Луч света в темном царстве

На поляне стоит ничем не примечательный домик. Такой же был у Тани, когда она жила с Валялкиным. Около дома растет огромное дерево, на котором приделаны качели. Из дома, со смехом вылетела девчушка лет пяти. Ее рыжие волосы, похожие на пламя, развивались на ветру. Легкое платьице с рисунков цветов, струилось. За девушкой выскочила женщина, видимо мать и с улыбкой погрозила кулаком девчушке. - Софья! Дождись обеда! – крикнула женщина и так же с улыбкой, скрылась за дверью. - Хорошо, мамочка, - пробормотала Софья, направляясь к небольшому прудику за домом. Вот-вот должен был прийти отец семейства. Сев на берегу, рыжеволосая подтянула к подбородку ноги и стала что-то тихо напевать. Кажется, это была банальная колыбельная. Вдруг подняв голову в сторону леса, девчушка напряглась…. Ее зеленые глаза потемнели… Таня с криком проснулась. Ей приснилась ее мать. Те же волосы, те же, изумрудные глаза. Из глаз Гроттер катились слезы. Она еще не могла понять, что это было. Но ясно одно – это была мама. Ее мама, которую она никогда не видела. - Малыш, что случилось? – спросил Глеб, сонным голосом. Он только что проснулся от крика Тани. - Мне…. Мне…. – Гротти разрыдалась, уткнувшись Бейбарсову в плечо. Тот нежно поглаживал ее по плечу, и ждал, пока девушка успокоиться. Через несколько минут всхлипы прекратились. Утерев остатки слез большим пальцем, Глеб повторил вопрос. - Мне приснилась моя мама. Только она была лет пяти, - тихо произнесла девушка. - Ты знаешь, что это значит? Глеб прикрыл глаза и, вздохнув, кивнул. Открыв глаза, он встал с кровати и направился в сторону стеллажа с книгами. - Да, я знаю. В этой землянке всегда снятся «значимые» сны. Иногда сниться будущее, иногда – прошлое, как в твоем варианте. - Что это значит? – тихо спросила Гротти, все еще не понимая парня. - Тебе пытаются послать что-то важное. Просто нужно наблюдать. Вот и все. Эти сны обязательно выведут тебя к сути, вот увидишь! – сказал парень, садясь рядом с Таней и проводя рукой по волосам. – А теперь спи! - Да не засну я уже! - резко сказала Таня, косясь на Глеба. У того в глазах пробежали искорки веселья. Таня насторожилась. – Нет! Барс! Не смей! – но было поздно, Бейбарсов уже целовал девушку. Ей ничего не оставалось, как поддаться чувствам и забыть про тот сон. *** Таня проснулась поздно. Ясень пень, после такой-то ночи. Глеб спал рядом, его рука по-хозяйски лежала на талии девушки. Таня, стараясь не разбудить парня, осторожно убрала руку и тихо встала. Взяв вещи, Гроттер тихо вышла из землянки. Подтянувшись и заплетя волосы в косу, девушка пошла по направлению к речке. Ей нужно было все обдумать. Во-первых: Максим жив. Это была первая проблема, т.к. Бейбарсов бесился и не желал ничего слышать о нем. Но о нем думала Гроттер, что бесило парня еще больше. Тогда он срывался и уходил…. До ночи. А когда Таня засыпала, возвращался. Девушка все еще не могла понять, как такое могло произойти. Во-вторых: Тане не нравились эти обрывки из прошлого. Они ее пугали. Глеб, как мог, пытался, конечно, ставить блоки, стирать память о снах, но это не помогало. Даже сейчас, Гротти приснилась мама. Только на этот раз был виден лишь пруд и все.… Это было странно…. Даже очень. В-третьих: парню и девушке придется покинуть Алтай и перебраться в город. Ливни были лишь ночью, но Таню это не волновало, рядом был Глеб и согревал ее, но все же становилось холодно. Заклинания, даже не смотря на то, что Глеб установил мощную защиту, применять было опасно. Могли засечь. Ягун звонил каждые пять минут. Да, прошло всего два дня, а Ягунчик уже вынес мозг полностью. Оказывается, мисс Валялкина попала под одно из заклятий Поклепа и теперь валялась в магпункте. Глеб прокомментировал это так: «Вот беда – то. Подумаешь», за что и получил книгой, с высказывание: «Это невежливо». Тот лишь хмыкнул и продолжил читать дальше. Тане же было все равно. В этот раз рыжая гуляла сама по себе. Таня почувствовала, что Бейбарсов уже проснулся и сейчас Глеб что-то варит от натисков снов. Можно поклясться, что больше Таня этих деликатесов не вынесет. Начался очередной дождь. Таня решила не сразу идти в землянку, а посидеть под деревцем. Большим и могучим дубом. Стоило ей присесть, как очередная вспышка молнии пронеслась у нее прямо перед глазами. "Фух, еще бы чуть-чуть и можно было бы прощаться с жизнью" - подумала Гроттер и развернулась. От увиденного она потеряла свою челюсть где-то в глубинах Тартара. В принципе, тут она и находилась. Это был тронный зал, наверное размером, такой же, как и Зал Двух Стихий в Тибидохсе. Везде стояли подсвечники со свечами. Посередине зала огромный стол, вокруг него стулья. Лигул сидел во главе стола и перебирал какие-то бумаги. Но вот двери зала открылись, и вошел… Максим! Он был все таким же. Наглым, гордым и самоуверенным. Таня понимала, что они ее не видят, но все же попыталась вести себя как можно тише. - Мальчик мой, как я рад, что ты жив, хотя и в такой форме, - улыбаясь, сказал Лигул, беря руку парня и пожимая ее. - Да, я жив. Но теперь я хочу мести и ему и ей! – сказал Максим сквозь зубы, садясь в одно из кресел. - Ее не смей трогать, а с парнишкой можешь делать все, что захочешь! Он мне и сам не нравиться, уже вырывался из Тартара, - как-то странно произнес Лигул, поворачиваясь к Максиму. – Скоро наши маги закончат ритуал и тебе вернут тело, вместе с твоей душой и силой. - Спасибо тебе, мой дорогой друг. Спасибо, что помогаешь мне после смерти родителей! Я, пожалуй, пойду! – с этими слова парень поднялся и, пройдя мимо Тани, хотел уже было, выйти, но… - Она станет моей?! - Конечно! – ответил старик и Макс вышел. У Тани расширились глаза. Мало того, что Максим знал самого Лигула и тот помогал ему, да еще и тот пообещал ему ее. Девушку била крупная дрожь. Закрыв глаза, а потом их, открыв Гроттер поняла, что это было видение и она находится в безопасности. Но все равно она не могла прийти в себя. Дождь лил как из ведра и все, что смогла выдавить девушка, это было… - Глеб! – позвала Таня, давясь слезами. Парень сразу же оказался рядом с ней. Молча накинул свою куртку ей на плечи и телепортировал в землянку. - Рассказывай, - сухо произнес парень, помогая Тане успокоиться. - Максим находится в Тартаре. Местные маги возвращают его к жизни. Лигул помогает Максу и тот желает мести. Тебе надо быть аккуратным, они что-то задумали. Я не знаю что. И еще: Лигул, пообещал меня в жены Максу. Они говорили обо мне. Но меня в шок подвергло еще и не это. Лигул не желает причинять мне боль, он что-то знает про меня. Или… Я запуталась. Глеб, что нам делать?! – ответила Таня, смотря Бейбарсову прямо в глаза. - Я надеюсь, ты понимаешь, что я не допущу этого? - сквозь зубы и, сжав кулаки, процедил Глеб. - Мало ли что он пообещал. Пусть губу закатает. - Мы подарим ему губозакаточную машинку? – спросила Таня сквозь слезы, хотя и с улыбкой на лице. - Именно, малышка. Все будет хорошо! Я никому не дам тебя в обиду! Слышишь? А теперь прекращай плакать, ты же знаешь, что я этого не люблю! – сказал Глеб и прижал Гроттер к себе. Та уткнулась ему в грудь и тихо всхлипнула. Потом отстранилась и поцеловала парня. - Я больше не буду! Обещаю, - прибавила она. - Верю….. – Глеб не успел договорить, его снесло боевой магией. Таня вскрикнула. На пороге появились трое мужчин, одетых в балахоны с капюшонами. - Татьяна Гроттер, Вам нужно пройти с нами, для возвращения Максима. Если вы добровольно пойдете с нами, то Глебу Бейбарсову ничего не сделают. Если ответ будет отрицательным, он умрет у Вас на глазах, - произнес один из них, доставая раздиратель. Таня хорошо помнила, что он делает с некромагами. Глеб в это время успел подняться и теперь загораживал Гроттер от тех странных типов. - По моему сигналу, беги! За меня не беспокойся! И знай: я люблю тебя больше собственной жизни! А теперь: БЕГИ! - и Гроттер побежала, но потом девушка обернулась и увидела, что Глеб отчаянно сражается с магами, и чуть не попадает под лучи раздирателя. Из глаз снова потекли слезы, но Таня быстро их стерла и побежала дальше. Но сбежать ей не дали. Слезы застилали глаза, не давали четко видеть. Вдруг из-за дерева вышел силуэт, и Таня с размаху врезалась в него. Тот не удержался, и они вместе полетели на землю. - Итак, она звалась Татьяной! – это было последнее, что слышала Таня. После ее сознание померкло.