Изломанная система.

- Минуточку внимания! – попросила директор, стуча чайной ложкой по кружке с чаем. – Хочу объявить вам о введении новой Хогвартской традиции. Это касается старших курсов, точней, с четвёртого по седьмой. Посоветовавшись с профессорами других школ, мы решили, что пора заняться бальными танцами. Три раза в учебный год мы будем устраивать балы - в покров, на Рождество, на выпускном вечере. Думаю, что ученики 1998 года выпуска смогут помочь нам научиться хорошо танцевать, – МакКгонагалл взглянула в сторону Гарри, Гермионы, Рона и Невилла, сидевших рядом с ней. – Они были участниками бала, состоявшегося в честь Турнира Трёх Волшебников. Гарри с Роном оглянулись ошарашенным взглядом, в тот момент, Гермиона подхихикивала, вспоминая, как Рональд танцевал с Минервой, которая показывала ему разные движения. Улыбка ползла и по лицу Гарри, вспомнившего наряд Рона. - Конечно, думаю, профессор Блэк тоже не откажется в такой незначительной просьбе и покажет нам, как танцуют истинные аристократы. – Директор довольно улыбнулась, посмотрев на профессора истории магии. По Большому залу прошёлся небольшой шумок, исходящий от женской аудитории. Гермиона успела заметить, как несколько девушек с разных факультетов смущённо улыбнулись, а глаза их восхищённо уставились на Блэка, который сложа руки замком на груди, сидел и слушал речь МакГонагалл. - С превеликим удовольствием. Я не никак могу отказать в вашей просьбе. – Сириус скривил улыбку в ответ на улыбку профессора трансфигурации. «Кого ты обманываешь, Сириус Блэк. Я же вижу, как тебе противно. Противно не от танцев, хотя и от них может быть, а от упоминания об аристократстве. Он, буквально, изгнанник, предатель рода и крови. Ему не приятно упоминание о твоём происхождении. Но, если Минерва знает об этом, а она знает, то почему она его так назвала и позвала преподавать танцы? Что-то задумала… кажется, её накрыло волной Дамблдора». – Думала Гермиона, косо поглядывая на Сириуса. В этот момент у неё всё переворачивалось в душе. С тех пор, как Гермиона помирилась с Роном, Блэк реже стал разговаривать с ней. Даже его простое "привет" не казалось ей таким уж светлым и тёплым. Может, это просто игра разума и скоро пройдёт, но девушка точно этого не знала. Об этом могло сказать только время. Хотя, всё не так уж плохо. За завтраком они до сих пор перекидывались словами, желали друг другу приятного дня, сидели вместе, вместе вставали и уходили. Но что-то было определённо не так. Не так, как неделю назад. - Сириус… - Да, Гермиона, - Блэк вырвался из своих мыслей и с небольшой печалью посмотрел на девушку. - Почему? Почему ты согласился? – неожиданно для себя спросила Гриффиндорка. - Потому что. Ответ устроит? – сухо произнёс мужчина. Гермиону как током ударило. Неделю назад он тоже самое говорил Рону, когда пытался защитить её. Резко закололо в сердце, труднее стало дышать. Казалось, что около месяца, проведённого вместе с ним в счастье и тепле, куда-то начали пропадать. Она сейчас падала в бездну, углублялась в мысли, а в груди так и не утихало пламя отчаяния и боли. Надежде на счастливое будущее с Сириусом Блэком обрубили крылья. Теперь она падала и должна была вот-вот разбиться насмерть. Профессор по Рунам уже не слышала, что далее говорила директор, она лишь молила Мерлина, чтобы скорее её речь закончилась, и девушка смогла преспокойно выйти из зала. Казалось, это длилось вечность, целую вечность Гермиона падала также в свои мысли о Сириусе Блэке. - Сириус… - Да, Гермиона? – Тон Блэка не изменился. - Что случилось? – спросила Грейнджер, смотря на него. - Ничего. А что-то должно было случиться? – преспокойно ответил вопросом на вопрос Сириус. - Не выводи меня из себя… - в девушке кипел огонь, она готова была биться за своё счастье. - Я и не собирался. – Снова тот же тон… В этот момент Минерва закончила свой монолог и Гермиона, потащив Сириуса за руку, вывела его из зала и посмотрела на него взглядом овцы, загнанной в угол. - Почему ты так холоден ко мне? Почему ты так безразличен ко всему, хотя тебе глубоко плевать на некоторые вещи и ты не боишься это сказать, но боишься… Теперь боишься. Где тот Блэк, который был? Верните мне Сириуса Блэка! Я сильно нуждаюсь в нём и его обществе. – Девушка стукнула кулаком в грудь Сириса, который даже не дёрнулся, хотя лицо у него как-то изменилось. Он улыбнулся. Довольно улыбнулся, но не прижал Гермиону к себе. После того, как он узнал о её чувствах к нему, Блэк решил испытать их. Насколько же сильные они? Может, это просто пустая влюблённость. Хотя, честно сказать, он получал некое удовольствие, мучая юную особу, доводя её мозг до болезненного оргазма. Ему нравилось играть с её чувствами, вертеть, как он хочет. - Молчишь? Нечего сказать? – Она чуть сжала его рубашку, поднимаясь на цыпочки, чтобы стать с Сириусом одного роста. - Нечего. – Кратко ответил профессор истории. - Ах ты…. Какой ты…. Невыносимый Сириус Блэк! – Гермиона отвернулась от него, не видя, как меняется лицо Сириуса. Как часто Марлин говорила ему эту фразу о невыносимости, а потом по-детски отворачивалась, надувала губки, скрестив на груди руки, и ждала, когда он скажет: «Да, я такой!» с довольной улыбкой. Но сейчас его язык не поворачивался отвечать как-то Гермионе, хотя так хотелось. Даже подойти, обнять аккуратно сзади и поцеловать в ушко, уткнуться в шею. « Я люблю не Гермиону, я люблю только напоминания в ней о моей Марлин». – Думал Сириус, шумно вдыхая воздух. Мурашки пробежали по его спине при этой мысли, будто сама МакКинон дотронулась до него лёгким прикосновением пальцев. Как ему не хватало её сейчас. Раньше было меньше свободного времени, которое он расходовал на мысли о ней, но сейчас, когда нет Волан-де-Морта, он не может остановиться. Тем более видя Грейнджер, пусть и не точную внешнюю копию, но цитатную. А ведь Там он почти её нашёл. Оставалось буквально несколько метров до её силуэта, когда он проснулся снова у арки. - Сириус, Сириус, Сириус! – услышал Блэк через воспоминания голос Грейнджер. – Всё в порядке? - Да, всё хорошо, я в норме. – Покачав головой, сказал мужчина, но половиною себя он до сих пор был в себе. - По тебе видно, - с небольшим сарказмом сказала девушка. На её лице появилась тень беспокойства, которая чуть удивила Сириуса. Неужели даже после такого игнора она ещё может переживать за него? Мимолётное удивление во взгляде отразилось у Блэка, но, к своему счастью, он успел посмотреть в другую сторону. Гермиона коснулась руки Сириуса, в порыве что-то ему сказать, но в коридор, где они стояли, зашла Минерва МакГонагалл, прошедшая со смущённой улыбкой на лице, искоса смотря на пару профессоров. - Что такое? – Сириус чуть смягчился, металл в голосе начал плавиться, возвращаться в свой прежний бархатный тон. - Пожалуйста, не отдаляйся от меня, - девушка несмело провела рукой по плечу мужчины. – Я боюсь потерять то, что было неделю назад насовсем. Блэк глубоко вздохнул, аккуратно обнял Гермиону, прижимая к себе и чуть приподнимая. Он прикрыл глаза, зарываясь в распущённых волосах гриффиндорки, которая готова была отдать ему сердце, если это понадобиться. Она обвила его шею плотным кольцом и зажмурилась. Гермиона вдыхала запах одеколона Сириуса, который был смешан с чем-то таким отталкивающим. «Огневиски, - поняла она. – Но из-за чего?» - Сириус, ты выпил? – спросила Грейнджер, с неохотой отдаляясь от Блэка. - Да, вчера захотел расслабиться. Выпил бокал, видимо, когда наливал, попало на рубашку. – Объяснил он, но за этим вчера стояла целая неделя. - Нам пора на урок. – Вспомнив о времени сказала Гермиона и с большим сожалением отправилась в свой кабинет.