Не Волшебная страна

Люциус весь следующий день провел, шатаясь по поместью как привидение. Все валилось из рук. Он пытался читать — буквы расплывались перед глазами. Заниматься делами тоже не получалось — никак не мог сосредоточиться. Хоть зелья для концентрации внимания пей! Отправиться на прогулку он не решался — боялся, что в его отсутствие Нарцисса может перехватить письмо из министерства. Когда дело касалось безопасности семьи, она становилась просто невыносима! Умом он понимал, что все это — глупости. Да и невыразимцам, скорее всего, в голову не придет сообщить ему что-либо о судьбе Блэка. И все же он надеялся… И стоило признаться хотя бы самому себе, что дело было не только в мифической благодарности Поттера. Люциус прождал до вечера, но письмо так и не пришло. Нарцисса вопросами не беспокоила, хотя видела, в каком он находился состоянии. Ей и так все было понятно, без слов. Поздно вечером она пришла к нему в спальню, молча забралась под одеяло, обняла прохладными руками и положила свою голову ему на грудь. Эту ночь он спал спокойно. Под утро началась гроза. Люциус проснулся от раскатов грома, выбрался из объятий жены и вышел на балкон в соседней комнате. Он любил грозу. Когда его посадили в Азкабан, грозы напоминали о том, что за толстыми стенами тюрьмы все еще есть жизнь. Сейчас он был свободен, но вкус жизни все не возвращался. Словно он что-то навсегда потерял там, среди серых, пропитанных безумием стен. Он снова вспомнил о Блэке. Тот провел в Азкабане несоизмеримо больше времени и, в отличие от него, был окружен дементорами. Сколько же потерял он? Может, эта черная псина и есть все то, что на самом деле осталось от Блэка после Азкабана… Письмо из Министерства пришло только через месяц. За это время Люциус окончательно свыкся с мыслью, что невыразимцы решили оставить его не у дел. Правда, информации о триумфальном возвращении героя войны в газетах все не было. Вероятно, попытки вернуть Блэку разум, если они и были, оказались безрезультатны. Когда в окно его кабинета с важным видом влетела неясыть и скинула на только что написанное письмо запечатанный министерский конверт, Люциус решил, что Лонг снова зовет его на очередной допрос. Но почерк оказался незнакомым. «Уважаемый мистер Малфой! Ваши сведения в итоге оказались очень полезны для нас. Более того, мы нашли подтверждающие ваши слова факты из сторонних источников. Хотелось бы пригласить вас завтра, 23 сентября, к нам в Отдел Тайн, дабы обсудить аспекты нашего возможного сотрудничества. Если вы согласны, прошу известить меня как можно скорее. С уважением, М. Грей, старший маг-исследователь, Отдел Тайн. 22 сентября 1998 года». Неясыть никуда не улетела, она сидела на спинке кресла для посетителей и нетерпеливо переступала лапками. Получила указание дождаться ответа. Люциус вновь посмотрел на письмо, пытаясь прочесть скрытое между строк. «Факты из сторонних источников…» — не идет ли речь о Поттере? «Обсудить аспекты сотрудничества», — им что-то от него нужно. «Если вы согласны», — значит, он в принципе может отказаться. За этими словами чудилось что-то важное и в потенциале опасное. Любопытно. Очень. Люциус отложил документы, которыми занимался до того как к нему явился посланец из министерства, и достал чистый лист пергамента. Согласиться или нет? Он еще раз посмотрел на письмо. Что-то подсказывало, что не стоит поддаваться чувствам и сломя голову бросаться в Отдел Тайн. Раз ему дают выбор, лучше им воспользоваться. Он написал короткую записку с вежливым отказом и отправил неясыть в обратный путь. Если он прогадал, будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. А если нет… Люциус улыбнулся. Недовольная и уже слегка потрепанная неясыть вернулась к вечеру. Люциус сидел на балконе и любовался закатом, потягивая коньяк. Неясыть бросила ему письмо, требовательно клюнула в руку и злобно и осуждающе посмотрела на него. Голодная. — Наглая тварь, — хмыкнул Люциус и вызвал домовика, чтобы тот принес посланнице немного совиного корма. Это было даже не письмо, а короткое сообщение. «Прошу завтра принять меня в вашем доме. Если удобно, в три часа дня — или предложите любое другое время. Мне надо срочно с вами поговорить. М.Грей». Люциус ухмыльнулся. Не прогадал. Он вернулся в кабинет, быстро набросал короткое: «Жду вас завтра в предложенное время», — и отдал записку слегка отяжелевшей после сытного ужина неясыти. Ровно в три часа Грей аппарировал к воротам поместья. Домовой эльф проводил его в кабинет. — Мистер Малфой… — Мистер Грей… или как вас?.. — они обменялись рукопожатиями. Грей опустился в несколько тесное для него кресло, и оно жалобно скрипнуло. — Может, коньяк? — Наслышан о ваших богатых запасах… — Еще бы, — Люциус улыбнулся, — невыразимцы сюда часто наведывались. До вас только слухи доходили, или бутылки тоже? — Вы что, спаивали моих коллег? — И в мыслях не было, но некоторую недостачу нельзя не заметить. Густая светлая бровь Грея чуть приподнялась. — Намекаете на нечистоплотность некоторых сотрудников Отдела Тайн? — Нет… в конце концов, сюда еще и господа авроры захаживали. — Он усмехнулся. — Так не хотите попробовать что-нибудь? — Нет. Я предпочту разговаривать с вами трезвым. — Как хотите. Так что вам от меня нужно? Грей слегка поерзал, поудобнее устраиваясь в кресле. — Вы, должно быть, догадались, что я пришел к вам из-за Сириуса Блэка. — Догадался. Насколько я понимаю, вы связались с мистером Поттером. — Нет, мы решили повременить с этим. У нас был один артефакт… не совсем изученный. Мы пытались с его помощью лечить душевнобольных магов, добились определенных результатов и опробовали его на Блэке. — И?.. — И убедились, что вы были правы насчет его личности. Грей замолчал. — Так что с ним произошло? — не дождавшись продолжения, поинтересовался Люциус. — Его сознание спутанно… он словно разделен на несколько частей и заперт внутри самого себя. Что-то такое можно было предположить. Выходит, справочник не врал. Из Арки вернуться можно, но при этом сумасшествие гарантировано. — Вы можете ему помочь? — Хотим. Но помочь ему можете именно вы. — Почему же именно я? — Вы ему небезразличны. Люциус усмехнулся. Ну, это еще не доказано. — Думаю, мистер Поттер имеет для него куда большее значение. Наши с Блэком хорошие отношения закончились давным-давно. — Гарри Поттер — да, безусловно — он очень многое значит для Сириуса, но в данном случае он не подойдет. Нужен кто-то из его прошлого до Азкабана, кто-то эмоционально значимый для него, кто помнит его еще молодым; кто-то, способный разбудить его чувства и разум. Почти все, кто хорошо его знал — погибли. Возможно, вы единственный сможете ему помочь. Люциус постарался, чтобы на его лице не появилось выражение триумфа. Грей нахмурился и добавил: — Не обольщайтесь, мы все еще можем использовать Гарри Поттера или миссис Тонкс. Вероятно, это будет не так эффективно, но шантажировать нас никто вам не позволит. — Даже и не думал, — Люциус сдержал усмешку. — Что я должен сделать? — Воспользоваться нашим артефактом. Ваше сознание перенесется к Сириусу, и вы поможете ему собрать себя. Если все пойдет по плану… — А если пойдет не по плану? — Это абсолютно исключено! — Когда вы так говорите, я начинаю понимать, что опасность все же существует. Каков риск? Грей глубоко вздохнул и посмотрел ему прямо в глаза. — Ваше сознание может остаться там. — То есть я попросту сойду с ума. Отличные перспективы! Пожалуй, я откажусь. Грей устало потер лоб. — Чего вы хотите? Нет, так дело не пойдет. — Что вы можете предложить? — Я не собираюсь торговаться с вами, — между бровей Грея залегла складка. — Я тоже. Но вы должны понимать, что я не буду рисковать своим душевным здоровьем просто так. Сириус как таковой для меня мало что значит. Если бы для его спасения от меня требовалась какая-то информация или услуга, я бы с радостью вам помог и не потребовал бы взамен ничего. Но риск подразумевает достойное вознаграждение. Глаза Грея полыхали яростью, пальцы впились в подлокотники. Люциус даже забеспокоился, что тот сломает кресло. Было бы жаль. — Не говорите, что вам на него плевать! Я же видел вас. — Вы не видели ничего. Минутная слабость… жалость к волшебнику в клетке еще не говорит о моих глубоких чувствах к Блэку. — Вы врете. Он выдержал его взгляд. — Нет. Грей опустил глаза. — У невыразимцев нет возможности снять с вас наложенные Визенгамотом ограничения. — Я знаю, поэтому и спрашиваю: что вы можете предложить? Он потер лоб и откинулся на спинку кресла. — Артефакт. Если он у вас будет, никто не сможет отследить заклинания на вашей палочке. Кроме того, мы опубликуем окончательный отчет о Метке Волдеморта, интерпретировав некоторые спорные факты в вашу пользу. Хорошо, но… — Этого недостаточно. — Что еще? — Вы вернете все книги и артефакты, принадлежащие моей семье, которые ваша организация посмела вынести из этого дома! — он не сдержал эмоций. Грей холодно посмотрел на него. — Вам не кажется, что это слишком много за призрачный шанс вернуть разум одному-единственному человеку? — Нет, мне кажется, этого едва хватит, чтобы оплатить мой риск сойти с ума. — Я должен переговорить с начальством. — Как вам будет угодно. Руки на прощания они друг другу не пожимали.