Немой

Вышедший из ванны Леша развеял все мои сомнения. Влажные волосы колечками лежали на шее, прилипли ко лбу и щекам, моя черная «большая» футболка, похоже, с трудом на него налезла и теперь предательски обрисовывала мощную, скрытую доселе мускулатуру. Кроме футболки парень облачился в свободные белые штаны, похожие на низ спортивного кимоно. В руках он держал аккуратно свернутые полотенца. Я наконец-то вспомнила, что стою в обнимку с бельевым тазом. Пододеяльник увенчал разводной ключ и еще пара мелочей, которые я решила временно вынести из спальни. - Проходи, устраивайся, - я показала на свежеперестеленную кровать, – Я ненадолго. Прихватив по дороге полотенца, я сгрузила таз в «мастерской» и, вооружившись халатом, побрела мыться. Отдельно надо отметить, что зеркало в этой квартире имелось только в ванной. И я в него умышленно не заглядывала, дабы не травмировать свою психику последствиями избиения. Войдя в ванную комнату, я опасливо заглянула в пластиковую раму, оплавленную сбоку чьей-то шаловливой рукой. Нос был на месте, маленький и прямой, как и раньше, не в меру говорливый рот с серебряным колечком пирсинга справа в нижней губе тоже изменений не претерпел. Никаких опухолей, гематом, кровоточащих ссадин. Только небольшой желтоватый, словно недельной давности, синяк на скуле. Я даже потрогала его пальцами, не веря собственным глазам. Урод в метро врезал мне так, что в шее хрустнуло, даже из носа вроде кровь шла. Или мне с испугу так показалось? Я быстро скинула топ и принялась изучать синяк на грудной клетке. Результат моих изысканий был просто ошеломляющий. Еще час назад лилово-синюшный и громадный, он превратился в слегка желтоватый и практически не ноющий. Даже глаза потереть захотелось. Надо будет спросить у Леши рецептик чудо мази, а заодно и в каком телемагазине он её прикупил. Конечно, спрашивать я ничего не буду, не моё дело, да и в телемагазинах такого не продают, так что излишняя любознательность может быть чревата всякими неприятностями. Расправившись с одеждой, я забралась в еще теплую ванну и включила воду. Хотелось поскорее смыть ощущение чужих прикосновений с кожи, оттереть въедливый запах метро, а заодно и расквитаться с неприятными воспоминаниями. Упругие, тугие струи били по плечам и затылку, расслабляли, успокаивали. Торопиться совершенно не хотелось, но и оставлять незнакомого человека одного в квартире тоже не стоило. Густые спутанные волосы, даже обильно смазанные шампунем, расчесываться не хотели. Приводя шевелюру в порядок, пришлось долго разбирать непослушные каштановые пряди. Закончив это неблагодарное дело (утром все равно опять с куриной попой на голове встану), я вылезла из ванной, опираясь на грязно-голубенькую местами потрескавшуюся плитку. В тапки с первого раза попасть, естественно, не удалось. Чуть не поскользнувшись на мокром полу, я все-таки сладила с вредной обувкой, накинула халатик и пошла в комнату. При слове халатик в голове у большинства обывателей возникает полупрозрачный красненький образ с оторочкой из перьев, и длиной, хорошо если прикрывающей попу. Мой халатик тоже был коротенький. Да и красненькое на нем имелось. На самом деле изначально это был медицинский халат экстра маленького размера, «раскрашенный» краской по ткани для Московского «парада зомби». По прошествии времени посещать такие мероприятия я прекратила, но не пропадать же вещи? Мой гость, комфортно устроившийся на широкой кровати, выпучил на меня глаза и хватанул ртом воздух. Судя по его враз напрягшемуся телу, он был бы рад сейчас выскочить в окно. Вряд ли его так испугал вид моих голых коленок. На фигуру я не жаловалась. - Это краска, - сообщила я из-за дверцы шкафа, за которую юркнула переодеться. Ответа, естественно, не последовало, да я его и не ждала. Зато когда я покинула своё убежище, Леша уже успокоился и не без интереса на меня посматривал. Мой черный топ на тонких кружевных лямках, надетый на голое тело и коротенькие шортики вогнали парня в краску. Я погасила свет и нырнула под одеяло. Какой он все-таки умильный, этот Алеша! Парень явственно напрягся всем телом, словно готовясь убежать. Меня это развеселило и завело. Изначально я не планировала что-то предпринимать, решив, что «быть или не быть» - его законный, положенный за геройство, выбор. Теперь меня просто неудержимо тянуло на всякого рода пакости и провокации. Сердце учащенно стучало, во рту пересохло. Я пробежалась пальчиками по футболке и, нежно коснувшись шеи, запустила их в густые, еще влажные волосы. Леша, крепко вцепившийся в простынь, прикрыл глаза и как кот подался на ласку. Он не стаскивал с меня одежду, не стремился прижать или потрогать. Просто лежал, напряженный, как палец на взведенном курке, постепенно расслабляясь. Не выдержав и подавшись вперед, я прильнула к его губам. Они были сладкими и пахли моей клубничной пастой. Я слегка улыбнулась и провела по ним языком, заставив чуть приоткрыться. Полностью отдавшись своим желаниям и глубоко наплевав на что-то вещающий (тихо, надо сказать), на заднем плане голос разума, я забралась на парня сверху и, прижавшись к нему грудью, страстно поцеловала. Он, словно проснувшаяся «мертвая царевна», отмер, обнимая меня за талию, и еще крепче прижимая к себе. Дышалось с трудом, стальная хватка заставила меня выгнуться, потеревшись о нечто вполне понятное и каменно-твердое в его брюках. Я скользнула языком к уху, слегка прикусив мочку, и, ловко вывернувшись, спустилась вниз, царапнув рифленый пресс через футболку. - Может разденешься? – я сама удивилась своему голосу со слегка мурлыкающими интонациями. Определенно не стоило год сидеть без парня, ибо крыша улетела с концами. Леша на секунду замешкался, но потом все же стянул футболку. В обычном состоянии вид покрытого разнообразными шрамами тела, скорее всего, меня бы напугал. Сейчас "пугалка" была выключена или «вне зоны доступа сети». Я игриво тряхнула мокрой еще головой, оросив его живот мелкими капельками, и принялась исследовать шрамы, проводя по ним языком. Штанга-шип немного царапала и щекотала кожу, заставляя его тело покрываться мурашками и слегка вздрагивать. Когда язык скользнул вниз по жесткой волосяной дорожке, парень тихо застонал. Останавливаться у меня в планах не было. Я чуть спустила его штаны, на несколько секунд замерев, любуясь лунными бликами на его прессе и возбужденном члене. Потеревшись об него щекой, я бережно обхватила головку губами. Тело Леши слегка вздрогнуло, и он, судорожно выдохнув, запустил пальцы мне в волосы, одновременно с тем аккуратно подаваясь вперед. Безумно хотелось большего - слиться, переплестись, целовать, ласкать руками, наслаждаясь хороводами лунных отсветов на его красивом, мускулистом теле. Ненужная одежда полетела в угол, как и все мои сомнения. Он с легкостью подхватил меня и перевернул на спину, оказавшись сверху. Сильные руки скользнули по внутренней стороне бедер, заставляя раздвинуть ноги. Одна из его ладоней легла на мою обнаженную грудь, слегка сжав её, вторая упиралась в простыню над моим плечом, его горячие губы слились с моими в требовательном поцелуе. Немного отстранившись, парень на несколько секунд замер надо мной, а затем, убрав руку с груди, бережно обнял за талию и медленно вошёл. Мир взорвался тысячами красок, перед глазами все поплыло радужными кругами. Может быть, завтра я пожалею о том, что сделала, но сегодня есть только он и я - хотя бы на одну ночь.