Счастье в глазах омеги.

Тамир Шад. В клинике Дерека продержали ещё три дня. Юнер с честью выдерживал атаки друга и ни в какую не согласился того выписать, несмотря на пропущенный Новый Год и приближающееся Рождество, пока все сомнения в побочных эффектах не были отметены им в сторону. Тамир покидал альфу только для того, чтобы пообщаться с сыном, которого привозил Лари. Парень оказался отличной нянькой и Камил в нем души не чаял. Омега радостно глядел на свое дитя и только беспокойство за жизнь Пламера портило его вновь обретённое душевное равновесие. "Это только потому, что он обещал мне свободу. Если бы господин умер, я не смог бы получить ее", - твердил себе парень, но сам себе не верил. То чувство, что он испытал держа в своих руках почти окоченевшее тело альфы, Тамир иначе как ужасом назвать не мог. Он и теперь содрогался от мысли, что мог больше никогда не увидеть его глаз, не ощутить на своей коже прикосновения сильных и нежных рук Дерека, не услышать как тот повторяет его имя. В пылу страсти альфа иногда забывался и называл Тамира "мой утёнок". Омега сначала огорчался, считая, что это от того, что он хромой и альфа таким образом напоминает ему об увечье. Только вот с недавних пор эти слова, произнесённые с придыханием в момент их близости, прокатывались по сознанию нежной истомой, оглаживая Тамира изнутри и вызывая ответное желание сказать что-то нежное, ласковое и притянуть господина к себе, зарыться в его волосы пальцами и шептать в ответ: "Твой... " В день выписки хозяина встречали все. Кламп, Берт, Седрик и Лари с Камилом на руках. Тамир приехал вместе с хозяином. Том остановил машину возле крыльца и Юнер помог Пламеру выйти из машины. Альфа досадливо вздохнул, глядя на встречающую его процессию, и, оперевшись на плечо Тамира, поднялся по ступенькам ведущим к входным дверям. Все предпраздничные приготовления были давно закончены, дом украшен. В обеденном зале своё место заняла шикарная ель. Пахло хвоей и выпечкой. Вся новогодняя кутерьма благополучно миновала Пламера, пока он лежал в клинике. Дерек досадливо улыбнулся, вспоминая о нерозданных подарках, и, всё так же опираясь на плечо омеги, проследовал в свой кабинет. Кожа омеги под рукой Дерека была горячей, он почувствовал это, когда они добрались до своей цели и Тамир стал помогать альфе с переодеванием. - У тебя температура? - Дерек вопросительно взглянул на парня и тот пожал плечами. - Я хорошо себя чувствую, господин, - омега задумался, - наверное перенервничал за время дороги. Ничего страшного. - Всё равно, иди-ка ты в постель, а я пока посмотрю, что тут накопилось в моё отсутствие, - Дерек коснулся губами лба омеги и покачал головой, высокая температура у парня явно была и, развернув Тамира в сторону его комнаты, лёгким толчком отправил к двери, - сейчас передам Клампу, чтоб принёс тебе его фирменный отвар. Иди. Тамир робко улыбнулся и последовал в указанном направлении. Открыв дверь, он ещё раз обернулся, глядя на то, как альфа задумчиво перебирает бумаги на своём столе и звонит на кухню. Шагнув в комнату, омега обратил внимание на что-то лежащее на кровати и прикрытое полупрозрачным шелковым покрывалом. Любопытство взяло верх над осторожностью и он приподнял край шелковой завесы. Сдавленный крик вырвался из горла, прежде чем парень успел закрыть свой рот рукой. На аккуратно расстеленном покрывале стройным рядом были выложены наручники, распорка, моток верёвки, стек, несколько фаллоимитаторов огромного размера и, в довершении картины - пара ножных браслетов, которые были выполнены в форме "усмирителей". Волна ужаса захлестнула парня. Образы прошлой жизни один за другим стали мелькать перед глазами. "Почему... Зачем... Ведь господин никогда... " - ноги Тамира обмякли и он почти упал на пол, но сильные руки подхватили омегу и прижали к тёплой знакомой груди, успокаивая. - Откуда это здесь? - голос хозяина доносился как сквозь вату, - Кламп, кто приходил к нам в моё отсутствие? Тамир сжался в держащих его руках, обхватив себя за плечи. Он не слышал ответа повара, не видел, как в кабинет вошел Берт и они с Клампом быстро собрали всё с его кровати. Только появившийся в дверях Лари, который привёл Камила поцеловать папу на ночь, смог расшевелить омегу. Тамир отвечал на лепет сына и отмирал, глядя в лицо мальчика, которое светилось неподдельной радостью от того, что он сидел на коленях своего папочки и болтал ножками в воздухе. Когда вся суета стихла и омега уложил сына спать, Дерек отвел притихшего парня к кровати и, подхватив его на руки, уложил на полностью перестеленную постель. - Я бы ещё и кровать поменял, но сегодня это невозможно, - Пламер просто присел рядом и смотрел на омегу. Лицо Тамира полыхало нездоровым румянцем, губы парня подрагивали, а по телу прокатывали волны дрожи. Альфа уже хотел уйти, но омега сам поймал его руку и, притянув ладонь Дерека к своим губам, поцеловал пальцы мужчины. От этого действия Пламер вспыхнул как свечка. Волна желания захлестнула альфу с головой и он смог только сдержать себя и не наброситься на Тамира сразу. Наклонившись к парню и жадно прильнув к его губам, Дерек стал целовать омегу требовательно, но нежно. В ответ Тамир застонал и полностью поддался желанию альфы, выгибаясь в его руках, подставляя шею под беспорядочные поцелуи, запуская руки под рубашку Дерека и скользя горячими пальцами по его коже. Требовательно теребя пуговицы на рубашке Пламера, который уже давно избавил омегу от этого ненужного сейчас предмета гардероба и теперь возился с брюками парня, Тамир весь горел. Кожа стала слишком чувствительной, каждое прикосновение опаляло жаром и так разгорячённый покров. Он выдыхал в ненасытные губы свои ничем не сдерживаемые стоны и, когда альфа наконец сбросил свою одежду, парень сам переполз на его колени, потёрся пахом о бедро Дерека и взглянул ему в глаза, ища там брезгливость или недовольство, а увидел только своё отражение в сполохах желания. - Горячий мой, хороший, Тамир... Омега смотрел на губы, которые шептали его имя и плыл на волне удовольствия, что пронизывало его тело тысячами разрядов, принося желание ощутить в себе этого альфу, только его и никого другого в этом мире. Чтобы его заботливые руки стёрли из его памяти все поднятые со дна его разума кошмары, вновь разбуженные увиденным недавно натюрмортом. Ещё несколько движений бёдрами, и Дерек коротко рыкнул, подхватывая омегу со своих колен и укладывая на кровать, нависая над ним и целуя горячую кожу, вдыхая дурманящий запах ванили, ныряя пальцами в увлажнённый вход и постанывая от нетерпения и неудержимого желания. - Что ты делаешь со мной, утёнок, - шепот-стон и Тамир выгнулся навстречу, раскрываясь и отдавая всего себя с ответным стоном. - Дерек...