Предательство...

       POV Автор Комнату освещал лишь камин, и вокруг него в креслах сидели трое мужчин. Они были удивительно похожи друг друга, лишь цвет волос и глаз различался. Один из них, обладатель платиновых волос и голубых глаз, холодно и сдержано смотрел на своих собеседников. Он внимательно их слушал, но лишь изредка что-то говорил, не желая перебивать этих двоих, которые примерно полчаса уже разговаривали на повышенных тонах. Один из них, брюнет с короткой стрижкой и стального цвета глазами, в чем-то хотел убедить своего собеседника, брюнета с длинными волосами, заплетенными в косу. Серебреноглазый так орал на длинноволосого что тот через некоторое время не выдержал, и начал в ответ что-то кричать, и через полчаса они, так и не пришедшие к согласию, замолчали. Обратно сели на свои места и в течение пяти минут буравили друг друга злобными взглядами. Блондин, не проронивший за эти полчаса и слова, хотел что-то им сказать, однако тихий щелчок, раздавшийся за его спиной, заставил осечься. Он быстро повернул в головы в том направлении и начал вглядываться в темноту комнаты. Через несколько напряженных секунд из темноты вышел мальчик, нет, подросток. Выглядел он весьма странно: на его хрупкой фигуре висела белая рубашка с чужого плеча; черные брюки, которые были на несколько размеров больше, превратились в бриджи и еле держались на его бедрах. Его торчащие во все стороны волосы, имевшие цвет жареного каштана, и глаза, огромные глаза цвета темного янтаря. Он быстро и немного нервно осмотрел комнату, не замечая удивленных хозяев, и лишь через несколько секунд до него дошло, что он не один. Резко повернул голову в сторону камина, юноша заметил троих мужчин, которые уже стояли на ногах и с неподдельным интересом рассматривали его. - Ке-чан, неужели ты перешел на мальчиков? – спросил брюнет с косой у серебреноглазого, - что, резиновые женщины надоели, а живые не дают? - Заткнись, Фонг! – злобно проговорил Хибари Кея сквозь зубы и, достав неизвестно откуда тонфа, двинулся в сторону подростка. Лишь на мгновение страх мелькнул в его глазах, потом они наполнились решимостью. Быстро и бесшумно прыгнул назад, он пропал в тени.Через мгновение в том же месте и исчез Хибари Кея. - Куда он подевался? - Оу, Ке-чан, неужели они убегают от тебя после первой же ночи? – не удержался Фонг, - я не думал, что ты настолько плох… - Фонг, заткнешься ты сегодня или нет? – произнес он в ответ тихим голосом, так похожим на утробное рычание дикого зверя, - это он вчера забрал Кени. - Этот задохлик?! – удивленно спросил Фонг, хоть и понимал, что перед ними только что был не простой «задохлик». - Теряешь хватку, «малыш»… На откровенные провокации Кея решил не реагировать, да и Фонг больше не доставал его. Они стояли в тишине, пытаясь услышать шорох одежды или шаги. В ответ раздавалось лишь тихое потрескивание поленьев в камине, а больше ничего. - Хмм... как грубо, - раздался тихий и уставший голос с противоположной стороны, где пропал парень. Справа от камина, на расстоянии нескольких метров, стоял большой книжный шкаф, забитый различными книгами. На нем сидел, свесив ноги сбежавший «задохлик». - Травоядное… - Почему ты не сбежал? – перебил серебреноглазого блондин, - у тебя ведь был шанс это сделать. - Ну-у, я же не могу идти домой в этих лохмотья и без портфеля, - прозвучал тонкий немного хриплый голос из темноты, - и мне интересно, кто вы и почему похитили меня? Вы члены нового клана якудза, который тут объявилась недавно? Сразу предупреждаю, моя семья не заплатит выкуп… - Травоядное, как ты меня раздражаешь, - с этими словами он кинул своитонфа в темное очертание на шкафе. После этого прозвучал тихий вскрик и звук падающего тела. - Что вы тут делаете? - раздался голос девушки. Для всех присутствующих был знаком и крайне нежелателен сейчас. - Кея, скорее бери его и прячь… - не успел Фонг договорить, как свет в комнате загорелся, и на нижних ступеньках, которых раньше не было видно, появилась девушка с красивыми платиновыми волосами. - Опять в шпионов играете? - спросила она у троих мужчин веселым голосом, пока не увидела знакомое тело, лежащее рядом с книжным шкафом, и лужицу крови вокруг его головы. Она сразу поменялась в лице, ее веселость куда-то исчезла, а глаза, которые улыбались, потухли. - Вы… вы… убили моего первого друга, - сказала она тихим голосом, лишенным эмоций. Она взглядом наткнулась на одиноко лежавшее тонфо, - Кея-сан ты… ты… ЧУДОВИЩЕ… - …кхе...кхе... - тихо начал откашливаться Тсунаеши. Услышав его, Кеншин встрепенулась. Поддавшись порыву, она подбежала к лежащему парню, наклонилась, прижалась одним ухом к его груди и прислушалась к сердцебиению. Его сердце скучало тихим, но ровным ритмом. Тук-тук, тук-тук... - Он жив! Слава Богу! Нии-сан,пожалуйста, отнеси его наверх, - вежливо попросила она блондина, который все это время стоял в стороне и смотрел за творившимся перед ним действием, - не хочу, чтобы это ЧУДОВИЩЕ его касалось. Алауди быстро подошёл к лежавшему парню, аккуратно взял его на руки и понес в сторону лестницы. За ним не отставая шла девушка. Фонг уже давно исчез из комнаты, остался только потрясенный Кея, на которого никто не обратил внимания.        Конец POV автор Резкий запах аммиака ударил в нос, выдернув из бессознательного состояния. Вместе с сознание вернулась невыносимая пульсирующая боль в голове и саднящее чувство в горле. - … аааа… - в горле нещадно першило, даже этот стон стоит немалых усилий и отзывается болью в висках. - Кажется, он приходит в себя, - сказал знакомый женский голос, - зачем его надо было так сильно бить? Он и так уже полдня бес сознания лежал. - Тогда он не был без сознания, а просто спал, - ответил раздраженный, но до жути сексуальный голос. Полдня?! Я спал полдня? Невозможно! Это... это просто невозможно. Попытка открыть глаза ничего не дает, яркий свет слепит глаза и вызывает еще один приступ головной боли. Все мое тело болит так сильно, будто по мне прошелся бульдозер, желудок сводит от голода, а еще ощущение такое, будто мои губы слиплись... - Во... воды, - это все, что я мог сказать - горло просто горело. Через минуту холодная поверхность коснулась губ, чьи-то руки нежно поддержали голову. Первые капли воды упали на губы и скатились вниз по щеке и шее, вызывая волну мурашек по телу. Я немного приоткрыл рот, и спасительная жидкость начала вливаться внутрь, увлажняя пересохшее горло и язык. Пил медленными глотками, стараясь не захлебнутся и не пролить драгоценную влагу. Через минуту вода закончилась, боль в желудке и в горле притупилась, я попытался снова открыть глаза. Свет слепил, но голова не болела. Через некоторое время я начал видеть очертание фигуры, а потом и полностью разглядел его. Он был красивым, его голубые глаза отливали лазурью и пронзительно смотрели на меня, изучали. Рядом с ним стояла уже знакомая мне девушка с похожими платиновыми волосами и серебренными глазами, как и у парня за ее спиной. Но их глаза отличались тем, что у девушки они искрились светом и добротой. Я попытался сесть, но самостоятельно у меня ничего не получилось. Блондин, бережно держа за плечи, помог мне. - Так вы родственники? - дошло до меня, когда я разглядел их получше. - Да, они мои старшие братья, - сказала Кеншин, - как ты себя чувствуешь Тсу-кун? Ты не голоден? - Нет, я не голоден. И чувствую себя нормально, только голова немного болит, - соврал я, и после моих слов Кени-чан странно взглянула на своего брата, который стоял позади нее, и тот сильно побледнел. Но, видимо, мое тело решило быть сегодня откровеннее с людьми, так как мой живот оглушительно заурчал, а я покраснел, пойманный на вранье. - А ты, оказывается, врунишка, Тсу-кун.… *** Все мои мысли были заняты этой странной семейкой, живущей на окраине города в шикарном особняке. Если сравнивать мой дом, который по сути является тюрьмой, с этим домом, то это два разных измерения. В их семье сразу видно, что они заботятся друг о друге. И если что-то случится, то будут стоять горой друг за друга, а в моей? Не выполнил задание - и ты покойник. Мне как-то не по себе. Что со мной? Внутри меня словно образовалась пустота, которая просто сводит с ума и вызывает воспоминания прошлых дней, те воспоминания, которые больше никогда не повторятся. - Хаос Тсуна, где ты был? - этот тихий голос, наполненный равнодушием, сразу вывел меня из моего странного задумчиво-мечтательного состояния. На первый взгляд все бы сказали, что слова Реборн-сан произносит спокойным или просто равнодушный голосом, но лишь я знаю, что после разговора с такой интонацией были лишь боль и мучения, и сколько бы раз ни слышал их, всегда боялся как в первый раз. - Ре.. Реборн-сан... я… я.. - Избавь меня от своих объяснений, они не к чему... Слова репетитора резали слух, вызывая почти ощутимую боль в теле, предчувствуя беду, все внутри сворачивалось в маленькую горошину. Никогда Реборн не выходил его искать, как бы он ни опаздывал. Он просто жестоко наказывал, чтобы такого не повторялось. А сейчас ему осталось несколько кварталов до точки перехода, а Реборн-сан стоит перед ним, и в темноте ночи видно только маленький огонек от зажженной сигареты. - Реборн-сан, вы пришли меня убить? - неожиданно спокойно для себя спросил я. - А что если так? - вопросом навопросом ответил мужчина, - тебе страшно? - Хмм… - задумался я, оторвав свой взгляд от красной точки в тени дома, и посмотрел на небо; звезд не было, - нет. Если ты боишься, значит, тебе есть, что терять. А у меня - нет ничего. - Понятно, - лишь одно слово. Он никогда не учил меня, что жизнь свята и надо держатся за нее обеими руками. Я люблю жизнь, но вижу смысла продолжать жить. Меня здесь ничто не держит. И он это знает. - Иди за мной, - сказал и пошел в противоположную сторону от точки перехода. - Куда? - хочет убить меня там, где никто не увидит? Да ну, если бы он хотел, то давно прикончил бы меня. - Придем на место, узнаешь. Шли мы недолго, попетляли по дворам и дошли до улицы. Небогатый район, где все дома были одинаковы. Хоть фонари горели возле каждого дома, улица была темной. Лишь изредка было слышно, как вдали лает бродячая собака. Мы шли вдоль этих домов, пока мой репетитор не остановился возле одного из них. Бесшумно открыл калитку и вошел во двор. Достав из кармана ключ, зашел в дом и пропал в темноте дома. А я продолжал стоять на улице в оцепенении, удивленно смотря ему вслед. Этот дом. Он заставляет внутри меня все трепетать. Этот дом мне знаком, но почему? Где я видел его раньше? В груди разливается странное тепло одновременно с болью. В глазах наворачиваются слезы (опять эти бесполезные придатки)… все тело бьет мелкая дрожь. Что со мной, какое странное чувство, будто я был здесь раньше. Из ступора меня вывел Реборн, позвавший меня из глубины дома: - Что застыл, заходи быстрее в дом. Вытерев одинокую слезу, которая все-таки скатилась и быстро преодолев несколько метров расстояния от калитки до дверного проема, вбежал в дом, словно за мной гонялись полчище ёкаев. Но тут же запнулся и с грохотом упал на пол. - Ну что за бесполезный ученик, - проговорил итальянец, включая свет в коридоре. Быстро встал, не обращая внимания на боль в коленях, в локтях, в голове - которая все еще не прошла. - Реборн-сан, где мы? И что тут делаем? А хозяева не будут против, что мы зашли?.. - и еще бесконечное количество вопросов меня беспокоило, но мне не дали их задать. - Иди за мной, сейчас все объясню, - сказал он и направился вглубь дома, а я тихонько пошел за ним, осторожно осматривая помещение. Впереди зажегся свет, и я вошел в эту комнату. Это оказалась кухня. Светлая, исполненная в бежевых и коричневых тонах, просторная. Виделась барная стойка с двумя высокими стульями, и один из которых был уже занят. - В главном доме стало небезопасно, - начал свой рассказ Реборн-сан, - кто-то сегодня забрался в твою комнату в попытке тебя убить, - увидев мои удивленные глаза, он добавил: - или похитить. Поэтому ты пока не вернешься домой. С сегодняшнего дня ты будешь жить в этом доме. Один. О твоем новом местонахождение буду знать только я. Больше никто. Если кто-то придет и скажет, что он от меня, не верь. Убей и беги. - Вы шутите, Реборн-сан? - Похоже, что я шучу? - легкий оттенок раздражения в голосе, и меня уже прошиб пот. - Э-э... нет, - еле проговорил я. - По легенде твои родители умерли в авиакатастрофе, оставив небольшое состояние вам с братом. Однако твой брат, не желая заботиться о тебе, забрал свою часть денег и сбежал. И теперь неизвестно, где он. И растешь один с десяти лет. Его слова были неправдой и правдой одновременно. Я иногда думаю: может, брату и правда было все равно на меня, и поэтому он сбежал? Это невыносимо больно. - … так как в школе в твоем личном деле нет никаких записей о твоей семье, и о тебе мало кто знает, ты останешься в прежней школе. Да и правда, я мало с кем общаюсь, и никто меня не знает… я просто никто. - …вот номер счета, пароль - дата рождения Наны-сан. Периодически буду перечислять деньги. Прекрати воровать в школе, не привлекай внимания. От упоминания имени мамы мне стало тоскливо и грустно. Моя мама была жива, но я больше не интересовал ее. Она, как и брат, бросила меня. Почему все дорогие мне люди покидают меня?.. - … меня некоторое время не будет в Японии, но я буду на связи. Звони, если только что-то срочное. Ты понял меня, Тсуна? И вы тоже бросаете меня, Реборн-сан… - Да, я все понял, - проговорил я тихим голосом, без каких либо эмоций. Не знаю, что он увидел в моем взгляде или во внешности, в следующею секунду он обнял меня. Не как учитель или друг, как отец или брат, заботливо, будто переживал за меня. Нос защекотал его запах, запах крепких сигарет и апельсинов, с небольшой горчинкой. - Будь осторожен, - это были его последние слова. Он отошел и исчез за доли секунды. А я стоял потрясенный на кухне и не мог двигаться, и больше не мог сдерживаться. Я завыл от безысходности происходящего, мне все равно - я вернусь в поместье и буду там приманкой, мне все равно, если я умру, но Реборн-сан, пожалуйста, не уходите! Я так хотел сказать эти слова, но не сказал. Я просто боялся. И внутри меня что-то сломалось … целая волна чувств, эмоций просто накрыла меня, я просто задыхался от них обилия, не мог нормально вдохнуть.… Все то, от чего я постоянно отворачивался, сегодня вспоминалось, чувствовалось каждой клеткой моего тела: предательство брата, мамы, избивание отца, домогательства бывшего «лучшего друга» и бездушие дедушки… и единственный человек, который заботился обо мне сейчас, тоже ушел. Хоть он и был иногда жестоким, но всегда только во время тренировок… и все равно он ушел… и не вернется, как и все до него.… Так я и остался на полу кухни опустошенный, не способный подняться и дойти кровати. Заснул неспокойным сном…