Марионетки

- Страаашно, - проскулил Дзюн, за что ему тут же прилетело от соседа. Послышались щелчки – стражи порядка уже приводили себя в боевую готовность. Сасдзука окликнул тебя, и ты отозвалась. Мы немного отдалились от них. Мне становилось хуже с каждой минутой. Слишком много вокруг было этой чужой демонической ауры. Скверное ощущение, что за мной следят три тысячи глаз, доставляло неудобство и дискомфорт. Я то и дело пытался наткнуться на чей-нибудь силуэт в этой беспросветной тьме. - Нейро, тебе плохо? – спросила ты, прислушавшись к моему тяжелому и громкому дыханию. Мне отчаянно не хватало воздуха. Но мое состояние волновало меня в последнюю очередь. Я больше думал о том, как выбраться, и тебе бы лучше заняться тем же самым. - Яко, держись рядом и не отпускай меня, - ты приблизилась ко мне на шаг, но не посмела подойти вплотную. – Я не кусаюсь. - Откуда мне знать?! - Если не станешь подчиняться, то точно укушу, - в темноте я нашел твои руки и завел себе за спину. Так было надежнее. Но ты вела себя очень странно, то вздыхала, то топталась на месте, словно оказалась не в том месте и не в нужное время. Как говорится у вас – неловко себя ощущала: - Ты чего дрожишь, микроб? - Ничего. - Можно подумать, что меня ты боишься больше чем убийцу, - ты таинственно промолчала. Я не стал вникать в причину. – Так сильно боишься? - Это он убил маму, ведь так? - ты сказала это таким сухим и безжизненным голосом, что я его не узнал. Но скрывать от тебя правду было неуместно. - Да… Будь готова к любым неожиданностям, - я поспешил сменить тему. - Он может появиться в любую секунду. Главное, запомни в какой стороне дверь. Или ты это забыла со своими куриными мозгами? - А вот сейчас совсем неподходящее время для издевок, - серьезно сказала ты, но немного расслабилась. По крайней мере я уже не чувствовал дрожь в пальцах сквозь ткань пиджака. - Ха, мне не нужен повод для издевательств. - Да ты сам по себе сплошное издевательство! - Лестно-лестно… Эта маленькая ругань могла спасти твою психику, не хватало еще криков и паники. Но как бы я не пробовал разрядить обстановку, даже мне становилось не по себе от этой долгой тишины. Удивительно, как хорошо я чувствовал тебя рядом с собой. Я слышал твое дыхание, и даже пульс. От тебя пахло страхом. И пусть я не видел ничего, даже твоего лица, но ощущал и тебя и каждого в этой комнате, кроме Роричи. Я старался не уснуть, порой ты толкала меня руками, отчего я сразу возвращался к реальности. Время тянулось медленно, и вскоре сдерживать себя, чтобы не потерять сознание, стало практически невозможно. Но из сна меня вырвал треск. Он эхом разнесся по помещению, и над нами загорелись лампы. Мы посмотрели на полицейских - они на нас. Их дружная компания оставалась стоять посередине комнаты добротной и непробиваемой кучей. И в наших глазах должно быть они встретили непонимание. Ты уставилась на меня, точно не ожидала увидеть здесь. Ты сразу отцепила руки, отстраняясь от меня. Странная ты… Комната ничего особенного не представляла. Но я так и не понял, что это было за место и для каких целей оно использовалось. Но вскоре мы это узнали. Стены начали двигаться и под металлический скрежет, показали истинное обличие комнаты – эта была балетная студия, окруженная со всех сторон громадными зеркалами. Даже потолок был обит ими. Наши тела отражались, в каждом из них. - Зеркала, - прошептала ты, завороженная и испуганная одновременно. Я в ожидании смотрел на свое отражение, и пока демон не овладел им. Загадка не оставила запаха, как и существо, которое ее породило. Казалось, что все наши проблемы – это нами же придуманная история. - А где Роричи? – Сасадзука опустил пистолет и начал ходить по студии, ощупывая зеркала. Все остальные проделывали то же самое. – Он не мог испариться! - Идем! – я остановил тебя, схватив за руку, стоило тебе лишь отойти. - Нейро, а почему мы стоим? - Я не чувствую его. - Кого? - Роричи. Он либо ушел, либо… - Инспектор! – прервал меня один из блюстителей закона, указав на почерневший ободок деревянной рамы. Она легко отъехала в сторону – сначала все казалось черным, но потом… к ногам инспектора рухнуло тело нашего преступника. Брюки Сасадзуки обрызгало кровью, когда за телом поспешили голова и верхние конечности. Изрезанная кожа лоскутами свисала с кровавого мяса, которое раньше называлось человеческим телом. Над лицом кто-то очень хорошо поработал: из пустых глазниц сочилась кровь и непонятная прозрачная жидкость. Череп раскололи и из него вываливался мозг, губы отрезали, демонстрируя желтые обкуренные зубы. Сквозь драные раны на футболке просачивались изорванные органы, показывая содержимое кишечника. Студия вмиг "заблагоухала". Даже Сасадзуке, человеку спокойнейшего характера, который обладал каменным лицом, не удалось сдержать отвращения, и он скривился. Всех остальных просто отнесло подальше, Ишигаки отбежал в противоположный конец комнаты, его затрясло, а потом вовсе вырвало. Тебя тоже колотило от ужаса. Я подошел к трупу и перевернул на спину – сквозь длинные рваные полосы можно было разглядеть позвоночник. Расправа была точно такая же. - Что за?.. – не успел закончить мысль инспектор, как свет снова потух. Во тьме я не смог сориентироваться и потерял тебя из виду. Среди полицейских слышалась возня, что помешало мне найти тебя сразу. - Нейро, ты где?!!! – чуть не плача спросила ты. - Стой на месте! - Нейро, я что-то чувствую!!! – я пошел на твой голос, но, вытянув вперед руку, нащупал лишь пустоту. – Мне страшно!!! Оно рядом со мной! - Успокойся, я иду! – на этот раз я нашел тебя, вот только стоило мне взять твою руку в ладонь, как она выскользнула, и ты с криком стала отдаляться от меня все дальше и дальше. Комната, казалось, потеряла свои стены, где любые звуки исчезают как в пропасти. Я не видел и не знал, в какую сторону тебя потащили. Тишина… Голоса полицейских пропали, отдаваясь только глухим откликом в моей голове. Я попытался позвать тебя, но голос не подчинялся мне. Я остался неуслышанным как под куполом. Пошел вперед, но наткнулся на стену, что задрожала под моими кулаками. Я набрал скорость и пошел в противоположную сторону, где опять наткнулся на преграду: что-то мягкое и мокрое выросло передо мной, отдавая ужасным запахом крови и мяса. Меня бросило в дрожь от этой находки, а потом я услышал чей-то гортанный торжественный смех. Словно бы под самым ухом раздался свист плети и ее звонкий удар о зеркало. Я обернулся, но все равно нашел только пустоту и мрак. И снова смех раздался совсем рядом, сопровождаемый звонкими ударами плети и твоими всхлипами. А плач перешел в вопль: - Нет!!! Не надо!!! – услышал, как кто-то рвет твою одежду. – Прошу вас, ПРЕКРАТИТЕ!!! Через секунду воздух разрезал хлопок и звук разорванной плоти. Твой крик потонул во тьме, как и мой собственный. Я не понимал, где начинается твой вопль и кончается этот чудовищный смех, где всхлип переходил в протяжный свист плети. Я не мог понять, откуда они раздаются, мне казалось, что со всех сторон. Я бежал в темноте, но не приближался к тебе и не отдалялся. Порой наталкивался на зеркала, и они разбивались под моим натиском, резали пальцы, но мне было плевать. Я уже ничего не понимал. Крик, свист, хохот… Боль, ужас, удар… Я не помню, насколько сильно мое тело отреагировало на эту ситуацию, но мой гнев был непонятен даже мне самому. Я был в ярости, я был готов убивать, уничтожать, сжигать. Но я не думал ни о жизнях полицейских, ни о твоей, ни о своей. Я старался закрыть в себе эту сущность, но желал приносить смерть, приносить разрушение. Все вокруг вспыхнуло зеленым. Трансформация вышла из-под моего контроля, выставляя напоказ мое демоническое обличие. Я видел лишь свое обличие демона в отражении зеркала. Комната разорвалась в осколках, которые посыпались на пол, как тот самый первый снег. Снег, холод, спокойствие… Я сразу забыл о гневе и вспомнил о снеге. Спокойно и медленно скользящем по ветру, ложащимся в мои ладони. Этот снег не таял, он замирал в моих руках, точно я был его частью. Частью этой обжигающей стужи… Моя голова стала опускаться, рога и крылья исчезать. Я не терял сознания, но видел перед собой только врага – я видел самого себя, но чужого мне демона. Незнакомого. Мы остались наедине. - Теперь ты готов. - К чему? – оно не ответило, продолжая все так же дико улыбаться мне. Со временем я приобрел человеческий облик. Я порезал лицо осколками, но царапины быстро зарастали. Мое отражение поморщилось и сняло со щеки каплю крови, слизав ее с пальца. Я почувствовал лишь легкое касание под раной и солоноватый привкус на языке. Я рассматривал его в зеркало, он рассматривал меня. Но вот что-то шевельнулось позади меня, я присмотрелся в отражение и увидел знакомый силуэт. - Яко? – я развернулся, еще не придя в себя полностью. Ты медленно подняла голову, с неприкрытым ужасом глядя в мои глаза. А твои глаза – безжизненное и холодное стекло. Ты подгибала под себя ноги и сгибала спину, пытаясь встать, но без посторонней помощи это было невозможно. Я прикрыл тебя пиджаком, не смотря на кровавые следы от плети. Я посмотрел в сторону полицейских, но никто не замечал нас. Каждый зализывал собственные раны - от осколков пострадал каждый. Один из мужчин умирал на руках у Сасадзуки – осколок перерезал ему горло. Глаза тусклые и полные слез смотрели в нашу сторону, его взгляд умолял о смерти. Я уже мысленно знал, что с такой раной он уже не жилец, возможно, и Эйси знал это. Кто-то выбивал дверь, Ишигаки набирал скорую. Когда дверь выломали, в нее тут же бросились медики с носилками. К тебе подошли, но я не дал им тебя унести. - Спина горит… - прошептала ты одними только губами. Я взял тебя на руки так, чтобы не дотрагиваться до ран и не причинить тебе новую боль. – Забери отсюда. Здесь плохо… - Тише, ничего не говори. Держись за меня, - ты обвила руки вокруг моей шеи. Мой пиджак уже почернел от крови. - Боль… - Я знаю, терпи, - ты положила голову мне на плечо и закрыла глаза. – Меня ведь терпишь, а это проявление высшей силы терпения, - ты усмехнулась, осторожно погружаясь в сон. В тот день я впервые понял, что ощущают люди, когда говорят о мести. Я посмотрел в единственное целое зеркало. Отражение разочарованно покачало головой и с отвращением усмехнулось:"Я жду тебя". В нем отражался мой враг - в нем отражался я сам.