Немой

Не прошло и минуты с того момента, как я укрылась в темном тоннеле, а мимо уже просвистели полупустые вагоны, ярко высветившие моё временное пристанище. Похоже, путь, на котором я обосновалась, вел в депо, а, значит, задерживаться здесь было чревато встречей с местными работниками или, что еще менее перспективно, с идущим «на покой» поездом. Все умные самоучители по проникновению в подземку содержали в себе несколько простых в выполнении правил. Первое из них настоятельно рекомендовало ни при каких обстоятельствах не спускаться в метро в одиночку, без подкованного в диггерском деле сопровождающего и необходимого снаряжения; второе советовало совершать вылазку по предварительно продуманному или разведанному маршруту; а третье гласило: все исследования производить с часу ночи до трех, то есть когда метро полностью закрыто. Затравленно озираясь, я стояла на путях, очередной раз за свою бестолковую жизнь жалея, что не прислушалась к мудрым советам людей, действительно разбирающихся в деле. Давящий со всех сторон мрак развеивал слабый, почти не доходящий со станции свет. Черные кишки проводов, ползущие по стенам, делали туннель похожим на нутро огромного вздутого плотоядного червяка. Откуда в моей больной головушке всплывали такие омерзительные ассоциации, было непонятно, но точно не от спокойной, размеренной жизни. Меня бросало в жар от криминальности и рискованности собственных действий, во рту пересохло, а борцовка липла к вспотевшей спине. Борясь с желанием скинуть рюкзак и куртку, я пошла вперед в надежде отыскать подсобное помещение, в котором можно будет пересидеть до закрытия метро. С периодичностью в четыре-пять минут соседний тоннель сотрясался от проходящего поезда. Гулкий, раскатистый стук колес разносился во все стороны, заставляя меня каждый раз нервно вздрагивать и оборачиваться на звук. Когда грохот вагонов стихал, пространство вокруг наполнялось ощутимой физически вязкой тишиной. Специфический сладковатый токсичный запах, исходящий от пропитки для шпал, смешиваясь с сырым духом, характерным для любого подземелья, делал из темных путей настоящий склеп. Многие мои друзья в шутку называли смотровую яму для ремонта автомобилей могилой, удивляясь на то, как я могу просиживать там часами. Теперь настала моя очередь поражаться выдержке машинистов, сутки напролет вынужденных проводить поезда сквозь однообразную кишку пустых перегонов, расцвеченную типовыми лампами. Свет, тьма, станции и сотни людей, за чьи жизни они в ответе, а на путях глупые, бестолковые малолетние идиоты, которые решили героически познать тайны метро. Нет никаких тайн, есть только неоправданный риск и преступный адреналин, молотом колотящий в затылке. Служебную дверь я нашла быстро. Над ней горела тусклая запыленная лампочка, в которую с суицидальным упорством бился толстый, неизвестно как очутившийся здесь, мотылек. Вдохнув поглубже, я дернула ручку и заглянула внутрь. Тихо и темно, запах пыли и табака, софа, стеллажи с вещами, старый, советского образца шкаф. Осмелев, я включила фонарик, подробнее изучая помещение, больше всего походившее на камеру хранения пополам с комнатой отдыха. Покрутившись между полками, я присела в дальнем углу за диваном и приготовилась ждать. За двадцать минут до закрытия переходов выйду обратно к платформе и вылезу наверх, вернусь домой и больше никогда не сунусь в подобное место. Мне не четырнадцать, время глупостей давно миновало. А с Алешей мы еще встретимся, если он сам этого захочет. Когда ждешь чего-то, сидя скрючившись в опасном месте, лишенном освещения, время течет медленно и неохотно. Я раз за разом доставала мобильник и с надеждой вглядывалась в слепящие белые цифры, ярко видные в темноте. Минута, две, три… По каплям в чашу моего терпения. Утомленная пережитым стрессом, я прислонилась головой к софе и медленно провалилась в дрёму. А ведь стоило еще в прошлый раз понять, что спать в метро чревато проблемами. - Мне, слава Богу, до дома десять минут! Сейчас форму скину и пойду, – голос, выдернувший меня из сна, звучал, казалось, над самым ухом. С трудом разлепив глаза, я подтянула торчащие в проходе ноги и сползла еще ниже по стене. - Может, по сто грамм на дорожку? – говорили действительно рядом, и ко всем прочим неприятностям в подсобке светила блеклая лампочка. - Ну нет, мне жена еще прошлого раза не простила, так что извиняй, – свет погас, прошаркали удаляющиеся шаги, и лязгнула захлопываемая дверь. Я высунулась из своего убежища, слепо вглядываясь в наступившую темноту, и с ужасом услышала тихий щелчок замка. Выспалась, однако… Растерев замерзшими пальцами шею, я потянулась, разминая затекшие мышцы, и обессилено упала на софу. Покопавшись в кармане, выудила оттуда плеер и наушники. Надо немного расслабиться, прийти в себя. Жаль, что тушенка осталась дома, можно было бы перекусить. Пощелкав песни из списка, я с задумчивой отрешенностью остановилась на «метро» Tractor Bowling. Прямо про нас, если вдуматься. Встретились в метро, и вот я снова тут, неизвестно зачем нарушаю закон и ищу приключений на пятую точку. Прочь улетает, медленно тая, слепая пустота Мелькают лица, тонкими пальцами бьют лучи в стекло Закрытых окон… И были вместе, может быть здесь мы, а может просто так В моих ладонях прошлое тонет, ведь мы уже давно Так одиноки... Останься со мной... Вернемся назад... Я бегу сквозь город без лица В огнях подземного кольца И летят сквозь землю поезда Из ниоткуда в никуда… в никуда... Ты – мой сон! Я – лишь тень! Не знаю, кто ты, как далеко ты и где ты ждешь меня Я обещаю, не опоздаю, ведь ехать в никуда Всего лишь вечность... Глаза закрою - рядом с тобою, но миг и нет тебя И мимо с воем темной волною сплетают провода Путь в бесконечность... Развей мою боль... Смотри мне в глаза... Я бегу сквозь город без лица В огнях подземного кольца И летят сквозь землю поезда Из ниоткуда в никуда… в никуда... Останься со мной Вернемся назад Развей мою боль Смотри мне в глаза И там глубоко у самого дна Увидишь, что я сгорела дотла... Вдоль по тоннелям и ночным перронам По переходам и пустым вагонам Я словно тень скольжу по краю света Тебя зову, но снова нет ответа... Ты – мой сон! Я – лишь тень! Я – твой сон! Ты – лишь… тень! Ты – лишь тень, а мне пора выбираться и топать домой. Пискнула батарейка, погас цветной экран, вернув меня в пугающую после мощного гитарного марева тишину. Я достала фонарик и осмотрела замок. Обычная типовая личинка, которую легко выбить парой ударов молотком. Нужный инструмент легко лег в натруженную мозолистую руку, и звон металла о металл разорвал затхлое спокойствие подсобки. Хочу домой, чёрт возьми. Я очень хочу домой.