Цветы жизни? Или кактусы?

      Руби и Сара бросились обнимать брата, а Сэм пожал ему лапу и похлопал по плечу в знак приветствия. — Я ничего не пропустил? — Блейк улыбнулся. — Пропустил, и ещё сколько! — воскликнула Сара. — Дай я расскажу, — оттолкнул её Сэм. — Я, Кира и Клык теперь пираты. И я капитан корабля! — не без гордости добавил он.       Блейк удивлённо вытаращил глаза. — А я всё-таки вступил в стаю тигров, — произнёс Марс, и все с изумлением уставились на него. — Оскар пообещал, что я стану вожаком. Через месяца два. Так что я тоже покидаю эти места. — У нас с Вейном тоже заявление, — Ник вскочил на камень. — Мы решили уйти путешествовать. Вместе с нами отправится Флай младший.       Это шокировало всех. Подростки сидели, открыв рты. Сначала Блейк, потом Кира, Сэм и Клык, затем Марс, теперь вот Ник с Вейном. — А что скажут папа и мама? — тихо спросила Кира, но из-за образовавшейся тишины её слова услышали все присутствующие. — Тебя это не остановило, — отпарировал Ник. — Я хочу быть свободным. Мне надоело здесь торчать. — Мы с Диланом тоже уходим, — проговорила Сара, опустив глаза. — Что? — взвилась Руби. — Куда?       Сара принялась рассказывать.       Вчера вечером они с Диланом бегали по лесу, просто веселились. И вдруг юноша почувствовал запах чужаков. Приказав Саре сидеть тихо, он двинулся по следу. Естественно, она не послушала и пошла за ним.       Запах вывел их к полянке, скрытой от лишних глаз. На ней расположилась группа ласок. Взрослых было шестеро, а у одной из самок двое детёнышей. Все чужаки были тощие и потрёпанные.       Сара первой решила пойти на контакт и вышла из зарослей. — Что ты делаешь? — зашипел Дилан. — Привет! — дружелюбно поздоровалась Сара, не обращая внимания на протестующее шипение возлюбленного.       Дилану ничего не оставалось, как последовать за ней. Обречённо закатив глаза, он выскочил из зарослей и присоединился к Саре. Юноша приготовился к битве, на случай если чужаки окажутся не совсем дружелюбными. — Кто вы? — ласки самцы, грозно ощерившись, загородили собой подруг и детёнышей. — Не бойтесь. Мы друзья, — успокоила их рыжая ласка. — Что вы тут делаете? — Мы бродяги. Пришли с другой части острова, из-за гор. Мы все случайно встретились, а теперь путешествуем вместе, — пояснил крупный самец тёмно-коричневого окраса. — Я так понимаю, ты лидер? — Дилан внимательно осмотрел его с ног до головы. — Нет, — незнакомец отрицательно покачал головой. — Не подхожу я на роль лидера, характер не тот. Но вожак нам был бы очень кстати.       И вдруг Саре, до сих пор молчавшей, в голову пришла блестящая идея. Все её друзья нашли свои места и то, о чём мечтали. Так почему бы и ей не исполнить свою мечту? Тем более, Дилан хочет того же, что и она. — Я могу стать вашим вожаком! — выпалила она с решимостью в глазах, горделиво подняв голову, чтобы и правда выглядеть как благородный вожак, а не зарвавшийся юнец. — Ты? — незнакомец оценивающе окинул её взглядом. — Да, ты крепкая, но ведь вожак должен обладать ещё хитростью и умом. — Этого у неё не занимать, — поддержал её Дилан. — Тем более, я буду её помощником.       Сара с благодарностью посмотрела на него, а юноша лишь подмигнул ей. Против их решения не был никто. Напротив, ласки обрадовались появлению сильного молодого вожака. Затем чужаки, ставшие стаей, представились. Тёмно-коричневого здоровяка звали Брол, двух кремовых сестёр-близняшек Берта и Вила, детей Берты Кита и Лара, светлого сироту-подростка Тоди, молодого рыжего красавца Нил, а его младшего брата коричневого окраса Хьюго.       Дилан и Сара всю ночь провели со своей новой стаей. Сначала носили им еду, а потом помогали строить убежища для ночлега. Но к утру парочка покинула новых друзей и пошла к своей настоящей семье, уже думая о том, как бы уйти из родного леса и перебраться на другую сторону острова. — То есть, я останусь одна? — Руби чуть ли не плакала, в её глазах застыли слёзы. — Нет, не одна, — мягко возразил Генри, приобнимая её за плечи. — Я позабочусь о тебе. — Это, конечно, романтично, бла-бла-бла и всё такое, но что мы скажем родителям? — напомнил Блейк. — Точнее, что вы скажете?       На этот вопрос он ответа не получил. Все понимали, что родителям придётся очень тяжело. Особенно Шире и Диего, ведь все их дети разбредутся по свету. Коготь, как бы он не ссорился с сыном, всё равно любил его и не хотел, чтобы он уходил. У Бака и Джесс хотя бы остаётся Руби, да и та заживёт взрослой жизнью вместе с Генри. Он хорёк, она ласка, и это не мешает им быть вместе. Руби поняла, что Генри любит её по-настоящему и готов отдать за неё жизнь. Да и его весёлый нрав ей нравился. Она тоже его полюбила, как только узнала поближе. Это раньше из-за симпатии к Дилану она не видела дальше собственного носа, но теперь корила себя, какой же была дурой раньше. Что ж, времена меняются.       Блейку всё больше и больше нравилось в мире динозавров. Он уже знал почти все растения, изучил повадки доисторических ящеров и уже не боялся по глупости попасть в переделку, как раньше. Руди так и ходил за ним всюду, боясь оставить хозяина одного. Вдруг, что случится. Ещё юный охотник нашёл общий язык с "женой и детьми" Сида.       Сара была рада за сестру, братьев и друзей. У всех осуществились мечты. Теперь точно у всех. Только Весте осталось подрасти и возглавить стаю, а Руби завести детей. У них всё ещё впереди. Но остался самый страшный и тяжёлый момент. Сказать о своём решении родителям.       Блейку были рады все взрослые, они сразу же набросились на него с расспросами. Пришлось повторять то, что он уже рассказывал друзьям. — Как же я горжусь вами, — Бак посмотрел на Сэма и Блейка. — В таком возрасте, и уже такие крутые! — А я горжусь, что у меня такие родители, — улыбнулся в ответ Блейк.       Разговор затянулся до полудня. Звери с интересом слушали Блейка. Так, как когда-то внимали незнакомцу по имени Бак, пришедшему из подземного мира, и его спутнице. Со временем юнец становился похожим на отца всё больше и больше. Разница была лишь в количестве глаз.       И правда, Блейк сильно возмужал. Его тело стало более мускулистым, взгляд увереннее, характер твёрже, да и сам он стал сильным и опытным охотником. Многому, конечно, ещё стоит научиться, но он справится, всё ещё впереди.       Бак и Джесс с неприкрытой гордостью смотрели на своего сына, не узнавая в нём того Блейка, беззаботного, капризного и легкомысленного. Он был прав. Он может выживать без кого-то, не нуждаясь абсолютно ни в чьей помощи. "Неужели я тоже раньше такой был?", — думал про себя Бак, почёсывая затылок. — Ну что, надолго ты к нам? — поинтересовался Диего. — До завтра. Я тут узнал, что Сэм, Кира и Клык отплывают завтра на рассвете. — Так скоро? — ахнула Шира.       Все подростки переглянулись. Они знали, что этот момент наступит, но всё равно боялись до жути. Расставание это всегда тяжело, особенно когда из-за твоего решения страдают близкие. Но уже поздно что-то менять. Решения приняты, и сейчас придётся всё сказать.       Первым осмелился высказаться Марс. — Мам, пап, выслушайте меня, хорошо? — начал он заговорщицким тоном. — Я очень люблю вас, всё наше стадо, но я тоже нашёл своё место. Я стану вожаком стаи. И мы вернёмся на старый континент, — тигр опустил взгляд, не в силах смотреть в глаза отца и матери. — Ты действительно хочешь этого? — с горечью спросил Диего, хотя уже заранее знал ответ. — Да, — твёрдо ответил Марс. — Но мы не прощаемся. Пока что. Мы все уходим завтра утром. — Все? — недоумевала Джесс. — Кто это "мы все"?       Набрав в грудь побольше воздуха, Ник, Вейн и Флай-младший дружно ответили: — Мы!       Изумление и гнев мелькнули в глазах отца молодого волка. Руфус грозно зарычал, пригнувшись к земле. Казалось, что он сейчас бросится на Вейна. — Никуда ты не пойдёшь, — из его горла вырвалось угрожающее рычание. — Это не тебе решать! — Вейн ощетинился и, встав нос к носу с отцом, посмотрел ему в глаза. — Это мой выбор, моя судьба. И распоряжаться я ей буду так, как я этого хочу!       Матёрый чёрный волк опешил от такого ответа. Неслыханная наглость со стороны его сына! Руфус уже приготовился кинуться на Вейна и преподать ему хороший урок, опозорив на глазах у всех, но между двумя ощерившимися волками встала красивая белая волчица — мать Вейна и Весты, Роза. — Хватит! — рявкнула она на Руфуса, а затем повернулась к сыну. — Я вижу, что ты уже всё решил. И я отпускаю тебя. Удачи, сынок, — волчица лизнула его между ушей. Вейн улыбнулся и тряхнул головой. А в это время Диего и Шира уговаривали остаться последнего из своих детей. Конечно, у них ничего не вышло. Ник был настроен решительно, как бы ни было грустно расставаться.       Затем Сара с Диланом объявили о своём уходе. — Я с самого детства об этом мечтаю, вы же знаете, — грустно улыбнулась рыжая ласка.       Бак молча кивнул. Его взгляд говорил яснее всяких слов. Он отпускал дочь, хоть и с камнем на душе. Она с раннего возраста была ответственной и хитрой, она не пропадёт. Тем более, рядом с ней стая.       Джесс сначала смотрела на дочь, потом перевела взгляд на Дилана и, осмотрев его, прищурилась. — Твоим отцом был… — Джек, — закончил за неё Дилан. — Ты знаешь кем он был? — Наслышан. Но не нужно судить меня по поступкам моего отца, которого уже и в живых-то нет. — Тебя никто не судит, — поспешно заверила его ласка. — Просто я хотела убедиться, из любопытства. Я отпускаю Сару с тобой. Береги мою дочь. — Непременно, — с улыбкой ответил Дилан, посмотрев на возлюбленную. — Только, боюсь, она меня скорее беречь будет, чем я её.       Его оптимистичный настрой немного разрядил гнетущую обстановку, все присутствующие смеялись и улыбались в ответ на его шутку. Только вот завтрашние события никого не радуют.       Наступило утро. Самое печальное утро для членов стада. Сегодня дети большинства из них отправляются неизвестно куда. Марс со своей стаей и Ник с Вейном и Флаем отплыли вместе с пиратами, чтобы те высадили их на континенте. А самыми первыми ушли Сара с Диланом. Их ждала стая. Впервые рыжая ласка не смогла совладать с собой и своими эмоциями. Она не могла выдержать расставания с родными и друзьями, поэтому отправилась в путь до отплытия.       Было много, очень много слёз. Ширу, Джесс и Розу приходилось успокаивать. Какими бы сильными они ни были, их материнские сердца разрывались от горечи. Пока Элли и Персик пытались найти слова утешения для подруг, отцы стояли на берегу, смотря вслед удаляющемуся кораблю. — Говорят, что дети цветы жизни, — невесело усмехнулся Бак. — А вот у нас, парни, кактусы. Больно колят. — Это ты точно подметил, — вздохнул Диего. — Но мы всё равно будем ими гордиться. — Несомненно.       А корабль всё удалялся и удалялся, пока не превратился в маленькую точку на горизонте и не исчез из поля зрения, словно его никогда и не было.