Давай в любовь сыграем

Полгода назад.       Меня будит крик мамы где то снизу:       — Милая, вставай, опоздаем на ужин!       Ах да. Ужин. У Лето. Господи, и как нашим родителям не надоедает устраивать совместные ужины каждую неделю? Нет, серьезно. Лично мне уже надоело всё время надевать какие-то милые сарафанчики или платья. Я оглядываюсь на прикроватную тумбочку, на которой стоят часы. И вот она, женская логика! До ужина еще четыре часа, а меня уже будят, а то не дай бог опоздаем. Мама привыкла, что все женщины собираются долго (кстати, она не исключение), и думает, что мне требуется столько же времени для того, чтобы привести себя в порядок. Я лениво поднимаюсь с кровати и тащу свою тушку в душ, дабы проснуться окончательно.       Сажусь на заднее сидение машины, ибо вперёд меня не пускают, так как это место пожизненно забронировано для мамы. На самом деле я очень ее люблю, но у меня порой складывается впечатление, что я ей в чем-то завидую. Правда, не всегда могу понять в чем. Иногда это сама обыкновенная ревность, что ей уделяют больше внимания чем мне (по крайней мере, мне так кажется), и в такие моменты я радуюсь, что у меня нет брата или сестры, я бы этого не перенесла. Видимо, я требую к себе слишком много внимания, и из-за этого общение со мной бывает тяжелым, а для некоторых порой невыносимым. А вообще, всё зависит от настроения. Папа садится за руль, и мы трогаемся с места. Я знаю, что ехать нам не больше пятнадцати минут, и меня это радует. Просто я совершенно не переношу всяческий транспорт, при пребывании в нем больше десяти минут меня начинает жутко укачивать. Мне приходится всю дорогу о чем-то думать. Музыку они не включают, ведь это отвлекает от дороги. А плеер... Да что там тот плеер, когда свою музыку даже в наушниках послушать не дают, постоянно ко мне обращаясь со всякими глупыми вопросами. Как какие-то далёкие родственники, которые меня давно не видели. "Ох какая красавица выросла. Замуж еще не собираешься?" Ну и что-то в этом роде. А еще я поняла, что достаточное количество людей, ну, там друзья, родители, интересуются моей личной жизнью.       Ну, вот мы подъезжаем к красивому дому. Он не большой, но и не очень маленький. Так, середнячок. Но мне он безумно нравится.       Мы заходим в дом, где нас уже ждут. А так как я зашла первая, соответственно, первая попала в объятия Констанс. Отличная, скажу, женщина. На диване сидят Шеннон и Джаред. Я помахала им рукой в знак приветствия, не собираясь с ними обниматься так, как с их матерью. Буквально сразу же после того, как зашли мои родители и перестали обнимать бедную женщину, мы сели за стол. Я сидела возле Шеннона, впрочем, как всегда. И мне это не нравится, совсем не нравится. С Джаредом я еще общаюсь, а с Шенноном даже желания нет. У нас с ним давние счеты. При каждой нашей с ним встрече он пытается мне что-то сказать, и каждый раз я тщательно пытаюсь избежать разговора с ним. И так уже на протяжении двух лет. Правда, мне не всегда это удается, и я с ним говорю. Наши родители что-то бурно обсуждают, а мы сидим тихонечко, уткнувшись каждый в свою тарелку. От трапезы меня отвлекла рука старшего из братьев, которая легла на мое колено. Я бросила на него раздраженный взгляд и скинула его руку, но он снова вернул ее на моё колено.       — Убери руку и дай мне спокойно поесть! — зло прошипела я, глядя на него.       — Даже не подумаю, — парень ухмыльнулся. Я бы его ударила, не будь мы за столом.       — Шеннон! — едва ли не крикнула, от чего все взгляды тотчас устремились на нас.       — У вас все нормально? — обеспокоенным тоном спросила Констанс.       — Да, мам, все хорошо, — успокоил ее Шеннон. — Мы выйдем, поговорим? — Женщина кивнула, и он, не дождавшись моего ответа, схватил меня за руку и потащил наверх. Причем так быстро, что я чуть ли не спотыкалась на каждой ступеньке. Лето затащил меня в комнату, в СВОЮ комнату! Закрыл дверь, скорее всего на замок.       — Да что тебе нужно от меня, в конце-то концов?!       Он мне не ответил, лишь показал мне на кресло. Я прошла вперед и села на это кресло, он ведь этого хотел? Шеннон спокойно подошёл и сел напротив меня, только на кровать.       — Как долго ещё ты будешь меня избегать? — слишком уж спокойный он сегодня, меня это настораживает. Этот вопрос поставил меня в тупик, я-то решила для себя его избегать, но так и не поняла, почему мне этого хочется. Почему меня так напрягает этот человек? Чего я боюсь? Я не могу ответить себе на вопрос, почему я его избегаю, а он спрашивает, как долго это будет длиться. Я просто сижу молча, опустив взгляд в пол. Чувствую себя провинившимся щенком, которого отчитывает хозяйка.       — Мне повторить?       — Не стоит, — наконец-то у меня повернулся язык хоть что-то сказать. Почему, находясь хоть с кем-то, я могу ему ответить, даже язвительно, а когда мы остаемся вдвоём, вся моя смелость куда-то улетучивается? — Просто скажи мне, что ты хочешь?       — Я просто хочу, чтобы всё было как раньше.       — А как было раньше?       — Ты была моим другом. Мне сейчас этого не хватает, — вот это поворот. С чего это вдруг ему захотелось все вернуть, ему вроде и без меня хорошо было. А впрочем, если он всё-таки решил об этом со мной поговорить, почему он так странно себя ведет? — Ты же помнишь как в детстве мы целыми днями были вместе, втроем.       — Налаживание наших отношений будет элементарно зависеть от твоего отношения ко мне, — мне стало как-то легче с ним говорить. И всё же чего-то он не договаривает, мне кажется. — Ты больше ничего не хочешь сказать?       — Хочу, но это может подождать. Так что, мир? — он по-детски протянул мне мизинец и слегка улыбнулся.       — Ладно, мир, но не думай, что всё так быстро вернётся на свои места, — я зацепила свой мизинец за его и тоже улыбнулась. Какое у меня переменчивое настроение, несколько минут назад я была готова его прибить. Да и он не отстает от меня.