Лев и ягнёнок

Бильбо не было видно и слышно уже минут пять. Братья чутко прислушивались, не забывая при этом уплетать кулинарный шедевр Бомбура. - А не зря ведь лошадок упустили, с этим бурьяном, и правда, вкуснее! – заявил Кили, опустошив плошку. - Тимьяном, – угрюмо поправил его брат. - Чего это ты? – удивился младший. – За мистера Бэггинса волнуешься, что ли? - За наши задницы я волнуюсь, дурень, - вздохнул Фили. – Надо было сразу Торину сказать. Гном в сердцах швырнул полупустую миску в траву и, вскочив, направился к лагерю. - Сторожи хоббита, - бросил он, не оборачиваясь. Кили зачем-то кивнул. Фили ворвался на стоянку с дикими глазами и внушительным воплем: «Тролли!» Без промедления все побросали свои занятия и взялись за оружие. За эти полминуты принц уже успел обрисовать дяде ситуацию: - Тролли. Трое. У них несколько наших пони. И Бильбо, - отрывисто выдал он, попутно пытаясь отдышаться. Ори от растерянности выронила книгу, где как раз выводила очередную пышную фразу о походе. Час назад они расхаживали по этому лесу в поисках травок для жаркого, Фили с Кили орали во весь голос, а Ори смеялась до слёз, и вдруг оказывается, что чуть ли не за соседним деревом расположилась компания огромных и голодных троллей. Ощутив на себе взгляды братьев, гномка поспешно вскочила на ноги и привычным движением вытащила из-за пазухи рогатку. Может, её оружие и не смотрится грозно, но им она умеет пользоваться. И оставаться здесь, пока остальные бьются с троллями, она уж точно не собиралась. Пристроившись по центру отряда, она бежала след в след за Двалином, как велел ей узбад. В голове не осталось места для мыслей, только один непередаваемый ужас. «Вот прямо сейчас и умру», - промелькнуло в её голове, когда Ори оказалась на поляне и увидела оканчивающиеся где-то среди крон деревьев неуклюжие фигуры. «Лучше бы умерла», - мрачно думала Ори, пока ей помогали слезть с «вертела». Всё тело затекло от тугих верёвок, пламя всё-таки умудрилось прожечь один сапог, но самым омерзительным было то, что весь отряд лицезрел её в одном исподнем. То, что белье на ней было мужское, и что половина компании сейчас тоже сверкала кальсонами, ничуть не скрашивало ситуацию. Когда она, наконец, оказалась обеими ногами на земле и лихорадочно начала рыскать глазами в поисках своей одежды, на плечи девушке рухнула тяжёлая длинная шуба. - Держи, а то замерзнешь, - мимоходом бросил её светловолосый хозяин, уже торопясь не то к дяде, не то к брату. «Замерзну, разумеется, - подумала Ори, глядя ему вслед. – Я за эти четверть часа успела согреться на всю оставшуюся жизнь». Наконец, вещи были найдены, и гномка смогла одеться. - Фили, - она тронула плечо принца. Тот резко обернулся, растерянно взглянул на неё, затем на шубу в её руках. - А, это… - Спасибо, - девушка отдала ему свою ношу и, смущенно улыбнувшись, начала отходить. - Всё будет хорошо. Ты слишком сильно заморачиваешься, - Фили хотел ещё что-то сказать, но её уже перехватили старшие братья. - Не надо было тебя брать, - в который раз беспокойно заявил Дори. Торин с Гэндальфом и ещё несколькими гномами сейчас обследовали пещеру троллей. Остальным было велено ждать снаружи. Слушая зудение брата над ухом, Ори умоляла Махала, чтобы этот «отряд поисковиков» наконец закончил со своей ревизией. Тогда можно будет пойти вьючить пони, и нотации хоть на время прекратятся. - Ты вообще меня слушаешь? – тряхнул её за плечо Дори. Гномка мрачно кивнула. Ей и без него было тошно. Опозорилась по полной программе. Спасибо хоть, все достаточно деликатны, чтобы промолчать. Ну, кроме брата, разумеется. Однако, возвращение Торина с компанией ничего не изменило. Стоило им выйти, как посреди оврага вырос чудаковатый друг Гэндальфа. Волшебники отошли в сторонку и тихо шептались о чём-то. Отряд не мог двигаться дальше. Все маялись от ожидания, а Дори всё не унимался: - Ты хоть понимаешь, что замуж тебя теперь самый распоследний Камнестоп не возьмёт? – пыхтел он, теребя заплетенную бороду. Ори вскочила, не в силах больше это слушать. Ей повезло, она сразу нашла глазами Бифура, деловито спешащего к брошенным на произвол судьбы лошадкам. - Надо пойти взнуздать Нитти, - выпалила она и едва ли не убежала от неугомонного воспитателя. Увы, ей недолго посчастливилось провести в компании молчаливого Бифура: пони сбежали, и взнуздывать было некого. Быстро сообразив, что к чему, Ори закинула за спину котомку и отправилась со своим спутником обратно, сообщать отряду очередную плохую новость. - Варг-лазутчик! – послышался из оврага крик Торина. Внутри у Ори всё снова сжалось. Только-только закончился один кошмар, теперь это… Эльфийский город напоминал… Нет, он решительно ничего не напоминал Ори. Всю жизнь она провела в мрачных подгорных залах, и этот изящный, полный гуляющего ветра и слепящих солнечных отсветов ансамбль арок и стеклянных куполов, казался ей слишком хрупким. Страшно было ступать по сияющему белизной мрамору полов, а о том, чтобы до чего-то дотронуться, не могло быть и речи: дворец наверняка тут же рассыпался бы, как прогоревший уголь. Наконец, они подошли к длинному столу, уставленному хрустальной посудой с каким-то подножным кормом. Ори вздохнула, решив, что горячего придется ещё ждать, и с опаской села на витой стул, ножки которого были тоньше её пальцев. Проголодалась она порядочно, ведь последним съеденным было памятное бомбурово жаркое с проклятым тимьяном. Да и от нервов аппетит только разыгрался. Она обшаривала глазами полный травы стол, но ничего вкусного поблизости не наблюдалось. - Съешь хоть кусочек, - зудел над ухом Дори, предлагая ей по очереди листья разной формы. - Я не люблю траву, - простонала гномка и вернулась к изучению меню. Увы, горячего так и не подали. За отдельным небольшим столом серьёзные мужчины вполголоса решали свои серьёзные дела, пока остальной отряд пытался утолить голод пищей пони. Спустя какое-то время высокомерные эльфийки устали наконец трендеть на своих лютнях и лирах и снизошли до светской беседы. Ори не особенно слушала, общались с ними наиболее деликатные по всеобщим понятиям Балин и Дори, а речь шла о погоде, красоте гор и пользе растительной пищи, но вдруг, когда беседа было исчерпала себя, кто-то из эльфийских дев некстати ляпнул: - Мы рады принимать у себя столь отважных мужчин. И ещё более некстати пришлась фраза Кили, мысли которого, видимо, сперва озвучивались, и лишь затем обдумывались: - Вообще-то среди нас есть и женщина! – заявил младший принц с запалом. Леди дружно обвели глазами отряд, и каждая остановила взгляд на самом ораторе. - Он обо мне, - вскочив, выпалила Ори, прежде чем Кили успел осознать, кого именно эльфийки приняли за девушку. Все дружно уставились на неё. Много придирчивых изучающих взглядов. И вердикт: - Должно быть, вы нас разыгрываете. Ори упала обратно на стул. Интересно, сколько ещё раз она опозорится за этот день? - Мужики, мы абсолютно серьёзно, - с самым дружелюбным выражением лица выдал Фили. Девы онемели. Воцарилось жуткое молчание. Все смотрели на старшего принца, который, как ни в чем не бывало, забросил в рот лист сельдерея и аппетитно хрустнул. Дожевав, он продолжил: - Серьёзно, парни, как можно не отличить девочку от мальчика? Тут уже Бофур с Двалином раскололись. Оба ржали так, что казалось, своды зала вот-вот рухнут, а Двалин ещё и молотил кулачищем по столу. Фили бросил взгляд на ошарашенную Ори и ободряюще улыбнулся. Гномка ответила благодарной улыбкой. - Похоже, дружба с эльфами Ривенделла не задалась, - задумчиво протянул Нори. - Особенно с эльфами женского пола, - поддакнул Бофур, и оба залились смехом. Наконец-то начался настоящий ужин: сосиски, вяленое мясо, жареная картошка, о которой Ори особенно мечтала… На вопрос о дровах Линдир изумленно вскинул брови и промычал что-то невразумительное (видимо, на эльфийском), так что на растопку пошёл подручный материал. В огонь летело всё: мебель, подушки, портреты… Хотели в какой-то момент подбросить попавший под руку фолиант, но Ори с воплем его отобрала и принялась листать. Руны были незнакомые, скругленные, похожие на подвыпивших дождевых червей. Гномка не питала надежд понять, о чем повествовал летописец, поэтому быстро потеряла интерес к страницам с текстом. Зато подробные, аккуратные карты она изучала подолгу и с интересом. А в конце, среди пустых страниц, нашлась пара набросков: тонкий профиль какого-то эльфа, корона грубой ковки с тремя камнями и ожерелье изумительной красоты, усыпанное зернью, тысячей мелких самоцветов, с огромным, обвитым сканью алмазом в центре. Ори долго любовалась на восхитительный эскиз, затем всё же перевернула страницу и… увидела портрет Фили. Только в глазах у этого таилась печаль, а волосы были распущены.