I think too much

Кёнсу отчаянно боролся со сном, срезая шипы у роз. Он плохо спал в последние дни, потому что никак не мог отогнать мысли об этом странном человеке с суицидальными, по какой-то причине, наклонностями. В который раз ловя себя на мысли о том, что он слишком часто думает о Ким Чонине, Кёнсу услышал, как открылась дверь. - Какое совпадение! Очередное. Знаешь, волшебный парень, мне кажется, что ты меня преследуешь, - голос Кая разнесся по магазину. - Как я могу тебя преследовать, если в этот раз ты пришёл ко мне сам? – он даже не оторвался от своего дела. - То есть в предыдущие два раза ты всё-таки меня преследовал? Кёнсу, наконец, поднял глаза и посмотрел на своего собеседника. Это был всё тот же Кай, но… - Твои волосы… Что-то непонятное мелькнуло в его глазах, и Чонин нервно тряхнул головой, проводя рукой по высветленным прядям. - Захотелось перемен, знаешь ли. Мне не идет? Скажи, что я потрясающе выгляжу, хён. «Всё равно причина не в этом…» Кёнсу сузил глаза и уже открыл было рот, чтобы спросить, что значила эта внезапная мысль, как Кай его перебил: - Неважно, можешь не отвечать. Мне нужны цветы. У вас есть белые розы? – последняя фраза была произнесена с особым акцентом на местоимении. - Есть, вам оформить букет? - Нет, нам будет достаточно просто цветов. Странная словесная перебранка показалась Кёнсу забавной, и он улыбался, пока доставал все белые розы, что у них были. Но, кроме этого, он пытался отогнать мысли о том, кому же предназначались эти цветы. - Хён, во сколько ты сегодня уходишь с работы? - Около полуночи. Кай расплатился и бросил перед уходом: - Возможно, мне захочется зайти к тебе сегодня ещё раз. Время текло размеренно, Кёнсу пытался спокойно выполнять свою работу, но из-за того, что он ждал прихода Кая, всё валилось из рук. Он как раз убирал осколки разбитого им горшка, когда входная дверь громко распахнулась настежь, и его глазам предстал Ким Чонин с полупустой бутылкой виски в руках. - Хёёёёёёёёён. Хён, я же обещал, что приду. Кай свесился с прилавка и уставился прямо в удивленные глаза Кёнсу. - Хён, у тебя такие интересные глаза, - пьяно протянул он, - не нужно читать мыслей, чтобы понять, о чем ты думаешь, достаточно просто посмотреть в твои глаза. - Тебе нужно домой. - Я не хочу домой. Я хочу куда угодно, только не домой. Я больше не могу находиться один в этой квартире. Потому что, каждый раз… Заходя туда… Совершенно один, - его голос начал дрожать. - Чонин… - Нет! Не называй меня по имени! Чонина больше нет. - Но… Он с силой сжал кулаки, выкрикивая: - Вы все не даете мне довести своё дело до конца… Столько попыток ушло впустую из-за вас, меня постоянно что-то или кто-то останавливает… Кёнсу упустил момент, когда Кай ударил по прилавку бутылкой виски и с силой полоснул её осколком свою ладонь. «Кровь…» - Хён, я же говорю, что тебя можно читать по глазам. Они у тебя сейчас огромные. Ты напуган? Боишься крови? - Не боюсь. И я не напуган, я в ужасе, - он сорвался с места, чтобы вытащить из ящика аптечку. Алкоголь, смешиваясь с алыми каплями, медленно стекал на пол, разнося по магазину горький запах виски. Приготовив бинт, Кёнсу аккуратно взял Кая за руку. «Твои руки… Такие тёплые и мягкие» Не обращая внимания на чужие пьяные мысли, он лихорадочно перебинтовывал ладонь. - Позвони Чанёлю и отвези меня к нему. - Я посажу тебя на такси. - Нет, ты поедешь со мной. «Прошу тебя… Пожалуйста»