Тсуна в ДК?!

Их было двое: девушка и парень. Она дралась в черных кожаных перчатках о обрезанными пальцами, он — тонфами. Они — как лёд и пламя, слишком разные, но одновременно и похожие. Хоть и один и другая предпочитали драться в одиночку — в команде они работали слаженно. Но никто не мог подумать, что они уже месяц как встречаются. — Это последний, — сказала девушка, притащив своего бывшего противника, пребывающего в бессознательном состоянии. — Хорошая работа... — сказал парень, пересчитывая всех, — ксо, один смотался. — Кё-ё-я-я... — протянула девушка, обнимая своего парня, — ты знаешь, какой сегодня день? — М-м-м, дай вспомню, — он задумался, — ах да, сегодня день твоего патрулирования... — Блин, ты идиот. — Что я уже не так сказал? — Ты только и думаешь о своей школе! — она всхлипнула, — а обо мне ты не забыл? — Нет, не забыл... — он потупил взгляд, — Тсун, я же просил тебя не надевать в школу штаны и такую маленькую футболку. — Во-первых, это не штаны, это шорты, а во-вторых, эта футболка не маленькая, она в самый мой размер! — возмутилась Савада. — Но грудь-то видно... А по уставу Намимори... — Чем природа одарила! — покраснела Тсуна, — и вообще, ты достал! "Намимори, намимори..." бесит! Она психанула и ушла. Точнее, убежала. POV Тсуна. Бесит, бесит, бесит... Он даже не помнит обо мне! Всё ему школа эта! Да и встречаемся мы только там! Больше никуда не ходим! А на бал, который был совсем недавно, он даже не пригласил меня на вальс! Хоть и я его просила, он все говорил что нет, я на патрулировании... Бред, бред, бред!!! Не могу так больше. Либо я, либо школа! Всё! Натерпелась! С такими грустными мыслями я пришла домой. А там... На кресле восседал Реборн, а рядом, на подлокотнике, сидела мама. Та-ак, что-то тут нечисто... — Тсуночка, присядь пожалуйста, нам надо поговорить, — сказала мама. Ой, я влипла.

***

— Ч-чего-о? Свадьба? Ваша? ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ?! — мда, вот это поворот. Оказывается, они давно любят друг друга, но месяц назад они договорились о свадьбе, заказали ресторан и все прочее... А МЕНЯ ПРЕДУПРЕДИЛИ ТОЛЬКО ЗА НЕДЕЛЮ!!! — Ну, мы боялись, что ты будешь против... — Я?! Против? Шутишь? Я только за! — Я обняла их по очереди, — тогда я за платьем! Увидимся! Я быстренько схватила кредитку, которую мне дал Реборн, точнее, папа. По дороге я набрала номера Киоко и Хару. Да, Киоко я всё-таки простила, а вот с Хару я познакомилась только тогда, когда простила Киоко. Вот так вот. Поэтому, мы несколько часов бродили по магазинам и выбирали мне платье. Я такая, что взяла бы и штаны с майкой, но девочки отговорили. Результатами наших брождений стали: оранжевое платье до колена, с корсетом и без лямок. Юбка была не пышной, но от сильного ветра она разлетелась. Далее мы купили красивые украшения. Они были в цветочной тематике, но присутствовал один вид цветка. Это был подсолнух. Серьги, колье, кольцо... Хуже дело обошлось с туфлями. Я упёрлась как баран, так не хотела туфли на каблуке, потому что до сих пор помню свой первый горький опыт. Но меня опять же заставили. К вечеру мы, уставшие и голодные явились ко мне домой. Мама накормила нас вкусным ужином, пригласила девочек на свадьбу, и те сказали, что придут. Ужинали мы втроём, так как родители поели раньше нас. — Ну, рассказывай. Что у вас там с Хибари произошло? — спросила Хару. — Да что там рассказывать? Он свою дисциплину любит больше, чем меня! Забыл, кого от Бьякурана спасал! А у меня, между прочим, шрам от её верёвки остался, вот! — Я продемонстрировала им шрам, который находился на запястье со стороны большого пальца. И тут меня понесло... Я рассказала им всё, что наболело. — Мы даже ни разу не целовались! Только в шечку и в нос! — Ну, Тсуна, не торопи события... — Уже месяц прошел. Месяц! Ещё немного поговорив, мы разошлись. Весь остаток недели пролетел незаметно. И вот, наступил долгожданный день. Бракосочетание прошло без сучка и задоринки. Свидетельницей у мамы была Бьянки, высокая, зеленоглазая женщина, с грязно-розовыми волосами. Свидетелем был друг Реборна — Колонелло, голубоглазый блондин спортивного телосложения. Вечером, в ресторане, я смогла рассмотреть гостей. Было много итальянцев со стороны Реборна. И какого было моё удивление, когда среди них я увидела знакомые лица! Это были Гокудера (оказывается, что Бьянки — его сестра!) и вся Вария. Вообще-то, вместо Занзаса должен был приехать его приёмный отец, но ввиду ухудшившегося здоровья, он прислал своего сына вместе с его бандой. Сначала я была с девочками, но затем они пошли по парням. Хару завела разговор с Хаято, а Киоко мило ворковала с Белом. Я не перестаю им удивляться. Немного побродив, я решила выйти на улицу. Оттуда, чуть наискосок, стояла школа Намимори. Я с грустью глянула на крышу здания. Вдруг, он всё ещё там? Я все-таки поняла, что была не права. Нужно извиниться. Хуже всё равно не будет.

***

Я смогла-таки пробраться в школу (не спрашивайте, как) и подняться на крышу. Кёя оказался там. Он сидел на самом краю и смотрел куда-то вдаль. Я по-тихому подошла к нему и закрыла ладонями его глаза. — Ммм, Зверёк? — он взял меня за руки. — Угадал. — Я улыбнулась, — прости меня. — За что? — За свой эгоизм. Я была не права. — Я уже и забыл. — Врун. Ничего ты не забыл. — Ладно, не забыл. И ты меня прости, что уделял тебе так мало времени. — Он встал и приобнял меня. Тут, со стороны ресторана заиграл вальс. — Эй, станцуешь со мной? Ты ведь так этого хотела... — Как я могу отказаться? Он взял меня за талию одной рукой, а второй взял мою руку. Свою свободную руку я положила ему на плечо. Мы кружили по всей крыше. Такое было ощущение, что я готова взлететь от счастья! Мы видели только друг друга — происходящее вокруг нам было все равно. Только я... он... и музыка. Как только вальс закончился, он подхватил меня на руки и сказал: — Я люблю тебя. И буду любить всегда... Затем он поцеловал меня. Страстно, напористо, хоть и неумело. Да и я была не лучше. А рассвет мы встретили на крыше, сидя в обнимку друг с другом...