Потерянная память

И вот, когда металл коснулся пальцев парня, в его голове будто бы ударил вековой колокол, и этот звук разнесся по всему телу, вызвав непроизвольную дрожь. У графа появилось ощущение, словно он переселился в параллельный мир. От неожиданности он зажмурил глаза и прикрыл уши руками. Когда этот звук прекратился, и юноша решился поднять веки, то очутился не на кровати со своим верным слугой, а на улице возле огромных, не до конца закрытых дверей замка. Присмотревшись внимательней, граф понял, что это тот самый замок, в котором он на время обосновался и часть которого демон восстановил... Приоткрытая дверь насторожила юношу, и он, решившись, аккуратно толкнул её, стараясь как можно бесшумнее войти внутрь. Хоть на улице и было светло, в помещении царил полумрак: свечей было немного, к тому же часть из них потухла из-за сквозняка, и лишь сквозь полузакрытые шторы на окнах пробивался еле заметный свет. Когда глаза привыкли к такому освещению, Фантомхайв осмелился двигаться вперед, ведь он знал расположение комнат и надеялся, что со временем оно не изменилось. Он хотел попасть в те покои, в которых находился до этого видения. Тишина. Повсюду царила тишина. Она окутывала парня со всех сторон. Не было слышно ни скрипа половиц, ни разговоров, ничего... это как-то обеспокоило его. — Есть здесь кто живой?.. — осмелившись, спросил юноша, но ответа так и не последовало. Пройдя буквально пару метров, он что-то заметил на полу. Быстро приблизившись, чтобы получше рассмотреть, он увидел окровавленное тело молодого мужчины. Примерно в паре метров от него лежало тело молодой женщины. Сиэль с ужасом оглянулся, и оказалось, что он стоял посреди зала, а вокруг него в кровавых лужах лежало около шести человеческих тел. Заключение, что все эти люди — семья, само проникло к нему в голову. Только вот почему они были зверски убиты, наверное, так и останется загадкой, а возможно, со временем он сможет это узнать... только вот зачем и почему он здесь оказался?.. Но парня удивили не жестоко убитые люди, а то, что у них у всех была разорвана одежда на груди, и там виднелось то, что заинтересовало его: зашитая белой светящейся нитью рана. Граф обошел всех убитых, и у них было то же самое: все они были зашиты. "Возможно, это именно то, что мне надо, — пронеслось в голове парня, — мне нужна эта нить, чтобы зашить в груди сущность демона, и тогда он вернется к жизни". От этих мыслей его отвлекает шорох, который послышался из дальнего угла гостиной. Присмотревшись, он увидел за креслами какое-то движение. — Кто там? — громко спросил парень, направляясь туда, но ответа не услышал. Подойдя ближе, он увидел человека, склонившегося над одним из трупов. "Убийца..." — мелькнула мысль, но после граф понял, что ошибся. Этот самый силуэт, одетый в черный плащ с накинутым капюшоном, как раз зашивал огромную рану на груди. Сиэль смог даже рассмотреть в окровавленных руках иглу. Она была старинной и, скорее всего, сделанной из кости какого-то животного. — Кто ты? — но незнакомец по-прежнему молчал. Тогда парень решился одним быстрым движением сорвать капюшон с головы неизвестного, чтобы лучше того рассмотреть, но, к великому сожалению, у него ничего не получилось: он не то, что не смог его снять, он был не в силах даже дотронуться до него. Рука прошла сквозь ткань, юноша непонимающе посмотрел на свои пальцы и повторил попытку, но, как и ожидалось, иных результатов это не принесло. — Что это за чертовщина? — выругался граф, понимая, что он походит на призрака — его не слышат и не видят. Но, что хуже всего, он не сможет взять эту иглу с ниткой... осознание этого для Сиэля оказалось самым ужасным, ведь у него появился редкий шанс спасти своего демона. При воспоминании того, что демон лежит без сознания, и в любой момент его сущность может раствориться в ничто, у парня в груди все сжималось. Он ощущал свою беспомощность в этой ситуации, но сдаваться не собирался. Еще был шанс на спасение, его нельзя было упустить. Громко хлопнувшая дверь привела юношу в чувства, и, повернувшись на звук, он увидел людей в странных одеждах, которые холодным и равнодушным взглядом осматривали всех лежавших на полу. Их одежда была из бархатной зеленой ткани с золотистыми узорами по краям. Не в меру длинные капюшоны едва ли не доставали до земли своими острыми концами. На спине каждого человека был вышит странный орнамент, по своей форме напоминающий свастику. На сколько мог судить Сиэль, эти люди были сектантами или членами какого-то ордена. — Он где-то здесь, — сказал один из них, — обыщите все, — вероятно, он был их предводителем: его одежда отличалась от одежды других из-за не сильно длинной цепи средней толщины, на которой через каждые два звенья висели подвески странной формы. — Мне не важно, что вы сделаете с ним, мне нужна лишь шкатулка. Надеюсь, он израсходовал не всю нитку, — сам себе уже более тихо сказал мужчина. Люди стали разбредаться по гостиной. Человек, которого Сиэль принял за убийцу, притаился и потихоньку, стараясь не шуметь, стал отползать к стене, около которой стоял стул. Он сильно сжимал в руке шкатулку. Сиэль вспомнил и эту стену, и этот стул, ведь когда он впервые сел в него, то чуть не умер со страха. Но человек точно знал, для чего здесь этот предмет. Он, стараясь не шуметь, уселся в него. Сиэль неотступно следовал за ним, ведь у того была столь нужная для него вещица, от которой зависела судьба дорогого графу человека. Скрип от поворота двери был хоть и не громким, но этого шороха хватило, чтобы его заметили и быстро стали к нему приближаться. Сиэль зажмурился и с ужасом ожидал, когда окажется на противоположной стороне, ведь он потратил почти весь день, погребая человеческие останки из той самой комнаты, и, задержав воздух в легких, он стал ждать, когда же часть стены перевернется. Когда стена остановила ход, юноша быстро открыл глаза, боясь потерять из виду преследуемого, и какого же было его удивление, когда эта самая комната оказалась пустой. В ней не было абсолютно ничего: ни цепей, ни кандалов, ни зверских машин для пыток. Стены были пусты, пахло сыростью... Но человек точно знал, чего хотел. Оказавшись в просторном помещении, он быстрыми шагами пошел к одной из стен. Сиэль вспомнил это углубление, ведь, проползя именно по нему, он очутился в этом ужасном месте в прошлый раз. Парень неотступно следовал за этим таинственным незнакомцем, который широкими шагами, чуть ли не бегом, направлялся по потайному ходу. Граф и не заметил, как у того в руках оказался уже горящий факел. Неизвестный точно знал, куда ему надо, так как ни на секунду не задумывался возле развилок, шагал или, вернее сказать, бежал уверенно, изредка оборачиваясь. Сиэль все надеялся, что тот его увидит, но его мечты оставались мечтами. Незнакомец остановился столь неожиданно, что Фантомхайв, не успев затормозить, пролетел сквозь его тело и с грохотом приземлился на пол, если бы в данный момент он был в нормальном обличье, он бы, скорее всего, разодрал бы себе все колени и локти. Резко подскочив, боясь потерять того из вида, граф увидел, как преследуемый им человек в капюшоне, прислонив ладонь к каменной стене, стал водить по ней. Юноша не мог понять ход его мыслей: почему остановился, зачем водит ладонью по стене? Но все его сомнения развеялись, когда человек достал кинжал и, воткнув его меж камней, стал вырезать, выделяя его из всех остальных. В следующий миг камень оказался у него в руках. Аккуратно отложив его в сторону, он достал ту самую шкатулку, в которой находилась заветная нить с иглой, оторвав часть своего подола, он обмотал ее и, немного помедлив, положил в углубление, а после, осмотревшись, вернул камень туда, откуда взял. "Как же мне запомнить это место?.." — в спешке думал юный граф, оглядываясь по сторонам, — я не то, что дорогу не запомнил, я не выберусь от сюда, если вновь попаду, ну хоть какую-нибудь подсказку, хоть что-нибудь... — но его мысли прервались, когда незнакомец продолжил свой путь. — Подожди, не уходи! — крикнул в отчаянье Фантомхайв, надеясь, что тот его услышит, но все было тщетно. Через несколько метров подземный ход поворачивал, парень толком ни чего не смог понять, когда сквозь него на огромной скорости пролетел незнакомец, а через несколько мгновений он увидел, как из тени тоннеля появляются силуэты людей, тех самых, которых он видел в холле замка и от которых (как он думал) они смогли спрятаться в этом самом потайном ходе. Парень оглянулся, и какого же было его удивление, когда он увидел, что на земле лежит прекрасная юная девушка, чью красоту он смог рассмотреть сквозь пыль и копоть... — Милое дитя, ты ещё столь юна, не надо гневить нашего бога, верни то, что принадлежит нам... — раздался голос. Парень всматривался в людей, которые расступались, пропуская вперед безобидного на вид старца, — и наш повелитель простит тебя. — Вы же прекрасно знаете, что я быстрее приму смерть... — но девушке не дали договорить, старец направил в ее сторону посох, и она, словно перышко, оторвалась от земли и зависла в воздухе. — Не стоит гневить наше божество, — уже более грубо продолжил старик. — Как твоё имя? Я прокляну тебя и всех твоих потомков. — Тебе никогда этого не узнать... Ваше божество никогда не воскреснет, я унесу с собой в могилу все, что знаю, — произнесла незнакомка и вонзила себе в грудь кинжал, который все это время прятала в рукаве. Удар был точен, и, упав на землю, она уже не дышала. — Да будь ты проклята, — закричал старец и, вытянув обе руки, направил их на нее. Тело девушки как-то неестественно выгнулось, из груди вылетела небольшая белая масса с синеватым свечением. — Твоя душа никогда не обретет покоя, ты останешься навечно в этом замке. Сиэль, как зачарованный, смотрел на все это. Он видел, что душа девушки, покинувшая тело, стала более материальной, она постепенно обретала форму и в конечном счете превратилась... Да, да, в Питри, в того самого домового, который и отдал ключик Сиэлю. Но старцу словно было этого мало, его забавляло издеваться над душой. — И когда тебе надоест быть в таком уродливом обличьи, ты сама нас найдешь и будешь молить о милости. — Ты зря надеешься — моя вера сильна, мои помысли чисты, ты никогда этого не дождёшься и не узнаешь, где она находиться. — А ты навсегда останешься в этом облике, пока смертный не даст тебе имени и не разрешит разделить с ним ложе, но этого не будет никогда, — уже более истерично кричал седобородый. Питри подлетел к своему человеческому телу, зло посмотрел на старика и рванул оттуда на всей скорости, скрываясь в темноте... — Поймайте ее! — старец махнул рукой в сторону убегающего домового. Все побежали по проходу, лишь старец остановился и пристально посмотрел в то место, где стоял граф. От этого у Сиэля пробежали мурашки по коже. Старик протянул руку в его сторону, будто пытаясь отдернуть занавеску, которая отделяет его от юноши. Тот затаил дыхание. Ему было не по себе после всего увиденного. "Неужели он меня чувствует?.." В следующий миг парень чуть не умер от страха. Старец посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд был точен и холодел. — Непорочная душа?.. что же ты забыл здесь, мальчик?.. Дальше все, как в тумане: голова кружится, и он погружается в темноту. В сознание его приводит толчок в спину. Открыв глаза, граф увидел Осириса, который облизывал его своим мокрым языком, осмотревшись, он понял, что находится в собственных покоях на полу. Он быстро встал на ноги, подошел к краю кровати. — Я знаю, что может тебя спасти, — почти шепотом сказал граф, смотря на истекающего кровью дворецкого. От одной мысли, что его больше не может быть рядом, к горлу подкатывал горький комок. — Медлить нельзя, каждая минута на счету, — смотря на ворона, вернее на сущность демона, так же шепотом продолжил юноша, и резко развернувшись, быстрым шагом вышел из комнаты. Перед парнем сейчас стояла только одна задача: найти тайник в подземелье. Как он это сделает, ему совсем не представлялось, ведь он все время неотступно следовал за человеком, вернее за девушкой, и совсем не запомнил дорогу. Но все же он надеялся на чудо, он подсознательно знал, что не просто так Питри отдал ему этот ключ, что неспроста у него было это видение. Что это все совсем не просто так... только вот времени катастрофически не хватало. Мозг сам отдал приказ, и парень сам того не понимая второпях схватил со стены факел. Быстро преодолев комнату пыток и проползя на четвереньках по узкому, душному лазу, он наконец-то оказался в подземелье. Его мозг работал с удвоенной силой, ведь времени было в обрез, и каждое его промедление означало, что он может распрощаться со своим демоном, а этого ему как-то не хотелось. Нужно было найти ту самую стену, в которую девушка спрятала шкатулку, только вот как это сделать, он не знал. Парень судорожно пытался вспомнить путь по которому шла девушка, но каждый раз, когда тоннель раздваивался, парень сомневался и в конец просто заблудился. Сперва он просто быстро шел, внимательно осматривая каждую стену, потом перешел на бег. Паника и безысходность заполняли его разум. Остановившись, глубоко вдыхая в легкие воздух, парень попытался отогнать от себя мрачные мысли, которые, подобно тьме, заполнили его сознание. Он просто не мог поверить, что все вот так может закончиться. Немного передохнув от изнурительного бега, он вновь принялся за поиски, но не пройдя и пары шагов, оступился и навзничь упал на землю, в кровь расцарапав ладони и колени. Усевшись, он решил рассмотреть причину своего падения, и какого же было его удивление, когда из-под ног он достал кость, а присмотревшись, понял, что она человеческая. Быстро пробежав глазами по необычной находке, юноша в не до конца истлевших останках одежды узнал плащ, в котором была та девушка. Граф расчистил их, чтобы убедиться в истинности своей догадки, и нашел тот самый кинжал, которым она пронзила своё сердце. — Мне очень жаль, — тихо, почти шепотом сказал юный граф, беря клинок в руки. — Я вернусь за тобой. После этих слов, парень встал и начал ощупывать стену, но камни казались абсолютно одинаковыми, и ни один из них не выделялся. Не было ни малейшей подсказки, какой именно надо отковырять, но, подключив все свои способности, парню все же удалось найти нужный камень и, прилагая недюжее усилие, вытащить его. Его сердце отстукивало бешеный ритм, когда он просунул руку в отверстие и нащупал столь долгожданную вещицу. — Я даю слово, что похороню тебя со всеми почестями, — прижимая к груди шкатулку и смотря на останки, произнес граф. — Обещаю. Парень уже собрался в обратный путь, но не пройдя и пары метров, понял, что и за две жизни не сможет найти дорогу до лаза, который ведет через камеру пыток в холл. Юноша с ужасом остановился. Неужели все напрасно? Неужели он зря здесь оказался? Неужели..? — Осирис! — сам того не понимая, громко крикнул Фантомхайв. — Осирис, — парень сейчас не знал кому и молиться, он лишь надеялся, что сквозь толщу этих стен, конь сможет его услышать, и не ошибся: послышался шум, подобный раскату грома. — Осирис, я здесь, — прокричал парень, будучи уверенным, что это именно он, и оказался в этом прав: шум усилился. Лицо парня обдало теплым дыханием, когда перед ним предстал призрачный конь во всей своей красе. — Осирис, я знал, что ты меня услышишь, — проведя ладонью по морде животного, с улыбкой на лице сказал юноша. — Надо скорее к Себастьяну, — на что конь встал на дыбы и в один прыжок исчез в потолке тоннеля. Сиэль недолго стоял в недоумении, не совсем понимая поведение коня, но когда стала осыпаться земля, и он смог увидеть небо, ему все стало понятно: он не призрачный конь и проходить сквозь стены не умеет, даже если будет верхом на коне. Оседлав животное и буквально вылетев с подземного хода, он отметил, что замок достаточно далеко, примерно в паре километров от того места, где они только что выбрались. Осирис не был бы призрачным конем, если бы менее, чем за минуту, не доставил юношу через открытое окно в его покои. Юный граф заметил, что демону стало хуже, но более его встревожило то, что он не видит его сущность. Она стала почти прозрачной, и если бы не красные глаза, то увидеть ее было бы очень проблематично. Парень судорожно разорвал одежду дворецкого и, найдя огромную кровавую дыру в груди, понял, что туда надо поместить его сущность и зашить теми самыми нитками, которые нашел в подземелье. Парень протянул руку, пытаясь взять ворона, но у него это не получилось: пальцы прошли сквозь сущность. Сиэль, не веря в это, снова и снова пытался за нее ухватиться. Он был упрям, и новые провалы заставляли его раздражаться и паниковать. Осирис, что все это время находился рядом, видел раздражение графа, он утыкался тому в спину, пытаясь отвлечь, но парень не отступал, но с каждой попыткой у него все еще не получалось схватить сущность.

*****

Свет. Всепоглощающий, пронизывающий насквозь. Он буквально повсюду. И это не удивительно, ведь сущность демона может раствориться только в свету. Но не во всяком, а в определенном, а этот свет был создан древней магией. И Себастьян это прекрасно понимал, он понял это в ту самую секунду, как только попал в пентаграмму. Он так же понял, что спасения нет и ждать его неоткуда, но, как ни странно, он совсем не переживал по этому поводу. Его последние мысли были об этом пареньке с глазами цвета безоблачного неба, ему было не столь важно, что он растворится во вселенной, а что больше не сможет услышать этого надменного голоса, не увидит мимолетную улыбку на его устах, от которой сжималось, что-то в груди, не сможет сделать ему вечерний массаж, любуясь фарфоровой кожей... но сейчас, в эту самую минуту, он жалел лишь об одном, что более не сможет быть рядом с ним... демон закрыл глаза, готовясь принять свою участь.

*****

Конь заржал, привлекая внимание мальчика, и, когда у него это получилось, поднял копыто, аккуратно придавив им кисть парня в луже крови. Сиэль непонимающе посмотрел на испачканную алой жидкостью ладонь, потом перевел взгляд на коня, потом на сущность, пытаясь, понять, что-же это все значит. Но это загадка разрешилась сама: ворон, вернее то, что он нее осталось, сам сел на ладонь. Конь довольно фыркнул. Парень, не теряя драгоценных секунд, поместил сущность в грудь и, переборов собственный страх, зашил плоть демона. Дрожащими руками он не сразу смог сделать первые стежки. В висках бил адреналин, все тело трясло. Одно неверное движение – и все бы пропало. Иногда от слишком торопливых действий кожа рвалась и приходилось начинать заново. Парень до ужаса боялся, что нити не хватит, и все его старания окажутся напрасны. Но он все же надеялся на положительный исход дела. Другой поворот событий так же, как и другой мужчина, его не устраивал. Ему был нужен только он. Когда работа была завершена, парень, затаив дыхание, стал ждать. Нить постепенно растворилась, затянув рану. Сиэль положил руку на грудь, чтобы почувствовать стук сердца. Демон пошевелил руками, потом сжал руку графа. Юноша испытал непонятное смешанное чувство: у него перехватило дыхание, он был рад знать, что успел спасти дворецкого, был счастлив, что тот не умер. Внутри разлилось приятное блаженное успокоение. Дышать стало гораздо легче, и больше не было того дикого страха, что он может потерять Себастьяна. Граф, уставший, но довольный, лег рядом и под биение сердца демона погрузился в столь долгожданный и безмятежный сон.

*****

"Странно.. почему я вижу балдахин и такой знакомый потолок? — задал сам себе вопрос демон, открыв глаза, — ведь моя сущность растворилась в свету, разлетаясь во вселенной, — продолжая рассматривать рисунок на потолке, гадал дворецкий. — И почему Осирис дышит мне в лицо... Осирис.. а он здесь как оказался? — пристально смотря на довольную морду коня, задумался слуга, — неужели его сущность растворилась вместе с моей?.." Но все его сомнения и догадки исчезли в тот момент, когда он увидел спящего на его плече, свернувшись калачиком, паренька. Сердце предательски участило пульс. Он жив. Его сущность не растворилась. Этому ребенку в который раз удалось спасти его от неминуемой гибели, и от этих мыслей по телу пробежала волна дрожи. Впервые он был счастлив, счастлив от того, что будет рядом с этим юношей. Себастьян обнял парня и уткнулся ему в макушку, вдыхая такой желанный запах. Сиэль спросонок открыл глаза и сказал всего одну фразу, которая унесла разум демона: — Ты же останешься со мной? — и сильнее прижался к нему. Себастьян в этот момент забыл, как дышать, он посмотрел на спящего парня, и впервые за все свое существование не знал, что же думать. Для него весь мир сократился до размеров этой кровати. Сердце учащенно забилось в груди, кончики пальцев покалывали, и.. ему хорошо. Хорошо от тепла, что исходило от Сиэля, хорошо от того, что он нужен этому упрямому подростку. Сейчас он.. счастлив. — Я принадлежу только тебе, — проводя подушечками пальцев по щеке, шепнул демон.

***** ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ *****