Поиск Перси Джексона.

- Джексон, поднял свою ленивую задницу немедля! Парень вздрогнул и открыл глаза. Он лежал ничком на твердом земляном полу и рядом никого не было - значит голос послышался. Но, стоп. Почему в голове так пусто? Он никого не помнит, только Аннабет... Кто она? Почему из всего, что он о ней помнит только имя и блеклая внешность? Серые глаза и золотистые волосы. Почему нет подробного описания? Еще он помнит свое имя - Перси Джексон. Все, на этом его воспоминания заканчиваются, обрываясь, как старая кинопленка. Ух ты, какие поэтические сочетания! Откуда он это знает? Миллион вопросов и ни одного ответа. Это ужасно чувствовать себя пустым и чистым, будто он раздет. Но он был одет. Порванная в нескольких местах грязная оранжевая футболка и джинсы в том же состоянии. А где обувь? И на этот простой, кажется, вопрос его мозг не мог найти подходящего ответа. Перси и не заметил, что уже сел и оглядывал пещеру вокруг себя. Его взгляд переместился на черный вход, в который вошла волчица. Парень невольно испытал страх и прижался спиной к земляной стене. Волчица была крупнее обычных волков. Ее серая шерсть в темноте казалась серебристой, а желтые глаза смотрели не злобно и не дружелюбно. Она зарычала, оскалив острые белые клыки, с которых капала слюна. Джексон перевел ее рык, как "Будь же храбрым, щенок!". Она подошла к нему ближе. Желтые глаза подозрительно сверкнули. Юноша понял, что от него хотят и протянул руку. Волчица лизнула его пальцы, задумалась и снова рыкнула - "Подходит". - В смысле? - хриплым от долгого молчания голосом спросил Перси, становясь на колени. Волчица снова зарычала. - Твой отец - бог, щенок, слушайся меня и сможешь попасть в лагерь, к таким же, как ты. "Лагерь" Какое знакомое и приятное на слух слово. Если бы слова имели запах, то это пахло бы лесом, морем, костром и синими пирожными. - А есть такие же, как я? - Само собой, щенок, - прорычала волчица. - Меня зовут Лупа, слушайся меня и выполняй все, что от тебя требуется и мы с тобой поладим. А сейчас я принесу тебе поесть. Ух, какая строгая, думал Перси, пока Лупа вылезала из пещеры.