Хроника

Этот человек буквально источает зло. Приторный, удушающий запах страха проникает внутрь моего организма и поражал каждую клеточку. Словно в замедленной съемке, я обвожу взглядом столь знакомую мне обстановку, решительно не понимая, что такому человеку, как он, нужно от меня. Волосы с проседью аккуратно пострижены и умело уложены, будто он только вышел из дорогого салона, а о стрелки на его брюках можно было порезаться. Классический пиджак обволакивал плечи непрошенного гостя, даря ощущение важности и делового веса. Он производит впечатление джентльмена с высоким статусом, но вот его глаза выдают его с потрохами: злые, ищущие, жадные до тайн и личных секретов его потенциальных жертв. В его лапы мог попасть кто угодно. Любой, у кого есть, что терять и кого защищать. Тайны, оказавшиеся в поле его зрения, переставали быть таковыми. Он - охотник, а тот, у кого есть секрет - его жертва. Чарльз Огастес Магнуссен. Его имя было не принято произносить, особенно, если ты не хотел нажить себе неприятности. Попасть в его ловушку, означало остаться в плену его темного ведения, где каждый твой шаг просчитывался и предугадывался наперед. И только высшие силы могли вытащить его несчастного пленника и освободить от пут. Узнать, кто эта персона было не проблемой, особенно когда большую часть времени проводишь с детективом, что консультирует Скотланд - Ярд. Обстоятельства, при которых я заочно познакомилась с Магнуссеном, можно было назвать из ряда вон выходящими: братья Холмс спорили, буквально прожигая друг друга взглядами. Такими я их никогда больше не видела. Майкрофт, высокомерный взгляд которого превращал меня в букашку, но неизменно наполненный снисходительной вежливостью, ибо воспитание обязывает, в тот миг буквально взрывался от негодования и, распирающего его, раздражения. Было отчетливо видно, что он боится. Страх! Именно страх тогда читался в глазах Британского правительства. И это был страх не за страну... Это была боязнь за жизнь брата. Впервые, Майкрофт Холмс предстал предо мной не как монумент закона и порядка, а как человек, имеющий свои слабости в лице родного человека. Шерлок же, будто гончая, учуявшая след добычи, сверкал глазами, а во всех его движениях сквозило нетерпение. Растворяясь в своей любви к преступлениям, детектив, со временем, позабыл, что он уязвим. Пули не отскакивают от него, как от брони супергероя, а в его арсенале только острый ум и непреодолимая тяга к приключениям. Он не боялся... И это пугало Майкрофта больше всего. Его ощущения передавались и мне, и с каждой секундой я осознавала все ярче, что с человеком по имени Чарльз Магнуссен лучше никогда не встречаться. И вот сейчас, прямо в эту секунду, самый опасный человек в Великобритании, сидит на моем диване и с интересом рассматривает меня и Тома из-под опушенных очков в тонкой серебряной оправе. Он пробежался по моему лицу, ухмыльнувшись произведенному впечатлению, прошелся по моим плечам, и я ощутимо вздрогнула, а дальше его взгляд заскользил вниз, пока не остановился на моем округом животе. И если раньше мое состояние можно было охарактеризовать как растерянность в купе с зарождавшимся страхом, то после его разъедающих глаз, мной завладел всепоглощающий ужас за свою жизнь, и самое главное, за жизнь моего еще не рожденного ребенка. - Мисс Хупер, добрый вечер. Простите, что так поздно, но мне очень срочно хотелось с вами повидаться, - голос Магнуссена больше походил на шипение ядовитой змеи. - Молли, кто это человек, и почему он пробрался в дом без нашего ведома? - истеричные нотки пробивались отчетливо, хоть Том и пытался их исключить, придав лицу спокойное выражение. Да уж, Магнуссен умеет произвести впечатление. - Молодой человек, успокойтесь,- так же вкрадчиво, как он говорил со мной секунды назад, Чарльз обратился к Тому. Он стал рассматривать его, будто делая заметки в блокноте, что существовал внутри его черепной коробки. Ухмыльнувшись, он поднялся со своего места и встал прямо перед нами. - Право слово, Том, - неформальный тон сбил меня с толку, и я на секунду даже забыла о страхе, потому что мной безраздельно овладело любопытство.- Вы - настоящий осел. Лицо мужчины, с которым я собиралась связать свою жизнь, поменялось в ту же секунду, когда комнату оглушил заразительный и полный искреннего веселья смех Магнуссена. Он буквально задыхался от удушающих спазмов, опираясь руками в свои колени, и на секунду я подумала о том, что он сумасшедший. Пока великого манипулятора прихватил приступ неожиданного позитива, я аккуратно нащупала мобильный в кармане моего легкого плаща, и уже начала набирать телефон Лестрейда, который я знала наизусть, но тут же мое предплечье пронзила сильная боль. Рука под действием силы взлетела вверх вместе с зажатым в ней телефоном, который благополучно упал на пол, разбившись, а я нагнулась от сильного напора со стороны одного из охранников Магнуссена, что стояли за его спиной словно тени, так же незаметно подкравшись ко мне. Я уже хотела начать кричать, как тут же была отпущена. Том поспешил ко мне, что-то отчаянно бормоча. Из того что он говорил, я разобрала только несколько слов: «полиция», «опасность», «ребенок». Ребенок. Мозг снова стал работать на полную мощность, и все инстинкты были направлены на одну единственную вещь, что была для меня важна – спасение моего будущего дитя. - Мисс Хупер, не стоит совершать необдуманные поступки, - мерзко улыбнувшись, Чарльз Магнуссен пошел в направлении входной двери, и я уже собралась вздохнуть с облегчением, как он продолжил. – Вы же не хотите, чтобы с вами или вашим ребенком что-нибудь случилось? Ведь так? Я замотала головой, соглашаясь с каждым его словом, отчаянно ненавидя его, да и весь мир вокруг в этот момент. «Его угрозы – это только начало. Он ведь как пиявка – один раз прицепится, и будет пить твою кровь вечно! Но теперь это не только твоя кровь. Ты не одна. Внутри тот, кого ты обязана защитить не смотря ни на что!» - ряды мыслей витали в моем мозгу, перегоняя одна за одной, единственное, что пришло в мою голову так поздно… «Это все из-за Шерлока Холмса!» - зеленые глаза поддонка так и светились от того, что я это осознала, смотря прямо ему в лицо. Меня передернуло, и захотелось незамедлительно от него отвернуться. Тяжело осознавать, что тебя читают как открытую книгу. Магнуссен это знал и наслаждался каждой секундой моего внутреннего унижения. Никто не любит, когда его препарируют, словно лягушку на уроке биологии и копаются во внутренностях, стараясь рассмотреть все как можно внимательнее и чем больше подробностей, тем лучше. Он делал то же самое, но гораздо худшее – он препарировал людей и рассматривал их чувства, эмоции, тайные мысли и желания. - Могу я попросить вас уйти из моего дома? – язык почти не слушается, но я произношу это, вперив взгляд на лацкан его идеального пиджака. Смотреть в глаза я больше не могу, он высосал все мои силы. - Конечно, Молли, - он впервые обращается ко мне по имени, и я удивленно поднимаю глаза, уже внутренне приготовившись к чему-то страшному.- Но позволь сначала задать тебе всего один вопрос? По спине пробегает противный холодок, но я согласно киваю, ожидая слов Магнуссена. - Шерлок Холмс знает, что скоро станет папочкой? В глазах темнеет и меня ведет в сторону, будто на плечо закинута веревка с тяжеленным валуном, и я бы точно упала, не подхвати меня руки Тома. Последнее, что я вижу это мерзкая ухмылка непрошенного гостя, полного самодовольного удовлетворения. Он отворачивается, показывая спину, и удаляется из моей квартиры, осторожно щелкая замком, будто эта дверь никогда и не открывалась. В глаза будто засыпали песок, и я устало роняю голову на плечо Тома. +++ Я просыпаюсь слишком рано, и голова все еще отдает тупой болью. Я не помню, как добралась до постели, как переоделась в пижаму, и как укрыла свое тело теплым одеялом. Видимо, все это сделал Том, и сейчас я была ему глубоко благодарна. Впервые я осознала, как много он делал для меня все эти месяцы. Даже то, что он был рядом уже ценно, особенно для такой тотально одинокой женщины, коей являлась я. Поднявшись, направляюсь в гостиную, потому что Тома нет рядом. Я обнаруживаю его сидящим на диване. Голова опущена на сложенные ладони, а локти больно сдавливают колени. Видя его, внутри что-то противно защемляет. - Том? Он поднимает голову, и по его лицу я понимаю все, еще до того, как он скажет хоть слово. - Это правда?- голос дрожит и мне хочется его обнять, но я стою на месте, лишь обхватив себя руками. – Это не мой ребенок? Он снова кажется мне таким маленьким. А маленьких нельзя обижать, их нужно защищать и любить. Жаль, но я не смогу дать ему это. - Нет, - слишком жестко, но я не могу по-другому. Мне хочется сказать что-то еще, но я будто позабыла родной язык. Тут мой взгляд падает на собранный чемодан, что лежит у его ног, и я понимающе поджимаю губы. - Прощай, - проговаривает Том и выходит за дверь. Пустота. Снова. Странно, но, кажется, я к этому привыкла. Почти…