успокаивающе гладит меня по руке: - Все будет хорошо, моя девочка, мастер Иголс вернул нам тебя, я уверен, он сможет помочь. Честное слово, мне даже жалко его стало. Вот правда. Это же всего лишь мой сон, так может подыграть ему?