Ты только скажи

POV Неся на руках эту малышку я впервые в жизни поняла, что таким как мы нельзя иметь детей. Это больно. Слишком. Ведь каждый из нас по своей сути смертник, никто из нас не знает , что случится завтра, у нас нет планов на жизнь ведь судьба уж очень любила вносить в наши планы коррективы, например как сейчас. Сейчас шагая к нашему лагерю, моё сердце обливалось кровью. Я чувствовала как маленькие ручки со всей возможной силой обнимали мою шею, а в ушах раздавались неслышные всхлипы малышки. Она была немая, но только бесчувственная скотина не могла почувствовать боль этой малышки. Я знала её мать - Анхелика Родман- была одним из стражей дворца, но год назад она покинула службу из-за проблем в семье и проблем со здоровьем дочери. В возрасте трёх лет подверглась жестокому обращению со стороны собственного отца и онемела в следствии нервного расстройства. Я лично подписывала её рапорт об увольнении. Я была единственной, кому доверилась Анхелика и рассказала мне истинную причину своего ухода. Я бы попросту убивала таких папаш на месте без любой возможности спастись., но к сожалению, эта тварь живёт и радуется жизни. С дочерью Анхелики я так и не познакомилась, но подруга пообещала нас как-нибудь познакомить. Только, судьба выбрала неудачные декорации для нашего знакомства. Я просто шагала с ней по протоптанной дороге и гладила Лили по крохотному тельцу, надеясь унять её рыдания и заставить её тельце не вздрагивать при каждом вздохе. Я не знаю сколько по времени мы бродили вот так, безмолвно ,но в тоже время понимая друг друга без слов. Ведь в этой небольшой баталии я тоже потеряла близкого человека и был раскрыт мой секрет, но я не хотела никому ничего доказывать или говорить. На это просто не было сил. Но когда рыдания малышки утихли и она едва коснулась моих плеч, будто прося отодвинуть её от себя. Впервые за всё время нашего весьма своеобразного знакомства я смогла разглядеть эту маленькую крошку: в глазах цвета горького шоколада не отражалось ничего кроме испуга и боли, на лице виднелось несколько ссадин и синяков, но каждый из них был обработан, видимо её мать даже в плену старалась уберечь её. Но она ведь мать. - Тебе нужно поспать, малышка, и на всякий случай тебя нужно показать доктору, - сказала я как можно мягче, заправляя выбившейся локон цвета спелой пшеницы. Её глаза смотрели на меня с такой надеждой и мольбой, что лишь благодаря выдержке выработанной годами я не разрыдалась от чувства безысходности, ведь в её глазах отражался лишь один единственный вопрос: Где мама? Я лишь едва помотала головой. В глазах Лили тут же отразилась вселенская боль, а огонёк надежды, который загорелся в её взгляде всего минуту назад, безвозвратно погас. Я была готова к очередному потоку слёз, но Лили удивила меня. Она лишь едва кивнула головой и вновь обняла меня за шею и лишь кроткий вздох сожаления был мне ответом. Я не могла знать ,что твориться в голове у этой девочки, но мысленно, я пообещала себе, что не дам её в обиду. Но о том чтобы взять её на воспитание или попечение не было и речи. Я боялась, что могу вновь причинить ей боль, ведь никто не знает, что будет завтра… POV Дмитрий Когда Роза вернулась в лагерь, уже было далеко за полночь. Всё вокруг укрылось в кромешной темноте и лишь разведённый костёр говорил о том, что эта поляна не безлюдна. Но никто из стражей даже не думал ложиться спать. Всех интересовало лишь две вещи: куда пропала Роза и почему она никому прежде не говорила, что имеет столь высокий статус среди стригоев. Ведь, скажи она правду, она могла бы жить совершенно по- другому. Она могла бы исполнить свою мечту и стать матерью, выйти замуж, построить дом и ни в чём себе не отказывать, ведь по сути она была неприкосновенна. - Почему она мне ничего не сказала? Почему? – допытывалась Джанин вглядываясь вглубь лесной чащи и надеясь увидеть выходящую из неё Розу. - Что не сказала? – раздался родной голос Розмари, заставивший всех нас вздрогнуть от неожиданности. – Марк! – крикнула она, и возле неё практически в ту же секунду оказался наш полевой врач. – Посмотри её пожалуйста, - сказала она взглядом указывая на маленькую девочку, которая стояла прижавшись к Розе практически всем телом. - А ты? – спросил Марк, блуждая оценивающим взглядом по лицу Розы. - Со мной всё хорошо, - ответила она, передавая девочку в руки Марку, который явно хотел, что-то ответить, но промолчал и удалился. И тут понеслось! - Почему ты мне ничего не сказала?! Почему?! – буквально проверещала Джанин, резко вставая на ноги и смотря на дочь непонимающим взглядом. - Мама, прошу, давай без нотаций и если бы этот мудак, не трепал своим языком перед кончиной, поверь, об этом никто никогда бы не узнал. Даже ты! При всём моём уважении к тебе! - Ты должна была остаться во дворце! - Кстати, ты тоже! Какого хрена вот тут делаете? - Роза! Не перескакивай с темы на тему! - Я не перескакиваю! А задаю вам конкретный вопрос, страж – Хэзевей! Почему вы ослушались моего приказа? В этот момент все те кто находился рядом просто застыли: никто и никогда прежде не видели Розу столь жёсткой и непреклонной. В его голосе звучала сталь и уверенность, казалось, что даже ветер будет внимать её приказам. Глаза Джанин шокировано распахнулись. - Ты не можешь мне… - но договорить её Роза не дала перебив. - Да я всё могу! Я ваш начальник, хочется вам этого или нет! Итак, я повторяю свой вопрос, на каком основании вы, ваш морой и начальник стражи академии Святого Владимира ослушались моего приказа и не улетели в приказанное вам место депортации- город Москву? - Трындец! – раздался чей-то голос вдали. Я не верил своим глазам. Да как и все остальные. Никто никогда прежде не видел подобного. Я привык видеть всё в совершенно ином виде, но сейчас, в глазах Эйба, Альберты и Джанин отражался самый настоящий шок! Они не могли вымолвить даже слова. - Мы…мы...мы… - пыталась оправдать всех Джанин, но безрезультатно. Роза же становилась ещё жёстче. - Что, мы? – допытывалась она. Но тут произошло, что-то уж совсем невероятное, то, чего никто не ожидал увидеть. Всего на секунду взгляды Розы и Джанин пересеклись и впервые эти две женщины стояли на равных. Но в глазах Джанин стояли слёзы… - Да, чёрт возьми! Мы волновались за тебя! Я за тебя боялась! Я боялась потерять тебя! Опять! Снова! Ты всю жизнь уходишь куда-то! То, покидаешь академию, то возвращаешься, но потом опять пропадаешь чёрти куда! Опять приходишь, но тут же, вновь уходишь! Что за бред? И я виню себя во многом за это! Ты стала мной! И это меня убивает! Почему ты не осталась во дворце и не заживёшь нормальной жизнью? Почему? Все были ошарашены происходящим. Никто и никогда не видел Джанин такой…убитой…обречённой и в тоже время, переполненной надеждой. - Хочешь, я отвечу, почему не могу бросить это? И заняться чем- то другим? – спросила Роза, просто убийственно спокойным тоном, глядя матери прямо в глаза. Джанин лишь с вызовом посмотрела на дочь, видимо ожидая услышать как дочь будет отчитывать её за плохое воспитание, но нет: - Потому что ничего другого я не умею, вот просто не умею и всё, кроме как защищать. А сидеть в тронном зале вместе с Её высочеством и ждать пока взорвут мою машину, чтобы убрать со счетов, я не хочу. Всё это слишком банально. Лучше уж погибнуть так, как я могла погибнуть сегодня, чем умереть от того, что какой-то дворецкий вместо сахара в чай подсыпет тебе мышьяка. Всё вокруг погрузилось в безмолвие. После произнесённой речи никто не мог не то, что пошутить или отшутиться, а просто произнести хоть звук. Сейчас Роза Хэзевей озвучила то, что любой другой страж не мог даже позволить сказать это мысленно, не то, что вслух. Я больше, чем уверен, что никто из нас не заканчивал престижных институтов, никто, за нас просто всё решили. Мы ниже мороев по статусу, но в тоже время, мы имеем одно, но весомое преимущество, большинство из нас погибают с честью, на поле боя или при защите мороя, а не дома в кровати во время сна,когда у тебя нет не малейшего шанса спастись. - Всем спать! До утра я дежурю, потом посмотрим! – приказала Роза. - Но Роза, ты ведь, ты должна отдохнуть… - попытался вразумить её Николай, вышедший вперёд. - Это приказ! Её слова эхом раздались по всему полю, и противостоять этой женщине не было никакого смысла, ведь она была…королевой.