Познать самого себя

- Что ты об этом думаешь? – Том забрался на кровать с ногами и задумчиво посмотрел на своего соседа по комнате. Тот сидел, опершись о стену и часто моргал. - Можно ли с помощью магии исправить зрение? - Наверное, - Том пожал плечами. Гарри кивнул и отвернулся. На столе тускло горела лампа, отбрасывая страшные тени на стены. Снаружи шел снег и все это нагоняло тоску. - Ничего я об этом не думаю. Подозрительно все. - Почему? - Том наклонил голову набок и с интересом взглянул на Эванса. - Объяснишь? - А самому подумать? Ведь можешь?.. Мне кажется, все это подстроено. Про себя Том согласился. Да, и этот взрыв, и оборотень, и сам Гай. Что-то тут не так. Очевидно, что взрыв подстроили, ведь никто сильно не пострадал. Так, всего лишь ссадины и синяки, но не было ни переломов, ни смертей. Ничего. А должно бы. Реддл положил подбородок на колени и прикрыл глаза. Оборотень. Слух о нем пошел, когда обнаружили мертвого мальчика с месяц назад. Его загрызли. И это был не пес! Потом Марк рассказывал про странного старика в платье. - Мы можем и отказаться, - заметил Гарри. - И до совершеннолетия гнить здесь?! - Реддл презрительно фыркнул. - Это ты живешь в приюте всего несколько дней, а я с самого рождения! И жизнь здесь больше похожа на ад, чем рай. - Думаешь, как будто у меня жизнь была лучше?! Заткнись Реддл! - злобно прошипел Гарри. Том вздохнул и не смог выдохнуть. Что-то не давало ему выдохнуть… или кто-то. Он задыхался и ничего не мог с этим поделать. Внезапно все прошло. Как будто ничего и не произошло. Как будто ему показалось… но, Том Реддл хмыкнул. Он сам умел причинять людям боль. Вот только у него, Тома, получалось так намеренно, а у Гарри спонтанно. "Я его разозлил. Не стоило…" Гарри сидел с закрытыми глазами и размышлял о том, что следовало бы извинится за содеянное. Если бы он вовремя не остановился, Том Реддл был бы мертв. - Возможно, мне стоило бы согласиться хотя бы для того, чтобы научиться себя контролировать, - сказал наконец Эванс. – А ты? Том не ответил. Он хотел учиться, хотел познать магию в себе. Узнать, на что способен, а также почему его мать холодной зимней ночью оказалась там у того здания приюта. И почему отец не пришел за ним. Он долго думал об этом. Думал о том, как найдет своего отца, как посмотрит ему прямо в глаза и что скажет. Том отвернулся к стене, закутался в одеяло и прикрыл глаза. Он устал и хотел спать, но было столько мыслей, что заснуть никак не удавалось. Гарри погасил лампу, постоял некоторое время у окна. Мальчик с нетерпением вглядывался в темноту, как будто чего-то ждал. Может быть, он ждал какого-то знака или чуда падающей звезды - да все что угодно, лишь бы не было на душе так грустно и одиноко… Позже, когда Том Реддл спал глубоким крепким сном, Гарри Эванс думал о яблоках, о красных сладких яблоках. Утром, когда солнце стояло достаточно высоко, Гарри не спеша прогуливался по тихим пустым коридорам. Через полчаса должен быть начаться урок, но Эванс не хотел на него идти. Гарри размышлял о том, что ему выбрать. "Том, конечно, даже и не сомневается в том, что именно выбрать. Легко ему". – Гарри фыркнул и сел на подоконник. За окном мальчишки гарринного возраста играли в снежки, а девочки лепили снеговика. Гарри улыбнулся – наверное, стоило бы пойти и присоединиться к ним. Поиграть, посмеяться вместе со всеми. Где-то в глубине дома зазвенел колокол, созывая всех на урок. Гарри видел, как ребята с неохотой оставили свои игры. Двор быстро опустел, а старые чугунные ворота теперь пели в одиночестве. Но мальчик их не слышал, он смотрел на светло-серое небо, мечтая о красных – красных, каких даже у Дурслей не видел, яблоках. Они должны быть обязательно сладкими. Гарри хотел нарисовать вазу, доверха наполненную вкусными плодами. Кто-то хлопнул его по плечу. - Эй, парень, не хорошо прогуливать, - Марк прислонился к стене и тепло улыбнулся. -Ты тоже прогуливаешь, - заметил Гарри. Марк фыркнул и потер пальцем стекло. Раздался неприятный скрип, а на поверхности остался еле заметный след. - Ой, да! – подросток отмахнулся. - Чем собираешься заняться? - Не знаю, - Гарри пожал плечами. - Зато я знаю, пошли. Марк потянул Эванса к лестнице. - Куда мы идем? - поинтересовался Гарри у Марка. - Сейчас сам все увидишь. Они шли по улице сквозь толпу. Гарри почти бежал за старшим мальчиком, успевая при этом посматривать по сторонам и себе под ноги. Люди - самые разные - шли кто куда. Гарри с любопытством рассматривал витрины лавок, магазинчиков, читал вывески, с удовольствием вдыхал чистый холодный воздух. И чувствовал себя великолепно, несмотря на спешку. - Мы пришли, - Марк кивнул на книжную лавку. Когда Марк открывал дверь, внутри магазинчика зазвенел колокольчик. - Мистер Холл, вы опоздали, - с укором сказал невысокий старичок с тростью в руках. Выглядел он забавно - так показалось Гарри. Старик был одет в коричневые брюки и дико-оранжевый сюртук. Нос длинный-длинный, на голове – плешь, а глаза карие добрые-добрые. «Чудак какой-то», - подумал Гарри. - Молодой человек, я же просил, - старичок покачал головой. - Я задержался, - Марк в знак извинения наклонил голову.- Мастер, я привел вам помощника. Гарри с любопытством рассматривал настенные часы, китайские вазы, украшения с блестящими камнями, толстые книги, которые небрежно стояли в углу и пылились. Все было настолько пропитано прошлым, что захватывало дух от таких вещей. - Я вижу, - Мастер кивнул. Он так внимательно рассматривал Гарри, что тот невольно схватил Марка за руку. Юноша тихо рассмеялся. - Не бойся, я не кусаюсь. Хотя на прошлой неделе я укусил того воришку, - старичок задумался и почесал затылок. – Да, он хотел украсть золотые часы. Между прочим, мои любимые. Ах, они достались мне от моего покойного дедушки! Я так дорожил ими! И взять так просто украсть?! У меня в голове не укладывается… Здесь, - он махнул в сторону ваз, - столько бесценных вещей. Вазы, часы, свитки, старинный глобус и карты; стул, на котором любила сидеть коронованная особа. И картины, конечно, картины… Вам нравятся картины, молодой человек? Не задумываясь, Гарри кивнул. - Да… картины. Ко мне ходит один художник… О нет, он не из этих художников новой волны, - мастер скорчил забавную рожу, отчего Гарри не смог сдержать улыбки. Страх, возникший внезапно, мгновенно канул в лету. – Разве это живопись? Мазня какая-то! Или я ничего не понимаю в живописи. Так вот, художник - мой друг - любит писать портреты. Какие? Любые! Я думаю, он и вас напишет, молодой человек. У вас чУдные зеленые глаза. - Мастер, остановитесь, а то Гарри, кажется, не успевает за вашим ходом мысли. Представьтесь что ли, а? - Дерзкий мальчишка!- с негодованием заявил мастер.- Но ты прав, я должен представиться. Мое имя Николас Блэквуд. Но можешь звать меня сэр или мастер. Что-нибудь еще? – большим пальцем он потер свой длинный-длинный нос.- Да! Я занимаюсь тем, что собираю антиквариат. Что-то оставляю у себя в коллекции, что-то продаю. Марк глубоко вздохнул. - Мастер,- предупреждающе заговорил он. - Все – все замолкаю… Так как вы говорите вас зовут? - Гарри Эванс, сэр. - Гарри Эванс,- повторил мастер.- Хорошо… Значит так, мистер Холл, вы расскажете об обязанностях мистера Эванса. Пусть мальчик привыкает. Об оплате договоримся потом, и никому не слова! - Почему? - Потому, мистер Эванс - полиция. - Несовершеннолетним нельзя работать, особенно детям, - пояснил Марк,- к тому же, если попадешься хотя бы раз, они начнут за тобой приглядывать. Причем, учитывая тот факт, что мы с тобой дети приютские. Наши парни в основном так и работают. - Понятно, - Гарри кивнул. - Вот и славно, - мистер Блэквуд накинул на плечи зимнее пальто. - Мне нужно уйти. Возможно, сегодня удастся заключить выгодную сделку, - мастер мечтательно улыбнулся. - Мистер Холл, от работы у себя я вас освобождаю. Вы ведь помогаете еще в двух местах. У мистера Смита и у мистера Паркера, я не ошибаюсь? - Да, мастер, - кивнул Марк, пригладив волосы на затылке. - Замечательно, увидимся позже, молодые люди… Колокольчик звякнул, и мистер Николас Блэквуд оставил мальчиков одних среди антиквариата. Гарри осторожно присел на стул и провел по глазам рукой. Да, он и не думал оказаться здесь в антикварной лавке. А теперь он помощник у этого сумасшедшего старика. Хотя он и не такой сумасшедший, как кажется - глаза у него все равно добрые. Добрые, а не безумные, как у психов. - Он всегда такой? - Мастер? Он такой, - Марк усмехнулся. – Не волнуйся, он конечно чудаковат малость, но своих не выдаст. Я дело говорю, парень. Три года у него проработал. Делать-то всего ничего - пыль протирать, следить за порядком, клиентов сразу проводить к мастеру. Собственно, все. Платит он не так много, но зато узнаешь многое. Об всяких старинных вещах, например. Их историю прежних владельцев. Или можешь те книги почитать – те, которые в углу, видишь? - Но они же пыльные, - возразил Гарри. – Сам ведь только что сказал об уборке. Марк хмуро покосился на книги. - Бесполезно. Книги всегда были пыльные, насколько я помню. Читаешь ли ты их, или вовсе не трогаешь - все равно, - Марк Холл пожал плечами. - Хм, - протянул Эванс. - Расскажи мне о мастере. Почему он обращается к нам «мистер» и на «вы»? - Прихоть старика. Вообще, спроси у него сам - мастер не откажет. Ему только дай волю поговорить… и всех заболтает до смерти. - Я заметил, - буркнул мальчик и прислонился к плечу Марка. – Слушай, а ты не можешь мне достать яблоко? Красное. Часы пробили один раз. За окном было еще светло, но через пару часов будет темно, а идти одному в приют вечером немного страшновато. - Какой скромный мальчик, - хмыкнул Марк. - Чего одно-то? Могу и два достать - для тебя и твоего приятеля Реддла. Как думаешь? Эванс отодвинулся от Марка подальше, с недоверием глядя на него. - Правда, можешь? – пропуская мимо ушей слова о Томе, спросил мальчик. - Могу. А ты думаешь, откуда я вино доставал. Яблоки зимой?.. найду. Обязательно красные, - Марк мягко улыбнулся, глянул на часы и заторопился. - Мне пора к Смиту. Ну, давай не скучай. Яблоки вечером принесу или завтра утром. И ничего здесь не трогай! Марк оставил мальчика одного а минутная стрелка на часах сдвинулась всего лишь на одно деление. - И что мне делать? - вслух спросил Гарри. Мальчик взял первую книгу из стопки, сдул с нее пыль и открыл посередине. Скользя по строчкам, Гарри не понял ни одного слова. "Не английский, жаль, - он перевернул страницу. - Какие замечательные рисунки! Потрясающе". Вверху страницы был изображен какой-то святой. Эванс с трудом представлял, кто нарисован, да и это было совсем не важно. Одежды и нимб, и лицо, и руки - была прорисована каждая деталь, аккуратно и с терпением. За разглядыванием книги Гарри не заметил, как пролетел целый час. Не успел он и оглянуться, как часы пробили два раза. А еще через четверть часа вернулся и хозяин лавки. Гарри к возвращению мастера успел протереть пыль на столе, аккуратно разложить листы, бумаги, заполненные размашистым почерком, и заполнить до краев чернильницу. - Как ваши успехи, молодой человек? По глазам вижу, что очень хорошо, не так ли мистер Эванс? – мастер выглядел довольным. Он повесил пальто на крючок, а на стол положил деревянную шкатулку. - Мне сегодня крупно повезло. Да…- он уселся на стул и взял шкатулку в руки, - сегодня мне удалось напасть на след одной драгоценности. Да…- повторил мастер. - Одной драгоценности. Однако я не скажу какой. Возможно потом, когда-нибудь. Гарри внимательно слушал мастера. Что это за драгоценность? Интересно. - Она очень важна не только для меня, но для всех ценителей, - сэр Николас задумался. - Очень важна. Определенно! Ею владели многие, но, возможно, это она владела людьми. Кто знает?.. Впрочем, я могу вам кое-что показать, но это секрет. Мистер Блэквуд открыл шкатулку и достал из нее камень. Темно-красный. - Рубин. Всего их в этой драгоценности три. Я уверен, что это именно он. Гари заворожено рассматривал камень. Он впервые видел рубин так близко, вживую. До этого момента Эванс никогда не видел драгоценных камней. Наслаждался его цветом блеском и формой. Красивый и холодный одновременно, несмотря на его цвет. Возможно, опасный – возможно, загадочный. Какой след оставил этот рубин в истории и в сердцах людей? Просыпалась ли в них алчность или наоборот, люди впадали в уныние и равнодушие? Убивали ли из-за рубина? Да, несомненно, и Гарри в этом был уверен. - Как вы думаете, он совершенен? Гарри напряг зрение. Он так и не успел сходить за очками, и хоть видел он расплывчато, ему показалось, что он увидел пару трещинок на камне. О чем он и сказал мастеру с неуверенностью в голосе. - Да, вы правы, мистер Эванс. Еле заметные, но они есть. Небольшой дефект. По сравнению с ценностью самой драгоценности это сущий пустяк. Мистер Блэквуд убрал рубин обратно в шкатулку. - На сегодня достаточно. На прощание мастер дал Гарри пару шиллингов. - До завтра, молодой человек. Жду вас в десять, и постарайтесь не опаздывать. - До свидания, мастер. Гарри вышел из лавки и медленно побрел в сторону приюта. Утопая в снегу, мальчик размышлял обо всем на свете. О монетах в правом кармане серой куртки, о мастере, об обещанных Марком красных яблоках, о том, что следует зайти к миссис Блэр за очками, о визите к Гаю, о рубине, о синих глазах Тома, о рисунках в книге и о своих набросках. Эванс не забыл и зашел к медсестре и забрал очки. Новые очки сильно отличались от старых. Во-первых, они по-настоящему ему походили - в них было четко и ярко. Во-вторых, очки были квадратной формы и очень понравились самому Гарри. Том Реддл ходил кругами по комнате и ждал. - Ты сегодня долго, - констатировал факт Том. - Да, - Гарри пожал плечами. - Ключ у тебя? - Конечно, - Том скользнул взглядом по новым очкам Гарри. - Тебе идет. Эванс серьезно кивнул и коснулся ключа. В этот раз они не испугались, а сразу пошли в серую гостиную. Гай задумчиво смотрел на ночное ясное небо и не услышал приближения мальчиков. Сегодня был хороший день. Очень хороший. Гай улыбнулся. Теперь идет все как надо. Нужный человек ищет нужную вещь. Да, так и никак иначе. Вот только стоило ли делать это? Время покажет. "Надеюсь, я не ошибся. По части интриг у нас феникс, а я всего лишь… дилетант. Я обязательно сорву ему планы! История не должна повториться... Мой конец близок, и я должен многое успеть. Госпожа удача на этот раз на моей стороне". - Садитесь, мальчики, угощайтесь. На столе появились чашки с ароматным чаем и вазочка с печением. - Что надумали? Том отпил обжигающий напиток и прислушался к своим ощущениям. По телу разлилось тепло, а на душе стало легко. - Вы в самом деле нас обучите магии? - Не совсем. Как махать палочкой и варить зелья, вас обучат в Хогвартсе, в школе магии. Я буду вас учить совершенно другим вещам. И это не значит, что я не буду обучать магии. Нет и нет. Когда мы начнем, вы постепенно поймете. Гарри аккуратно поставил чашку на поднос и посмотрел на звездное небо. Грубо говоря, звездное - на самом деле звездбыло всего пять или шесть, и неполная луна. Месяц. - Хорошо, я согласен. Том от неожиданности поперхнулся. Откашлявшись, он сказал, ни к кому не обращаясь: - И это говорит тот, кто больше всех сомневался. Гай покачал головой. - Люди всегда сомневаются. Сильны те, кто смог справиться со своими сомнениями. Однако когда мы сомневаемся, можем сделать правильный или неправильный выбор. Сомнения губят людей, убивают их… Впрочем, нужно быть всегда уверенным в себе, но не самоуверенным. "Не оценивайте себя слишком высоко, всегда найдется кто-то лучше. Но это не значит, что нужно опускать руки. Нет. Просто совершенствуйтесь, работайте над собой…" Сказанные на прощание слова Гая все еще отзывались в голове Гарри. Вот чему он будет их учить. Или Гарри ошибается в своем суждением. Все может быть. Том тоже думал об этом. Пока он не мог сказать, прав Гай или нет. Он все еще не до конца доверял старику. Посмотрим, что будет дальше. В комнате Гарри ждал сюрприз. На его кровати лежал пакет с яблоками. Именно таких, какие и хотел мальчик – красные, большие и наверняка сладкие. - Хочешь яблочко? – Гарри протянул Тому яркий плод. - Откуда?.. Том со странным выражением лица крутил яблоко в руках. - Марк принес. - Ааа… Гарри откусил от яблока маленький кусочек. Сладкое, по-настоящему сладкое. И ничего вкуснее Гарри Эванс никогда не ел. - Спасибо, - прошептал Том, принимаясь за свое яблоко. - Вкусно. - Да, - ответил Гарри, - оно самое вкусное на свете. А за окном с неба упала звезда. Потом луна спряталась за облаками, а еще чуть позже пошел снег. Снег шел, а мальчики спали крепким сном и видели хорошие сны.