Невидимка

— Северус, это уже ни в какие ворота не лезет! Что такого сделали мои студенты за этот день, чтобы потерять двести очков, а тринадцать учеников заполучить отработки?! — возмутилась Минерва, едва войдя в учительскую. Снейп стоял у окна, заложив руки за спину. Только правила хорошего тона заставили его повернуться к взбешенной женщине. — Половина твоих драгоценных детенышей понятия не имеет, что в школе имеется библиотека, а те кто знает — полагают, что она для декора, — резко отозвался зельевар. — Двести баллов за это не снимают! — закричала всегда сдержанная декан Гриффиндора. — Северус! — в учительскую вошла профессор Спраут. — Конечно, взыскания придуманы, как один из инструментов для воспитания, но я определенно не понимаю, почему пятеро моих студентов получили их за сделанное домашнее задание! — возмутилась она. — Потому, что умение переписывать у одноклассников не способствует зарождению способности мыслить в их головах! — философски заметил зельевар. Ситуация начинала его забавлять. Тут в комнату зашел еще и Флитвик, заметив деканов, он направился к ним. — Дайте угадаю, вы тоже чем-то недовольны? — спросил Снейп мастера чар. — Да, и еще как! Северус, вы сняли пятьдесят баллов за то, что мистер Томпсон положил вместо трех ложек настойки шиповника — две. Вам не кажется, что это слишком?! — маленький профессор был очень возмущен. Все трое недовольных декана уставились на в меру спокойного мастера зелий. Снейп медленно упер руки в бока и ответил: — Я не собираюсь менять своего решения. Пусть ваши студенты научатся, как следует работать на уроке и учить то, что им задают. Высказавшись, зельевар покинул учительскую, гордо подняв голову. На обеде все преподаватели и студенты недобро смотрели на профессора зелий. Исключение составляли — Дамблдор и, как бы это ни удивляло, Поттер. Мальчишка вообще посмеивался над всей обострившейся ситуацией, созданной Снейпом, и это вызывало у Северуса смешанные чувства — от подозрения до раздражения. — Веселитесь, Поттер? — прошипел мрачный профессор. — Только вы, сэр, способны разом настроить против себя всю школу, — невозмутимо ответил парень. В этот раз молодой человек был вынужден сесть рядом с мастером зелий — это было единственное пустовавшее место. — Что такого сделали ребята, что вы их настолько возненавидели? Помнится, даже в мое время такого не случалось. — Поттер, а расскажите о вашей работе в аврорате, — вдруг попросил мастер зелий. Гарри подавился чаем. Когда он откашлялся, то с таким удивлением посмотрел на профессора, что Северус невольно залюбовался поблескиванием зеленых глаз. Поймав себя на этом, Снейп в шоке отвернулся. «Что за черт!» — Любопытство, конечно, не порок — так бы я ответил кому угодно, но не вам. Вы, сэр, будете интересоваться моей жизнью, если только смертельно больны и от меня зависит ваше здоровье, — ухмыльнулся парень. Губы зельевара скривились, он поднялся. — Может это и так, — бросил он, потом ядовито добавил: — а, может, и нет. Покидая Большой зал, профессор чувствовал, что Поттер все еще смотрит на него. * * * За прошедшие несколько дней мастер зелий делал все, чтобы разозлить своего мучителя и спровоцировать на очередное нападение: он специально и сознательно доводил до белого каления студентов и преподавателей, а затем считывал мысли и мимику лица. Людям, выбитым из равновесия, сложнее скрывать свои мысли и эмоции. Вывести человека из себя, прежде чем подвергнуть легилименции — проверенный способ ослабить блок окллюмента. В случае учеников, идея о мыслезащите довольно легкомысленна, а вот с профессорами — вполне себя оправдывает. Все подростки вели себя так, как и им и положено: зыркали на зельевара недовольными взглядами, огрызались, некоторые гриффиндорцы даже в отместку «летучей мыши» начинали драки со слизеринцами. Но, это все было не той реакцией, что ждал профессор. И в мыслях их он так ничего и не нашел. Патрулируя ночной замок, Северус сначала накладывал сканирующее заклинание на коридор и только потом проходил в него сам. В этом смысле он был параноиком. Однако, либо террор, который устроил студентам их злобный профессор, способствовал тому, что у невидимки не было времени на посторонние вещи, кроме как учиться, а у преподавателей — следить за учениками, либо неизвестный, видя, какие охранные заклинания и сканирующие чары применяет зельевар, больше не нападал на Снейпа. Мысли о том, как еще можно вывести изверга на чистую воду и то, что мужчина потом с ничтожеством сделает — не давали спокойно спать. Проворочавшись до утра и толком не выспавшись, Северус тяжело поднялся с кровати и отправился в душ. Очень удивленный он вернулся оттуда через минуту. Почему-то не было воды. — Долли, — позвал маг. — Да, профессор, сэр? — послушно отозвался домовик, материализовавшись около зельевара. — В ванной нет воды, — сообщил мастер зелий, приглаживая встрепанные со сна волосы. Домовик исчез и появился не более чем через две минуты. — Приношу свои извинения. Необходимо время, чтобы починить. Трубы очень старые, нужны неволшебные материалы. — Делайте, — приказал Северус, а сам, прихватив все необходимое для водных процедур, направился в ванную для старост. Было раннее утро, поэтому на пути никто не попался. Зайдя в просторную, выложенную плиткой и отделанную мрамором комнату, зельевар подошел к бассейну, который носил скромное название — ванная, и включил множество кранов. Пока набиралась вода, Северус скинул мантию, под которой была лишь пижама. Медленно раздеваясь и втягивая носом аромат, распространявшийся от пены, мужчина чувствовал, что расслабляется. Очередная ночь, проведенная в борьбе с собой, измотала его. «По крайней мере, я могу быть уверенным, что это не шестые курсы и ниже. Всех проверил. Если предположить, что это все же была девушка под оборотным зельем, головы блюстительниц моды я тоже прошарил. Что же оставалось? Лезть в мысли профессоров нельзя, они сразу почувствуют. Даже Трелони знает, что такое окклюменция». — Северус остановился у низкого, но широкого подоконника и присел на него. В голове он прокручивал имена возможных и подходящих по возрасту волшебников. Желудок начало крутить, потому что большинство из профессоров были чуть ли не вдвое старше его. Той же Трелони было около шестидесяти, да и Вектор — давно перевалило за пятьдесят. Не говоря уже о МакГонагалл, Флитвике и Хагриде. Два последних отпадали сразу: первый был маленьким, Северус судил по рукам, а второй не обладал настолько совершенной магией, это была главной причиной. Еще были Хуч, Филч и Поттер. Дамблдор — не обсуждается. Завхоз — сквиб. Про призраков, конечно же, можно было не вспоминать. Если, все же, отбросить студентов, из всего списка учителей, Снейп мог подумать только на Поттера. Причин было несколько. Во-первых, у парня было достаточно сил и ума, чтобы преодолеть щиты ненавистного зельевара. Несмотря на то, что отношения между ними пришли чисто к нейтральным и официальным, мальчишка мог таить на мужчину обиду и злобу. Мало ли, что там у него в голове, и беда в том, что Северус не может больше с легкостью залезть в нее. Во-вторых, Поттер в последние дни довольно дружелюбно ведет себя с ним, и Снейпу иногда казалось, что он видит в его глазах насмешку. Профессор не бросался обвинениями в адрес парня только потому, что знал за собой слабость: он, бывает, ошибается в людях, думая о них хуже, чем они того заслуживают. А выставлять себя посмешищем профессор не собирался. Все-таки была вероятность, что это студенты. В семнадцать лет некоторые парни уже достаточно развиты физически. И руки у некоторых вполне, как у взрослого мужчины. В-третьих, мастер зелий узнал, что Поттер подрабатывает в отделе тайн. Там можно было найти какой-нибудь любопытный артефакт, который способен делать парня невидимым, причем не только его тело, но и запах. Северус не мог вспомнить пах ли чем-нибудь неизвестный, когда напал на него в подземельях. Никаких особых запахов мужчина не учуял, а ведь у него отменное обоняние. Во время эпизода в теплицах, было просто невозможно что-то почувствовать, потому что аромат цветов все перебивал. Дальше волшебник думать не стал, потому что становилось противно. Он не мог сказать, что было хуже: студенты, старые профессора или Поттер. «Ну, а что если это, и правда, он? С него станется поиздеваться, а потом бросить все это мне в лицо. Причем при всех!» Северус закрыл глаза, справляясь с накатившими чувствами. Пусть этот негодный мальчишка всегда был занозой в заднице, но профессор уже давно не отождествлял его с Джеймсом, и поэтому, в некотором роде, принимал его присутствие в своем окружении, то есть допускал на безопасное расстояние. Гарри имел свои особые качества, и мастеру зелий некоторые из них даже нравились. За последнюю пару лет парень возмужал и поумнел, хотя последнее, вероятно, произошло еще в войну. Снейпа удивил выбор его профессии: раньше тот хотел стать аврором, но пришел в Хогвартс. Хотя, возможно, в этом не было ничего странного. Ему надоело сражаться и видеть смерть. Как говорил Дамблдор, Поттер помогает своему другу Уизли в рейдах по поимке оставшихся Пожирателей и обыске их домов, а это говорило о том, что Гарри хорошо чувствует темную магию, и с легкостью находит артефакты и… «А что если невидимка так меня и ловит? Выслеживает по темной магии! — Северус всегда накладывал поверх своей мантии отталкивающие чары из-за зелий, а на подкладку — черномагическое защитное. — Нет, только не мальчишка! — Хотя все говорило, что подозрения его верны. Невидимка действовал уверенно и искусно — Поттер был взрослым мужчиной и вполне мог иметь неплохой опыт в таких делах. Но зельевар ни разу не слышал, что Золотой мальчик — гей. — То, как все делал невидимка, не походило на стремление сломать меня. Просто потрепать нервы, нанести удар по гордости, возможно. Странно, что таким способом. Есть более болезненные и, несомненно, Поттер о них знает, — Северус недоумевал. — А еще, тот, кто хочет причинить боль, не действует так аккуратно и нежно, хотя, определенно, он наслаждался ситуацией, упиваясь своей властью. А его странное поведение: он оба раза исправлял беспорядок в одежде — словно заботливый любовник», — Северус прищурился, ощущая, что он что-то упускает. Посмотрев на свои худые ноги, кое-где покрытые сеткой шрамов, Снейп поморщился. И с чего вдруг такому молодому и недурному собой парню захотелось доставить удовольствие своему нелюбимому профессору? Нет, определенно, Северус что-то упускал и это его нервировало. Вода в ванной уже почти налилась, и маг собирался прикрыть краны, но тут понял, что не может пошевелиться. «Твою мать! — вознегодовал он. — Как он мог пробраться сюда? Я же запечатал дверь и проверил, что за мной никто не идет!» — давление подскочило вместе с сильно забившимся сердцем. А еще Северус понял, что может двигать головой и говорить. Невидимка заколдовал все ниже шеи. Руки профессора продолжали неподвижно опираться о кафельный подоконник, на котором он продолжал сидеть… Почти обнаженный и беззащитный, как котенок. От ощущения мягкого касания к груди, мужчина вздрогнул. Он заметил, как пар от воды очерчивает контуры тела, стоящего напротив. Действительно маг был ростом, таким же, как Поттер. По тонкости талии, Снейп предположил, что человек тоже обнажен. «Черт!» — мастер зелий понял, что реагирует на эту мысль. Касание к щеке отвлекло его от переживаний. Он посмотрел вверх, где, возможно, на него глядели зеленые глаза. — Я хочу видеть тебя! — выкрикнул Северус и дернул головой, отодвигаясь от руки. Пальцы исчезли, но никто не ответил. — Немедленно отпусти! Как ты посмел дотрагиваться до меня, гаденыш!? — начал профессор. — Я оторву тебе голову, когда найду. — Он пронизывал взглядом пространство, надеясь поймать глаза парня, чтобы проникнуть в сознание. — Я выпотрошу тебя, а потом выкину твое тело в Запретный лес, чтобы… — его устрашающую тираду заткнули требовательным поцелуем. И мужчине ничего не осталось, как проглотить слова. Он мог укусить настойчивый язык, чтобы оттолкнуть несчастного глупца, но почему-то не сделал этого. Через какое-то время поцелуй стал нежным и успокаивающим. Когда чужие губы оторвались от его, Снейп прикрыл глаза и тяжело вздохнул, а сильные ладони стали растирать его плечи. — Зачем ты это делаешь? — не надеясь на ответ, спросил зельевар. Он немного успокоился и больше не стал кричать. Вряд ли бы от этого был большой толк. — Ты хочешь мне отомстить? Хочешь рассказать всем, как отымел проклятого ублюдка? — с тихой яростью выплюнул он. Странно, но следующий мягкий поцелуй, словно уверял, что все его предположения неверны. Сердце старого шпиона защемило от не ко времени и непонятно откуда взявшейся нежности. Почему-то хотелось верить, что этот неизвестный все-таки не хочет ему зла: как можно дарить такие ощущения и проклинать одновременно? Теплые пальцы дотронулись до возбужденных сосков Северуса и принялись их ласкать. Губы невидимки перебрались к шее, прокладывая дорожку из поцелуев к адамову яблоку. Снейп сглотнул и запрокинул голову, сдаваясь на милость победителю. Эти махинации с его кожей были божественны и невероятно возбуждающи. Мужчина уже чувствовал, что тверд, как камень. Материал трусов так чувствительно давил, что хотелось потереться о него. Невидимые ладони прошлись по животу, бокам и спине, рождая гортанный стон у зельевара. Подумать только, последний даже и не думал, что умеет так стонать. Тем временем, видимо, добившись ожидаемого результата, руки скользнули к бедрам, помассировали напряженные ягодицы, чуть ли не стягивая профессора с того места, где он сидел. Затем Северус почувствовал, что его действительно приподнимают и снимают последнюю деталь одежды. Судорожно вздохнув, мастер зелий закусил губу. Кафель под ним немного холодил кожу, но это было даже хорошо. Почувствовав поцелуй в коленную чашечку, Северус сосредоточился. Потом легким касанием губ было одарено другое колено. Видимо, невидимка присел на пол, потому что его руки теперь мяли голени Снейпа. Мастер зелий смутился, потому, что на его ногах, пожалуй, была большая часть его шрамов. Даже когда неизвестный гладил спину, где они тоже были, это было не так неудобно. Зельевару стало любопытно, что тот думает, смотря на это уродство. Противно ли ему? Какое у него лицо? Расслабляющий массаж, который устроили чуткие руки, ужасно нравился профессору. Прошло довольно много времени, прежде чем парень перешел к следующему шагу. Ощущая, как его колени разводят в стороны, Северус почти не паниковал. Да и чего уж? Касание к внутренним сторонам бедер было завораживающим и мужчина мог бы даже замурлыкать от удовольствия, если бы ситуация была иной. Налившийся член гордо вздымался, контрастируя с матово бледной кожей. Сидя и чувствуя, как его орган осторожно прижимают к животу, Северус не сразу понял, что задумал невидимка. Но когда его яички втянули во влажный плен, он вздрогнул и сжал зубы покрепче, не выпуская рвавшийся наружу стон удовольствия. Мокрый и ненасытный язык творил что-то невероятное. В какую-то секунду из горла зельевара чуть не вырвалась мольба, но он вовремя себя сдержал. Ладонь, придерживающая его орган, не шевелилась, а так хотелось донести до нее, что надо бы уже сжать ствол посильнее. Видя, как с головки на его живот падают капельки смазки, профессор всерьез задумался, чтобы попросить. Но не успел этого сделать потому, что доводящий до исступления язык и рот исчезли, как и руки. Профессор все же не сдержался и застонал от разочарования. Потом отругал себя за это. Внезапно его передвинули вдоль подоконника, так что ноги оторвались от пола. Под головой оказалось что-то мягкое. Повернув голову, Северус увидел несколько подушек. Волшебник оказался в полулежачем положении. «Что он задумал?» Руки Снейпа раздвинули в стороны, и мужчина ощутил, как что-то обхватило его бока с обоих сторон. Было немного необычно чувствовать, что кто-то нависает над тобой, разглядывает тебя, а ты ничего не видишь. В следующую секунду Северус лишился способности мыслить, потому что его член начало настолько сильно сдавливать, что мужчина не выдержал и вскрикнул. «Мерлин мой, как хорошо! Только не останавливайся!» — теперь он знал, что именно делает невидимка. И пусть Снейп будет проклят, но ему это нравилось до безумия. Когда орган Северуса оказался полностью внутри неизвестного, зельевар почти задыхался. Рискнув своей психикой, профессор поднял откинутую на подушки голову и посмотрел в сторону паха. Своего члена он не увидел, потому что теперь тот был скрыт чарами, как и напавший на него волшебник. Но зато мастер зелий отчетливо видел контур органа парня (было приятнее думать, что это именно молодой человек, нежели один из пожилых преподавателей). Сейчас он немного опал. Снейп собрался мыслями, в груди отчего-то закололо — невидимый не хотел его… Но, прежде чем Северус задался вопросом, почему это его волнует — догадка пришла в голову. «Какого черта без подготовки? Идиот!» Подняв глаза на то место, где по идее должна была находиться голова парня, Снейп заметил, что она была немного опущена. Вероятно, тот жмурился, пытаясь перетерпеть муки от проникновения. Несмотря на всю ситуацию, Северус никогда не хотел причинять боли тем, кто не делал ее ему. Пусть это было глупо, учитывая, что минут десять назад, он желал мучительной смерти невидимому магу. Снейп вполне понимал, что тот, кто хочет измучить или унизить своего врага, уж точно не будет причинять себе страдания, тем более страдания такого рода. Здесь было что-то другое. Северус уже приготовился отчитать дурака и велеть слезть с него, но не успел и рта раскрыть. Бедра, оседлавшего его волшебника, качнулись, а затем немного приподнялись и опустились. Снейп задохнулся от нахлынувшего восторга. Неизвестный сначала действовал спокойно и размеренно, видимо, привыкая. Это продлилось несколько минут, а потом он с силой стал насаживаться на немаленький орган мужчины, вырывая у последнего сладостные стоны и рычание. Профессор вновь запрокинул голову. Он чувствовал, что не далек от сумасшествия, и готов буквально на части разорваться от блаженства. Парень был настолько великолепно узким, что на ступнях от удовольствия поджимались бы пальцы, если бы не дурацкое заклятье, а яички напряглись до предела. Когда угол проникновения чуть поменялся, профессор услышал стон, и точно определил, что наслаждался не только он. «Наконец-то», — подумал Северус. Но мужчина не мог сказать, что имел в виду под этим словом: его обрадовало то, что он получил о своем неизвестном партнере кусочек ценной информации? А, может быть, большую радость доставило знание: парень тоже получает удовольствие? В дальнейшем зельевар больше ни о чем не думал: наслаждение достигло своего пика. Стенки узкого канала сжались еще сильнее, говоря о том, что их обладатель тоже готов кончить. Они сделали это почти вместе. Мастер зелий протяжно застонал и услышал, как ему вторит другой мужской голос. Северус излился внутрь горячего тела, и почувствовал, как на его живот брызжет чужая сперма. А затем, он отчетливо понял, насколько близко склонился над ним его любовник, и ощутил нежный поцелуй у основания шеи. Это было так… «Спасибо», — непроизвольно подумал Северус, закрывая глаза. Через несколько минут невидимка отстранился от зельевара и, очевидно, спрыгнул с подоконника. Снейп все это время молчал, зная, что тот хочет уйти. Прикосновение к колену и легкое поглаживание, вывели мужчину из неги и небольшого расстройства, что его сейчас просто бросят. «Меня это расстраивает?» — осознание этого факта заставило мастера зелий распахнуть глаза. Парень, чуть склонив голову в бок (этот жест, показался, Северусу очень знакомым), не уходил, продолжая гладить колено. Пар выделял его напряженную фигуру. Мужчина посмотрел на него и приподнял бровь. «Чего он хочет?» Фигура качнулась, рука потянулась к профессорсокому животу, и стерла свидетельства бесчинства. Потом маг заметил, как голова, к которой прилипли капельки пара, склоняется к его бедру и губы приникают к выпирающей косточке. Северуса пронзила догадка. Парень пытается понять, все ли с ним в порядке. Не сделал ли он Снейпу больно. «Ох», — осознание такого простого факта, как беспокойство «любовника», породили в душе мастера зелий необычное тепло. К горлу подкатил ком, но маг постарался побыстрее с этим справиться. — Все в порядке, — услышал свой собственный хриплый голос Северус. — Оставь меня. Ощущая, как к его животу приложились лбом, зельевар почувствовал облегчение, потому что понял парня правильно. Еще один благодарный поцелуй был оставлен на головке члена. После, невидимка провел пальцами по его ноге и смешался с паром. Северус услышал, как что-то тихо хлопнуло. И даже когда заклинание оцепенения спало, он не стал выяснять, где находится потайная дверь. Мужчина откинулся на подушки, порадовавшись, что парень их не убрал. Теперь он был полностью уверен, что невидимкой был Гарри Поттер. Почему он не крикнул об этом мальчишке вслед? Может, боялся услышать, что это не так?