Судьбы метаморфозы

Мастер Иголс оказался худощавым мужчиной лет сорока на вид, абсолютно лысым и с добрыми серыми глазами. С первого взгляда он вызывал доверие. Одет он был, в отличие от «отца», в просторную белую… эмм… мантию? Или как еще можно назвать помесь больничного халата и плаща-палатки? Под встревоженным взглядом «родителей» он поводил руками над моей тушкой, особое внимание уделяя голове, на чем «осмотр» и закончился. Даже ни одного вопроса про самочувствие не задал. Странные у них тут методы лечения… — Ну что ж, могу вас утешить, это тело абсолютно здорово, — слегка улыбнувшись, произнес целитель. — Это замечательно, но почему тогда она нас не помнит? — взволнованно воскликнула «мама». — При падении госпожа Алиса ударилась головой, из-за этого возможны провалы в памяти, но для более полного обследования необходимо наблюдение, и еще мне нужно побеседовать с вашей дочерью наедине, у меня возникнут вопросы, отвечать на которые дети обычно стесняются в присутствии родителей. — Не понимаю, какие такие могут быть вопросы. Но вы мастер, вам виднее. Пойдем, дорогая, — «отец» поднялся с кровати и повел женщину на выход. Возле двери он обернулся: — Если что, зовите. — Непременно, — кивнул мастер и, дождавшись, когда закроется дверь, обернулся ко мне, — а теперь скажите мне, молодой человек, как вы себя чувствуете? — Нормально, — пожал я плечами, но тут до меня дошло. — Что?! Почему вы… — Я сканировал вашу ауру, естественно, я увидел отличия… Так как вы себя чувствуете? Сканировал ауру? Это как? А какая, к черту, разница, это же галлюцинации… — Нормально, не считая того факта, что я в женском теле, — поморщился я и тихо добавил, — не могу дождаться, когда очнусь от наркоза, а то этот сон как-то уж затянулся… — Это не сон, — мягко улыбнулся целитель, — и когда вы это поймете, найдите меня. Думаю, нам многое можно будет обсудить. Признаюсь честно, его слова заронили зерна сомнения в мою душу. То есть я понимаю абсурдность мысли, что я на самом деле оказался в чужом женском теле, возможно даже в другом мире, учитывая странные одеяния аборигенов. Но, помнится, в детстве я увлекался историями про реинкарнацию, переселение душ и тому подобное, так что теперь в моей голове нет-нет да и промелькнет мысль «а что, если это все по-настоящему?». — И как же я пойму, что это не сон, если я технически могу находиться без сознания сколь угодно долго, в коме, например (тьфу-тьфу-тьфу, не дай бог, конечно)? — спросил я у уже собравшегося уходить мастера. — Попробуйте боль, — пожал тот плечами. — В коме это не сработает, иначе медики давно бы уже взяли на вооружение этот способ выведения человека из комы, — произнес я. Мда, мне даже не верится, что я всерьез обсуждаю подобный бред. Ну, разве это не доказательство того, что я сплю? — Вот и проверите, проснетесь вы или нет. — Боль должна быть очень сильной, я не смогу сам… Тут как минимум кости надо сломать, — пробурчал я, неосознанно приобнимая себя за плечи. — Если вы просите меня помочь вам в этом, то говорю вам, что я не могу. Я мастер-целитель, мы не можем осознанно причинять вред людям, иначе лишимся дара, — мастер Иголс посмотрел на меня с сочувствием, — так что придется вам разбираться с этим самому. Блин, но как? Пойти из окна выброситься? А вдруг я реально здесь насовсем и это меня окончательно убьет? Не, так не пойдет… — Так, ладно… думаю, если я проведу тут больше недели, то можно будет говорить о том, что мои дела «там» действительно плохи, — решительно сказал я. — И что вы тогда намерены делать? — Привыкать к жизни здесь, — пожал я плечами. — Что ж, увидимся через неделю, — по-доброму хмыкнул целитель и вышел за дверь. Признаюсь сразу, я был сильно удивлен, когда проснулся на следующий день в той же кровати. Я сильно надеялся, что, заснув в этом мире, очнусь в больнице. Не вышло. Мягкий утренний свет спокойно лился сквозь те же прозрачные шторы, в приоткрытые окна просачивался морской бриз, принося с собой приятный аромат сосен. Мастер Иголс прописал мне полный покой, так что я почти не покидал спальню; лишь изредка прогуливался по террасе да спускался в столовую на обед и ужин. Завтрак мне приносили в постель. Так прошло десять дней, и я начал примиряться с тем, что надолго застрял в этом теле. Самое сложное было говорить о себе в женском роде, когда ко мне обращался кто-нибудь из родителей Алисы. И, честно говоря, я не представлял, как буду жить дальше. Принять себя в этом теле и вести себя как девушка? Бррр… не… не могу… Взбунтоваться и, наплевав на общественное мнение, вести себя, как привык? Говорить о себе в мужском роде? Тоже не вариант. За такое меня, скорее всего, упекут в какой-нибудь далекий монастырь, чтобы не позорил, а точнее не позорила, древнее имя рода Хартбри. А я не хочу в монастырь… Может и правда посоветоваться с мастером Иголсом? Может, он что путное придумает? В общем, я решился позвать целителя, спросить совета. В конце концов, он сам предложил к нему обратиться. Пройдя в мою комнату, мастер дружелюбно улыбнулся мне. — Я вижу, вы решили-таки проконсультироваться, — все так же улыбаясь, произнес целитель. — Мастер, я в замешательстве, — сокрушенно ответил я, — похоже, я надолго тут застрял. В чужом теле, в чужом мире, не зная обычаев и традиций. Ко всему прочему, я вынужден говорить о себе в женском роде! Хорошо хоть язык каким-то непостижимым образом понимаю, а то вообще тоска была бы. Вот только я не уверен, что на письменность это так же распространяется. В общем, я и так не знаю, как мне жить дальше, а тут еще и это… — я недвусмысленно повел руками вдоль тела, — я ведь совершенно не умею вести себя как женщина. Ладно еще с родителями, они все списывают на последствия удара, — я покрутил пальцем у виска, — а если на люди выйти… меня же за ненормальную примут. — Да, не повезло вам, — мягко произнес мастер, — но, может, вы еще привыкнете? — Ага, замуж выйду, детишек нарожаю, — слова так и сочились сарказмом, — вы хоть думайте, что говорите. Как к такому можно привыкнуть?! — Ладно, не отчаивайтесь, — спокойно ответил местный доктор на мою вспыльчивость, — на самом деле есть один способ, но… во-первых, это рискованно, во-вторых, очень больно, в-третьих, долго и, в-четвертых, необратимо. — Что это? — уцепился я за единственный, как мне тогда казалось, шанс. — Магия, мой друг, магия, — снова улыбнулся Иголс. — Есть одно малоизвестное заклинание, я на него случайно наткнулся еще в годы ученичества. Даже не думал, что когда-нибудь пригодится. Благодаря ему вы сможете поменять пол. Насовсем. Я скептически приподнял бровь, почему-то результат представлялся мне жутко накрашенным трансвеститом в парике и на шпильках. Меня аж передернуло. Мастер словно прочитал мои мысли и снисходительно улыбнулся. — Суть этого заклинания, — продолжил он объяснение, — в том, что оно перестраивает тело, подгоняя его параметры под ауру. Насколько я смог понять из тех исследований, что читал, оно создавалось для профессиональных магов-убийц, которые меняли свое тело время задания. Но и в вашем случае оно сработает. Единственное, за побочные эффекты я не могу ручаться. И оно будет необратимо, так как вы не маг. — К черту эффекты, — решительно мотнул головой я, — но я точно снова стану парнем? Целитель снова снисходительно улыбнулся, видя мой энтузиазм и надежду, озарившую мое лицо: — Безусловно, у вас аура мужская. Так что даже не сомневайтесь. Неужели я снова стану собой? Да плевать тогда на побочные эффекты, разберемся как-нибудь. Зато мне не придется больше притворяться и можно будет жить нормальной полноценной жизнью. — Стойте, — остановил я поток сумбурных мыслей, — а как же родители Алисы? Как им объяснить это? — Тут я тоже помогу вам, — мягко произнес мастер, — сейчас в любом случае еще рано задумываться об этом. Ритуал займет около двух месяцев, так что у вас будет время все спокойно обдумать и подготовить их. Я кивнул, а затем неуверенно спросил: — Мастер, а зачем вам это? Почему вы мне помогаете? В глазах целителя блеснул хитрый огонек. — Это уникальный случай в магической практике, мне будет интересно заниматься им, и к тому же, я надеюсь, вы разрешите впоследствии описать его в моем научном труде. Ну что ж, резонно. Все-таки не совсем бескорыстно, а то я уж было начал волноваться, уж больно все гладко выходит.