The winner takes it all...

Феликс сам сжег останки Деметрия. Огонь охватил то, что осталось от сумасшедшего вампира, и сожрал все без следа. Феликс стоял и смотрел, как языки пламени уничтожают прекрасное тело Деметрия, которое Фил любил держать в объятиях и целовать. Пламя с ревом вздымалось вверх, торжествуя и беснуясь. Вампир смотрел и не мог определить, что чувствует. Тоска, скорбь, печаль, равнодушие и еще где-то на задворках рождалась темная ненависть к Джасперу. Пленник был виноват, именно его присутствие толкнуло рассудок Дема за грань. Десять дней Феликс смотрел на закаты и восходы из окна своей комнаты. Слабость недостойна мужчины, но вампир ничего не мог с собой поделать. Все его мысли были обращены к Деметрию, мгновениям их вечности. Феликс буквально слышал его голос, чувствовал на себе его прикосновения. - Ты везде можешь меня найти? – спросил Феликс у закатного солнца и услышал самодовольный смех Деметрия. Он натурально сходил с ума. И теперь ему нужен был якорь, чтобы не потонуть в пучине безумия. Якорь нашелся довольно быстро и был он хлипким и ненадежным, как всякая месть. Отомстить Джасперу, за то, что тот свел Деметрия с ума. Но не только за это. И вот Феликс перед пленником, перед тем, кто стал ему очень близок, тем, кто был таким же, как и он, был солдатом. Вольтури с ненавистью посмотрел на Джаспера. Причина ненависти? Проще простого. - Я хочу тебя убить, - монотонно произнес Феликс, глядя в глаза Уитлока. - Почему? – поинтересовался Джаспер. Как будто ему действительно интересно. - Ты живой, - просто ответил Вольтури. Он был живым и сидел на соломе, а Деметрий сгорел в огне. Вот где несправедливость. - Спорно, - пробормотал Джаспер, опуская глаза. - Ты хочешь поговорить об особенностях вампирского организма и степени его «жизни»? – выдал Феликс, пожалуй, самую длинную фразу за свое существование. - Нет, - мягко улыбнулся Джаспер. Феликс почувствовал покой. Ему вдруг стало ненужно убивать пленника. А это значило, что Джаспер неплохо копается в мозгах Фила. - Не смей! – прорычал Вольтури, пытаясь освободиться из-под влияния ментальных способностей Уитлока. - Я не перестану, - улыбнулся Джаспер. Феликсу захотелось ему врезать, но это желание кануло в Лету под гнетом способностей пленника. - Хочешь жить? – поинтересовался Феликс спокойно. - Конечно, - в тон ответил Джаспер. - Деметрий тоже хотел, - зашипел Фил. - Его убил ты, а не я, - покачал головой пленник. Конечно, но появление Уитлока было тому причиной. Если покопаться. Феликс промолчал, понимая, что аргумент весом только для него, а в словесных баталиях он не силен. - Я сожалею о нем, - прошептал через минуту Джас, - Но он хотел убить тебя, помнишь? - Жаль, что не тебя, - прорычал Феликс. - Мне показалось это странным, - пожал плечами Джаспер и принялся ходить вдоль стену камеры. – Но он хотел сначала. Феликсу тоже показалось странным, что Деметрий не разорвал Уитлока. Нет, Дем решил убить Фила.. Ревность принимает странные формы. Вольтури жил на свете дольше Джаспера и знал намного больше об отношениях. Деметрий решил, что проще убить своего любовника. Теперь Фил сожалел, что этого не случилось. Лучше умереть навсегда, чем жить в аду вечность. - Что ж, отличный повод исполнить его желание, - усмехнулся Феликс. - Тебе станет легче? – непонятно спросил Джаспер. - Что? - Тебе станет легче, если ты, как тебе кажется, отомстишь за него? – пояснил пленник. - Да, - честно ответил Феликс. Его одиночество не станет меньше, но мысль, что Джаспер тоже прекратит существование, делала все легче. Проще. Справедливей. - Отлично, - почему-то улыбнулся Джаспер, - Попробуй меня убить. Покой и безразличие нахлынули на Феликса с новой силой. - Не старайся пока, - равнодушно сказал Фил. – Мне должны позволить Повелители. Я не могу убивать дорогих гостей без согласия Аро и других. Он выделил это «дорогих гостей», а затем развернулся и покинул камеру.